А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Легенда об эстонском донжуане, или Сладкие прегрешения: Под южным нефом таллиннской Домской церкви есть надгробная плита, по которой проходят все прихожане. Под ней покоится дворянин Отто Иохан Туве. Веселый ловелас в знак раскаяния за грехи завещал похоронить себя у входа в собор - чтобы горожане топтали его прах. Однако хитрец таким образом обвел всех: неисправимый донжуан, он даже с того света умудряется любоваться дамскими ножками.
Хроники Таллина
Говорят так:
Однажды Таллинн, который называли девой, ибо еще никто не сумел овладеть им, целое лето осаждало неприятельское войско. И хотя крепостные стены и башни надежно защищали таллиннцев, голод становился день ото дня все более лютым, и сердцами горожан овладели отчаяние и малодушие. Спасителем города в этот трудный час оказался барон Пален, хозяин поместья Палмсе. Он сделал вид, будто хочет послать голодным горожанам провизию. Когда повозки со съестным и пивными бочками приблизились к лагерю неприятеля на Ласнамяги, они были тотчас захвачены врагами. Голод измучил осаждавших солдат не меньше, чем таллиннцев, поэтому они набросились как волки на провизию, забыв про осаду. Хозяин Палмсе воспользовался этой короткой передышкой, чтобы спасти город. Он велел доставить морем к стенам города откормленного быка, а также немного солода, и передал их горожанам. Горожане сварили свежего пива и отнесли его на передние земляные валы. На днища перевернутых бочек они налили пива - так, чтобы пена потекла через края. Затем выпустили на валы быка, который выбежал, взрывая рогами землю. Когда враги увидели бочки с пенящимся пивом и откормленного быка, у них душа ушла в пятки. "Пропади все пропадом", - сказали солдаты, - "того не возьмешь измором, кто может еще столько пива наварить и прогуливает жирных быков на валах. Скорее сами умрем от голода". На следующее утро горожане увидели, что неприятель уходит восвояси. Таллинн был опять спасен.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1332 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 237 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Военный историк, исследователь событий начала прошлого века Владимир Верзунов, называет Моонзудское сражение,  «лебединой песнью Российского Императорского флота». Тем более, что происходило оно 90 лет назад, в октябрьские дни 1917 года, почти в канун тех событий, которые иные исследователи называют Великой Октябрьской революцией, а другие — большевистским переворотом.

Так сложно порой разобраться в этих драматических событиях, в проблеме противостояния красных и белых ценностей, героев революционного движения и героев «белого дела». Но должен же быть целостный взгляд на нашу национальную историю? Иначе — откуда ей быть, национальной памяти?

Матросы Отряда подводного плавания, вступившие в Ревельский ударный батальон смерти. В центре — добровольцы с подводной лодки «Ягуаръ». Март 1917 года. 2 х фото из собрания Владимира Верзунова

Матросы Отряда подводного плавания, вступившие в Ревельский ударный батальон смерти. В центре — добровольцы с подводной лодки «Ягуаръ». Март 1917 года. 2 х фото из собрания Владимира Верзунова

На страницах российских, и не только российских, газет идет сейчас большая дискуссия о революционных потрясениях начала прошлого века. Что дала революция России? Что дала она миру? Это огромная, прямо-таки необъятная тема, значение которой трудно переоценить. Но мы коснемся пока лишь той ее части, которая имела отношение к трагедии Моонзундского сражения.

Некоторые исследователи, и в том числе академик, доктор исторических наук Л. Медведко, считают, что события 1917 года — это прежде всего протестная реакция против незавершенной тогда войны. Революции и войны всегда были продолжением друг друга. Они, говорит академик, как бы соревновались между собой по числу приносимых жертв, по морю пролитой крови. Первая мировая война, утверждает историк, породила Февраль. Октябрь 1917-го попытался покончить с одной войной, но породил другую, еще более кровопролитную — гражданскую. Как не согласиться с подобным утверждением?

…И вот мы сидим с Владимиром Владимировичем Верзуновым в его необыкновенном маленьком кабинетике, который чем-то сродни Морскому мартирологу начала ХХ века. Как мог такой кабинет появиться в обычной, стандартной ласнамяэской квартире?

Командир подводной лодки «БАРСЪ» ст. лейтенант Николай Николаевич Ильинский.

Командир подводной лодки «БАРСЪ» ст. лейтенант Николай Николаевич Ильинский.

