А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
В 1872 году генерал-губернатор Эстляндии князь Шаховской приказал официально зафиксировать названия всех ревельских улиц на трех местных языках, но при переводах возникло немало недоразумений. Узкий переулок между улицами Пикк и Лай на нижненемецком языке в течение веков называли Spukstrasse, что можно перевести как улица привидений. Наверняка в народном обиходе появилось как следствие какой-то легенды о средневековом барабашке, который появлялся в одном из домов на этой сумрачной улице. 3 февраля 1872 года магистрат утвердил немецкое название, однако при переводе на русский язык не нашел подходящего слова и предложил назвать “Шпуковская”. Получилось не очень благозвучно, и князь Шаховской не согласился и предложил свой вариант - “Нечистая улица”. Это не устроило магистрат и домовладельцев, так как “нечистая” могла быть понятой, как просто грязная. В конце концов назвали улицу Вайму (Духов), так она нынче и называется, хотя с 1950 по 1992 год ее называли Вана (Старая).
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Однажды Линда, вдова Калева, несла к нему на могилу большую глыбу. Она торопливо ступала по холму Ласнамяги, неся на спине в праще, сплетенной из своих волос, целую скалу. Тут вдова споткнулась, и тяжелый камень скатился с ее плеч. Не поднять было Линде эту скалу - от горя бедняжка высохла, потеряла былую силу рук. Женщина села на камень и заплакала горючими слезами, жалуясь на свою вдовью долю. Добрая фея ветров ласково гладила шелк ее волос и осушала ее слезы, но они все струились и струились из очей Линды, словно ручейки по горному склону, собираясь в озерцо. Озерцо это становилось все больше и больше, пока не превратилось в озеро. Оно и поныне находится в Таллинне на холме Ласнамяги и называется Юлемисте (Верхнее). Там можно увидеть и камень, на котором сидела плачущая Линда. И если тебе, путник, доведется идти мимо озера Юлемисте, остановись и вспомни о славном Калеве и его неутешной Линде.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1099 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 230 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

За сорок лет до 1980 года Таллинн впервые имел шанс стать «олимпийским городом» — вернее, насладиться отблеском олимпийской славы соседней столицы.

Изданная в 1939 году англоязычная брошюрка, посвященная достопримечательностям Таллинна и украшенная изображением пяти олимпийских колец, нет-нет да и всплывает на книжных полках букинистических магазинов. О том, что предшествовало ее появлению на свет, не догадываются, как правило, и сами продавцы-букинисты.
Кратчайший путь

В 1939 году олимпийская тематика попала и на рекламу производившихся в Таллинне радиоприемников

