А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
У многих народов Европы есть легенда о том, как Бог одаривал народы. В южных странах есть все. Чем ближе к северу, тем беднее дары Всевышнего. Когда очередь дошла до Эстонии, то у него в корзине с дарами, кроме воды и камня, ничего не осталось. Бог выбросил и то, и другое и сказал эстонцу: «Живи, Юхан!» Вот и живет тысячи лет эстонский крестьянин среди усыпанных камнями полей. Каждую весну собирает их, мостит ими дороги, складывает из них ограды, амбары и кузницы, а на следующий год они вновь вылезают из земли. Тысячи лет назад оставил свои следы ледник. В земле лежат не только мелкие камни, но и большие гранитные валуны. Они разбросаны по всей Северной Эстонии.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Ходила о пригорке Тынисмяги, легенда, вернее притча о привидениях. Водились эти привидения в несколько необычном месте – в колодце. В великую засуху 1674 года с колодцем произошло нечто непонятное: вода в нем вдруг закипела, забурлила, заклокотала. Два человека, попытавшихся спуститься на дно колодца по лестнице, так там и остались. Русалки затянули под воду, решили люди. Третий, спустившийся в колодец, обвязавшись веревкой, только и смог что вымолвить, когда его вытащили наверх: «Привидения»! Отцы города не нашли ничего лучшего как засыпать колодец и установить на его месте крест. Нечисть этого не снесла и сгинула куда-то.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1105 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 230 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Недавно, копаясь в рядах своих книжных полок, натолкнулся на потрепанную книгу старого петербуржца Льва Васильевича Успенского «Слово о словах». Открыл наугад и прочел:

Держитесь слов.
Да, словам соответствуют
Понятья.
И.В.Гете

«Хуже всего дело с другим слоем «языкового мусора», так называемыми «варваризмами». Еще в середине XVIII века поэт и драматург Александр Сумароков в пьесе «Пустая ссора» изобразил щеголей того времени и их подруг, модных дам, изъясняющихся «птичьим языком».

«Деламида: Вы так флатируете мне, что уже невозможно…

Делюш: Вы не поверите, что я вас адорирую.

Деламида: Я этого, сударь, не маретирую.

Делюш: Я думаю, что вы достаточно ремаркированы быть могли, что я опре вас в конфузии.

Деламида: Я этого пансэ не имею, чтобы в ваших глазах эмабль имела…»

Прочитал и невольно подумал: как мало мы изменились за два с половиной столетия! По-прежнему уродуем и засоряем свой язык электоратами, консенсусами, ваучерами, капитал-шоу, брейн-рингами и прочим «словесным мусором», будто не было в истории русского языка Пушкина и Даля.

 

Первое слово

 

…По снежному насту сани идут легко. Ямщик, укутанный в тяжелый тулуп, понукает лошадь и через плечо поглядывает на седока. Тот жмется от холода. Новая, с иголочки, мичманская форма греет плохо. Мысли у мичмана Владимира Даля далеко… Ямщик тычет кнутовищем в небо и басит:

— Замолаживает…

— То есть как «замолаживает»? – спрашивает мичман.

— Пасмурнеет, — объясняет ямщик. – К теплу.

Мичман суетится, вытаскивает тетрадку, карандашик, греет за пазухой закоченевшие пальцы и записывает: «Замолаживать — иначе пасмурнеть — в Новгородской губернии значит заволакивать тучками, говоря о небе, клониться к ненастью».

Морозный мартовский день 1819 года оказался самым главным в жизни мичмана. На пути из Петербурга в Москву, где-то у Зимнегорского яма, затерянного в новгородских снегах, Владимир Даль застывшими пальцами начал первую страницу книги, ставшей делом всей его жизни, записал первое из 200 тысяч слов «Толкового словаря великорусского языка».

Самое невероятное, что собрал слова, объяснил их смысл и создал этот многотомный труд не кабинетный ученый-филолог, а человек своеобразной судьбы.