Со стен смотрят глаза тех, кого давно уже нет на свете. Строгие, благородные лица, хочется сказать, лики старых морских офицеров, командовавших некогда знаменитыми кораблями. Названия их остались в истории, в песнях, в легендах. «Не думали, братцы, мы с вами вчера, что нынче умрем под волнами…»

Помню, как поразилась я, узнав из записей Николая Черкашина, морского офицера, журналиста и писателя, которого с Верзуновым, кстати, связывает давняя дружба и совместная исследовательская работа, что эту гордую, прощальную песню о «Варяге» пели моряки линкора «Новороссийск», взорванного и опрокинувшегося, в последние мученические свои часы и минуты. Глухие звуки этой песни слышали те, кто находился наверху, над поверхностью моря. Ее пели, говорят, и моряки-подводники погибшего «Комсомольца», замерзавшие на плоту в Норвежском море. Ее пели, считает Черкашин, и в уцелевших после страшного взрыва отсеках «Курска». Такая вот поразительная эстафета…

Об этих моряках, об этих подводных лодках середины и конца ХХ века мы знаем все-таки немало. Но мы почти ничего не знаем о подводной лодке, которой командовал Антоний Эссен, сын знаменитого адмирала Эссена, одного из последних талантливейших флотоводцев конца XIX — начала ХХ века. Верзунов рассказывает, кстати, что в Нигулисте есть герб рода Эссенов, старинного рыцарского рода. Сам адмирал умер в 1915 году, а сын его погиб вместе со своей подлодкой как раз в дни Моонзундского противостояния. В то же время погибли и несколько других подводных лодок, среди них «Барс», «Гепард» и т.д. Горько говорить об этом, но, наверное, трудно было не погибнуть в те драматические времена, когда враг наступал, а флот российский разваливался, матросы, распропагандированные, по словам Верзунова, не хотели воевать.

В его записях есть страшные подробности. О том, например, как на линкоре «Петропавловск» решением общего собрания команды были приговорены к расстрелу четыре офицера, отказавшихся дать расписки в верности Временному правительству. Тогдашний командующий Балтийским флотом, рассказывает Верзунов, послал Керенскому срочную телеграмму, в которой резко протестовал против «отобрания подобных бумаг с офицеров», считая, что «флоту этим выражается недоверие накануне нового германского похода». Керенский согласился с тем, что «расписки — это недоверие», но было уже поздно. На многих кораблях уже шли расправы с офицерами.

Вспоминается, кстати, эпизод, который я вычитала у писателя и публициста Виктора Сиротина.

Великая Французская революция была провозглашена, как известно, во имя беднейших сословий. Но в 1792 году, когда буржуазия в лице жирондистов (вспомним школьный курс истории) «сдала Францию», этот беднейший народ поднялся как один против интервентов. Клич «Отечество в опасности!», прозвучав в Париже, отозвался в самых глухих селениях Франции. И народ, глубоко осознав трагедию своего Отечества, поднялся на борьбу с врагом, спасая страну и нацию.

У писателя Сиротина есть справедливая и, надо сказать, поучительная мысль, что этого всенародного героизма, этой народной победы и не было бы, если бы душу народа на протяжении поколений «тыкали в грязь», как это было в России. В разгар Первой мировой войны презираемые «вышестоящим» обществом русские мужики, одетые в солдатские шинели, легко поверив агитаторам, подняли на штыки представителей не своего, чуждого им сословия.

Но не все, нет, не все было так однозначно. По книге Пикуля и фильму «Моонзунд», любимому многими из нас и мной в том числе, мы помним морского офицера Иртеньева, поразительно сыгранного Олегом Меньшиковым. Верзунов рассказывает, что у этого персонажа был реальный прототип. Только Бертеньев, так звали этого офицера, не погиб на батареях Цереля, не был расстрелян в то смутное время. Он, по словам Верзунова, служил в Российском флоте и после революции. А умер в осажденном Ленинграде в голодном и холодном 42-м году. Но перед этим еще просил разрешения отправиться на фронт, бить врага, тех же немцев, что и в 17-м. Но возраст и здоровье этого уже, конечно, не позволили.

И вот еще поразительная подробность, которую я услышала от Верзунова. Тот самый Кнюпфер, которого в фильме так талантливо сыграл Николай Караченцов, — помните, он ходил в котелке и клетчатом пальто? — вовсе не был предателем. Он, как рассказывает Верзунов, был замечательным человеком. На крейсере «Дмитрий Донской» шел к Цусиме путем эскадры адмирала Рожественского. Был ранен в бою, тонул, был захвачен в плен японцами. А после освобождения из плена строил как раз укрепления в Сворбском районе, те самые батареи Цереля, о которых и рассказывает фильм.

Есть свидетельства, говорит Верзунов, что когда немцы, уже захватившие почти весь Эзель, предложили Кнюпферу почетные условия сдачи, он сказал, что «шкурников», которые приведут к нему парламентеров, он прикажет расстрелять, а самих парламентеров — повесить…

Батареи Цереля держались до конца. Солдаты, которые должны были защищать орудия с тыла, сбежали, паника была сильна. Но матросы стреляли и стреляли, не давая возможности врагу подойти близко.