Решение провести XII летние Олимпийские игры 1940 года в Хельсинки было во многом новаторским. Впервые всемирный праздник спорта должно было принять у себя государство, появившееся на свет после Первой мировой войны. А значит — жителям «старой Европы» пока еще малоизвестное.
За год с небольшим до предполагаемой Олимпиады представители туристических организаций Финляндии выразили желание наладить сотрудничество с коллегами с восточного побережья Балтики. Эстонцы, латыши и литовцы, в свою очередь, проявили заинтересованность, и 20-22 мая 1939 года в Таллинне состоялся международный форум турагентств, репортаж о котором, опубликованный в Eesti Päevaleht, так и назывался — «Балтийская туристическая конференция под звездой хельсинкской Олимпиады».
Интерес финской стороны к трем Балтийским странам был вызван, прежде всего, вопросами логистического характера. В эпоху, когда воздушный транспорт оставался уделом избранных, «путь к финским шхерам» был непростительно долог. Так, через Копенгаген и Стокгольм берлинский поезд шел до Хельсинки 63 часа. Пароход из немецкого Штеттина (нынешний польский Щецин) был в море 52 часа. Зато через Каунас, Ригу и Таллинн, даже с учетом последующей переправы через Финский залив, «железнодорожный» гость из Берлина мог добраться всего за 28 часов.
Дороги и фраки
Для Литвы, Латвии и Эстонии проведение в Хельсинки Олимпиады-40 означало возможность показать себя гостям со всего мира. Участники таллиннской конференции постановили начать маркировать всю идущую за рубеж корреспонденцию штемпелем с текстом на английском языке «Путь к Олимпиаде лежит через Балтийские государства», а также выпустить специальные «пропагандистские марки» с изображением достопримечательностей Каунаса, Риги, Таллинна.
Перспектива принять у себя хотя и транзитных, но все же — олимпийских — гостей заставил туристические службы всех трех Балтийских государств обеспокоиться тем, какое впечатление останется у иностранцев от местного сервиса. Прежде всего было решено в срочном порядке обновить парк спальных вагонов. Используемые на тот момент были по большей части дореволюционной постройки и, по свидетельству газет,
«раскачивались, как корабли в море». В модернизации нуждались и вагоны-рестораны, «которые ныне может посещать только невзыскательный местный богатей». Трасса Rue Olimpique («Олимпийской дороги» — отрезков шоссе от польско-литовской границы до Таллинна) должна была получить «антипылевое покрытие». С пылью пообещали бороться и на железнодорожных станциях.
«Кроме того, всем владельцам отелей и ресторанов разослано предписание завести для кельнеров обыкновенные темные костюмы с белым отложным воротником и длинным темным галстуком, — рассказывала об одном из пунктов принятой таллиннской турконференцией 1939 года декларации газета Uus Eesti. — Шаг этот обусловлен тем, что кельнеры зачастую ходят в засаленных и поношенных фраках, оставляя тем самым у взыскательных клиентов жалкое впечатление о нашем быте».
Олимпийская стоянка
Проведение хельсинкской Олимпиады должно было увеличить число посещающих Балтийские государства туристов на десять тысяч человек за год как минимум. Считалось, что большая часть этого потока придется на Эстонию. Расположенная ближе всех к Финляндии географически, она, по мнению участников таллиннской конференции, должна была быть готова к созданию новых гостиничных мест. «В скором времени планируется постройка новых гостиниц, — писали в мае 1939–го таллиннские «Вести дня». — Так как в порядке частной инициативы на эту цель трудно составить необходимый капитал, то предложено учредить полугосударственное предприятие. Новую гостиницу, например, необходимо прежде всего построить в Петсери, где возможности ночевки для иностранцев чрезвычайно ограничены, а, между тем, интерес к этому краю за границей наблюдается большой».
«Местом ночевки» Таллинн должен был стать не только для едущих в олимпийский Хельсинки туристов, но и для их… автотранспорта.
Перекресток
«По мнению финнов, транспортировка автомобилей через залив тяжела, — отмечала Päevaleht. — Едущие на Олимпиаду, но не намечающие путешествия по внутренней Финляндии, могли бы оставлять свои автомобили в Таллинне, потому что условия парковки в Хельсинки плохие, соответствующие места расположены за городом. Нет парковок и у стадиона…Затруднено и движение по городу, из-за обилия транспортных средств оно медленное».
Обсудить дальнейшие планы олимпийского сотрудничества представители туристических организаций Литвы, Латвии, Эстонии и Финляндии постановили на экстрен­ной конференции. Провести ее было решено в Каунасе. В первых числах сентября того же года.
Начавшаяся 1 сентября 1939 года Вторая мировая война перечеркнула не только эти намерения, но и само проведение хельсинкской Олимпиады-40. Стать олимпийской столицей посчастливилось Хельсинки лишь двенадцать лет спустя. По понятным причинам «Олимпийская дорога» пролегала в 1952 году в обход «республик советской Прибалтики».
Ставшая библиографической редкостью англоязычная брошюрка о таллиннских достопримечательностях и музеях, гостиницах и посольствах, о времени пути до Хельсинки по морю и по воздуху — едва ли не единственное свидетельство неудавшегося «дебюта» Таллинна в роли объекта олимпийского туризма.
Но слова приветствия участникам туристической конференции 1939 года, произнесенные под сводами ратуши столичным мэром Антоном Уэссоном, не потеряли актуальности и по сей день: «Само расположение Таллинна делает его центром пересечения дорог для путешествующих с севера на юг и с юга на север»…

 Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

По Виру конка ходила долгие тридцать лет, а вот на другие улицы Старого города трамвай так и не допустили.

Ратушная площадь, Козе, Пельгулинн: трамвайные планы былого Таллинна

Из многочисленных и амбициозных проектов расширения трамвайной сети Таллинна строительство ветки до аэропорта оказалось едва ли не единственным, воплощенным в ...

Читать дальше...

Капитан Петр Нилович Черкасов и канонерская лодка «Сивуч». Открытка начала XX века.

