А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
В старые времена для привлечения в Таллинн больше купцов, отцы города решили построить самую высокую в мире церковь. Но где найти мастера, который взялся бы за столь непростое дело? И тут неизвестно откуда появился незнакомец высокого роста, который пообещал построить такую церковь. Все бы ничего, но запросил он за свою работу столько золота, сколько во всем Таллинне не сыскать... Тогда таинственный мастер предложил следующее: он согласился построить церковь бесплатно, но только при одном условии - если горожане угадают его имя. Незнакомец строил быстро и ни с кем не разговаривал. Когда же строительство стало подходить к концу, отцы города не на шутку всполошились и решили послать шпиона, чтобы тот выведал имя незнакомца. Шпион быстро нашел дом строителя, дождался вечера и, подкравшись к окну, услышал, как мать напевала, баюкая ребенка: «Спи, мой малыш, засыпай. Скоро Олев вернется домой, с полной золота сумой». Так таллиннцы узнали имя загадочного незнакомца. И когда строитель стоял на самой верхушке церковного шпиля и устанавливал крест, кто-то из горожан окликнул его: «Олев, слышишь, Олев, а крест-то у тебя покосился!» Услышав свое имя, Олев от неожиданности потерял равновесие, рухнул с высоты наземь и разбился насмерть. И тут горожане увидели, как у него изо рта выпрыгнула лягушка, а вслед за ней выползла змея... Выходит, не обошлось здесь без помощи темных сил. Но церковь все же назвали в честь ее таинственного строителя.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
В 1940 году, после вхождения Эстонии в Советский Союз, Нымме был присоединен к Таллинну на правах района. Разговоры о восстановлении статуса города велись в начале 80-х годов, но то время жители побоялись лишиться снабжения, полагающегося столице союзной республики. Сегодня представить себе Таллинн без Нымме уже невозможно. Как и Нымме – без Таллинна.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1288 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Нет понятий, стоящих друг от друга более далеко, чем «величина» и «величие». Способов убедиться в этом существует бесконечное множество. Например — уговорить московских приятелей взять двухдневный отгул, залить полный бензобак и, минуя пробки, рвануть вдаль по Ярославскому шоссе. Прочь из Москвы. В провинцию. На северо-восток. По древнерусским городам.

…Они пережили средневековую эпоху своего расцвета и времена купеческого благополучия столетней давности. Они выстояли во время татаро-монгольского нашествия и не сгинули в пору Смутного времени. Без малого полстолетия тому назад они были объединены туристическим маршрутом под звонким названием «Золотое кольцо». Но — отнюдь не превратились в мертвые музейные экспонаты. Они живут своей неспешной, размеренной жизнью. Они пленяют своим величественным, сказочным, если не сказать — эпическим — достоинством. И своими названиями — Ростов, Мышкин, Улейма…

Не фильмом единым

 

Башни и стены ростовского кремля: «Лепота!»

Башни и стены ростовского кремля: «Лепота!»

Вдоль стен ростовского кремля к расположенной на берегу сонного озера Неро «арт-гостинице «Хорс» и частному музею русского быта» тянется улица Сакко. Нынешние глянцевые путеводители «уточняют»: Садко. Но любовно подновленные таблички на посеревшей бревенчатой кладке уверяют: нет, все-таки не в честь легендарного гусляра. А именно американского рабочего активиста итальянского происхождения. Улицы Ванцетти в окрестностях не обнаруживается. Но поразмышлять на тему очередных «приключений итальянцев в России» хочется. Правда, одноименную комедию снимали не тут. Белокаменные стены и башни знакомы населению «одной шестой» части суши по другому кино. Впрочем, не менее культовому.

Боярские шубы, стрелецкие алебарды, кокошники с закрепленной русой косой и даже копия шапки Мономаха — шанс сфотографироваться в костюмах «из того самого фильма» за умеренную плату не упускает, пожалуй, никто из приехавших сюда впервые. Для более «продвинутых пользователей» предлагаются экскурсии «по местам съемок ленты «Иван Васильевич меняет профессию» — одно-, двух- и трехчасовые, с переодеванием в исторические костюмы и трапезой в тех самых палатах, где «пировали все», или же без. Завершающий штрих — теплоходный круиз по озерной глади: вечером, конечно, романтичнее, но лучше успеть до полудня — иначе фотографировать силуэт кремля и окрестных монастырей придется против солнца. Да, до отъезда хорошо бы заскочить на фабрику знаменитой финифти и успеть прикупить сувениров…

Ворота Борисоглебского монастыря — невозмутимое достоинство и красота.

