А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Камень Линды: Бедная вдова долгие месяцы оплакивала своего любимого мужа Калева, давая волю жалобам и горьким слезам. И стала она приносить на его могилу каменные глыбы, дабы воздвигнуть Калеву достойный памятник и сохранить память о нем для потомков. В Таллинне и поныне можно видеть это надгробие Калева - холм Тоомпеа. Под ним спит вечным сном король древних эстов, с одной стороны холма шумят морские волны, с другой - шелестят родные леса.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Центр Старого Таллинна украшает Домский собор, главный храм Вышгорода. Пол его выложен надгробными плитами с эпитафиями и гербами знатных дворянских фамилий. Здесь захоронены видные шведские полководцы, а также остзейский барон Иван Крузенштерн, первый русский мореплаватель, совершивший кругосветное путешествие спустя триста лет после Магеллана. С собором этим связана одна занимательная история. Где-то в середине ХIХ века дремавшего у входа в храм ночного сторожа грубо разбудили. Тот быстро пришел в себя: перед ним стояли человек пять в масках, по речи, важные господа. Они повелели ему открыть двери, которые укажут, завязали глаза и повели. Сторож все открыл, но его все вели и вели, по дороге отпирая какие-то двери. Повязку сняли в маленькой комнатке: там стояло несколько сундуков, из которых господа отсыпали в мешки часть золотых и серебряных монет. Сторожу сказали: «Мы не разбойники, берем то, что захоронили здесь наши предки. Остальное оставляем нашим потомкам». А чтобы старик помалкивал, ему дали два золотых, вновь завязали глаза, вывели на улицу и растворились в ночи. Сколько ни пытался сторож потом найти потайную комнату с сокровищами, ничего не вышло. О происшествии этом рассказал он на смертном одре, а монеты завещал городскому музею, где они и хранятся поныне. Конечно, разнеслись слухи, полезли в собор кладоискатели, да все напрасно.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1354 posts
    • 0 comments
    • 39 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 238 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

На берегах реки Кейла расположен большой и красивый парк Кейла-Йоа, раскинувшийся на холмах с подъемами, спусками и стремительным шумным водопадом — чудесным местом природы. А рядом с правым берегом реки заброшенные строения дворцового ансамбля, с которым связаны имена графа Бенкендорфа, князей Волконских, композитора Алексея Львова и его скрипки итальянского мастера Паоло Маджини.

Лицом к лицу —
Лица не увидать,
Большое видится
на расстояньи…
Сергей Есенин

От Замоскворечья до Кейла-Йоа

В тихом замоскворецком переулке музей Тропинина и художников его времени. В начале семидесятых годов прошлого века музей приобрел у наследников некогда популярного артиста Московского театра оперетты Григория Марковича Ярона картину — портрет неизвестного офицера. Полотно изображало молодого человека в форме инженера путей сообщения, стоявшего у стола, на котором лежали циркуль и какой-то чертеж, в руках у офицера… скрипка. Ни автора картины, ни того, кто на ней изображен, наследники Ярона не знали. Единственно, что им было ведомо — приобретена картина в начале тридцатых годов у неких Львовых. Тогда это никому ни о чем не говорило… Одно было несомненно — картина написана настоящим мастером первой половины ХIХ столетия.

Известный московский коллекционер и основатель музея Тропинина Феликс Евгеньевич Вишневский и тогдашний его директор Галина Крапивницкая приступили к изучению полотна. Портрет показался знакомым. Просмотрели пятитомное издание начала ХХ века “Русский портрет” и в одном из томов обнаружили репродукцию этой картины. Ее написал в 1823 году художник Юзеф Олешкевич, и изображен на ней будущий композитор и скрипач-виртуоз Алексей Федорович Львов.

Когда академик живописи Олешкевич, популярный в начале ХIХ столетия портретист и автор исторических полотен, ближайший друг поэта Адама Мицкевича, писал портрет молодого инженера путей сообщения, он несомненно знал, что Алексей Львов был сыном директора императорской капеллы Федора Львова и племянником известного архитектора Николая Львова. Знал, вероятно, и то, что молодой Львов (ему было тогда 24 года) — способный музыкант: не зря же он изобразил его со скрипкой. А вот она, скрипка, играет в этой истории особую роль.

