А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Когда-то в усадьбе Вана-Вигала жил барон, в чьем услужении было множество духов. Поехал он однажды в Таллинн через озеро Юлемисте. Барон строго-настрого запретил кучеру оглядываться во время езды по воде. Карета мчалась как по зеркалу. Когда она приблизилась к берегу, где было мелко, кучер все-же посмотрел назад. К своему великому изумлению он увидел, что вокруг кареты суетились духи, - слуги Вана-Вигалаского барона: они переносили доски из-за колес кареты и ставили их впереди нее - так они строили мост, по которому ехала карета. Как только кучер оглянулся, карета с упряжкой лошадей провалилась в воду. Но так как берег был совсем близко, кони вытащили карету на сушу и никто не утонул.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Дело было в XIV веке, когда согласно установленному датским королем Эриком IV Лыжным Плющем городскому праву, таллинский палач не только казнил, но и пытал. За различные провинности мог отрубить палец руки, привязать к позорному столбу на Ратушной площади, повесить на шею позорный камень. Мог и лечить нанесенные во время пыток раны. Мусор тогда выбрасывали прямо на улицу и убирали раз в неделю. Если нерадивый домовладелец этого не делал, палач заставлял платить штраф: до внесения необходимой суммы денег мог даже поселиться у такого хозяина. Именно мусору на старинных улицах, кстати говоря, мы обязаны туфлями на платформе и на шпильках – нужно же было как-то пройти по этой грязи!
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1099 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 230 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

«Все мызы в эпоху расцвета своего были счастливы одинаково, все мызы в наши дни несчастны по-разному» – перефразированное вступление в знаменитый роман могло бы вполне стать первым предложением разговора о поместьях уезда Харьюмаа. Но не станет – потому преимущественно, что судьба трех расположенных на расстоянии одинаково получасовой поездки от Таллинна мыз сложилась по-разному. Стоит отправиться в путь хотя бы ради того, чтобы разведать – как именно.

В любом справочнике по архитектуре Эстонии мызы Вазалемма, Кейла-Йоа и Лайтсе стоят в одном разделе: зодчество эпохи эклектики. И даже при более специализированном рассмотрении они окажутся в единых стилистических рамках – неоготика. А между тем каждая из них имеет свое собственное лицо и свою биографию.

Былая слава

 

Для современного таллиннца Кейла-Йоа – это, прежде всего, водопад.

Для современного таллиннца Кейла-Йоа – это, прежде всего, водопад.

Кейла-Йоа – это, прежде всего, водопад. И выезд «на шашлыки» к нему – благо, недавно отреставрированный комплекс старинной электростанции позволил вынести столики кафе прямо к открывающейся на водный поток панораме. Ну, как вариант – место для свадебного фотографирования: замки с именами новобрачных, закрепленные на цепных «перилах» подвесного моста, – лучшее тому свидетельство.

Замок, благодаря которому местечко, собственно, и стало популярным без малого сто семьдесят лет тому назад, замечаешь не сразу. Родовое гнездо Бенкендорфов и Волконских, увенчанный смотровой вышкой дворец таится среди запущенных деревьев. Глядя на облезлую краску, выбитые стекла и «щедро» расписанные граффити стены, едва ли вспомнишь, что гостями давнишнего поместья Фалль бывали российские императоры, что сюда еще во времена Бестужева-Марлинского ходил рейсовый дилижанс – прапрадед современных пригородных автобусов и маршруток, и гимн «Боже, царя храни!» был, по преданию, впервые исполнен автором именно здесь.

Стены заброшенной резиденции Бенкендорров и Волконских превратились в «политтрибуну» на актуальные после «бронзовых ночей» темы.

Стены заброшенной резиденции Бенкендорров и Волконских превратились в «политтрибуну» на актуальные после «бронзовых ночей» темы.

Выстроенный в 1833 году по проекту петербургского архитектора Александра Штакеншнайдера дворец переживает в наши дни не лучшие времена. После национализации, проведенной в годы первой, еще довоенной Эстонской Республики, ему довелось побыть резиденцией Министерства иностранных дел. В советские времена наследию «дворян и министров-капиталистов» пришлось туго: в нем вначале пробовали разместить пионерский лагерь, но позже все же сделали выбор в пользу пограничной части. После того, как ставшие уже российскими военные покинули поместье, началась полоса запустения: слишком уж больших капиталовложений требует приведение бывшей резиденции шефа царской тайной полиции в надлежащий вид. Последнее время идут разговоры о том, что Госканцелярия намерена отреставрировать старинный дворец под загородную резиденцию президента. Начинание, конечно, похвальное: глядишь – и вновь потянутся в Кейла-Йоа коронованные гости… Каково в таком случае придется гостям некоронованным – поживем, как говорится, увидим.

