А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Среди полусотни населенных пунктов Эстонии, обладающих городским статусом, большинство возникло естественным путем – развиваясь из поселка у гавани, речной переправы, городища на неприступном холме, а позже – у разбогатевшей мызы или промышленного предприятия. И лишь один из них, пожалуй, появился по воле одного-единственного человека – отца-основателя барона Николая фон Глена. Это Нымме. И хотя вспомнить всю более чем вековую историю единственного среди столичных района с «городским прошлым» одним махом не удастся, остановиться на нескольких наиболее примечательных фактах из биографии Нымме и его основателя барона Гленна. Что надоумило Николая фон Глена, сына владельца мызы Ялгимяэ, помещика Петера фон Глена обменять плодородные земли за озером Харку на поросший сосняком склон Мустамяги – сказать сложно. В глазах современников поступок этот выглядел почти безумием.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
В старые времена для привлечения в Таллинн больше купцов, отцы города решили построить самую высокую в мире церковь. Но где найти мастера, который взялся бы за столь непростое дело? И тут неизвестно откуда появился незнакомец высокого роста, который пообещал построить такую церковь. Все бы ничего, но запросил он за свою работу столько золота, сколько во всем Таллинне не сыскать... Тогда таинственный мастер предложил следующее: он согласился построить церковь бесплатно, но только при одном условии - если горожане угадают его имя. Незнакомец строил быстро и ни с кем не разговаривал. Когда же строительство стало подходить к концу, отцы города не на шутку всполошились и решили послать шпиона, чтобы тот выведал имя незнакомца. Шпион быстро нашел дом строителя, дождался вечера и, подкравшись к окну, услышал, как мать напевала, баюкая ребенка: «Спи, мой малыш, засыпай. Скоро Олев вернется домой, с полной золота сумой». Так таллиннцы узнали имя загадочного незнакомца. И когда строитель стоял на самой верхушке церковного шпиля и устанавливал крест, кто-то из горожан окликнул его: «Олев, слышишь, Олев, а крест-то у тебя покосился!» Услышав свое имя, Олев от неожиданности потерял равновесие, рухнул с высоты наземь и разбился насмерть. И тут горожане увидели, как у него изо рта выпрыгнула лягушка, а вслед за ней выползла змея... Выходит, не обошлось здесь без помощи темных сил. Но церковь все же назвали в честь ее таинственного строителя.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1107 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 231 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

О том, что годовые кольца древесного ствола сохраняют память о климатических условиях того или иного лета, известно всем. Кудаменьше задумываешься о том, что живущие не один человеческий век деревья могут рассказать не только о количестве солнечныхили дождливых дней, но и о тех событиях, свидетелями которых им довелось побывать. Или даже стать их главным действующимлицом.

Липа Кельха - старейшее «именное» дерево Таллинна.

Липа Кельха — старейшее «именное» дерево Таллинна.

Многие из таллиннских деревьев-ветеранов насчитывают не одну сотню лет. И практически у каждого из них есть своя собственная история. Почему бы не постараться услышать ее? Тем более, если на дворе май — месяц, зовущийся в эстонском народном календаре Lehekuu, месяц листвы.

Корона из листьев

Проследить седую старину Таллинна сквозь кроны деревьев, на первый взгляд, не так-то и просто: названия, соответствующие той или иной исторической эпохе, имеются, но иллюстрируют былое они, так сказать, задним числом. Сад датского короля, например, был разбит у отрезка крепостной стены между башнями Кик-ин-де-Кек и Таллиторни куда позже, чем последние датчане покинули город, уступив его тевтонским рыцарям. А дуб датской королевы и того моложе — он был посажен лишь в 1992 году, когда наследница давнишних владельцев североэстонских земель королева Маргрете II нанесла визит в Таллинн. И растет он вовсе не у стен средневекового датского города, а в парке, посаженном рукой правителя совсем иной исторической эпохи.

