А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
В одном из преданий говорится, будто датчане решили неожиданно напасть на город, перебить его жителей и овладеть имуществом эстов. Заговорщики хранили свои намерения в строжайшей тайне, но некоего Тоомаса, знаменосца датчан, стала мучить совесть. Он выдал магистрату план нападения. В городе выставили усиленный дозор. Было решено впустить злоумышленников в город, а потом на какой-нибудь узкой улочке напасть на них и уничтожить всех до единого. События развернулись именно таким образом, и смута была пресечена. Знаменосцу оказали особую честь - шпиль Ратуши украсили фигуркой воина со знаменем. Новый флюгер назвали именем Тоомаса.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
На улице Ратаскаэву (Колесного колодца) жил некий легкомысленный домовладелец, который промотал все свое состояние. Однажды ночью, потеряв надежду поправить свои дела, он решил покончить с собой. В эту роковую минуту в дом к нему постучался неизвестный и попросил позволения устроить следующей ночью на верхнем этаже его дома свадебный пир. Незнакомец, посулил за это несчастному хозяину несметные богатства, но при одном условии - никто не должен подслушивать и подсматривать, иначе того постигнет смерть. Домовладелец принял предложение. Вечером следующего дня к подъезду дома на Ратаскаэву начали съезжаться роскошные кареты, в окнах верхнего этажа зажглись яркие огни, заскрипела лестница, будто по ней поднималось огромное число людей. Из верхней залы доносились звуки чудесной музыки, весь дом ходил ходуном - казалось, плясали тысячи гостей. Но едва колокола на городских башнях пробили час ночи, как погасли огни на верхнем этаже, и все стихло. Наваждение исчезло. Домовладелец же, еще накануне весь в долгах и думавший покинуть сей бренный мир, сказочно разбогател за ночь и стал кутить пуще прежнего. Правда, внезапно умер его слуга, который успел признаться перед смертью священнику, что был тайным свидетелем свадьбы черта в доме своего хозяина. Черт справляет так свадьбу, - поведал священнику несчастный.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1105 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 230 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

«Какая коммуналка в 1939-ом в Таллинне?» — недоуменно-добродушно вопрошал голос в телефонной трубке. Так я познакомилась с Татьяной Николаевной Сычуговой, урожденной Гиацинтовой – внучкой первого русского мэра города Таллинна.

Об Эрасте Георгиевиче Гиацинтове — первом русском человеке, возглавившем городское правительство Таллинна более ста лет назад, «Столица» рассказала осенью прошлого года. Чуть позже выяснилось, что прапраправнук бывшего мэра и носитель славной фамилии оказался в эстонской столице в качестве вынужденного квартиросъемщика, изгоняемого собственником из родного дома. Именно в этой статье было сказано, что эстонское правительство пригласило Гиацинтовых вернуться в Эстонию, пообещав особняк, а попали они в коммуналку, что и заставило Татьяну Николаевну взяться за телефонню трубку. А затем и рассказать про своего деда и историю возвращения семьи в Эстонию.

Московский назначенец

Остзейские бюргеры сравнивали первого русского мэра Ревеля Эраста Гиацинтова с самодержцем Иваном Грозным.

Про таких в былые времена говорили – столбовая. И в новейшую историю заниматься восстановлением-подтверждением своего дворянства она не стала.
«А зачем? Я и так знаю, что я – дворянка и совершенно не признаю этих новых. Вот Пугачева – дворянка?! Уж извините, но это просто не серьезно, — говорила Татьяна Николаевна при первой нашей встрече. – Мне папа всегда говорил – не забывай, кто ты такая. Я знаю, какие были у меня предки, и ужасно горжусь этим. И когда вспомнили деда, я просто расплакалась».

Человек этот был совсем забыт. И не только эстонцами. Местные хранители русской истории тоже мало что знают о нем, о его судьбе. Некоторые считают, что забвение мэра Гиацинтова связано с тем, что он в Эстонии был обычным московским назначенцем. Но таким ли уж обычным?

