А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Есть внешне ничем не примечательная улочка в районе Вышгорода. И даже, кажется, официального названия не имеет. Но интересна тем, что она - самая узкая в городе. Отсюда и народное название "улица пьяного рыцаря". Мол, когда рыцарь пьян настолько, что ходить не в состоянии, он мог по ней пройтись, опираясь руками за дома, находящихся с двух сторон. Однажды две дамы в пышных платьях застопорили на ней движение. Одновременно они пройти по ней не могли, а уступить одна-другой дорогу - не желали. Народу вокруг собралось - тьма! Все ругаются, а сделать ничего не могут. Один молодчик из простых людей сообразил как быть. Говорит, пусть та, что моложе уступит дорогу той, что старше. Дамы настолько перепугались, что одновременно развернулись боком и протиснулись мимо друг-друга по улице.
Хроники Таллина
Говорят так:
На улице Ратаскаэву (Колесного колодца) жил некий легкомысленный домовладелец, который промотал все свое состояние. Однажды ночью, потеряв надежду поправить свои дела, он решил покончить с собой. В эту роковую минуту в дом к нему постучался неизвестный и попросил позволения устроить следующей ночью на верхнем этаже его дома свадебный пир. Незнакомец, посулил за это несчастному хозяину несметные богатства, но при одном условии - никто не должен подслушивать и подсматривать, иначе того постигнет смерть. Домовладелец принял предложение. Вечером следующего дня к подъезду дома на Ратаскаэву начали съезжаться роскошные кареты, в окнах верхнего этажа зажглись яркие огни, заскрипела лестница, будто по ней поднималось огромное число людей. Из верхней залы доносились звуки чудесной музыки, весь дом ходил ходуном - казалось, плясали тысячи гостей. Но едва колокола на городских башнях пробили час ночи, как погасли огни на верхнем этаже, и все стихло. Наваждение исчезло. Домовладелец же, еще накануне весь в долгах и думавший покинуть сей бренный мир, сказочно разбогател за ночь и стал кутить пуще прежнего. Правда, внезапно умер его слуга, который успел признаться перед смертью священнику, что был тайным свидетелем свадьбы черта в доме своего хозяина. Черт справляет так свадьбу, - поведал священнику несчастный.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1299 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Военный историк, исследователь событий начала прошлого века Владимир Верзунов, называет Моонзудское сражение,  «лебединой песнью Российского Императорского флота». Тем более, что происходило оно 90 лет назад, в октябрьские дни 1917 года, почти в канун тех событий, которые иные исследователи называют Великой Октябрьской революцией, а другие — большевистским переворотом.

Так сложно порой разобраться в этих драматических событиях, в проблеме противостояния красных и белых ценностей, героев революционного движения и героев «белого дела». Но должен же быть целостный взгляд на нашу национальную историю? Иначе — откуда ей быть, национальной памяти?

Матросы Отряда подводного плавания, вступившие в Ревельский ударный батальон смерти. В центре — добровольцы с подводной лодки «Ягуаръ». Март 1917 года. 2 х фото из собрания Владимира Верзунова

Матросы Отряда подводного плавания, вступившие в Ревельский ударный батальон смерти. В центре — добровольцы с подводной лодки «Ягуаръ». Март 1917 года. 2 х фото из собрания Владимира Верзунова

На страницах российских, и не только российских, газет идет сейчас большая дискуссия о революционных потрясениях начала прошлого века. Что дала революция России? Что дала она миру? Это огромная, прямо-таки необъятная тема, значение которой трудно переоценить. Но мы коснемся пока лишь той ее части, которая имела отношение к трагедии Моонзундского сражения.

Некоторые исследователи, и в том числе академик, доктор исторических наук Л. Медведко, считают, что события 1917 года — это прежде всего протестная реакция против незавершенной тогда войны. Революции и войны всегда были продолжением друг друга. Они, говорит академик, как бы соревновались между собой по числу приносимых жертв, по морю пролитой крови. Первая мировая война, утверждает историк, породила Февраль. Октябрь 1917-го попытался покончить с одной войной, но породил другую, еще более кровопролитную — гражданскую. Как не согласиться с подобным утверждением?