Готическая фантазия

Готика в наших краях скромна и сурова: исходный строительный материал не тот, да и заказчиков, способных заказывать у мастеров аналоги средневековых французских «шато» или английских «холлов», в Ливонии было не много. Впрочем, до особых ли украшений и изяществ тут, на далекой северной окраине западного мира: то сосед-феодал на фамильные угодья позарится, то московит с бесчисленным войском нагрянет, то местные крестьяне, вчерашние язычники, взбунтуются да пойдут церкви с поместьями жечь… И все же есть среди харьюмааских мыз поместье, способное погрузить гостя в атмосферу средневековой сказки, – расположено оно неподалеку от дачного района Лайтсе.

Величественное двухэтажное здание поместья, тянущееся вслед за стрелами елей к небу зубцами башен и декоративными шпилями, заставляет забыть, что выстроено оно «всего-то» сто пятнадцать лет тому назад – в 1892 году. Заказ владельца был выполнен архитектором на славу: нет сомнений, что история семьи фон Юкскюллей, ведущих род от первых крестоносцев, прибывших обращать крестом и мечтом далекие балтийские земли в истинную веру, была для зодчего путеводной звездой. Украшенные отреставрированной росписью стены, выкрашенные в насыщенные цвета стрельчатые своды, стилизованные кованые украшения входных и внутренних дверей – все это настраивает на воспоминания об эпохе доблестных рыцарей и прекрасных дам.

В мызе Вазалемма не побрезговал бы, наверное, остановиться и всамделишный наследник Тюдоров.

В мызе Вазалемма не побрезговал бы, наверное, остановиться и всамделишный наследник Тюдоров.

Дамы наших дней приветливо встречают гостей мызы Лайтсе за стойкой разместившегося на первом этаже бара-ресторана. А «рыцарь» застыл в конце ведущей прямо от замкового крыльца аллеи каменной скульптурой со странным предметом в руках – нечто вроде посоха, но пастушеского или епископского – каждый домысливает сам. Легенды о ней пока еще не сложилось: неподвижный страж моложе самого бутафорского «замка» раз в десять. Но надпись, высеченная на его постаменте, подкупает искренностью: нынешние хозяева поместья и разместившегося в нем конференц-центра и гостиницы желают всем спокойного отдыха, хранить покой которого неподвижный страж и призван. Что, согласитесь, замечательно.

Шедевр «на потоке»

Можно спорить на что угодно: из ста опрошенных таллиннцев девяносто девять ни за что не ответят вам, кто такой Константин Вилькен. Не ответят, пожалуй, и все сто – если только среди них не окажется случайно специалист по деревянной архитектуре исторических предместий Таллинна. Последний же, вероятно, подивится неожиданной эрудиции собеседника и расскажет, что каких-нибудь сто лет тому назад фамилия архитектора Вилькена, а точнее – его подпись, была знакома едва ли не каждому таллиннскому застройщику, проектирующему очередной доходный дом где-нибудь в Каламая или Копли. А особенно – в Пелгулинне: шутка ли, всего за один год – 1899-й – им было составлено ни много ни мало… сто сорок девять проектов. Недаром, говоря о деревянных домах эстонской столицы, исследователи употребляют полуофициальный термин «Вилькенская эпоха».

Большинство выстроенных архитектором К.Вилькеном в Таллинне зданий к архитектурным шедеврам не отнесешь. Безусловно, они несут на себе печать времени, подкупают компактным уютом и чисто таллиннским флером: деревянные, двухэтажные, украшенные торцовой башенкой или неожиданным эркером. И тем удивительнее, не доезжая семи километров до руин средневекового монастыря Падизе, увидеть, чуть проехав табличку с надписью «Вазалемма», издалека мощную восьмигранную башню из местного плитняка. Того самого, который величают еще «вазалеммаским мрамором». И который придает мызе Вазалемма особый, почти дворцовый лоск.

Безусловно, очередная вариация на тему Средневековья. Средневековья не своего, местного, сурового, ливонского, а опять-таки заморского, английского. Безусловно, не более чем архитектурная прихоть заказчика, помещика Эдуарда фон Баггенхуфвудта – эдакое подтверждение старинной сентенции, мол, у каждого барона своя фантазия. Или все-таки – шедевр фантазии заурядного, собственно, если судить по образчикам последующей «массовой продукции», архитектора К.Вилькена? Своего рода «лебединая песнь» – недаром же архитектуру с легкой руки Гете зовут «застывшей музыкой» – романтического девятнадцатого столетия, полагавшего, что здание, прежде всего, должно быть красивым? Стоит обойти величественное здание замка Вазалемма, чтобы попытаться разгадать эту загадку. Да и без всякой загадки прогуляться по окружающему мызу парку стоит. Просто для того, чтобы увидеть еще одно сокровище, мимо которого, в лучшем случае, спешно проезжаешь, глядя в окно катящего по Старо-Хаапсалускому шоссе автобуса…

* * *

Три мызы – и три судьбы. Вазалемма ждет первого осеннего дня и спешащих к ее дверям учеников: с 1922 года здесь размещается самая обыкновенная сельская школа. Лайтсе рада гостям круглый год. Кейла-Йоа рада встретить владельца, который вернет ей былое великолепие. Один век постройки – позапрошлый. Один стиль – неоготика. Один уезд – Харьюский. Есть над чем задуматься даже человеку, в повседневной жизни далекому от историческо-искусствоведческих изысканий.