Ворота Борисоглебского монастыря — невозмутимое достоинство и красота.

Таким или почти таким Ростов предстает перед множеством туристов, спешащих по «Золотому кольцу» от достопримечательности к достопримечательности. Но стоит, право, задержаться в этом городе подольше. Чтобы услышать, как в двух шагах от исторических памятников, по берегам тенистого озера Неро пронзительно раздается в предзакатном воздухе лягушачье кваканье. Как милицейский «жигуль» объезжает опустевшие прилавки торговцев сувенирами и усиленным через допотопного вида громкоговоритель голосом «деревенского детектива» разгоняет по домам «тусующуюся» молодежь. Как сгущаются над древними куполами грозовые тучи и ночные зарницы освещают монастырские стены и башни. Как оживают поутру торговые ряды и как город, прошлое которого насчитывает вот уже тысячелетие с четвертью, неспешно вступает в новый день.

Вехи на пути

Дорога к Угличу минует ростовские новостройки двадцатилетней давности, пересекает железнодорожное полотно и неожиданно стремительно тонет в вековых лесах и чащобах. Помимо редкого межобластного автобуса да маршруток, везущих паломников к святыням дальнего уголка ярославской земли, тут, пожалуй, только леший и ходит. Ну и, как полагал классик, «русалка на ветвях сидит». Правда, сказочных персонажей современному человеку доведется увидеть разве что в угличском Музее русской народной нечисти. Да и то — в виде восковых фигур и тряпичных кукол. Но по пути к верховьям Волги увидеть можно куда как большее. И главное — подлинное. Практически не тронутое ни камерой фотообъектива, ни рукой реставратора.

 

Пейзажная идиллия села Улейма.

Как не задумываются над корнями и происхождением сказочного названия Улейма жители одноименной деревушки. Всего-то десяток домов: и покосившихся, посеревших от непогоды и времени изб, и аккуратно выкрашенных, украшенных деревянной резьбой «теремов». А над ними — вышедшее из параллельных миров и времен белокаменное видение: Николо-улейминский монастырь. Уже справочник девяностопятилетней давности определял его как «заштатный». Потому, наверно, и сохранившийся в почти неприкосновенном виде даже в разгар антирелигиозной борьбы: обитель, правда, закрыли в тридцатые годы, но сами монастырские постройки не тронули. Теперь, переданные старообрядческому женскому монастырю, они трогают душу любого — вне зависимости от вероисповедания — забредшего в эту глубинку угличского края. Своей древностью. Своей подлинностью. Своей красотой — и соразмерностью среднерусской природе.Борисоглебский монастырь, расположенный в поселке с тем же названием за каких-нибудь восемнадцать километров от Ростова, — одно

Прошлое и настоящее мирно уживаются в ростовской топонимике.

Прошлое и настоящее мирно уживаются в ростовской топонимике.

из подобных подлинных чудес. Все здесь удивляет — и сам факт того, что посад у стен крепости, по мощи и великолепию не уступающий ростовскому, так и не разросся в город. И лавчонки двухсотлетней давности, плотно лепящиеся к монастырской стене с провинциально-наивными вывесками вроде «секонд-хенд прямо из магазина». И не скрытая асфальтом булыжная мостовая, ведущая к величественным Святым воротам. И неказистый колодец, до сих пор находящийся подле не какой-нибудь, а именно — Колодезной башни. И — полное отсутствие туристов: о таящемся в древнем архитектурном ансамбле потенциале местные жители, торгующие у его стен бесхитростным набором для садово-огородных домов, похоже, и не задумываются.

Культ мыши

 

Экспозиция «единственного в мире Музея мыши»: чуть аляповато, слегка наивно — но как трогательно!

Экспозиция «единственного в мире Музея мыши»: чуть аляповато, слегка наивно — но как трогательно!

