А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
С Вышгорода в Нижний город можно спуститься несколькими путями: по ступенькам Паткулевской лестницы, по улице Тоомпеа, лежащей между Харьюмяги и Линдамяги, но, пожалуй, лучше воспользоваться улицей Пикк-Ялг (Длинная нога). До XVII века она была единственной дорогой, связывающей Вышгород и Нижний город. Вступив на эту улицу, вы почувствуете себя как в глубоком рву: с двух сторон ее обрамляют высокие стены из известняковых плит. Этими стенами в середине XV века непокорный Нижний город отгородился от властолюбивого Вышгорода.
Говорят так:
Однажды в Таллинн прибыл один матрос. Он слышал, что в жилах похороненного тут карла-Евгения де Круа текла королевская кровь и вообразил, что в гробу могут быть ценные вещи. Поздним вечером матрос вошел в усыпальницу церкви Нигулисте. Свеча осветила гроб на постаменте. Матрос приподнял гробовую крышку, откинул покрывало и увидел усатое лицо де Круа с застывшей иронической улыбкой. Весть о том, что де Круа не сгнил, разлетелась сначала по Таллинну, а вскоре и по Эстонии. Всем хотелось посмотреть на это чудо. Предприимчивый церковный сторож поставил возле мумии де Круа копилку для пожертвований. И оказалось, что де Круа после смерти "зарабатывал" значительно больше, чем при жизни. Тщетно...
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1306 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

1 сентября 1948 года бабушка одела меня особенно нарядно, а мама повела меня в школу. Таллиннская 24-я неполная средняя школа находилась на улице Кооли. Чтобы попасть в нее, надо было пройти через двор эстонской 1-й средней школы — нынешней гимназии Густава-Адольфа, вдоль крепостной стены Нижнего города, от которой веяло романтикой Средневековья. А дорога в школу шла вдоль всего Тоомпеа. Само здание школы тоже было историческим. В семнадцатом веке здесь располагалась одна из первых типографий. Для школы здание было не очень приспособлено. Сразу при входе тебя окутывало амбре от школьного туалета. Похоже, канализация сохранилась нетронутой примерно с того же века. Но нас это тогда мало смущало. Зато была широкая лестница с перилами, по которым можно было с немыслимой скоростью съезжать с этажа на этаж. В этой школе мне было суждено провести пять лет, пока ее не закрыли из-за антисанитарных условий.

Учительница первая моя
Учительница мне понравилась. Мария Кирилловна Кикас была молодой и очень миловидной, а главное — доброй. У нее были двое сыновей, с младшим из которых, Костей, я вскоре подружился, причем вовсе не из меркантильных соображений. Костя учился на класс младше. В нашем же классе публика собралась весьма пестрая. Был, например, Толя Безыменский, которого в школу привозил папа на шикарной машине ЗИС 101. Были жившие в одном доме на Вышгороде Шейнин и Лонкин, чьи папы были офицерами. Был Жора Дрездов — сын погибшего на подводной лодке «Лембит» матроса. Был Рудик Россов — сын старшего лейтенанта НКВД и медсестры военного госпиталя. Была группа «завокзальных», каламаяских — Дима Рутенберг, Юра Долгих, Миша Анисин, были сыновья учительницы, впоследствии преподававшей мне физику в 19-й средней школе, Нины Ефимовны Глущенко, — Вовка и Витька, причем Витька остался в первом классе на второй год.

Начало переводческой карьеры
Все это были для меня в тот день лица незнакомые. А одно оказалось знакомым. В классе недоуменно озирался мой товарищ по детскому саду Вальдур Арет. Его присутствие меня чрезвычайно поразило, ведь я-то знал, что он по-русски не понимает ни слова. Его мама, чрезвычайно интеллигентная и деликатная женщина, объяснила моей маме, что решила отдать сына в русскую школу, потому что эстонский язык он и так знает, а знание русского очень поможет ему в жизни. Забегая вперед, скажу, что так оно и вышло. Вальдур стал доктором технических наук, работал ректором Кеме­­ров­­­­­­­­­с­кого института технологии пищевой промышленности, ректором Центра морского образования в Таллинне.
Но в тот момент на меня легла еще дополнительная обязанность — переводить ему то, что говорит учительница. Мария Кирилловна с пониманием относилась к тому, что во время ее объяснений на уроке слышалось мое бурчанье. Вероятно, мой стаж синхронного переводчика можно отсчитывать и с 1 сентября 1948 года.
Надо сказать, что дополнительная обязанность меня не очень обременяла. Хотя мама и не занималась моим системным дошкольным образованием, к моменту поступления в школу я свободно читал, довольно грамотно писал, без труда считал в пределах тысячи. В общем, в классе мне было делать нечего, и все предметы, за исключением чистописания, давались мне без малейшего усилия. А вот заставить палочки быть ровными мне не удавалось, как не удавалось и не поставить на странице хоть одну кляксу — ведь писали мы 86-ми перьями, и на каждой парте стояла чернильница, несправедливо названная «непроливайкой». Она еще как проливалась, надо было только правильно перевернуть ее.