 

Йосеф Кац

«Молодёжь Эстонии»

 

 











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

По Виру конка ходила долгие тридцать лет, а вот на другие улицы Старого города трамвай так и не допустили.

Ратушная площадь, Козе, Пельгулинн: трамвайные планы былого Таллинна

Из многочисленных и амбициозных проектов расширения трамвайной сети Таллинна строительство ветки до аэропорта оказалось едва ли не единственным, воплощенным в ...

Читать дальше...

Капитан Петр Нилович Черкасов и канонерская лодка «Сивуч». Открытка начала XX века.

От Моонзундского архипелага до города Володарска: немеркнущая слава командира легендарного «Сивуча»

Памятник участнику обороны Моонзунда, командующему корабля, прозванного «Балтийским «Варягом», появился на родине героя благодаря Таллиннскому клубу ветеранов флота и газете ...

Читать дальше...

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Дело требует самого незамедлительного решения...»: как Таллиннская мэрия на эстонский язык переходила

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский. Давно назревшие перемены стали возможны ...

Читать дальше...

Советский павильон на Таллиннской международной выставке-ярмарке. Снимок второй половины двадцатых годов.

«Я аромата смысл постиг, узнав, что есть духи «Жиркости»: как Таллинн советской экспозиции на выставке-ярмарке дивился

Девяносто лет назад жители столицы Эстонии смогли ознакомиться с достижениями народного хозяйства соседней, но малознакомой Страны большевиков, не покидая собственного ...

Читать дальше...

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

Здание Александровской гимназии на северной стороне нынешней площади Виру. Фото конца XIX века.

Три столетия и два года: вехи истории русского образования в Таллинне

История преподавания русского языка и на русском языке в столице современной Эстонии недавно перешагнула трехвековой рубеж — весомый, солидный и ...

Читать дальше...

Проект торгового павильона Таллиннского центрального рынка. Иллюстрация из газеты «Советская Эстония», май 1947 года.

Огонь Яановой ночи над новой базарной площадью: семьдесят лет таллиннскому Центральному рынку

Главный рынок столицы переехал на свое нынешнее место между Тартуским шоссе и улицей Юхкентали ровно семь десятилетий назад — накануне ...

Читать дальше...

Во все времена район Ласнамяэ отличался не только многочисленностью жителей, но и разнообразной культурной жизнью.

От «Нового городка» к современной части города: прошлое, настоящее и будущее района Ласнамяэ в Таллине

Коллекция «ласнамяэских фактов» — не слишком известных, а потому — небезынтересных и интригующих. О Ласнамяэ, как, пожалуй, ни о какой иной ...

Читать дальше...

Торговый фасад былого элеватора навевает ассоциации с амбаром ганзейских времен, продольный — удивляет обилием металлических скреп-заклепок.

Зерновой элеватор в квартале Ротерманна в Таллине: возрожденный шедевр промышленной архитектуры

Реставрация одной из самых колоритных индустриальных построек центра столицы удостоена награды от Департамента охраны памятников старины в номинации «Открытие года». «Некоронованным ...

Читать дальше...

Литография второй трети позапрошлого столетия запечатлела пасторальный облик Зеленого луга — со
смётанным в стога сеном.

Все оттенки таллиннского зеленого: весенний цвет в палитре столицы

Зеленый цвет в топонимической палитре Таллинна представлен во всём разнообразии оттенков, значений и смыслов. Из столиц Балтийского побережья Таллинн одевается в ...

Читать дальше...

Утраченный комплекс домов на углу улиц Суур- и Вяйке-Клоостри: жилье учителей городской гимназии середины XVIII столетия.

Дом, пансион и целая улица: как город Таллин жилье для учителей строил

Муниципальное жилье для педагогов Таллинн строит на протяжении последних без малого трех... столетий. Термин «муниципальное жилье» в речевой обиход таллиннцев вошел ...

Читать дальше...

Подвиг экипажа подводной лодки «Щ-408». Картина художника И. Родионова.

Повторившая подвиг «Варяга»: последний поход подлодки «Щ-408»

Подводная лодка «Щ-408» повторила недалеко от берегов Эстонии подвиг легендарного крейсера «Варяг». В годы двух мировых войн на Балтике произошло два ...

Читать дальше...

Архитектор Александр Владовский построил в Копли временную православную церковь, а планировал возвести постоянную лютеранскую.

Соната на заводских трубах: прошлое и будущее таллинского района Копли

Выставка, посвященная формированию ансамбля одного из самых колоритных исторических предместий Таллинна, открылась на прошлой неделе в Эстонском архитектурном музее. Само по ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Камень Линды: Бедная вдова долгие месяцы оплакивала своего любимого мужа Калева, давая волю жалобам и горьким слезам. И стала она приносить на его могилу каменные глыбы, дабы воздвигнуть Калеву достойный памятник и сохранить память о нем для потомков. В Таллинне и поныне можно видеть это надгробие Калева - холм Тоомпеа. Под ним спит вечным сном король древних эстов, с одной стороны холма шумят морские волны, с другой - шелестят родные леса.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!