…И вот мы сидим с Владимиром Владимировичем Верзуновым в его необыкновенном маленьком кабинетике, который чем-то сродни Морскому мартирологу начала ХХ века. Как мог такой кабинет появиться в обычной, стандартной ласнамяэской квартире?

Командир подводной лодки «БАРСЪ» ст. лейтенант Николай Николаевич Ильинский.

Командир подводной лодки «БАРСЪ» ст. лейтенант Николай Николаевич Ильинский.

Со стен смотрят глаза тех, кого давно уже нет на свете. Строгие, благородные лица, хочется сказать, лики старых морских офицеров, командовавших некогда знаменитыми кораблями. Названия их остались в истории, в песнях, в легендах. «Не думали, братцы, мы с вами вчера, что нынче умрем под волнами…»

Помню, как поразилась я, узнав из записей Николая Черкашина, морского офицера, журналиста и писателя, которого с Верзуновым, кстати, связывает давняя дружба и совместная исследовательская работа, что эту гордую, прощальную песню о «Варяге» пели моряки линкора «Новороссийск», взорванного и опрокинувшегося, в последние мученические свои часы и минуты. Глухие звуки этой песни слышали те, кто находился наверху, над поверхностью моря. Ее пели, говорят, и моряки-подводники погибшего «Комсомольца», замерзавшие на плоту в Норвежском море. Ее пели, считает Черкашин, и в уцелевших после страшного взрыва отсеках «Курска». Такая вот поразительная эстафета…

Об этих моряках, об этих подводных лодках середины и конца ХХ века мы знаем все-таки немало. Но мы почти ничего не знаем о подводной лодке, которой командовал Антоний Эссен, сын знаменитого адмирала Эссена, одного из последних талантливейших флотоводцев конца XIX — начала ХХ века. Верзунов рассказывает, кстати, что в Нигулисте есть герб рода Эссенов, старинного рыцарского рода. Сам адмирал умер в 1915 году, а сын его погиб вместе со своей подлодкой как раз в дни Моонзундского противостояния. В то же время погибли и несколько других подводных лодок, среди них «Барс», «Гепард» и т.д. Горько говорить об этом, но, наверное, трудно было не погибнуть в те драматические времена, когда враг наступал, а флот российский разваливался, матросы, распропагандированные, по словам Верзунова, не хотели воевать.

В его записях есть страшные подробности. О том, например, как на линкоре «Петропавловск» решением общего собрания команды были приговорены к расстрелу четыре офицера, отказавшихся дать расписки в верности Временному правительству. Тогдашний командующий Балтийским флотом, рассказывает Верзунов, послал Керенскому срочную телеграмму, в которой резко протестовал против «отобрания подобных бумаг с офицеров», считая, что «флоту этим выражается недоверие накануне нового германского похода». Керенский согласился с тем, что «расписки — это недоверие», но было уже поздно. На многих кораблях уже шли расправы с офицерами.

Вспоминается, кстати, эпизод, который я вычитала у писателя и публициста Виктора Сиротина.

Великая Французская революция была провозглашена, как известно, во имя беднейших сословий. Но в 1792 году, когда буржуазия в лице жирондистов (вспомним школьный курс истории) «сдала Францию», этот беднейший народ поднялся как один против интервентов. Клич «Отечество в опасности!», прозвучав в Париже, отозвался в самых глухих селениях Франции. И народ, глубоко осознав трагедию своего Отечества, поднялся на борьбу с врагом, спасая страну и нацию.

У писателя Сиротина есть справедливая и, надо сказать, поучительная мысль, что этого всенародного героизма, этой народной победы и не было бы, если бы душу народа на протяжении поколений «тыкали в грязь», как это было в России. В разгар Первой мировой войны презираемые «вышестоящим» обществом русские мужики, одетые в солдатские шинели, легко поверив агитаторам, подняли на штыки представителей не своего, чуждого им сословия.