Алексей Федорович Львов сделал блестящую карьеру, но не инженерную, хотя начал именно с нее. Первые шаги на поприще инженерных знаний он сделал при устройстве военных поселений в ведомстве небезызвестного графа Аракчеева, с немалым успехом занимаясь строительством мостов. В 1824 году он вышел в отставку и вскоре получил место адъютанта шефа корпуса жандармов графа Александра Христофоровича Бенкендорфа и не раз бывал вместе с ним в имении Кейла-Йоа, принадлежавшем графу.

Большая Русская энциклопедия конца ХIХ века сообщает: “С детства вращаясь в музыкальной семье и испытывая влечение к музыке, Львов выказал отличные способности к игре на скрипке”. Служба Бенкендорфа не помешала ему стать композитором и видным музыкальным деятелем своего времени, создателем Петербургского симфонического общества. После смерти отца Алексей Федорович возглавил императорскую капеллу, в которой тогда работали выдающиеся музыканты, в частности композитор Михаил Иванович Глинка. Французский композитор Гектор Берлиоз считал Петербургскую капеллу, возглавляемую Алексеем Львовым, лучшей в Европе.

“Боже, царя храни”

В 1833 году император Николай I пожелал иметь самостоятельную мелодию русского гимна: до этого российский гимн исполнялся на музыку Георга-Фридриха Генделя. Почему император возложил эту почетную миссию на относительно молодого музыканта Алексея Львова, а не на Глинку или другого известного композитора того времени, сказать трудно. Ясно одно — адъютант графа Бенкендорфа с поручением справился блестяще! Плодом вдохновения Алексея Львова стал написанный им на слова Василия Андреевича Жуковского гимн “Боже, царя храни”, торжественно звучавший на всех официальных церемониях до конца февраля 1917 года.

Несколько лет назад была опубликована повесть-эссе Михаила Корсунского “О Коринфских, Ольдероге и не только о них”, где есть рассказ о попавшей в руки автора редкой книге некого Уманца “Замок Фалль под Ревелем”, в которой кроме весьма подробного описания имения Кейла-Йоа (тогда оно называлось мыза Фалль), принадлежавшего графу Бенкендорфу, излагается предание о том, что музыку российского гимна Алексей Львов написал именно на мызе Фалль во время пребывания там с императором Николаем I и Бенкендорфом. Впервые исполнив на скрипке свое произведение, автор в порыве чувств выбросил смычок в пучину водопада.

Впрочем, оставим на совести безвестного ныне Уманца его красивую легенду и прочтем воспоминания правнука Бенкендорфа, князя Сергея Волконского, чье детство прошло на мызе Фалль.

“Фалль, дивный Фалль под Ревелем на берегу моря, — пишет Волконский. — Под знаком Фалля прошел расцвет моей детской души, и на всю жизнь звук этого имени остался символом всего прекрасного, чистого, свободного… О , этот дом, в котором пахнет деревянной резьбой, сухими и живыми цветами! Приветливая готика, уютная нарядность, дивный вид с террасы, из каждого окна. И все: воздух, свет, запахи, портреты, книги, и тишина, и говор — все укутано немолчным шумом водопада…”

В старом доме у водопада Васерфалль (нем. “падающая вода”), построенном петербургским архитектором А.И.Штакеншнейдером, была зала, которую называли “колонная комната”, с портретами предков и старинным фортепьяно. Вспоминая о детстве, Волконский пишет: “Я сидел в колонной комнате и считал квадраты на паркете шашкою из дуба и черного дерева. А бабушка (дочь Бенкендорфа) рассказывала, что у той двери, когда она была девочкой, стоял и водил смычком по своему “Маджини” знаменитый Львов, автор “Боже, царя храни”, и его скрипка звучала, как оркестр. Он был адъютантом моего прадеда Бенкендорфа и столь хороший музыкант, сколь и хороший инженер. Есть в Фалль через реку Львовский мост: один пролет покоится на железных стержнях, которые концами уходят в берега: легкость удивительная! Император Николай I, когда увидел этот мост, сказал: “Львов через реку перекинул свой смычок”.

Вот он, “смычок”-то какой, а скрипичные смычки в воду не бросают, особенно от такой скрипки, какая была у автора гимна России!