В «Общем морском списке» есть такая запись о мичмане В.Дале: «1822 г. Был в кампании на военной брандвахте у Очакова. 1823 и 1824. Находился при Николаевском порте. 1823. Был под судом за сочинение пасквильных писем». Его обвинили в авторстве появившихся в Николаеве глупейших стихов, высмеивавших любовницу командующего Черноморским флотом вице-адмирала Алексея Грейга (сына Самуила Грейга, похороненного в Домской церкви Таллинна). Крестник Екатерины II, блестящий морской офицер, одержавший немало побед в морских сражениях, удостоенный похвал Сенявина и Нельсона, не нашел в себе снисхождения к молодому тощему офицеру, вина которого не была толком доказана. И Грейг продиктовал: «Лишить чина и записать в матросы на шесть месяцев». К счастью, Морской департамент отменил разжалование, и Даля перевели на Балтику да еще присвоили следующий чин – лейтенант.

И снова дорога, пыльные степные тракты, возницы, хозяева постоялых дворов, старики-странники и слова, слова…

Щелкают вожжи. Басовито и весело ямщик кричит вслед:

— Добрый путь, да к нам больше не будь.

Даль спохватывается — надо точно записать. Дорога до Питера длинная, и слов набирается порядком. Владимир Даль, как свидетельствует формуляр, «1 января 1826 года уволен со службы тем же чином – лейтенантом».

 

Дерптский студент

 

«Я почувствовал необходимость в основательном учении… вышел в отставку, вступил в Дерптский (Тартуский) университет студентом».

Добротные дома прижимаются к холму, окутанному густой зеленью. Как дома к холму, так и весь городу – к университету. Всюду студенты: на площади перед Ратушей, в аллеях парка. На старом мостике латинская надпись «Otium reficit vires» – «Отдых возобновляет силы». Собирались на холме, пили, пели, прыгали через костер, с факелами в руках спускались в город, шли по улицам, тревожа ко всему привыкших горожан. Но те же бурши (студент-старшекурсник, член корпорации), по словам друга Даля, будущего великого хирурга Пирогова, «… потом как будто перерождались, начинали работать так же прилежно, как прежде бражничали, и оканчивали блестящим образом свою университетскую карьеру».

И Владимир Даль за три дерптских года из лейтенанта превратился в искусного хирурга. Здесь узнал человека, чье имя живет в благодарной памяти и жизнеописаниях его великих учеников, – врача-хирурга, доброго наставника, профессора Иоганна Мойера. Здесь Даль подружился с Жуковским и Языковым, Пироговым и Иноземцевым. Эти три года остались светлым и добрым воспоминанием всей его жизни.

Но почему только три года? Полный курс медицинского факультета значительно больше. Пока Владимир оперировал, зубрил латынь, проводил вечера у Мойеров, в тысячах верст южнее русская армия готовилась перейти Дунай. Весной 1828 года началась русско-турецкая война. И тут выяснилось, что планы Даля навсегда поселиться в Дерпте рушатся. Вышел приказ послать на войну студентов-медиков: в армии не хватало врачей. Даль недоучился положенных лет, но ему разрешили как одному из лучших студентов защитить диссертацию на степень доктора медицины, и в армию он поехал врачом.

И все-таки Далю повезло с Дерптом. Не оттого ли годы спустя Даль в вицмундире, в «тесной ливрее», будет вспоминать восторженно: «Нет! Ничто в мире не может заменить эти три года, протекшие в безмерном бескорыстном рвении усвоить себе науку», время «стремления и познания высоких и полезных истин, время восторга, золотой век нашей жизни».

Товарищи торжественно, по студенческому обычаю простились с Владимиром Далем: развели костер на главной площади, выпили пунша за здоровье отъезжавших потом, освещая путь факелами, вели их до заставы.

 

Военный лекарь

 

На Балканах шла война. Ординатор, военный лекарь Владимир Даль не ждал сложа руки в аптеке или у операционного стола. Ходил между ранеными, резал, перевязывал, извлекал пули, ходил в атаку. «Не на кафтане честь, а под кафтаном», — записал Даль в «Толковом словаре». И когда под Сливно бросился с передовым отрядом в бой, звала его, видно, та честь, что «под кафтаном».

В ту пору в горах Балканских солдат было из шестидесяти губерний. Солдат же русский за словом в карман не полезет. «Он языком и клочит, и валяет, и гладит, и копает, и шьет, и порет…» Сколько раз среди жаркой беседы записывал оборот речи и какое-нибудь незнакомое слово. Записок этих стало так много, что требовали особой для себя подводы.

За ратные подвиги наградили Даля Орденом святой Анны. Война закончилась, но началось Польское восстание, и корпус, в котором служил военный лекарь Даль, был отправлен на подавление метяжа.