Но не все, нет, не все было так однозначно. По книге Пикуля и фильму «Моонзунд», любимому многими из нас и мной в том числе, мы помним морского офицера Иртеньева, поразительно сыгранного Олегом Меньшиковым. Верзунов рассказывает, что у этого персонажа был реальный прототип. Только Бертеньев, так звали этого офицера, не погиб на батареях Цереля, не был расстрелян в то смутное время. Он, по словам Верзунова, служил в Российском флоте и после революции. А умер в осажденном Ленинграде в голодном и холодном 42-м году. Но перед этим еще просил разрешения отправиться на фронт, бить врага, тех же немцев, что и в 17-м. Но возраст и здоровье этого уже, конечно, не позволили.

И вот еще поразительная подробность, которую я услышала от Верзунова. Тот самый Кнюпфер, которого в фильме так талантливо сыграл Николай Караченцов, — помните, он ходил в котелке и клетчатом пальто? — вовсе не был предателем. Он, как рассказывает Верзунов, был замечательным человеком. На крейсере «Дмитрий Донской» шел к Цусиме путем эскадры адмирала Рожественского. Был ранен в бою, тонул, был захвачен в плен японцами. А после освобождения из плена строил как раз укрепления в Сворбском районе, те самые батареи Цереля, о которых и рассказывает фильм.

Есть свидетельства, говорит Верзунов, что когда немцы, уже захватившие почти весь Эзель, предложили Кнюпферу почетные условия сдачи, он сказал, что «шкурников», которые приведут к нему парламентеров, он прикажет расстрелять, а самих парламентеров — повесить…

Батареи Цереля держались до конца. Солдаты, которые должны были защищать орудия с тыла, сбежали, паника была сильна. Но матросы стреляли и стреляли, не давая возможности врагу подойти близко.

Верзунов показал мне отрывки из воспоминаний мичмана Альфреда Бекмана, служившего и воевавшего на линейном корабле «Цесаревич», названном потом «Гражданином». Это поразительный по силе человеческий документ… Бекман очень просто, почти документально, без всяких литературных прикрас рассказывает о боях в Моонзунде. О том, например, как в бухте Тагалахт немцы высадили десант — мотоциклетные и кавалерийские части, которые с ходу двинулись двумя колоннами на Аренсбург и Ориссар. Или о том, как уже на следующий день стало известно, что на Кассарском плесе идут бои между немецкими эсминцами и нашими — «Новиком», «Изяславом», «Забиякой», «Громом» и канонерской лодкой «Грозящий». Шум боя был слышен на рейде Куйвасту… Или о том, как с «Гражданина» ночью моряки наблюдали за разрывами семнадцатидюймовых снарядов на острове Эзель, на предмостном укреплении у дамбы Ориссара вместе с Морским ударным батальоном сражался десант с «Гражданина» из 30 добровольцев во главе с мичманом. Еще накануне они отправились защищать дамбу.

Бекман вспоминает, как его корабль под яростной бомбежкой пошел к Аренсбургу, там еще сопротивлялась немцам 107-я дивизия Иванова. «Внезапно показался перископ какой-то подводной лодки. Пошла стрельба ныряющими снарядами. Не без труда дали отбой, оттаскивая командоров от орудий, — видимо, нервное напряжение после перехода по узкому проходу между отмелями и минными полями было слишком сильным».

Берег Сворбе, пишет Бекман, почти сплошная желто-красная полоса огня, из которой вырываются к небу протуберанцы зеленоватых всплесков. В жарких отсветах зарева с Цереля на воде виднелись спасавшиеся на лодках и плотах люди. На кораблях решили, что батареи Цереля уже захвачены немцами. Ведь невозможно в этом аду, в этом хаосе, в этих почти безнадежных условиях все еще держаться и держаться.