Уникальный “Маджини”

Неспроста Алексей Федорович Львов пожелал видеть ее на своем портрете. Инструмент — редчайший! Он был создан выдающимся итальянским мастером Джованни Паоло Маджини, главой школы скрипичных мастеров из города Брешиа, расположенной по соседству со знаменитой Кремоной. Инструменты Маджини и его учеников с успехом конкурировали со скрипками великих кремонцев. В 1856 году бельгийский композитор и музыковед Франсуа Фетис издал справочник редких музыкальных инструментов, из которого следует, что в середине ХIХ столетия в мире насчитывалось всего двадцать скрипок Маджини (1580-1632). По данным этого источника, семь скрипок этого мастера находятся в России, причем специально оговорено, что одна из них принадлежит “Львову в С-Петербурге”.

К Алексею Львову скрипка попала в 1804 году, когда ему было шесть лет. Ранее инструментом владел известный итальянский скрипач Джоровики. Будучи на гастролях в Петербурге, он неожиданно умер, и его имущество, в том числе и скрипка Маджини, было продано с торгов. Скрипку в оригинальном футляре приобрел за три тысячи рублей — сумму по тем временам невероятную — отец Алексея Львова. Уже в старости музыкант говорил: “Что-то будет с моей несравненной скрипкой? Я играл на ней более пятидесяти лет!”

Где сейчас пребывает знаменитая скрипка автора гимна России? Пока это — загадка. Во всяком случае в Государственной коллекции редких музыкальных инструментов России нет ни одной скрипки Маджини, хранятся только две работы его учеников.

И вот, думается, начинается самое интересное. В фондах Таллиннского музея театра и музыки совершенно спокойно хранится скрипка, ранее принадлежавшая эстонскому скрипачу Юлиусу-Эдуарду Сырмусу. В 1958 году подарила скрипку Таллиннскому музею проживавшая в Англии вдова артиста Вирджиния Сырмус. На табличке в витрине, где она была выставлена, сказано, что изготовил инструмент в XVII веке мастер… Паоло Маджини.

Не исчезнувшая ли это скрипка автора российского гимна, созданная великим скрипичным мастером из итальянского города Брешиа?

Лев Лившиц

«Молодёжь Эстонии»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Подземная Башня

Путешествие по этажам «Подземной башни»

«Подземная башня» - литературный дебют Вене Тоомаса - погружает читателя в седую старину и недалекое прошлое Таллинна, позволяя увидеть город ...

Читать дальше...

Часовня СЗА на кладбище в Копли 25 октября 1936 года.

Возвращение памяти: часовня Северо-Западной армии в таллинском районе Копли

Одна из достопримечательностей Пыхья-Таллинна и памятник русскому прошлому столицы, утраченный в послевоенные годы, начинает свое возвращение к таллиннцам. До начала нынешнего ...

Читать дальше...

Открытие часовни на братской могиле воинов СЗА в 1936 году. Современная колоризация исторического фото.

«Это — не забытые могилы»: некрополь Северо-Западной армии на кладбище в Копли

Часовня-памятник воинам северо-западникам, восстановление которой началось в Копли на позапрошлой неделе – часть утраченного мемориального ансамбля, формировавшегося на протяжение полутора ...

Читать дальше...

Брошюра, рекламирующая свечи производства Flora. 1960-е годы.

Свет живой и неизменный: свечные истории Таллинна

Название, которое носит начинающийся месяц в эстонском народном календаре, позволяет взглянуть на дальнее и недалекое прошлое Таллинна в дрожащем свете ...

Читать дальше...

В зале Таллиннской городской электростанции. 1938 год.

«Особенно дорого электричество в Таллинне, Нарве и Нымме...»

Вынесенная в заголовок фраза вовсе не позаимствована из современных СМИ: неприятные сюрпризы ежемесячный счет за свет приносил, случалось, и в ...

Читать дальше...

Общежитие на Акадеэмиа теэ, 7 – первый многоэтажный жилой дом Мустамяэ в начале шестидесятых годов.

«Дом с негаснущими окнами»: самый первый в Таллинском Мустамяэ

Современная история Мустамяэ началась ровно шестьдесят лет тому назад: в январе 1962 года в первый многоэтажный дом нынешней части города ...

Читать дальше...

Узнаваемая панорама таллиннских крыш на заставке номера газеты «Waba Maa» от 24.12.1930.

Поздравления с первой полосы: праздничный наряд газетных номеров

Для того, чтобы узнать о приближении зимних праздников, жителю былого Таллинна не было нужды заглядывать в календарь: вполне хватало бросить ...