Лень и шкода, а потом уже школа
Моя излишняя подготовленность к начальной школе приучила меня к лени, что впоследствии доставило мне немало неприятностей. И даже не только в отдаленном будущем, но и сразу. Ведь на уроках нужно было чем-то заниматься, и я находил себе занятие в виде разной шкоды. Например, очень интересно было бросить посреди урока в чернильницу кусочек карбида. Вонь по классу шла такая, что Мария Кирилловна выгоняла всех в коридор и проветривала класс. Что и требовалось. Бывала шкода и менее невинная.
Для попадания в школу, когда я уже стал ходить один, без мамы, наша компания, в которую входили Жора Дрездов, Вальдур, Рудик Россов и я, освоила такой маршрут: на виадуке на улице Роху останавливались для перевода стрелки маневровые составы. Мы садились на подножку вагона и ехали до вокзала. Там было главным прошмыгнуть мимо контролера, ведь на вокзальный перрон пускали только по перронным билетам, стоившим один рубль. Их на выходе проверяли. Мы выходили через изогнутые нами же прутья ограждавшей территорию вокзала решетки. Оттуда мы в обход пруда Шнелли поднимались к Вышгородской стене, влезали на нее как заправские скалолазы, заходили за Шейниным и Лонкиным и вместе с ними продолжали путешествие по стене. Странно, что ни разу это не привело к падению. Сейчас я бы точно этот путь не повторил.
В третьем классе все наши геройства померкли. В класс пришел мальчишка в полной матросской форме и с лычкой старшего матроса на погонах. Это был юнга одного из катеров, базировавшихся в Минной гавани. Они был сиротой, старше нас на несколько лет и стал сыном команды катера еще в годы войны. У него даже была медаль за оборону Ленинграда. А вот с учебой у него были нелады. Мы дружно принялись ему помогать, а он организовал нам экскурсию в Минную гавань, куда посторонним вход был запрещен самым строжайшим образом. Надо ли говорить, как интересно было мальчишкам (школа-то была мужская, ведь Иосиф Виссарионович считал совместное обучение развратом) полазить по настоящему боевому кораблю!
Первые четыре класса я заканчивал с неизменными похвальными грамотами с портретами Ленина и Сталина. В пятом, когда начались физика и другие предметы, меня стала подводить привычка ничего не делать. В табеле появились четверки.

«Или на рыбалке, или на свалке»
В это время мы освоили новые места развлечений. Первое из них — городская свалка, начинавшаяся там, где сейчас пролегла улица Сыле, и тянувшаяся до прибрежного леса Штромки. Кое-где она огибала огороды, служившие для нас источником гороха, брюквы, моркови и даже огурцов, сгрызаемых во время игр. Мы были почти единственными, купавшимися на Штромке. И мы точно были единственными, осмеливавшимися там копаться в земле. А копались мы по весьма простой причине — лес был начинен последствиями войны. Мы находили ружейные и артиллерийские гильзы, а однажды, в мое отсутствие, мой одноклассник Толя Личков нашел самую настоящую мину. Из нее решено было выплавить тол. Мину сунули в костер. Надо ли говорить, какой был результат? Сам Толя отделался жуткими ожогами лица, а двух других мальчишек не стало.
Патронами наши карманы были набиты всегда. Около вокзала, в вагонном парке, стояли пульманы, в которых во время войны перевозили боеприпасы. На полу этих вагонов была россыпь патронов. Мы устраивали в вагонах «самоварчики»: вытаскивали пули из десятка-другого патронов, высыпали порох на пол, поверх этой кучки клали целые патроны, поджигали порох, а сами прятались под вагон. Вскоре начиналась пальба. Судя по дыркам в заборе, пули вылетали на бульвар, и наше счастье, что мы никого не убили. Попадался нам в вагонах и артиллерийский порох — макароны. Он очень красиво горел.
Другим местом развлечений стал канал теплой воды от электростанции. В нем и зимой водилась рыба. Ловили мы ее на самодельные удочки, состоявшие из орехового удилища, вырезанного на свалке, веревки, утащенной из дома, и крючка, согнутого нами самими из тонкой стальной проволоки. Пойманную салаку тут же нанизывали на прутик и жарили на костре. Это было необычайно вкусно, даже без соли.
Когда мама однажды разыскивала меня и наткнулась на улице на Рудика, он на вопрос, где я, не задумываясь, ответил: «Или на рыбалке, или на свалке».
Вот так, параллельно, проходило наше обучение и в неполной средней школе и в начальной школе жизни.

«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.




Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Первые семь КТ-4 в ожидании «воздушного путешествия»
с железнодорожной платформы на трамвайные пути. Февраль 1981 года.

Чехословацкие «аквариумы» для трамвая Таллинна

Сорок лет тому назад на таллиннские улицы впервые вышли трамваи чехословацкой сборки «КТ-4», обслуживающие жителей и гостей столицы и по ...

Читать дальше...

Что и почему нужно знать о тайном пакте Бермонта-Гольца

Сто лет назад, 21 сентября 1919 года, генерал германской армии Рюдигер фон дер Гольц и командир Западной добровольческой армии самопровозглашенный ...