Эраст Георгиевич Гиацинтов (нынче будет 150-лет со дня его рождения) родился в Москве. Род Гиацинтовых ведет начало от священника Николая (1621 г.), дворянство им было даровано Государем Императором в начале 18 века. Эраст Георгиевич закончил основанную известным издателем и журналистом П. Поливаным гимназию, куда принимали сыновей только высокопоставленных родителей. Затем был юридический факультет Императорского московского университета. Закончив его со степенью кандидата права он поступил на службу в Московскую судебную палату. Служба его продвигалась успешно и в 1889 году надворный советник Э.Г. Гиацинтов получил назначение комиссаром по крестьянским делам Везенбергского (Раквереского) уезда Эстляндской губернии. Так в роду Гиацинтовых появилась таллиннская ветвь и история этой семьи, несмотря на все исторические перипетии, оказалась связанной с Эстонией навсегда.

Формуляр Эраста Георгиевича (т.е. друдовая книжка — этот документ мама Татьяны Николаевны сумела спасти, когда 9 марта 1944 года в их дом на Манежной улице угодила бомба) богат записями о должностях, званиях и наградах. Он неоднократно исполнял обязанности и Эстляндского вице-губернатора.

Э.Г. Гиацинтов был членом Комитета по сбору пожертвований на сооружение соборного храма Александра Невского. Работа эта была чрезвычайно трудной, поскольку сбор средств производился исключительно в пределах империи и исключительно на добровольных началах. Но собор построили всего-то за пять лет.

А в 1897 году он занимался организацией в Эстляндской губернии первой всеобщей переписи населения Российской империи, благодаря чему мы сейчас с уверенностью можем сказать, что в то время в Ревеле проживало 33 462 мужчин и 31 110 женщин.

Роковая телеграмма

Городским головой Ревеля Эраст Георгиевич был утвержден 25 февраля 1905 года. Это был компромиссный вариант – пусть не эстонец, но хоть впервые не немец. Фактически эстонцы тогда впервые получили возможность управлять столицей — ведь помощником Гиацинтова был будущий президент Эстонской Республики Константин Пятс. Однако прослужить на посту положенные четыре года Гиацинтову не удалось – помешала первая русская революция. Эраст Георгиевич выразил свое возмущение жестокими действиями полиции при разгоне демонстрантов в 1905 году в направленной царю телеграмме. «Телеграмма деда долго была выставлена в Городском музее, но потом ее почему-то убрали», — вспоминает Татьяна Николаевна.

Вскоре после своего демарша Э.Г. Гиацинтов был отправлен в отставку с поста городского головы Ревеля. Его карьера продолжилась по финансовой части – сперва в местном Минфине, а затем в должности управляющего Ревельским отделением крестьянского поземельного банка.

«Дядя Эраст служил в Ревеле, работал много, увлеченно и в конце концов стал городским головой. Он с необыкновенной горячностью отстаивал эстонцев – их права, язык, ратовал за их самоуправление, — а потому был преследуем царским правительством и постепенно снят со всех должностей», — так вспоминала таллиннского мэра его племянница, народная артистка СССР Софья Владимировна Гиацинтова.

Эраст Георгиевич был окончательно уволен со службы по состоянию здоровья в 1908 году и через два года скончался. «Умер он рано. Но если посмотреть на его нагрузку… А он еще болел, очень. Сердце, — говорит Татьяа Николаевна. Похоронили его на кладбище Александра Невского. Памятник поставило эстонское правительство. Тогда другое отношение было. Сейчас бы уже не поставили».

Да, сейчас не то что памятник, дорогу к нему не обозначили. На кладбище Александра Невского похоронены многие замечательные и известные люди, о чем говорит высеченная при входе карта с указание их могил. Но вот имени русского мэра эстонской столицы там нет. Как, впрочем, не встречается оно и среди, например, перечня городских улиц. Хотя, именно в его правление таллиннские улицы получили таблички с названием на трех языках – русском, эстонском и немецком.

