А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Башня Кик-ин-де-Кек ("Загляни в кухню") называется так, потому что высота ее 45,5 метров, и раньше из ее бойниц можно было подсмотреть, что у кого на обед.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Первые уличные фонари появились в Таллинне в 1710 году - они висели посреди улиц на веревках. И зажигались только в приезд важных вельмож или в большие праздники.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1107 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 231 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

3 января 1920 года с заключением перемирия между Советской Россией и Эстонской Республикой для последней закончилась Освободительная война 1918-1920 годов.

Эта война эстонского народа и Тартуский мирный договор, последовавший за ней, стали важнейшими этапами в его истории, позволившими впервые за время своего существования на этой земле обрести государственность и определиться как нация.

Много сказано и написано о событиях тех лет. И, в частности, о причастности к ним Белого движения и о той «лепте», которую оно внесло в «фундамент независимости» Эстонии.

Памятный камень северо-западникам. Копли.

Памятный камень северо-западникам. Копли.

О последнем, к сожалению, зачастую весьма однобоко и тенденциозно. Хотя, непредвзято взглянув на трагические события тех лет — трагических для Белого движения в плане крушения надежд и, главное, человеческих жертв, — на «печальные курганы из русских черепов, которые в большом количестве рассеяны по территории Эстонии» (Г. Гроссен), — трудно возложить вину за это на эстонцев, несмотря на попытки некоторых сделать это. Разве только самим эстонцам, эстонским властям тех времен обвинять себя, что позволили под давлением союзников по Антанте и уступив просьбе командующего Северо-Западной армией генерала Н. Юденича, «получить право воспользоваться территорией Эстонии как базой». А со временем и разрешением на эвакуацию госпиталей армии в Эстонию (см. переписку Н. Юденича с И. Лайдонером — «Таллинн» № 1-2, 2005).

Кто же был виноват, что «потоки раненых и больных захлестнули Нарву? Всеобщая неразбериха и отсутствие элементарного порядка усиливали хаос (при отступлении армии Юденича из-под Петрограда —Х.Л.). Вспыхнул тиф» (О. Калкин. На мятежных рубежах России. Псков. 2003). Но ведь «неразбериха и отсутствие элементарного порядка», по свидетельству непосредственного участника событий тех времен, боевого офицера Северо-Западной армии Николая Редена (Н. Реден. Сквозь ад русской революции. М. 2006), вообще были характерны для

1936 год. Множество людей собралось на открытие мемориальной часовни.

1936 год. Множество людей собралось на открытие мемориальной часовни.

Белого движения. Автор был удивлен таким фактом: «Я был свидетелем прибытия многих добровольцев, но лишь немногие из них присоединялись к боевым частям на фронтах», предпочитая пристраиваться где-то в тылу. А встреченный им оказавшийся на излечении в Нарве знакомый офицер-фронтовик возмущался: «Странно, на фронте для каждого человека есть работа на десятерых. Когда же я прибыл в Нарву, то увидел на улицах офицеров больше, чем во всей армии на фронте. Впечатление общего ничегонеделания: военные заняты организационной работой, снабжением, канцелярщиной и Бог знает чем, в то время как боевые части сидят в окопах без пищи, обмундирования и боеприпасов». Как следствие всего этого (впечатления Редена уже на фронте): «Продовольствие, одежда и медикаменты были вопросом жизни и смерти… Нигде нельзя было найти мыла… Половина солдат Северо-Западной армии умирали от тифа. Без смены одежды, при отсутствии средств санобработки обмундирования остановить распространение эпидемий было невозможно…».

На удивление наивно выглядят сетования О. Калкина: «Ничего лучшего не было придумано, как наглухо закрыть выезд из Нарвы». «Придумывать» ничего и не надо было: первейшая общепринятая в мировой практике мера в случае эпидемий — перекрытие путей ее распространения.

И вообще, «дело Белого движения следует считать с самого начала проигрышным» (Н. Реден). Незыблемая установка его руководителей на восстановление монархии, единство и неделимость Российской империи, нерешенность вопроса о земле, разобщенность в действиях… «Азарт наступления в 1919 году поразил и Деникина, и Юденича, и Колчака. Их армии не сформированы до конца, не обучены и не вооружены… Белые собираются брать Первопрестольную, но только наступают на нее не одновременно, а в разные сроки, по очереди!» (выделено автором — Н. Стариков. Мифы и правда о Гражданской войне. М. 2006).

Вместе с тем, как всегда у проигравших, идет «поиск» виновных в их бедах. «Постепенно вызревало убеждение, что в наших несчастиях виновно командование (с этим трудно спорить — Х.Л.), что союзники нас обманули, а эстонцы предали» (Н. Реден).

О последнем как раз и можно спорить.

