А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Случилось это в стародавние времена. Однажды медленно поднимался по склону Тоомпеа человек высокого роста. По одежде его можно было принять и за рыцаря, и за монаха, а по обличию за человека сильного, но жестокого. Был он весь будто из железа — под монашеской рясой железные доспехи, железные мысли в железной голове, железное сердце в железной груди. Вдруг он услышал звонкий смех детей, заставивший его вздрогнуть. В глазах вспыхнула злоба. Внизу под холмом, у крепостного рва заметил двух детей, мальчика и девочку. Весело смеясь и болтая, дети бросали в воду камешки. — Я вижу, судьба готовит вам совсем иное, чем я. Изменить судьбу я не в силах, но воздвигнуть препятствие на ее пути могу, — подумал рыцарь. А вслух добавил: — И непременно воздвигну! Дети вскочили, услышав грозный голос, а рыцарь молвил: «Заклинаю, да будет так! Пусть судьбе не удастся соединить вас прежде, чем вы не засыплете ров доверху и не сровняете земляные валы до основания. С тех пор прошли столетия. Дети без устали заполняют ров, бросая в него камни и землю, которые приносят с валов. Они трудятся безостановочно, пытаясь приблизить счастливый день. Поэтому те, кто гуляет весной и летом на земляных валах, слышат иногда шум падающих в воду камней и детский смех, осенью же и зимой до редкого прохожего доносятся жалобный плач и шепот утешения. Немало сделано уже детьми города — на месте бывших валов чудесный парк, а от двух с половиной километров крепостного рва остался только красивый пруд Шнелли.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Исследователь истории фабрики «Калев» Отто Кубо, полагает, что «таллинский» марципан вряд ли мог быть придуман в Европе: у нас не растет миндальное дерево и не делают сахар. Скорее всего, рецепт пришел с Пиренейского полуострова - с торгующими с Сицилией арабами, и уже оттуда - в материковую часть Европы. Или, как розовая вода, - из Турции. Ну, а дальше - понятно: у Ревеля были хорошие связи с другим членом Союза ганзейских городов - Любеком...
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1288 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Бывает в году время, когда житель Таллинна, не особо задумывающийся о его географическом положении, вспоминает, что живем мы у моря, и спешит на пляж. Не догадываясь даже, что некогда именно морские купания, а не красоты средневековой архитектуры, привлекали в город многочисленных туристов. А потому перед тем как окунуться в воды бухты Пирита, Копли или Какумяэ, не лишним будет «окунуться в историю» — историю морских купаний в современной столице Эстонии.

Благотворное влияние морских купаний на человеческий организм подметили еще древние римляне. И хотя массового паломничества на средиземноморские пляжи патриции не совершали, отдавая предпочтение подогретым бассейнам терм или природным горячим ключам, медицинские авторитеты античности советовали время от времени окунаться и в море — укрепления общего тонуса ради.

Пример приморья

Как и многие плоды античной цивилизации, морские ванны оказались в забвении вслед за гибелью Римской империи. Конечно, жители побережья, вероятно, не избегали шанса окунуться в жаркий день, но своеобразное, с точки зрения современного человека, отношение Средних веков к человеческому телу и его гигиене не поощряло праздное плескание в волнах прибоя. Более того — считало это занятие едва ли не непристойным, а потому — запретным: даром, что ли, купание в море было строго-настрого запрещено в XVII столетии учащимся таллиннской гимназии Густава-Адольфа: наравне с карточными играми или дуэлями.

Перелом наступил едва ли не полтора века спустя. Французская революция, увлеченная идеалами античности, сбросила с голов европейцев замысловатые парики эпохи рококо и смыла с их лиц толстый слой пудры-«штукатурки». Живущий в гармонии с природой «солнечный дикарь» стал в общественном сознании популярнее изнеженного завсегдатая аристократических салонов. А в 1796 году знаменитый немецкий врач Кристоф Вильгельм Гуфеланд, непримиримый борец с пседонаучными течениями вроде френологии или месмеризма, издал свой бестселлер — «Искусство продления человеческой жизни». Переведенный на все европейские языки, он подводил под пользу морских купаний теоретическую базу: «Достаточно лишь взглянуть на приморских жителей: как преизобилуют они здоровьем», — писал его автор.