Экспозиция «единственного в мире Музея мыши»: чуть аляповато, слегка наивно — но как трогательно!

Город Мышкин — загадка загадок. Прежде всего непонятно, за что советская власть так рьяно ополчилась на этот неприметный, в самом положительном значении этого слова, провинциальный городок. Сперва, в 1927 году, лишила городского статуса. Потом — решила загнать местных жителей в колхоз, параллельно вывозя в райцентр местные музейные и библиотечные фонды. А к 1940-му — и вовсе затопив старейшую, приволжскую часть города в ходе строительства Угличской ГЭС: вплоть до начала девяностых годов причалить к мышкинской пристани мало-мальски серьезному плавсредству мешали, говорят, стропила оказавшихся под водой строений.

Ныне к сходням мышкинской пристани обязательно швартуются по два-три круизных теплохода: стоит ли удивляться, если Мышкин включен в трассу «Золотого кольца» и значится как первая стоянка во время путешествий по Волге. И здесь рождается вторая загадка — каким образом и откуда после восстановления в 1991 году городского статуса мышкинцы черпают бесконечный запас энергии и фантазии, превращающий рядовой поселок городского типа в милый городок с неповторимым лицом? И хотя многое тут может показаться столичному эстету наивным и провинциальным, сами горожане, похоже, этому только рады: как же иначе, если своим «туристическим брендом» они избрали лозунг «Мышкин — город классической провинции».

Печать провинциальности лежит тут на всем. На съезжающем по немощенной улице к Волге пыхтящем автобусе, глохнущем в канаве и остающемся стоять на неопределенное время. На обилии импровизированных музеев — от, как заявлено в любом путеводителе, «единственного в мире Музея мыши» до растиражированного, похоже, в каждом небольшом российском городке Музея водки. На оконной резьбе ныне реставрируемых особнячков и «неспроста» украшающих ворота одного из дворов силуэтов якорей: помимо титула «мировой мышиной столицы», Мышкин с не меньшим основанием претендует на звание столицы волжских лоцманов. На тщательно продублированных на табличках названиях улиц: поди, реши, какое из них более уместное — дореволюционный Верхний бульвар или «советская» Пушкинская?…

* * *

…Она совем недалеко — другая Россия. Не та, со злободневным политическим подтекстом, а действительно иная — живущая иными проблемами и переживаниями, чем столичный мегаполис и города-миллионники. Но от этого она не менее замечательная. И вернуться в нее хочется не раз…

Йосеф Кац

«Молодёжь Эстонии»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Барон Александр фон дер Пален и служащие Балтийской железной дороги на перроне вокзала в Ревеле. Снимок 1870-ых годов.

«Балтийская железная дорога, наше выстраданное дитя»

Первый пассажирский поезд из тогдашней столицы Российской империи в нынешнюю столицу Эстонской Республики прибыл ровно сто пятьдесят лет тому назад. Перестук ...

Читать дальше...

В галерее Русского театра Эстонии, проходит юбилейная художественная выставка «Осень №55»

Автор работ, признанный у нас и далеко за рубежом, талантливый художник, Сергей Волочаев. Картины изумляют идеями, подходом и различными техниками. Представлены ...

Читать дальше...

Дом Иосифа Копфа на углу Пикк и Хобузепеа и портрет его владельца на золотой брошке.

Ревельский ювелир Иосиф Копф: золотых дел мастер

Девяносто лет назад Таллинн прощался с Иосифом Копфом - человеком, еще при жизни сумевшим стать, выражаясь современным языком, «коммерческим брендом». Георг ...

Читать дальше...

Директор Таллиннского Городского архива в 1989-1996 гг. Ю. Кивимяэ демонстрирует грамоту XV века - одну из многих, вернувшихся в родной город. Снимок из газеты «Советская Эстония».

Исток таллиннской историографии: возвращение Городского архива

Ровно тридцать лет тому назад история столицы вновь стала длиннее почти на восемь столетий: в Таллинн вернулись фонды Городского архива. Его ...

Читать дальше...

Катастрофа с девятью погибшими на Балтийском вокзале

Самая тяжелая авария в истории эстонских железных дорог произошла 40 лет назад, в первую субботу октября. Поезда приближались друг к другу ...