Живой памятник королевскому визиту, равно как и далеким датским временам, произрастает неподалеку от своего «скандинавского» соседа — дуба шведских королей, в верхнем саду Кадриоргского дворца. Собственно говоря, шведских дубов здесь два: первый был посажен в августе 1929 года, когда король Густав V первым из особ королевских кровей посетил независимую Эстонскую Республику — мемориальную табличку с королевским вензелем у его основания восстановили не так давно. А 22 апреля 1992 года у королевского дуба появился «меньшой брат» — его посадил нынешний шведский монарх Карл ХVI Густав.

Историю, как известно, делают короли, но пишут ее историки. Потому и неудивительно, что старейшее из именных деревьев Таллинна хранит память не о монархе, а о летописце. Прогуливаясь на досуге вокруг церкви Нигулисте, обратите внимание на окруженную невысокой оградой кряжистую липу, растущую почти у самых дверей разрушенного в последнюю войну нигулистеского пастората. Вот уже без малого три века она зовется липой Кельха. Согласно преданию, настоятель храма, пастор и автор «Хроники Ливонии» Кристиан Кельх был похоронен у ее корней 12 декабря 1710 года. Само же дерево еще старше — исследователи полагают, что посажено оно было лет на тридцать раньше — в восьмидесятые годы XVII столетия. Но, глядя на него, думаешь даже не о почтенном возрасте липы, а о скрытом в ее названии символизме: от последней в истории Балтийских стран эпидемии чумы умирает последний ливонский хронист Кельх. Начинается совсем другая эпоха…

Рукой императора

Если верить эстонскому фольклору, то Карл XII и Петр I вели в здешних краях, помимо боевых действий, негласное состязание: кто посадит больше деревьев близ церквей, замков или мыз. И хотя количество известных в народе «карловских» дубов, лип и даже можжевельников явно превосходит количество «петровских», исторически подтвержденным фактом является лишь посадка молодым правителем Швеции всего одного дерева — в местечке Лайузе.

В отличие от своего соперника Петр предпочитал не сельскую местность, а окрестности Таллинна. На ум, в первую очередь, приходит Кадриорг. Конечно, далеко не все его зеленое убранство насажено некогда монаршей рукой — скорее наоборот: множество выросших в позапрошлом веке деревьев исказили облик барочного парка эпохи Петра до неузнаваемости. Но дуб, уже который век прозванный петровским и подходящий для этого звания по возрасту, и по сей день растет у дома № 26 на улице Вейценберги. До 1988 года рос и его сосед-ветеран, но век деревьев, увы, тоже не вечен.

Вот и в прошлом году Таллинну пришлось проститься с еще одним «дендрологическим» памятником царю-реформатору: осенняя буря повалила черный тополь, без малого три века росший во дворе православной церкви Казанской Божьей Матери: предания гласили, что в год освящения храма Петр I посадил его здесь собственноручно. Зато другому петровскому дереву повезло больше: дуб, под которым российский самодержец прикорнул однажды, утомленный свадебным пиром на существовавшей некогда летней мызе Кенигсталь, растет, как и три века назад. Так что только он, стоящий во дворе дома на улице Тоом-Кунинга, 13а, напоминает и о самом поместье, и о шумевшей в его саду свадьбе…

Ну, а самые знаменитые петровские деревья растут в кольце средневековых городских стен — у дверей жилого дома семейства Хуков на улице Лай, 29: согласно легенде, хозяин получил право на их посадку от самого Петра. Правда, специалистам прекрасно известно, что возраст двух живописных лип едва превышает полтора века. Но ведь старинные городские планы и прорисовки таллиннских улиц более давнего времени отображают какие-то деревья на том же самом месте, что и ныне. Так что если для многих поколений таллиннцев липы на улицы Лай связаны именно с пребыванием в городе Петра I, пусть так оно и будет: царь любил город, и городской фольклор отвечает ему взаимностью.

Меценаты и реформаторы

О деревьях, посаженных монаршей рукой, известно, по крайней мере, одно — их месторасположение. Два же историко-дендрологических объекта, некогда весьма популярных у таллиннцев, исчезли без следа. То есть сами они, скорее всего, никуда не делись — растут себе там, где были некогда посажены. Но какие именно это деревья — не может ручаться, пожалуй, никто.