Особый Псковский Добровольческий корпус — основа будущей Северо-Западной армии — начал формироваться с согласия и при поддержке германского командования в сентябре 1918 года. (Немцы к этому времени из-за «мудрствования» большевиков на переговорах в Бресте были уже в Пскове.) Однако революция в Германии заставила немцев спешно покинуть Россию и прибалтику. С боями отошел на территорию уже провозгласившей и отстаивавшей с оружием в руках свою независимость Эстонию и Псковский корпус. «В феврале 1919 года молодая эстонская армия совместно с белогвардейцами полностью вытеснила части Красной Армии за пределы Эстонии» (Н. Стариков). (Автор почему-то умалчивает об участии в этом внесших существенный вклад в дело английского флота и финских добровольческих полков.) Продолжая наступление уже на территории России, эстонские части освободили Псков, передав его и освобожденные от большевиков русские земли белому командованию. При этом Лайдонер ставит в известность А. Родзянко, командовавшего в это время белыми войсками, что «ввиду нахождения Северного корпуса (бывший Псковский Добровольческий — Х.Л.) целиком на русской территории бывший договор Северного корпуса потерял всю свою силу», т.е. о выведении его из-под эстонского командования. Генерал Родзянко принимает командование Белой армией, и ввиду «весьма значительного численного состава строевых единиц» Северный корпус переименовывается в Северную армию (затем уже под командованием Н. Юденича — в Северо-Западную армию).

И хотя проблем у самой Эстонии после освобождения своей территории не убавилось — помощь Северолатвийской бригаде в освобождении Латвии и разгром немцев (ландсвер) под Вынну, — эстонцы продолжили борьбу с большевиками на русской земле в составе Белой армии.

Однако после двух неудавшихся походов белогвардейцев на Петроград (летом и осенью 1919-го) в эстонских правительственных кругах резко изменилось отношение к ним. Эти походы, их неподготовленность, общая неорганизованность, несогласованность в действиях окончательно убедили эстонцев в бесперспективности Белого движения. И что, спасая завоеванное, надо идти на переговоры с большевиками.

Не последнюю роль в принятии этого решения сыграло и незыблемо отрицательное отношение руководства Белого движения к независимости Эстонии. «Имей Юденич в 1919-м смелость сказать им: «Вы — независимы!», они бы ему, может, и Петроград освободили», — считает Александр Исаевич Солженицын. Возможно, весьма смелое предположение, но если бы к борьбе с большевиками подключились финны и другие государства, вычленявшиеся из состава Российской империи, ожидавшие от белых признания их независимости, то, возможно, дело повернулось бы совсем по-другому.

«6 ноября в Москве на заседании Политбюро ЦК ВКП (б) было принято решение о наступлении Красной Армии на территорию Эстонии в случае, если «эстонцы пустят к себе Юденича» (О. Калкин). 16 ноября И. Лайдонер сообщает Н. Юденичу о решении правительства Эстонии, «что части Северо-Западной армии, перешедшие в Эстонию, должны быть обезоружены». При отводе белых эстонские войска (18,5 тыс. человек) при поддержке северозападников (7,5 тыс.), сдерживая красных, обеспечивают отход.

Разоружение белогвардейцев проходило не без инцидентов. Как вспоминает Н. Реден, они «поклялись, что без боя не сдадутся». Поэтому бывало, что уличные стычки в Нарве между северозападниками и эстонцами «перерастали в настоящие бои с участием пулеметов и бронемашин».

Во многих изданиях от одного автора к другому с подачи Ю. Шмакова кочует рассказ «очевидца» о расстреле солдат Талабского полка «из пулеметов с двух противоположных берегов» реки Нарвы. О «достоверности» рассказа можно судить по работе О. Калкина. В одном месте он пишет, что талабцы были «загнаны в ледяную воду», в другом — «погнали их на лед Наровы». А, главное, — все это венчает признание автора: «К сожалению (?!), письменных подтверждений гибели значительной части Талабского полка найти пока не удалось».

Сомнительно утверждение и о мародерстве, вернее, причастности к этому эстонских солдат. Талабцев, пишет О. Калкин, перед расстрелом «раздели до нижнего белья». Зачем эстонским солдатам, которые были союзниками «одеты с иголочки» (Н. Стариков), нужны были лохмотья? Ведь, как вспоминает Николай Реден, «красные и белые практически воевали в одинаковых лохмотьях». Обмундирования же, поступившего под конец от союзников, «хватало примерно на десять солдат в роте».

Еще — о не менее важном, — несмотря на трагичность положения тех дней, и не только для белых, но и эстонцев, от перемирия и Тартуского мирного договора выиграли и те, и другие. Что касается северозападников, все же в Эстонии было больше организованности в решении их дальнейшей судьбы, чем в любом другом регионе России.

Генерал Юденич уже 4 января 1920 года сообщает Лайдонеру о своем решении по поводу Северо-Западной армии:

«Армию необходимо перебросить на другой фронт…

Средства для найма тоннажа у меня есть. К найму тоннажа я приступил…». Как пишет О. Калкин, «значительная часть бывших северозападников потом переправились в Польшу и в составе русской армии участвовали в боях против Красной Армии».

В последнем приказе по Северо-Западной армии (22 января) было отмечено, что все чины армии (офицеры, чиновники и солдаты), уволенные со службы, «будут удовлетворяться как денежным, так и провиантским довольствием».

23 февраля между эстонским командованием и представителями Северо-Западной армии было подписано соглашение, по которому эстонская сторона брала на себя заботу о всех больных и раненых северозападниках.