Польская кампания вписала в биографию Даля неожиданную страницу. В корпусе не нашлось инженера, который взялся бы из подручных средств навести мост через широкую Вислу. Эту задачу решил лекарь Даль. Решил своеобычно: «Понтонов не было; он употребил бочки, плоты, лодки, паромы и навел мост, да так, что артиллерия и тяжести проходили оный…» — пишет в докладной командир корпуса генерал-лейтенант Ридегер. К этому следует добавить, что когда русские части уже закончили переправу, к мосту прорвался вдруг большой отряд повстанцев, конные уже доскакали до середины моста – и в сию минуту Даль, находясь на мосту с несколькими рабочими, перерубил в мгновение ока несколько якорных канатов… и мост быстрым течением унесло вместе с конниками, под выстрелами Даль доплыл до берега и остался невредим.

«За труды, понесенные в минувшую Польскую с мятежниками войну, всемилостивейше пожалован бриллиантовым перстнем с аметистом».

Далю к этому времени только тридцать лет. Впереди еще долгая жизнь, в которой он будет чиновником, достигнет высоких постов, получит множество наград, встретится с удивительными людьми. Вместе с Крузенштерном, Бэром, Чихачевым и Литке учредит Географическое общество. Станет известным писателем. Но самыми памятными и горькими останутся всего одни сутки в январе 1837 года у постели умирающего Пушкина.

Пушкин сжимает руку Даля:

— Ну, пойдем же, пожалуйста, да вместе!

Руки Пушкина холодны и белы, как снег.

— Подними меня.

Даль берет его под мышки, приподнимает повыше.

Пушкин, будто проснувшись, широко раскрывает глаза, произносит ясно:

— Кончена жизнь.

От неожиданности Даль переспрашивает:

— Что кончено?

— Жизнь кончена…

Как реликвию до конца жизни хранил Даль перстень-талисман поэта и простреленный сюртук его с маленькой дырочкой.

Далю шестьдесят, семьдесят… Он ходит, пока позволяют ноги; пока уши слышат – не перестает слушать; ему все еще нужны слова. Сколько воды утекло с того вьюжного дня, когда, повинуясь внезапному порыву, нацарапал он себе в тетрадке знаменитое «замолаживать»; уже вышел «Толковый словарь великорусского языка», Академия наук России присвоила ему Ломоносовскую премию, Географическое общество увенчало словарь Константиновской золотой медалью; Дерптский университет также отметил его почетной наградой. Но пока жив, Даль продолжает дело.

Говорят, перед смертью он позвал дочь, попросил: «Запиши словечко…» Кажется, это предание. И все-таки нужно, чтобы последнее слово Даля было о словах.

Лев Лившиц

«Молодёжь Эстонии»

 











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
«На узком пути: кому из двух суждено сорваться в пропасть?»: противостояние капиталистов и пролетариата глазами карикатуриста таллиннского юмористического издания "Ме1е Май". 1917 год.

«Сведения о выступлении большевиков оказались вовсе не преувеличенными...»

Историческое событие, которое получило впоследствии громкое имя Великой Октябрьской социалистической революции, предки современных таллиннцев столетней давности, скорее всего, просто не ...

Читать дальше...

Линкор "Слава" в Гельсингфорсе в годы Первой Мировой войны.

Легендарный линкор «Слава»: трижды прославленный

Героическая гибель линкора «Слава» при обороне Моонзундского архипелага ровно сто лет назад — легендарная страница в истории Балтийского флота. ... Есть ...

Читать дальше...

Особенности национальной реституции: остзейские немцы и их имущество в Прибалтике

Существующий в современной ЭР порядок компенсации за утраченное жившими в стране до Второй мировой войны немцами недвижимое имущество – не ...

Читать дальше...

Построенное в 1937 году здание французского лицея на улице Харидузе - образец школьной архитектуры в духе функционализма.

Замок знаний на улице Харидузе: дом Французского лицея в Таллине

Здание таллиннского Французского лицея, на момент своего открытия — самая современная школа столицы, впервые распахнуло двери перед учениками ровно восемьдесят ...

Читать дальше...

Отель «Золотой лев» на улице Харью. Открытка начала XX века.