Читать дальше...

Как закончилась сказка про Гэдээр

Падение Берлинской стены стало в СССР шоком для многих взрослых, а для некоторых детей - первым столкновением с ложью. "Гэдээр" ...

Читать дальше...

Сто сорок лет назад городская стена Ревеля нуждалась если не в реставрации, то в консервации - как минимум.

Семь веков на страже города Таллина: летопись крепостной стены

У одного из узнаваемых символов таллиннского Старого города - солидный юбилей: с начала строительства крепостной стены вокруг средневекового ядра нынешней ...

Читать дальше...

Здание Немецкой реальной школы непосредственно после постройки.

Школа на улице Луйзе: реквием по утраченному

Здание Немецкого реального училища, некогда признававшееся идеалом и образцом для аналогичных построек, возродившееся после войны в ином облике, безвозвратно утрачено ...

Читать дальше...

Домский, он же Длинный мост на рисунке Карла Буддеуса, середина XIX века.

Тоомпеаский, Каменный, Пиритаский: мосты над водами Таллинна

Даже без учета виадуков и путепроводов, семейство таллиннских мостов – достаточно многочисленное. А главное – способное поведать о себе немало ...

Читать дальше...

Вариант развития мемориального ансамбля на Маарьямяги по версии середины шестидесятых…

Памятник двадцатому веку: ансамбль на Маарьямяги

Мемориальный комплекс на Маарьямяги давно уже стал памятником не конкретным событиям или лицам, а всему, что произошло с Эстонией на ...

Читать дальше...

Ворота в конце улицы Трепи на довоенных открытках встречаются часто, но топоним «Ныэласильм» конкретно к ним еще не применялся.

Головы, ноги, чрево и горб: анатомия таллиннских улиц.

Географические названия, щедро рассыпанные по карте Таллинна, позволяют читать ее почти как… анатомический атлас. Уподобить город человеческому организму впервые предложили пионеры ...

Читать дальше...

Портреты павших в сражении 11 сентября 1560 года горожан и старейшее изображение Таллинна на эпитафии Братства черноголовых.

Восемь столетий Таллинна: век XVI век, пора рефлексий

Непростой во всех отношениях XVI век подарил Таллинну первые портреты города и его жителей, первый памятник, а также один из ...

Читать дальше...

То, чего не было в реальности: «Потопление финского броненосца «Вяйнемяйнен» на советском плакате.

Разрушители мифов: охота за «Вяйнемейненом»

В биографии одного из самых неуловимых военных кораблей Второй мировой войны — финского броненосца береговой обороны «Вянемейнен» — нашлось место ...

Читать дальше...

Гостиничный комплекс «Пеолео» в день своего открытия.

Иволга на обочине шоссе: мотель и кемпинг «Пеолео»

Первая ласточка – вернее, пожалуй, было бы сказать «первая иволга» – частного гостиничного бизнеса современной Эстонии «свила гнездо» тридцать лет ...

Читать дальше...

Флагман Эстонского морского пароходства «Георг Отс». Открытка восьмидесятых годов прошлого века.

Белоснежный красавец-теплоход: легендарный «Георг Отс»

Ровно сорок лет тому назад северный сосед стал ближе: в июне 1980 года на линию Таллинн-Хельсинки вышел, без преувеличения, легендарный ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Большинство горожан были выходцами из деревни. Свободных крестьян тогда почти не было. Значит, город укрывал беглых крепостных. Год и один день должен был провести в городе каждый из них, чтобы получить свободу. Но, и став горожанином, бывший крепостной должен был добывать себе средства к существованию тяжелым трудом, за который платили гроши. Каждый горожанин был членом объединения (гильдии или цеха). Гильдий в городе было три, а цехов - гораздо больше, может быть, столько же, сколько и профессий. Город сохранил память о некоторых из них, так как люди одной профессии сделались слободами. Вот улица Кинга - здесь жили сапожники. На Монетной (Мюнди) - осели монетчики, на Куллассепа (золотых дел мастеров) колдовали ювелиры. Булочники, кузнецы, рыбаки - каждый жил на своей родной улице Сайа-Кяйк, Сепа, Каламая.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!