Призыву Гуфеланда прежде всего последовали жители Британских островов. Следом за ними — жители Германии. В середине десятых годов XIX века в рыбацких поселках на месте нынешней латвийской Юрмалы залечивали раны участники Бородинской битвы. А менее чем через десятилетие приморским курортом «номер один» стал для подданных Российской империи главный город Эстляндской губернии.

Искусство жизни

Как и многие новомодные медицинские теории, идеи Вильгельма Гуфеланда были приняты восторженными современниками за панацею. Считалось, что купание в море или даже пассивное сидение в ванне с морской водой способно излечить все мыслимые недуги. Первый русскоязычный путеводитель по Таллинну, изданный в 1839 году, уверял, что морские купания способны избавить от нервной раздражительности, паралича, мокротных простуд, лихорадки и… слабоумия. Странно даже, что на той же странице автор предупреждает, что вред они могут принести склонным к удару, имеющим больные и слабые легкие, страждущим подагрой и загадочной «остротою материй».

Целебные качества воды из Таллиннской бухты ценили два века назад столь высоко, что не только купались в ней, но и употребляли вовнутрь, смешивая с пресной водой или минералкой. Пить купальщикам не возбранялось и более крепкие напитки — пиво или вино. А вот диета полагалась достаточно строгая — ничего жирного, копченого, пирогов, гусей, уток, каплунов, свинины, масла и сыра в больших количествах. Зато к курам, телятине, зелени, овощам и молочным блюдам отношение было прямо противоположное — есть их разрешалось посетителям «ревельских вод» без ограничения. Фрукты же — исключительно с позволения медиков.

Трудно, конечно, сказать, сколь эффективным средством от всех вышеназванных недугов были морские купания вкупе с описанным пищевым рационом. Впрочем, путеводитель 1839 года скорых последствий и не обещал. «Нередко бывает надобно повторять пользование несколько лет, наблюдая беспрерывно одинаковое диетическое правило в образе жизни и следуя в точности советам медика», — наставлял он. Так что приезжать на ревельские воды гости могли не раз и не два. И даже выбирать, где именно проходить лечение, им было по душе.

Пляж с подогревом

«Ревель с недавнего времени стал известен по съездам на морские купания, устроенным надворным советником Витте, — рассказывал о потенциальных местах полезного и здорового времяпрепровождения старинный таллиннский путеводитель. — Он первый по своей предприимчивости попытался сделать купальни, и заведение его и поныне остается первым».

Судя по описаниям без малого двухвековой давности, дела у Витте и впрямь были поставлены на широкую ногу. Купальни, расположенные на территории Кадриорга, могли предложить то, что мы бы назвали «комплексным уходом»: деревянный помост избавлял купальщиков от необходимости шлепать до глубокого места по мелководью, а к услугам тех, кто находил Таллиннский залив чересчур холодным, в комнатах «где есть диваны и все нужное» «с утра до ночи» были готовы ванны с подогретой морской водой. Кроме того, к услугам посетителей были меблированные «нумера» — современники отмечали их чистоту и удобство.

Не меньшим фактором популярности заведений Витте было и само их расположение. «Их осуждают за близость речки Бригиттовки, но это несправедливо, потому что она отстоит от них на четыре версты», — выступал в защиту купален автор анонимного «Путешествия в Ревель и Гельсингфорс в 1839 году». «Приятность жизни в том месте, где находится Виттово заведение, привлекала бы общество сама собою, даже если бы теплые и холодные ванны и не вполне помогали бы больным», — вторит ему старинный путеводитель и, вероятно, не преувеличивает: купальни надворного советника находились неподалеку от Кадриоргского дворца и танцевальной галереи, где всегда можно перемолвиться словом с другими курортниками, поиграть в карты, а дважды в неделю — потанцевать на балу. «Одним словом, из купален я решительно отдаю предпочтение Виттовым», — свидетельствует современник.

Каламаяские купания

Отдавать предпочтение, конечно, могли многие. А вот позволить себе воспользоваться услугами купален в Екатеринентале-Кадриорге — далеко не все: слишком уж не близким казалось таллиннцам позапрошлого столетия расстояние от городских стен до нынешней «Русалки», да и снять себе ванну у советника Витте было недешево: целый рубль серебром да двадцать пять копеек в придачу! Потому и пользовались его заведением преимущественно гости из Петербурга и российской провинции. А простой житель Таллинна, не знакомый, возможно, с теоретическими выкладками Гуфеланда и его последователей-медиков, с неменьшим удовольствием посещал более демократичные места — купальни, устроенные почти у самых крепостных валов.