Гражданство в благодарность

Своим детям первый русский мэр эстонской столицы оставил в наследство только силу духа и любовь к стране, в которой им довелось жить. Но ничего такого, что можно было бы получить в ходе последней реформы собственности. «У деда была только служебная картира в одном из домов на улице Висмари», — в семейном архиве Татьяны Николаевны сохранились фотографии: казенная мебель и множество цветов в горшках. Все, кто знал Э.Г. Гиацинтова отмечали его скромность и необыкновенную доброжелательность.

Софья Гианцинтова вспоминала: «Когда Эстония отделилась от России, сохранившие благодарную память эстонцы пригласили их семью к себе, дали гражданство. А в Ратуше установили бюст Эраста Георгиевича Гиацинтова».

После смерти Эраста Георгиевича семья некотрое время жила в Царском селе. Его вдова и два сына – Николай и Александр — в 1922 году получили гражданство ЭР. Бабушка, как вспоминает Татьяна Николаевна, потом работала в первом таллиннском детском саду, открытом в 1923 году в Копли.

«Этот период я плохо знаю. Кажется, дядя Александр в Эстонии не жил, а уехал в Америку, где его следы затерялись», — рассказывает Татьяна Николаевна.

Николай же Эрастович в 1927 году уехал в Прагу, где закончил Институт путей сообщений. Там же с обвенчался Надеждой Михайловной Голубевой. Будучи уже дипломированным инженером в 1931 году вернулся в Эстонию, чтобы отдать воинский долг государству. В 1932 вновь уехали в Прагу, а оттуда в Ниццу, где работал по специальности. В Эстонию семья вернулась в августе 1939 года.

«Для того, чтобы претендовать на французское гражданство мне не хватило всего полгода – надо прожить во Франции пять лет, а я провела в Ницце только первые четыре с половиной года своей жизни, — шутит Татьяна Николаевна, — впрочем, вопрос о французском гражданстве в семье никогда не стоял».

В Эстонию Гиацинтовы вернулись по приглашению президента Константина Пятса. «Я его лично видела, но помню очень смутно. Дед ведь работал с Пятсем и семьи хорошо знали друг друга», — вспоминает Татьяна Николаевна.

В Таллинн возвращались на автомобиле «Тальбо». С этой маркой в результате многочисленных европейских автообъединений-разъединений было покончено в 1986 году, когда последний тальбоский «Оризон» уступил свое место «Пежо-309». Гиацинтовский «Тальбо» пропал намного раньше — в первые же дни после восстановления, как тогда говорили, советской власти в Эстонии.

Жизнь продолжается

Возвращение домой запомнилось на всю жизнь – это было путешествие длиною в 4000 км, через всю Европу.

Гиацинтовым предоставили квартиру на втором этаже дома 51 по ул. Вене-Балти в Копли. На первом этаже располагался офис какого-то учреждения. Через год семья переехали на Манежную, где прожила до 9 марта 1944 года – тогда дом оказался в зоне бомбежки советской авиации и сгорел. Лишились всего. Какое-то время скитались по знакомым и друзьям – Татьяна Николаевна, ее мама, две бабушки и прабабушка. «То есть нас было три старухи и ребенок на руках у мамочки, — вспоминает Татьяна Николаевна о причинах, приведших семью в кадриоргскую коммуналку.

В это время Николай Эрастович воевал в Эстонском стрелковом корпусе. Его победная военная тропа прошла мимо Таллинна прямо на Моондзунский архипелаг. При первой возможности он попросил связного, шедшего в Таллинн, узнать, что с его семьей, и был потрясен сообщением о том, что на месте дома одни развалины. Только через несколко месяцев Николай Эрастович узнал что его женщины живы.

После войны он работал в Министерстве сланце-химической промышленности, а потом ведущим специалистом Госстроя. Сама Татьяна Николаевна закончила 6-ую среднюю школу, ТПИ, пять лет работала в Институте строительных материалов Академии наук, а затем до пенсии — в НИПИ силикатобетона.