Читать дальше...

Часовня СЗА на кладбище в Копли 25 октября 1936 года.

Возвращение памяти: часовня СЗА в Копли

Одна из достопримечательностей Пыхья-Таллинна и памятник русскому прошлому столицы, утраченный в послевоенные годы, начинает свое возвращение к таллиннцам. До начала нынешнего ...

Читать дальше...

Таллин

О НАЗВАНИИ СТОЛИЦЫ ЭСТОНСКОЙ ССР

7 декабря 1988 г. на сессии Верховного Совета Эстонской ССР единогласно принята поправка к русскому тексту Конституции (Основного закона) Эстонской ...

Читать дальше...

Модель торгового судна XVII века, принадлежавшего членам ревельского братства Черноголовых, в коллекции Таллиннского городского музея.

Восемь столетий Таллинна: Век семнадцатый, переломный.

Семнадцатый век единственный в восьмивековой истории Таллинна целиком и полностью укладывается в рамки Шведского времени, составляя тем самым большую часть ...

Читать дальше...

Биржевой переулок.

Биржевой проход: «тропой истории» вдоль Исторического музея

После недавно завершившейся реставрации Биржевой проход – одна из самых колоритных и узнаваемых улочек Старого Таллинна – вновь открыта для ...

Читать дальше...

Фасад Дома кино – один из самых ярких образцов эклектики в архитектуре Старого Таллинна.

Дворец десятой музы: Дом кино на улице Уус

Сорок лет назад муза кино обрела в Таллинне свой собственный дом – роскошный неоренессансный особняк на улице Уус. Первый киносеанс в ...

Читать дальше...

Семья лопарей-саамов с их оленями. Иллюстрация из газеты «Rigasche Rundschau», март 1931 года.

Заполярье за Коммерческой гимназией: Лапландия в Таллинне

Для того чтобы посетить «всамделишную Лапландию», столичным жителям девяностолетней давности было достаточно заглянуть на пустырь за зданием нынешнего Английского колледжа ...

Читать дальше...

Руководство Рийгикогу первого созыва в служебных помещениях замка Тоомпеа.

Бездна доверия и масса проблем: 1-я сессия 1-го Рийгикогу

Сто лет тому назад термин «Рийгикогу» вошел в активный словарь жителей Таллинна и других городов нашей страны: 4 января 1921 ...

Читать дальше...

Таллиннский Дед Мороз переходного от «новогоднего» к «рождественскому» периоду своей биографии на открытке второй половины 80-х годов.

В Кадриорге когда-то работала школа Дедов Морозов

Тридцать лет назад в Таллинне открылось учебное заведение, аналогов которому прежде в истории системы образования столицы едва ли было возможно ...

Читать дальше...

На месте Järve Selver почти сто лет высились корпуса фабрики, основанной Оскаром Амбергом.

Силикатный кирпич Оскара Амберга

Сто десять лет тому назад на окраине тогдашнего Таллинна приступило к работе предприятие, без преувеличения, изменившее облик города самым радикальным ...

Читать дальше...

Заглядывать в чужие окна – не слишком культурно. Заглянуть же в историю таллиннских окон – как минимум небезынтересно.

От трилистника до... стены: биография таллиннских окон

Сочлененное с готическим порталом средневековое окно в каменной раме можно отыскать даже на фасадах зданий, до неузнаваемости перестроенных в последующие ...

Читать дальше...

Главный акцент интерьера часовни в башне городской стены – изображение девы Марии – выполнен художником Андреем Стасевским и каллиграфом Татьяной Яковлевой.

От грозного Марса до Девы Марии: метаморфозы башни Грусбекетагуне

Первый ярус одной из башен таллиннской городской стены превратился в уникальный культовый и культурный объект. То, что расположенная поблизости башня крепостной ...

Читать дальше...

Обложка альбома «Георг Отс – 100», выпущенного в нынешний юбилейный год.

Еще раз о Георге Отсе: портрет в жанре альбома

Альбом «Георг Отс – 100», выпущенный таллиннским издательством «Александра», – достойный аккорд юбилейного года, посвященного столетию со дня рождения легендарного ...

Читать дальше...

Сцена из второго акта современной постановки «Верной Аргении». 2011 год.

«Верная Аргения» в зале Большой гильдии

Триста сорок лет тому назад – в ноябре 1680 года – таллиннцы впервые познакомились с оперным искусством. Событие, вне сомнения, примечательное, ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.

Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Невероятно романтическая и пестрая история Таллинна началась почти 850 лет назад. По одной из легенд, а Таллинн полон ими, как старинный бабушкин сундук, датский король Вольдемар, захвативший к началу XII века весь север Эстонии, выехал со своей свитой на охоту. Увидев оленя небывалой красоты, Вольдемар приказал взять его живым. Но гордый зверь не дался в руки датчанам и бросился с высокой отвесной скалы. Восхищенный король решил возвести на этом месте город. Так, по преданию, возник Таллин, нынешняя столица Эстонской Республики. Его старое название, - Реваль, происходит от датского выражения, в переводе: «косуля упала».
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!