Читать дальше...

«Нам, Каурый, за ними все равно не угнаться, так хоть отставать не станем»:
прежние и современные методы уборки снега на карикатуре Э.Вальтера. 
Газета «Õhtuleht», 1951 год.

От лопат до стальных «лап»: арсенал таллиннских снегоборцев

Уборка таллиннских улиц от снега и наледи – как вручную, так и с помощью разного рода специальных приспособлений и машин ...

Читать дальше...

Таким видел застройку площади Вабадузе между Пярнуским шоссе и улицей Роозикрантси архитектор Бертель Лильеквист. Рисунок из хельсинской газеты Huvudstadtsblatter, 1912 год.

Таллинн, построенный финнами: северный акцент портрета города

Шестое декабря – День независимости Финляндии – самая подходящая дата вспомнить о вкладе северных соседей в архитектурный облик Таллинна. Не много ...

Читать дальше...

В руках деревянного воина, как и прежде, – меч и копье, под ногами – полевой цветок.
Фото: Йосеф Кац

Кривой меч и копье с вымпелом: амуниция для деревянного воина

Один из шедевров прикладной скульптуры эпохи барокко и герой сразу нескольких современных гидовских баек вновь предстал перед горожанами практически в ...

Читать дальше...

Подводная лодка «М-200» (у пирса) и однотипная с ней «М-201» после перевода на Балтику. 1945 год.

«Курск» Балтийского флота: жертвы и герои подлодки «Месть»

Шестьдесят пять лет тому назад у самых берегов Эстонии разыгралась трагедия, соизмеримая по драматизму с гибелью российской подводной лодки «Курск». Увидав ...

Читать дальше...

Паровоз-памятник во дворе Таллиннской транспортной школы, фото 2015 года.

«Кч 4» со двора на ул. Техника: прощание с паровозом-памятником

В конце минувшего месяца Таллинн лишился частицы своей транспортной истории: локомотив-памятник, стоявший перед историческим зданием железнодорожного училища на улице Техника, ...

Читать дальше...

Церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы, в районе улицы Гонсиори. На её месте ныне цветочный магазин "Каннике"

Утраченные храмы и часовни Таллина

В 1734 году в районе Каламая была построена деревянная гарнизонная церковь Феодора Стратилата на Косе. В начале XIX века богослужения в Феодоровском ...

Читать дальше...

...и столичный постовой. Рисунок из газеты «Эсмаспяэв», 1932 год.

Стражи безопасного движения в Таллине: юбилей дорожных знаков

Вот уже девять десятков лет, как дорожные знаки являются неотъемлемым элементом уличного пейзажа Таллинна - настолько привычным, что замечают их ...

Читать дальше...

Летнее помещение Морского собрания на берегу пруда в Кадриорге. В отличие от главного здания организации на Ратушной площади – утрачено.

Ревельское морское собрание: эпилог многолетней истории

История Ревельского морского офицерского собрания в общих чертах любителю таллиннской старины известна. Как и при каких обстоятельствах история эта завершилась ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Раньше Ратушная площадь служила не только местом торговли, но и местом объявления указов, турнирной площадкой, местом наказания. Почти в центре площади стоял на каменном постаменте позорный столб, к которому ставили воров, казнокрадов, приговоренных к смертной казни, у позорного столба секли розгами, но казнили там фактически только одного человека. Произошла эта поучительная история в конце XVII века. Некий пастор Панике, пребывая в дурном настроении по причине воскресного похмелья, решил позавтракать в местном трактире. Вполне, надо заметить, понятное желание. Хлебнув пивка, он заказал себе яичницу. Через какое-то время служанка принесла нечто подгоревшее и пересоленное. Пастор резонно заметил, что есть эту дрянь он не будет, так что пусть готовят новую порцию и принесут еще пива. Со второй яичницей произошла точно такая же история. Залив горе и подступающее раздражение новой порцией пива, пастор стал ждать третью по счету яичницу. Когда он увидел новый «шедевр кулинарии», то его просто переклинило и, впав, как говорят ныне, «в состояние аффекта», хмельной пастор просто задушил нерадивую кухарку. Очухавшись, сам явился с повинной в Ратушу и слезно попросил его казнить. Магистрат пошел навстречу этой просьбе и отрубил ему голову прямо на площади.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!