Путеводители середины XIX века говорят о целом ряде «народных» или «холодных» купален — некого господина Фейга у ворот Нуннавярав, купца-бакалейщика Криха у стен Западной батареи, ставшей впоследствии тюрьмой, безымянное «заведение на Реппербане» — под этим именем среди горожан-остзейцев известен район Каламая. Но самой большой популярностью пользовалось, пожалуй, купальное заведение мясника Крауспа, открывшееся в 1815 году. Все здесь было устроено почти как на кадриоргском берегу — отдельные палатки-раздевалки для дам и господ, отгороженные плетеными из прутьев изгородями места для раздельного купания и даже ванны с подогретой морской водой.

По словам путеводителя 1839 года, купальни Крауспа характеризовали «чистота, порядок и удобство». Так ли оно было на самом деле — сказать сложно. Во всяком случае, санитарные врачи то и дело намекали хозяину на пугающую близость его заведений к тому месту, где в море впадала городская сточная канава. Газеты тех лет время от времени разражались то жалобами купальщиков, то анонимными восторгами прозрачностью воды, но гигиена, в конце концов, одержала победу: в середине столетия вдове Крауспа пришлось перенести купальни метров на двести подальше от канализационного стока. Место, вероятно, было «счастливым»: заведение Крауспа оказалось долгожителем и, проработав добрых сто лет, закрылось лишь после начала Первой мировой войны — в 1915 году.

* * *

Исследователь не может не заметить: путеводители по Таллинну, издававшиеся в первой трети позапрошлого столетия на немецком, французском, английском языках, почти полностью исчезают во второй половине века и появляются вновь лишь в девяностые годы. Основной упор в них делается не на морские купания, а на таллиннскую старину.

Это и неудивительно: растворилась, не подтвердившись опытом, вера в чудодейственную целебность таллиннской морской воды, а железные дороги связали Россию с побережьем Крыма и Кавказа, где и море потеплее, и климат получше. Слава Таллинна как центра морских купаний сошла на нет, и лишь один из прибрежных поселков польского Поморья и по сей день носит имя Ревал — уж не отголосок ли давнишней славы эстляндского курорта?

Впрочем, это скорее всего не более чем совпадение-созвучие. А подлинную, живую память о традиции «купания на ревельских водах», сами того не осознавая и не задумываясь о том, несут в себе таллиннцы, спешашие к морю жарким июльским днем. Ведь море — оно такое же, как и два века назад. И радость от тепла и лета — тоже…

Йосеф Кац

«Молодёжь Эстонии»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Барон Александр фон дер Пален и служащие Балтийской железной дороги на перроне вокзала в Ревеле. Снимок 1870-ых годов.

«Балтийская железная дорога, наше выстраданное дитя»

Первый пассажирский поезд из тогдашней столицы Российской империи в нынешнюю столицу Эстонской Республики прибыл ровно сто пятьдесят лет тому назад. Перестук ...

Читать дальше...

В галерее Русского театра Эстонии, проходит юбилейная художественная выставка «Осень №55»

Автор работ, признанный у нас и далеко за рубежом, талантливый художник, Сергей Волочаев. Картины изумляют идеями, подходом и различными техниками. Представлены ...

Читать дальше...

Дом Иосифа Копфа на углу Пикк и Хобузепеа и портрет его владельца на золотой брошке.

Ревельский ювелир Иосиф Копф: золотых дел мастер

Девяносто лет назад Таллинн прощался с Иосифом Копфом - человеком, еще при жизни сумевшим стать, выражаясь современным языком, «коммерческим брендом». Георг ...

Читать дальше...

Директор Таллиннского Городского архива в 1989-1996 гг. Ю. Кивимяэ демонстрирует грамоту XV века - одну из многих, вернувшихся в родной город. Снимок из газеты «Советская Эстония».

Исток таллиннской историографии: возвращение Городского архива

Ровно тридцать лет тому назад история столицы вновь стала длиннее почти на восемь столетий: в Таллинн вернулись фонды Городского архива. Его ...

Читать дальше...