«Гражданин» получил приказ уничтожить батареи Цереля, чтобы они не достались врагу. И орудия корабля уже стреляли, когда луч прожектора нащупал распластанную на доске, еле видную в воде фигуру человека. Поднятый на палубу, он все кричал: «Что вы делаете? По своим стреляете!» Оказалось, батареи Цереля еще живы, моряки еще стреляют, они еще сопротивляются…

А на Ориссарской дамбе сражался Ревельский ударный батальон. Верзунов рассказывает, что командовал им, этим батальоном, офицер по фамилии Шишко, уникальный человек, храбрец и умелец. Он был известен своими дерзкими эскападами еще во времена Порт-Артурской обороны. После падения крепости длинным кружным путем, через Владивосток и Сайгон он сумел добраться до кораблей эскадры Рожественского и на одном из них участвовал в Цусимском бою. На Ориссарской дамбе его батальон погиб весь, до последнего человека. Они все во главе со своим командиром верили, знали, что Родину надо отстаивать до последней капли крови. Они не пожалели и ее, эту последнюю каплю.

Вот такие это были люди… Такими были те далекие, грозные, противоречивые и трагические времена. На Сааремаа, который назывался прежде Эзелем, давным-давно поставлен простой черный крест в память о всех погибших в дни обороны Моонзунда, 90 лет назад. Нельзя, чтобы о них, сражавшихся до конца и погибших, забывали. Какими бы ни были времена…

«Молодёжь Эстонии»

Нелли Кузнецова











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Семья лопарей-саамов с их оленями. Иллюстрация из газеты «Rigasche Rundschau», март 1931 года.

Заполярье за Коммерческой гимназией: Лапландия в Таллинне

Для того чтобы посетить «всамделишную Лапландию», столичным жителям девяностолетней давности было достаточно заглянуть на пустырь за зданием нынешнего Английского колледжа ...

Читать дальше...

Руководство Рийгикогу первого созыва в служебных помещениях замка Тоомпеа.

Бездна доверия и масса проблем: 1-я сессия 1-го Рийгикогу

Сто лет тому назад термин «Рийгикогу» вошел в активный словарь жителей Таллинна и других городов нашей страны: 4 января 1921 ...

Читать дальше...

Таллиннский Дед Мороз переходного от «новогоднего» к «рождественскому» периоду своей биографии на открытке второй половины 80-х годов.

В Кадриорге когда-то работала школа Дедов Морозов

Тридцать лет назад в Таллинне открылось учебное заведение, аналогов которому прежде в истории системы образования столицы едва ли было возможно ...

Читать дальше...

На месте Järve Selver почти сто лет высились корпуса фабрики, основанной Оскаром Амбергом.

Силикатный кирпич Оскара Амберга

Сто десять лет тому назад на окраине тогдашнего Таллинна приступило к работе предприятие, без преувеличения, изменившее облик города самым радикальным ...

Читать дальше...

Заглядывать в чужие окна – не слишком культурно. Заглянуть же в историю таллиннских окон – как минимум небезынтересно.

От трилистника до... стены: биография таллиннских окон

Сочлененное с готическим порталом средневековое окно в каменной раме можно отыскать даже на фасадах зданий, до неузнаваемости перестроенных в последующие ...

Читать дальше...

Главный акцент интерьера часовни в башне городской стены – изображение девы Марии – выполнен художником Андреем Стасевским и каллиграфом Татьяной Яковлевой.

От грозного Марса до Девы Марии: метаморфозы башни Грусбекетагуне

Первый ярус одной из башен таллиннской городской стены превратился в уникальный культовый и культурный объект. То, что расположенная поблизости башня крепостной ...

Читать дальше...

Обложка альбома «Георг Отс – 100», выпущенного в нынешний юбилейный год.

Еще раз о Георге Отсе: портрет в жанре альбома

Альбом «Георг Отс – 100», выпущенный таллиннским издательством «Александра», – достойный аккорд юбилейного года, посвященного столетию со дня рождения легендарного ...

Читать дальше...

Сцена из второго акта современной постановки «Верной Аргении». 2011 год.

«Верная Аргения» в зале Большой гильдии

Триста сорок лет тому назад – в ноябре 1680 года – таллиннцы впервые познакомились с оперным искусством. Событие, вне сомнения, примечательное, ...

Читать дальше...