Верзунов показал мне отрывки из воспоминаний мичмана Альфреда Бекмана, служившего и воевавшего на линейном корабле «Цесаревич», названном потом «Гражданином». Это поразительный по силе человеческий документ… Бекман очень просто, почти документально, без всяких литературных прикрас рассказывает о боях в Моонзунде. О том, например, как в бухте Тагалахт немцы высадили десант — мотоциклетные и кавалерийские части, которые с ходу двинулись двумя колоннами на Аренсбург и Ориссар. Или о том, как уже на следующий день стало известно, что на Кассарском плесе идут бои между немецкими эсминцами и нашими — «Новиком», «Изяславом», «Забиякой», «Громом» и канонерской лодкой «Грозящий». Шум боя был слышен на рейде Куйвасту… Или о том, как с «Гражданина» ночью моряки наблюдали за разрывами семнадцатидюймовых снарядов на острове Эзель, на предмостном укреплении у дамбы Ориссара вместе с Морским ударным батальоном сражался десант с «Гражданина» из 30 добровольцев во главе с мичманом. Еще накануне они отправились защищать дамбу.

Бекман вспоминает, как его корабль под яростной бомбежкой пошел к Аренсбургу, там еще сопротивлялась немцам 107-я дивизия Иванова. «Внезапно показался перископ какой-то подводной лодки. Пошла стрельба ныряющими снарядами. Не без труда дали отбой, оттаскивая командоров от орудий, — видимо, нервное напряжение после перехода по узкому проходу между отмелями и минными полями было слишком сильным».

Берег Сворбе, пишет Бекман, почти сплошная желто-красная полоса огня, из которой вырываются к небу протуберанцы зеленоватых всплесков. В жарких отсветах зарева с Цереля на воде виднелись спасавшиеся на лодках и плотах люди. На кораблях решили, что батареи Цереля уже захвачены немцами. Ведь невозможно в этом аду, в этом хаосе, в этих почти безнадежных условиях все еще держаться и держаться.

«Гражданин» получил приказ уничтожить батареи Цереля, чтобы они не достались врагу. И орудия корабля уже стреляли, когда луч прожектора нащупал распластанную на доске, еле видную в воде фигуру человека. Поднятый на палубу, он все кричал: «Что вы делаете? По своим стреляете!» Оказалось, батареи Цереля еще живы, моряки еще стреляют, они еще сопротивляются…

А на Ориссарской дамбе сражался Ревельский ударный батальон. Верзунов рассказывает, что командовал им, этим батальоном, офицер по фамилии Шишко, уникальный человек, храбрец и умелец. Он был известен своими дерзкими эскападами еще во времена Порт-Артурской обороны. После падения крепости длинным кружным путем, через Владивосток и Сайгон он сумел добраться до кораблей эскадры Рожественского и на одном из них участвовал в Цусимском бою. На Ориссарской дамбе его батальон погиб весь, до последнего человека. Они все во главе со своим командиром верили, знали, что Родину надо отстаивать до последней капли крови. Они не пожалели и ее, эту последнюю каплю.

Вот такие это были люди… Такими были те далекие, грозные, противоречивые и трагические времена. На Сааремаа, который назывался прежде Эзелем, давным-давно поставлен простой черный крест в память о всех погибших в дни обороны Моонзунда, 90 лет назад. Нельзя, чтобы о них, сражавшихся до конца и погибших, забывали. Какими бы ни были времена…

«Молодёжь Эстонии»

Нелли Кузнецова











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд

Новый роман-сказка, Подземная Башня. Увидит ли свет?

Прошу вас поддержать мой проект - издание книги «Подземная Башня». Книга «Подземная Башня» интересна уже тем, что до сих пор ...

Читать дальше...

Петровское реальное училище, ныне – Таллиннская реальная школа: первое в городе здание, построенное специально для нужд учебного заведения.

«Дома учения» и «храмы знаний»: эволюция таллиннских школ

Понятие «школа» неизменно присутствует в сознании жителей Таллинна последние столетий семь минимум. При этом облик самих школьных зданий изменялся в ...

Читать дальше...

Игорь Коробов: людей интересует прошлое, и часто больше, чем настоящее

«Если бы государственные чиновники работали так же самоотверженно, как работают подвижники на поприще энциклопедического дела, мы были бы процветающей Швейцарией», ...

Читать дальше...

Начало прорыва в Кронштадт: крейсер «Киров» покидает горящий Таллинн. 
Рисунок Якова Ромаса, в 1941-43 годах художника эскадры Балтийского флота.