Бог миловал семью Гиацинтовых и репрессии не коснулись ее ни в начале 1940-х, ни позднее, хотя в те времена любой из этих факторов — дворянское происхождение, учеба и жизнь за границей, дружба с президентом ЭР — был достаточным основанием для этого. «Единственное, маме, а она была дамским парикмахером, не засчитали в трудовой стаж годы работы во время оккупации. Она, мол, обслуживала немцев. Чушь собачья!», — еще и сейчас возмущается Татьяна Николаевна. Хотя ей самой пришлось не раз отвечать на вопрос почему в графе «место рождения» стоит Ницца. Пять лет назад Татьяна Николаевна с дочерью съездила-таки в этот французский город, нашла дом, в котором родилась и провела первые годы своей жизни. «Я даже описывать не буду, что я при этом пережила, — говорит она. — Самое хорошее, что есть в наше время – это возможность свободно ездить по всему миру».

Упеть рассказать

Жалела ли семья о возвращении в Эстонию?
«Как сказать…. Отец попал из огня да в полымя (из Франции, фактически уже принимавшей участие во Второй мировой войне, в Эстонию к моменту ее присоединения к СССР и последующей оккупации гитлеровской Германией – ред.). Если бы знал, может и не вернулся», — не уверена Татьяна Николаевна.

Семь лет назад вместе с мужем она начала составлять генеалогическое дерево. Сейчас там большее 2000 человек, не только Гиацинтовы, но и примкнувшие к ним. Столько великих людей, что трудно поверить.

Представители рода Гиацинтовых живут во многих странах мира. Конечно, в России, в Америке живут дети и внуки полного тезки таллиннского мэра — Эраста Георгиевича Гиацинтова, автора «Записок белого офицера» и троюродного брата Татьяны Николаевны. «Они призжали в Таллинн. Хорошие отношения были с Софьей Владимировной — она была выдающийся человек, актриса, — говорит Татьяна Николаевна. – Встречаемся».
В прежние годы многое замалчивалось, а сейчас все чаще вспоминают старое, что очень радует Гиацинтову.

«Я очень жалею, что поздно стала интересоваться историей семьи, когда спросить уже было не у кого – мама и папа умерли», — говорит Татьяна Николаевна.

Справка:
Эраст Георгиевич Гиацинтов
Родился 10 ноября 1859 года в Москве.
После окончания Московского университета поступил на службу в Московскую судебную палату.
В 1885 году был произведен в титулярные советники и назначен правителем канцелярии губернатора.
В Эстонию в качестве комиссара по кресьянским делам Везенбергского уезда он приезжает уже надворным советником. За время службы занимал много ответственных должностей в том числе был членом правительства Эстоляндской высшей комиссии сельских народных школ. По предложению губернатора продолжительное время занимался ревизией делопроизводства учреждение и должностных лиц МВД в Ревельском, Гапсальском, Вейсенштейнском и Везенбергском уездах. Был мировым судьей, членом Присутствия по крестьянским делам, директором попечительного комитета о тюрьмах.
25 февраля 1905 г. утвержден городским головой Ревеля. После отставки работал в Министерстве финансов, а затем управляющим ревельским отделением Крестьянского поземельно банка.
21 января 1908 года уходит в отставку по состоянию здоровья.
К этому времени он действительный статский советник.
Награжден орденом Св. Станислава 2 и 3 степени, Св. Анны 2 степени, Св. Владимира 4 степени, другими наградами.

Виктория Юрманн
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
«На узком пути: кому из двух суждено сорваться в пропасть?»: противостояние капиталистов и пролетариата глазами карикатуриста таллиннского юмористического издания "Ме1е Май". 1917 год.

«Сведения о выступлении большевиков оказались вовсе не преувеличенными...»

Историческое событие, которое получило впоследствии громкое имя Великой Октябрьской социалистической революции, предки современных таллиннцев столетней давности, скорее всего, просто не ...

Читать дальше...

Линкор "Слава" в Гельсингфорсе в годы Первой Мировой войны.

Легендарный линкор «Слава»: трижды прославленный

Героическая гибель линкора «Слава» при обороне Моонзундского архипелага ровно сто лет назад — легендарная страница в истории Балтийского флота. ... Есть ...

Читать дальше...