Катастрофа с девятью погибшими на Балтийском вокзале

Самая тяжелая авария в истории эстонских железных дорог произошла 40 лет назад, в первую субботу октября. Поезда приближались друг к другу ...

Читать дальше...

Как закончилась сказка про Гэдээр

Падение Берлинской стены стало в СССР шоком для многих взрослых, а для некоторых детей - первым столкновением с ложью. "Гэдээр" ...

Читать дальше...

Сто сорок лет назад городская стена Ревеля нуждалась если не в реставрации, то в консервации - как минимум.

Семь веков на страже города Таллина: летопись крепостной стены

У одного из узнаваемых символов таллиннского Старого города - солидный юбилей: с начала строительства крепостной стены вокруг средневекового ядра нынешней ...

Читать дальше...

Здание Немецкой реальной школы непосредственно после постройки.

Школа на улице Луйзе: реквием по утраченному

Здание Немецкого реального училища, некогда признававшееся идеалом и образцом для аналогичных построек, возродившееся после войны в ином облике, безвозвратно утрачено ...

Читать дальше...

Домский, он же Длинный мост на рисунке Карла Буддеуса, середина XIX века.

Тоомпеаский, Каменный, Пиритаский: мосты над водами Таллинна

Даже без учета виадуков и путепроводов, семейство таллиннских мостов – достаточно многочисленное. А главное – способное поведать о себе немало ...

Читать дальше...

Вариант развития мемориального ансамбля на Маарьямяги по версии середины шестидесятых…

Памятник двадцатому веку: ансамбль на Маарьямяги

Мемориальный комплекс на Маарьямяги давно уже стал памятником не конкретным событиям или лицам, а всему, что произошло с Эстонией на ...

Читать дальше...

Ворота в конце улицы Трепи на довоенных открытках встречаются часто, но топоним «Ныэласильм» конкретно к ним еще не применялся.

Головы, ноги, чрево и горб: анатомия таллиннских улиц.

Географические названия, щедро рассыпанные по карте Таллинна, позволяют читать ее почти как… анатомический атлас. Уподобить город человеческому организму впервые предложили пионеры ...

Читать дальше...

Портреты павших в сражении 11 сентября 1560 года горожан и старейшее изображение Таллинна на эпитафии Братства черноголовых.

Восемь столетий Таллинна: век XVI век, пора рефлексий

Непростой во всех отношениях XVI век подарил Таллинну первые портреты города и его жителей, первый памятник, а также один из ...

Читать дальше...

То, чего не было в реальности: «Потопление финского броненосца «Вяйнемяйнен» на советском плакате.

Разрушители мифов: охота за «Вяйнемейненом»

В биографии одного из самых неуловимых военных кораблей Второй мировой войны — финского броненосца береговой обороны «Вянемейнен» — нашлось место ...

Читать дальше...

Гостиничный комплекс «Пеолео» в день своего открытия.

Иволга на обочине шоссе: мотель и кемпинг «Пеолео»

Первая ласточка – вернее, пожалуй, было бы сказать «первая иволга» – частного гостиничного бизнеса современной Эстонии «свила гнездо» тридцать лет ...

Читать дальше...

Флагман Эстонского морского пароходства «Георг Отс». Открытка восьмидесятых годов прошлого века.

Белоснежный красавец-теплоход: легендарный «Георг Отс»

Ровно сорок лет тому назад северный сосед стал ближе: в июне 1980 года на линию Таллинн-Хельсинки вышел, без преувеличения, легендарный ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Среди полусотни населенных пунктов Эстонии, обладающих городским статусом, большинство возникло естественным путем – развиваясь из поселка у гавани, речной переправы, городища на неприступном холме, а позже – у разбогатевшей мызы или промышленного предприятия. И лишь один из них, пожалуй, появился по воле одного-единственного человека – отца-основателя барона Николая фон Глена. Это Нымме. И хотя вспомнить всю более чем вековую историю единственного среди столичных района с «городским прошлым» одним махом не удастся, остановиться на нескольких наиболее примечательных фактах из биографии Нымме и его основателя барона Гленна. Что надоумило Николая фон Глена, сына владельца мызы Ялгимяэ, помещика Петера фон Глена обменять плодородные земли за озером Харку на поросший сосняком склон Мустамяги – сказать сложно. В глазах современников поступок этот выглядел почти безумием.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!