Таллиннский переход-1941: фарватером мужества и бессмертия

Восемьдесят лет исполняется событию одновременно трагическому и героическому: легендарному переходу кораблей и судов Балтийского флота из Таллинна в Кронштадт. «Для меня ...

Читать дальше...

Митинг на площади Вабадузе 20 августа 1991 года - за считанные часы до восстановления государственной независимости.

Таллинн, август 1991-го: точки на карте столицы

Знаковые для новейшей истории Эстонской Республики места столицы – очевидные и менее известные. Общая историческая канва событий, кульминационным этапом которых стало ...

Читать дальше...

Вид на шпиль церкви Олевисте со строительными лесами во время проведения послепожарных реставрационных работ. Август-ноябрь 1931 года.

Противогазы, насосы и фальшивые реликвии: как шпиль Олевисте от гибели спасали

Девяносто лет тому назад одна из вертикальных доминант силуэта столицы и общепризнанная визитная карточка Старого Таллинна чудом оказалась спасена от ...

Читать дальше...

Автомобильные аварии в Советской Эстонии

Не так давно, попалась коллекция фотоснимков автомобильных катастроф. Фотографии офицера советской милиции, Анатолия Калиничева. За фиксацию истории, ему большая благодарность. ...

Читать дальше...

История таллинского герба

В червлёном щите серебряный крест.  Малый герб происходит от флага Дании, так как датский король Вальдемар II был правителем Эстляндии. В ...

Читать дальше...

Археологическая удача: на бывшем чумном кладбище в центре Таллинна найдены десять скелетов

Замена труб в центре Таллинна дала археологам возможность провести раскопки и исследовать место, где когда-то располагалось чумное кладбище, пишет Eesti ...

Читать дальше...

Летний буфет на горке у Морских ворот, открывшийся в 1886 году и окончательно сгоревший накануне Первой мировой войны.

От бастиона до парка: преображения горки Раннамяги

Скорое трехсотсорокалетие горка Раннамяги встретит через три года изрядно помолодевшей: управа Кесклиннаской части города приступила к долгожданной реставрации памятника архитектуры. На ...

Читать дальше...

Более 60 последних лет фоном памятнику жертвам расстрела на Новом рынке служит не театр «Эстония», а сосны кладбища Рахумяэ.

«Колесо свободы» с площади Нового рынка

Девяносто лет тому назад в центре Таллинна был открыт один из самых необычных памятников столицы – как по своему облику, ...

Читать дальше...

Восемьдесят с лишним лет тому назад перед входом в нынешний Детский музей Мийамилла плескались
посетители бассейна-лягушатника.

Парк, стадион и музей: детские адреса Таллинна

В городском пространстве столицы современной Эстонии присутствует с полдюжины объектов, имеющих к отмечаемому 1 июня Международному детскому дню самое непосредственное ...

Читать дальше...

Ревельский рейд в начале XIX столетия и вице-адмирал Горацио Нельсон. Современный коллаж.

«Все принимали меня за Суворова»: ревельский визит адмирала Нельсона

Двести двадцать лет тому назад нынешнюю столицу Эстонии с не вполне официальным и не слишком дружественным визитом посетил вице-адмирал Горацио ...

Читать дальше...

Капелла на Римско-католическом кладбище Таллинна накануне сноса в 1955 году.

Забытый уголок: капелла Багриновских и прошлое парка Пооламяги

Археологические раскопки на территории нынешнего парка Пооламяги – исторического Римско-католического кладбища – помогут определить будущий облик этого забытого уголка Таллинна. Топоним ...

Читать дальше...

Главный фасад исторического здания таллиннского Балтийского вокзала, сданного в эксплуатацию ровно полтора века тому назад.

«Прекрасно обставленный»: полтора века Балтийского вокзала

Балтийский вокзал – главные железнодорожные ворота Таллинна – распахнул свои двери перед горожанами и гостями города полтора века тому назад: ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Таллиннцы неоднократно обращались и к шведскому, и к русскому правительству с просьбой похоронить Де Круа. Ну вот, денег, собранных за просмотр тела де Круа набралось достаточно, чтобы рассчитаться с долгами, которые он наделал при жизни и решено было де Круа похоронить. На отпевание собралось всего несколько человек. Они думали, что последние, кто видит загадочную улыбку де Круа перед окончательным захоронением. Но судьба распорядилась иначе. После последней войны, когда восстанавливали разрушенную церковь Нигулисте, могила де Круа помешала реконструкции, и его перезахоронили. Теперь, когда вы войдете в "Концертный зал-музей Нигулисте", посмотрите внимательно на пол. Там, возле входа вы увидите большую надгробную плиту, под которой нашел свое очередное упокоение Карл-Евгений де Круа. Навсегда…
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!