Особенности национальной реституции: остзейские немцы и их имущество в Прибалтике

Существующий в современной ЭР порядок компенсации за утраченное жившими в стране до Второй мировой войны немцами недвижимое имущество – не ...

Читать дальше...

Построенное в 1937 году здание французского лицея на улице Харидузе - образец школьной архитектуры в духе функционализма.

Замок знаний на улице Харидузе: дом Французского лицея в Таллине

Здание таллиннского Французского лицея, на момент своего открытия — самая современная школа столицы, впервые распахнуло двери перед учениками ровно восемьдесят ...

Читать дальше...

Отель «Золотой лев» на улице Харью. Открытка начала XX века.

Геральдика, топонимика, фортификация: золотая палитра Таллинна

Золотая осень — самое время вспомнить о золотом цвете и его оттенках в городской палитре столицы. Таллинн — дитя и ...

Читать дальше...

Обложка брошюры, выпущенной к 225-летию Казанской церкви в 1946 году. Снесенная в семидесятые годы церковная ограда и погибший в 2004-м «петровский дуб» — еще присутствуют.

«В простоте своей величественная...»: Казанская церковь в Таллине, накануне трехсотлетия

Крохотная старинная церковка на обочине современной многополосной трассы — одновременно памятник архитектуры Таллинна и мемориал воинской славы Российской империи. Из сакральных ...

Читать дальше...

«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

По Виру конка ходила долгие тридцать лет, а вот на другие улицы Старого города трамвай так и не допустили.

Ратушная площадь, Козе, Пельгулинн: трамвайные планы былого Таллинна

Из многочисленных и амбициозных проектов расширения трамвайной сети Таллинна строительство ветки до аэропорта оказалось едва ли не единственным, воплощенным в ...

Читать дальше...

Капитан Петр Нилович Черкасов и канонерская лодка «Сивуч». Открытка начала XX века.

От Моонзундского архипелага до города Володарска: немеркнущая слава командира легендарного «Сивуча»

Памятник участнику обороны Моонзунда, командующему корабля, прозванного «Балтийским «Варягом», появился на родине героя благодаря Таллиннскому клубу ветеранов флота и газете ...

Читать дальше...

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Дело требует самого незамедлительного решения...»: как Таллиннская мэрия на эстонский язык переходила

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский. Давно назревшие перемены стали возможны ...

Читать дальше...

Советский павильон на Таллиннской международной выставке-ярмарке. Снимок второй половины двадцатых годов.

«Я аромата смысл постиг, узнав, что есть духи «Жиркости»: как Таллинн советской экспозиции на выставке-ярмарке дивился

Девяносто лет назад жители столицы Эстонии смогли ознакомиться с достижениями народного хозяйства соседней, но малознакомой Страны большевиков, не покидая собственного ...

Читать дальше...

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

Здание Александровской гимназии на северной стороне нынешней площади Виру. Фото конца XIX века.

Три столетия и два года: вехи истории русского образования в Таллинне

История преподавания русского языка и на русском языке в столице современной Эстонии недавно перешагнула трехвековой рубеж — весомый, солидный и ...

Читать дальше...

Проект торгового павильона Таллиннского центрального рынка. Иллюстрация из газеты «Советская Эстония», май 1947 года.

Огонь Яановой ночи над новой базарной площадью: семьдесят лет таллиннскому Центральному рынку

Главный рынок столицы переехал на свое нынешнее место между Тартуским шоссе и улицей Юхкентали ровно семь десятилетий назад — накануне ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.


Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Когда в 1661 году таллиннский цех сапожников отказался принять нового мастера. Тот подал жалобу в магистрат. Городская управа сочла такое решение необоснованным, но олдерман гильдии святого Олая, в которую входил цех сапожников, поддержал решение цеха. Магистрат за своеволие заключил главу гильдии в Юнкерскую камеру. Там он стал свидетелем явлений зловещих духов, а также возникавшего время от времени необыкновенного свечения. Узнав об этом, члены Олайской гильдии собрались возле ратуши. Возбужденная толпа требовала немедленно освободить олдермана, и магистрату пришлось уступить...
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!