Геральдика, топонимика, фортификация: золотая палитра Таллинна

Золотая осень — самое время вспомнить о золотом цвете и его оттенках в городской палитре столицы. Таллинн — дитя и ...

Читать дальше...

Обложка брошюры, выпущенной к 225-летию Казанской церкви в 1946 году. Снесенная в семидесятые годы церковная ограда и погибший в 2004-м «петровский дуб» — еще присутствуют.

«В простоте своей величественная...»: Казанская церковь в Таллине, накануне трехсотлетия

Крохотная старинная церковка на обочине современной многополосной трассы — одновременно памятник архитектуры Таллинна и мемориал воинской славы Российской империи. Из сакральных ...

Читать дальше...

«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

По Виру конка ходила долгие тридцать лет, а вот на другие улицы Старого города трамвай так и не допустили.

Ратушная площадь, Козе, Пельгулинн: трамвайные планы былого Таллинна

Из многочисленных и амбициозных проектов расширения трамвайной сети Таллинна строительство ветки до аэропорта оказалось едва ли не единственным, воплощенным в ...

Читать дальше...

Капитан Петр Нилович Черкасов и канонерская лодка «Сивуч». Открытка начала XX века.

От Моонзундского архипелага до города Володарска: немеркнущая слава командира легендарного «Сивуча»

Памятник участнику обороны Моонзунда, командующему корабля, прозванного «Балтийским «Варягом», появился на родине героя благодаря Таллиннскому клубу ветеранов флота и газете ...

Читать дальше...

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Дело требует самого незамедлительного решения...»: как Таллиннская мэрия на эстонский язык переходила

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский. Давно назревшие перемены стали возможны ...

Читать дальше...

Советский павильон на Таллиннской международной выставке-ярмарке. Снимок второй половины двадцатых годов.

«Я аромата смысл постиг, узнав, что есть духи «Жиркости»: как Таллинн советской экспозиции на выставке-ярмарке дивился

Девяносто лет назад жители столицы Эстонии смогли ознакомиться с достижениями народного хозяйства соседней, но малознакомой Страны большевиков, не покидая собственного ...

Читать дальше...

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

Здание Александровской гимназии на северной стороне нынешней площади Виру. Фото конца XIX века.

Три столетия и два года: вехи истории русского образования в Таллинне

История преподавания русского языка и на русском языке в столице современной Эстонии недавно перешагнула трехвековой рубеж — весомый, солидный и ...

Читать дальше...

Проект торгового павильона Таллиннского центрального рынка. Иллюстрация из газеты «Советская Эстония», май 1947 года.

Огонь Яановой ночи над новой базарной площадью: семьдесят лет таллиннскому Центральному рынку

Главный рынок столицы переехал на свое нынешнее место между Тартуским шоссе и улицей Юхкентали ровно семь десятилетий назад — накануне ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Случилось это в стародавние времена. Однажды медленно поднимался по склону Тоомпеа человек высокого роста. По одежде его можно было принять и за рыцаря, и за монаха, а по обличию за человека сильного, но жестокого. Был он весь будто из железа — под монашеской рясой железные доспехи, железные мысли в железной голове, железное сердце в железной груди. Вдруг он услышал звонкий смех детей, заставивший его вздрогнуть. В глазах вспыхнула злоба. Внизу под холмом, у крепостного рва заметил двух детей, мальчика и девочку. Весело смеясь и болтая, дети бросали в воду камешки. — Я вижу, судьба готовит вам совсем иное, чем я. Изменить судьбу я не в силах, но воздвигнуть препятствие на ее пути могу, — подумал рыцарь. А вслух добавил: — И непременно воздвигну! Дети вскочили, услышав грозный голос, а рыцарь молвил: «Заклинаю, да будет так! Пусть судьбе не удастся соединить вас прежде, чем вы не засыплете ров доверху и не сровняете земляные валы до основания. С тех пор прошли столетия. Дети без устали заполняют ров, бросая в него камни и землю, которые приносят с валов. Они трудятся безостановочно, пытаясь приблизить счастливый день. Поэтому те, кто гуляет весной и летом на земляных валах, слышат иногда шум падающих в воду камней и детский смех, осенью же и зимой до редкого прохожего доносятся жалобный плач и шепот утешения. Немало сделано уже детьми города — на месте бывших валов чудесный парк, а от двух с половиной километров крепостного рва остался только красивый пруд Шнелли.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!