От Моонзундского архипелага до города Володарска: немеркнущая слава командира легендарного «Сивуча»

Памятник участнику обороны Моонзунда, командующему корабля, прозванного «Балтийским «Варягом», появился на родине героя благодаря Таллиннскому клубу ветеранов флота и газете ...

Читать дальше...

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Дело требует самого незамедлительного решения...»: как Таллиннская мэрия на эстонский язык переходила

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский. Давно назревшие перемены стали возможны ...

Читать дальше...

Советский павильон на Таллиннской международной выставке-ярмарке. Снимок второй половины двадцатых годов.

«Я аромата смысл постиг, узнав, что есть духи «Жиркости»: как Таллинн советской экспозиции на выставке-ярмарке дивился

Девяносто лет назад жители столицы Эстонии смогли ознакомиться с достижениями народного хозяйства соседней, но малознакомой Страны большевиков, не покидая собственного ...

Читать дальше...

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

Здание Александровской гимназии на северной стороне нынешней площади Виру. Фото конца XIX века.

Три столетия и два года: вехи истории русского образования в Таллинне

История преподавания русского языка и на русском языке в столице современной Эстонии недавно перешагнула трехвековой рубеж — весомый, солидный и ...

Читать дальше...

Проект торгового павильона Таллиннского центрального рынка. Иллюстрация из газеты «Советская Эстония», май 1947 года.

Огонь Яановой ночи над новой базарной площадью: семьдесят лет таллиннскому Центральному рынку

Главный рынок столицы переехал на свое нынешнее место между Тартуским шоссе и улицей Юхкентали ровно семь десятилетий назад — накануне ...

Читать дальше...

Во все времена район Ласнамяэ отличался не только многочисленностью жителей, но и разнообразной культурной жизнью.

От «Нового городка» к современной части города: прошлое, настоящее и будущее района Ласнамяэ в Таллине

Коллекция «ласнамяэских фактов» — не слишком известных, а потому — небезынтересных и интригующих. О Ласнамяэ, как, пожалуй, ни о какой иной ...

Читать дальше...

Торговый фасад былого элеватора навевает ассоциации с амбаром ганзейских времен, продольный — удивляет обилием металлических скреп-заклепок.

Зерновой элеватор в квартале Ротерманна в Таллине: возрожденный шедевр промышленной архитектуры

Реставрация одной из самых колоритных индустриальных построек центра столицы удостоена награды от Департамента охраны памятников старины в номинации «Открытие года». «Некоронованным ...

Читать дальше...

Литография второй трети позапрошлого столетия запечатлела пасторальный облик Зеленого луга — со
смётанным в стога сеном.

Все оттенки таллиннского зеленого: весенний цвет в палитре столицы

Зеленый цвет в топонимической палитре Таллинна представлен во всём разнообразии оттенков, значений и смыслов. Из столиц Балтийского побережья Таллинн одевается в ...

Читать дальше...

Утраченный комплекс домов на углу улиц Суур- и Вяйке-Клоостри: жилье учителей городской гимназии середины XVIII столетия.

Дом, пансион и целая улица: как город Таллин жилье для учителей строил

Муниципальное жилье для педагогов Таллинн строит на протяжении последних без малого трех... столетий. Термин «муниципальное жилье» в речевой обиход таллиннцев вошел ...

Читать дальше...

Подвиг экипажа подводной лодки «Щ-408». Картина художника И. Родионова.

Повторившая подвиг «Варяга»: последний поход подлодки «Щ-408»

Подводная лодка «Щ-408» повторила недалеко от берегов Эстонии подвиг легендарного крейсера «Варяг». В годы двух мировых войн на Балтике произошло два ...

Читать дальше...

Архитектор Александр Владовский построил в Копли временную православную церковь, а планировал возвести постоянную лютеранскую.

Соната на заводских трубах: прошлое и будущее таллинского района Копли

Выставка, посвященная формированию ансамбля одного из самых колоритных исторических предместий Таллинна, открылась на прошлой неделе в Эстонском архитектурном музее. Само по ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Легенда об эстонском донжуане, или Сладкие прегрешения: Под южным нефом таллиннской Домской церкви есть надгробная плита, по которой проходят все прихожане. Под ней покоится дворянин Отто Иохан Туве. Веселый ловелас в знак раскаяния за грехи завещал похоронить себя у входа в собор - чтобы горожане топтали его прах. Однако хитрец таким образом обвел всех: неисправимый донжуан, он даже с того света умудряется любоваться дамскими ножками.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!