…Первые деревья на окружающих средневековое ядро города бастионах появились задолго до того, как Таллинн был вычеркнут из списка крепостей. А уж после Крымской войны, когда городские укрепления стали даже не анахронизмом, а почти что музейной древностью, озеленение бывшего оборонного пояса главного города Эстляндской губернии оживилось чрезвычайно. Среди таллиннских патриотов, немало сделавших для местных парков и бульваров, стоит вспомнить бургомистра Карла Августа Майера: магистрат он возглавлял с 1860 по 1864 год. Особую слабость он питал к Ингерманландскому бастиону. Усилиями Майера из сугубо фортификационного сооружения он превратился в горку Харью — излюбленное место отдыха горожан как в позапрошлом столетии, таки в нынешнем. Память о бургомистре было решено увековечить: четверть века спустя в его честь решили посадить мемориальный дуб. Рядом установили памятную табличку. Дуб растет и поныне, табличка сгинула… А память о бургомистре осталась: лет пять назад его фамилия была официально зафиксирована в названии лестницы Майера — той самой, по обе стороны которой стоят декоративные чугунные вазы, украшенные городским гербом.

История другого «персонального» дерева также связана с патриотизмом горожан-остзейцев. Правда, направлен он был на этот раз не столько на «малую» родину, сколь на метрополию — объединяющуюся Германию. Одним из символов единой немецкой нации стал Мартин Лютер — основоположник литературного немецкого языка, переводчик Библии и церковный реформатор. Он, правда, никогда не бывал в наших краях, но это не помешало эстляндскому рыцарству выступить с инициативой установить в его честь монумент. Подыскали место: площадь перед замком Тоомпеа, откуда несколько лет назад были изгнаны рыночные торговки. Сроки поджимали: в 1883 году со дня рождения основателю протестантизма исполнялось ровно четыреста лет.

Отливать новую статую не требовалось: неподалеку от Кейла уже стоял памятник Лютеру, созданый в 1862 году самим Петером Клодтом, автором скульптурной группы петербургского Аничкова моста. Дело было за малым: перенести монумент на Тоомпеа. Но губернские власти сочли, что памятник немцу прямо под окнами резиденции российского наместника — это слишком. Тем более что один Лютер в городе уже имелся — скульптура на фасаде перестроенного здания гильдии св. Канута на улице Пикк. Так что юбилей реформатора отметили более скромно: в сквере возле церкви Олевисте посадили лютеровский дуб. В годы первой Эстонской Республики старожилы еще помнили, что растет он у северной стены храма, но где именно, не знали даже они.

* * *

Кто только и в честь каких событий не сажал деревья в Таллинне и его окрестностях за последние сто лет: борцы за возрождение древнеэстонских традиций и верований на горке Сыямяэ — в память о событиях средневекового восстания Юрьевой ночи. Ветераны Советской армии в честь юбилеев Победы во Второй мировой. Делегации из городов-побратимов и представительных культурных обществ местных нацменьшинств.

Год назад политическая элита Эстонии и ее рядовые граждане сажали деревья в честь присоединения к Европейскому союзу. 9 мая нынешнего года президент Арнольд Рюйтель сажал деревья на хутор Варгамяэ. О чем они прошелестят следующим поколениям?

Йосеф Кац

«Молодёжь Эстонии»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Бременская башня до реставрации. Фото пятидесятых годов	прошлого века.

Памятник фортификации и правосудия: байки и быль Бременской башни в Таллине

Полностью отреставрированная Бременская башня готова раскрыть перед таллиннцами и гостями города свои многочисленные секреты в самом ближайшем времени. Такого количества горожан, ...

Читать дальше...

Важня на Ратушной площади

Синий омнибус до остановки «Копли»: сегодня – юбилей таллинского муниципального автобуса

Ровно восемьдесят лет тому назад в Таллинне была пущена первая автобусная линия, принадлежащая не частному владельцу, как было принято прежде, ...

Читать дальше...

«На узком пути: кому из двух суждено сорваться в пропасть?»: противостояние капиталистов и пролетариата глазами карикатуриста таллиннского юмористического издания "Ме1е Май". 1917 год.