Тартуским мирным договором было предусмотрено и возвращение всех желающих северозападников на родину, в Россию.

На войне, как на войне. Всякое бывает. Все же эстонцы меньше всего повинны в бедах северозападников. В остальном же остается присоединиться к мнению маршала Маннергейма о них:

«Я поражен самоотверженностью, с которой гибли русские солдаты, и грубейшими промахами их верховного командования».

Харри Лесмент

«Молодёжь Эстонии»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Бременская башня до реставрации. Фото пятидесятых годов	прошлого века.

Памятник фортификации и правосудия: байки и быль Бременской башни в Таллине

Полностью отреставрированная Бременская башня готова раскрыть перед таллиннцами и гостями города свои многочисленные секреты в самом ближайшем времени. Такого количества горожан, ...

Читать дальше...

Важня на Ратушной площади

Синий омнибус до остановки «Копли»: сегодня – юбилей таллинского муниципального автобуса

Ровно восемьдесят лет тому назад в Таллинне была пущена первая автобусная линия, принадлежащая не частному владельцу, как было принято прежде, ...

Читать дальше...

«На узком пути: кому из двух суждено сорваться в пропасть?»: противостояние капиталистов и пролетариата глазами карикатуриста таллиннского юмористического издания "Ме1е Май". 1917 год.

«Сведения о выступлении большевиков оказались вовсе не преувеличенными...»

Историческое событие, которое получило впоследствии громкое имя Великой Октябрьской социалистической революции, предки современных таллиннцев столетней давности, скорее всего, просто не ...

Читать дальше...

Линкор "Слава" в Гельсингфорсе в годы Первой Мировой войны.

Легендарный линкор «Слава»: трижды прославленный

Героическая гибель линкора «Слава» при обороне Моонзундского архипелага ровно сто лет назад — легендарная страница в истории Балтийского флота. ... Есть ...

Читать дальше...

Особенности национальной реституции: остзейские немцы и их имущество в Прибалтике

Существующий в современной ЭР порядок компенсации за утраченное жившими в стране до Второй мировой войны немцами недвижимое имущество – не ...

Читать дальше...

Построенное в 1937 году здание французского лицея на улице Харидузе - образец школьной архитектуры в духе функционализма.

Замок знаний на улице Харидузе: дом Французского лицея в Таллине

Здание таллиннского Французского лицея, на момент своего открытия — самая современная школа столицы, впервые распахнуло двери перед учениками ровно восемьдесят ...

Читать дальше...

Отель «Золотой лев» на улице Харью. Открытка начала XX века.

Геральдика, топонимика, фортификация: золотая палитра Таллинна

Золотая осень — самое время вспомнить о золотом цвете и его оттенках в городской палитре столицы. Таллинн — дитя и ...

Читать дальше...

Обложка брошюры, выпущенной к 225-летию Казанской церкви в 1946 году. Снесенная в семидесятые годы церковная ограда и погибший в 2004-м «петровский дуб» — еще присутствуют.

«В простоте своей величественная...»: Казанская церковь в Таллине, накануне трехсотлетия

Крохотная старинная церковка на обочине современной многополосной трассы — одновременно памятник архитектуры Таллинна и мемориал воинской славы Российской империи. Из сакральных ...

Читать дальше...

«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

По Виру конка ходила долгие тридцать лет, а вот на другие улицы Старого города трамвай так и не допустили.

Ратушная площадь, Козе, Пельгулинн: трамвайные планы былого Таллинна

Из многочисленных и амбициозных проектов расширения трамвайной сети Таллинна строительство ветки до аэропорта оказалось едва ли не единственным, воплощенным в ...

Читать дальше...

Капитан Петр Нилович Черкасов и канонерская лодка «Сивуч». Открытка начала XX века.

От Моонзундского архипелага до города Володарска: немеркнущая слава командира легендарного «Сивуча»

Памятник участнику обороны Моонзунда, командующему корабля, прозванного «Балтийским «Варягом», появился на родине героя благодаря Таллиннскому клубу ветеранов флота и газете ...

Читать дальше...

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Дело требует самого незамедлительного решения...»: как Таллиннская мэрия на эстонский язык переходила

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский. Давно назревшие перемены стали возможны ...

Читать дальше...

Советский павильон на Таллиннской международной выставке-ярмарке. Снимок второй половины двадцатых годов.

«Я аромата смысл постиг, узнав, что есть духи «Жиркости»: как Таллинн советской экспозиции на выставке-ярмарке дивился

Девяносто лет назад жители столицы Эстонии смогли ознакомиться с достижениями народного хозяйства соседней, но малознакомой Страны большевиков, не покидая собственного ...

Читать дальше...

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
В старые времена часто шутили, что Город хромает на одну ногу. Дело в том, что в Вышгород из Нижнего города когда-то вели лишь две улицы - Пикк Ялг (Длинная Нога) и Люхике Ялг (Короткая нога). В Таллинне есть улочки настолько узкие, что две дамы в громадных кринолинах никак не могли разойтись на них. Их кавалерам приходилось драться за право своей спутницы пройти по улице первой.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!