Одна из самых знаменитых работ Кристиана Акерманна - алтарь таллиннского Домского собора в реставрационных лесах во время подготовки к нынешней выставке.

Вспоминая «ревельского Фидия»: скульптор Кристиан Акерманн

Выставка работ одного из самых ярких и талантливых таллиннских мастеров скульптуры эпохи Барокко и его современников открылась в минувшую пятницу ...

Читать дальше...

«Косуля» у подножья Тоомпеа в сквере на улице Нунне – неизменная классика с 1930 года.

«Косуля» Яана Коорта – знакомая и незнакомая косуля

Одна из самых популярных у таллиннцев и гостей города скульптура появилась в городском пространстве столицы ровно девяносто лет тому назад. В ...

Читать дальше...

Здание нынешней Таллиннской музыкальной школы за минувший век не изменилось – чего нельзя сказать о его окрестностях.

Сто двадцать лет истории: особняк музыкальной школы

Запланированная реставрация вернет одному из примечательных зданий в ансамбле застройки Нарвского шоссе былой блеск, а работающей в нем Таллиннской музыкальной ...

Читать дальше...

Барон Александр фон дер Пален и служащие Балтийской железной дороги на перроне вокзала в Ревеле. Снимок 1870-ых годов.

«Балтийская железная дорога, наше выстраданное дитя»

Первый пассажирский поезд из тогдашней столицы Российской империи в нынешнюю столицу Эстонской Республики прибыл ровно сто пятьдесят лет тому назад. Перестук ...

Читать дальше...

В галерее Русского театра Эстонии, проходит юбилейная художественная выставка «Осень №55»

Автор работ, признанный у нас и далеко за рубежом, талантливый художник, Сергей Волочаев. Картины изумляют идеями, подходом и различными техниками. Представлены ...

Читать дальше...

Дом Иосифа Копфа на углу Пикк и Хобузепеа и портрет его владельца на золотой брошке.

Ревельский ювелир Иосиф Копф: золотых дел мастер

Девяносто лет назад Таллинн прощался с Иосифом Копфом - человеком, еще при жизни сумевшим стать, выражаясь современным языком, «коммерческим брендом». Георг ...

Читать дальше...

Директор Таллиннского Городского архива в 1989-1996 гг. Ю. Кивимяэ демонстрирует грамоту XV века - одну из многих, вернувшихся в родной город. Снимок из газеты «Советская Эстония».

Исток таллиннской историографии: возвращение Городского архива

Ровно тридцать лет тому назад история столицы вновь стала длиннее почти на восемь столетий: в Таллинн вернулись фонды Городского архива. Его ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
В старые времена для привлечения в Таллинн больше купцов, отцы города решили построить самую высокую в мире церковь. Но где найти мастера, который взялся бы за столь непростое дело? И тут неизвестно откуда появился незнакомец высокого роста, который пообещал построить такую церковь. Все бы ничего, но запросил он за свою работу столько золота, сколько во всем Таллинне не сыскать... Тогда таинственный мастер предложил следующее: он согласился построить церковь бесплатно, но только при одном условии - если горожане угадают его имя. Незнакомец строил быстро и ни с кем не разговаривал. Когда же строительство стало подходить к концу, отцы города не на шутку всполошились и решили послать шпиона, чтобы тот выведал имя незнакомца. Шпион быстро нашел дом строителя, дождался вечера и, подкравшись к окну, услышал, как мать напевала, баюкая ребенка: «Спи, мой малыш, засыпай. Скоро Олев вернется домой, с полной золота сумой». Так таллиннцы узнали имя загадочного незнакомца. И когда строитель стоял на самой верхушке церковного шпиля и устанавливал крест, кто-то из горожан окликнул его: «Олев, слышишь, Олев, а крест-то у тебя покосился!» Услышав свое имя, Олев от неожиданности потерял равновесие, рухнул с высоты наземь и разбился насмерть. И тут горожане увидели, как у него изо рта выпрыгнула лягушка, а вслед за ней выползла змея... Выходит, не обошлось здесь без помощи темных сил. Но церковь все же назвали в честь ее таинственного строителя.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!