«Сведения о выступлении большевиков оказались вовсе не преувеличенными...»

Историческое событие, которое получило впоследствии громкое имя Великой Октябрьской социалистической революции, предки современных таллиннцев столетней давности, скорее всего, просто не ...

Читать дальше...

Линкор "Слава" в Гельсингфорсе в годы Первой Мировой войны.

Легендарный линкор «Слава»: трижды прославленный

Героическая гибель линкора «Слава» при обороне Моонзундского архипелага ровно сто лет назад — легендарная страница в истории Балтийского флота. ... Есть ...

Читать дальше...

Особенности национальной реституции: остзейские немцы и их имущество в Прибалтике

Существующий в современной ЭР порядок компенсации за утраченное жившими в стране до Второй мировой войны немцами недвижимое имущество – не ...

Читать дальше...

Построенное в 1937 году здание французского лицея на улице Харидузе - образец школьной архитектуры в духе функционализма.

Замок знаний на улице Харидузе: дом Французского лицея в Таллине

Здание таллиннского Французского лицея, на момент своего открытия — самая современная школа столицы, впервые распахнуло двери перед учениками ровно восемьдесят ...

Читать дальше...

Отель «Золотой лев» на улице Харью. Открытка начала XX века.

Геральдика, топонимика, фортификация: золотая палитра Таллинна

Золотая осень — самое время вспомнить о золотом цвете и его оттенках в городской палитре столицы. Таллинн — дитя и ...

Читать дальше...

Обложка брошюры, выпущенной к 225-летию Казанской церкви в 1946 году. Снесенная в семидесятые годы церковная ограда и погибший в 2004-м «петровский дуб» — еще присутствуют.

«В простоте своей величественная...»: Казанская церковь в Таллине, накануне трехсотлетия

Крохотная старинная церковка на обочине современной многополосной трассы — одновременно памятник архитектуры Таллинна и мемориал воинской славы Российской империи. Из сакральных ...

Читать дальше...

«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

По Виру конка ходила долгие тридцать лет, а вот на другие улицы Старого города трамвай так и не допустили.

Ратушная площадь, Козе, Пельгулинн: трамвайные планы былого Таллинна

Из многочисленных и амбициозных проектов расширения трамвайной сети Таллинна строительство ветки до аэропорта оказалось едва ли не единственным, воплощенным в ...

Читать дальше...

Капитан Петр Нилович Черкасов и канонерская лодка «Сивуч». Открытка начала XX века.

От Моонзундского архипелага до города Володарска: немеркнущая слава командира легендарного «Сивуча»

Памятник участнику обороны Моонзунда, командующему корабля, прозванного «Балтийским «Варягом», появился на родине героя благодаря Таллиннскому клубу ветеранов флота и газете ...

Читать дальше...

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Дело требует самого незамедлительного решения...»: как Таллиннская мэрия на эстонский язык переходила

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский. Давно назревшие перемены стали возможны ...

Читать дальше...

Советский павильон на Таллиннской международной выставке-ярмарке. Снимок второй половины двадцатых годов.

«Я аромата смысл постиг, узнав, что есть духи «Жиркости»: как Таллинн советской экспозиции на выставке-ярмарке дивился

Девяносто лет назад жители столицы Эстонии смогли ознакомиться с достижениями народного хозяйства соседней, но малознакомой Страны большевиков, не покидая собственного ...

Читать дальше...

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Когда-то в усадьбе Вана-Вигала жил барон, в чьем услужении было множество духов. Поехал он однажды в Таллинн через озеро Юлемисте. Барон строго-настрого запретил кучеру оглядываться во время езды по воде. Карета мчалась как по зеркалу. Когда она приблизилась к берегу, где было мелко, кучер все-же посмотрел назад. К своему великому изумлению он увидел, что вокруг кареты суетились духи, - слуги Вана-Вигалаского барона: они переносили доски из-за колес кареты и ставили их впереди нее - так они строили мост, по которому ехала карета. Как только кучер оглянулся, карета с упряжкой лошадей провалилась в воду. Но так как берег был совсем близко, кони вытащили карету на сушу и никто не утонул.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!