А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
В старые времена часто шутили, что Город хромает на одну ногу. Дело в том, что в Вышгород из Нижнего города когда-то вели лишь две улицы - Пикк Ялг (Длинная Нога) и Люхике Ялг (Короткая нога). В Таллинне есть улочки настолько узкие, что две дамы в громадных кринолинах никак не могли разойтись на них. Их кавалерам приходилось драться за право своей спутницы пройти по улице первой.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
История возникновения марципана обросла множеством легенд, одна из версий изложена в рассказе Яана Кросса «Мартов хлеб». Там рассказывается история о том, что однажды заболел бургомистр. Но поскольку тогдашние микстуры делались из лягушачьих лапок и прочих неаппетитных вещей, глава города категорически отказался лечиться и положился на Божью волю. И обеспокоенная здоровьем мужа супруга бургомистра попросила таллиннского аптекаря «замаскировать» лекарство, спрятав его либо в пищу, либо в сладости. Так и поступил помощник аптекаря, исцеливший вкусной смесью бургомистра. Так глава города первым отведал эстонского марципана.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1275 posts
    • 4 comments
    • 33 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 235 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Ровно семьдесят лет назад, началось переселение остзейских немцев из странБалтии: десятки тысяч людей покинули родные с незапамятных времен места, двинувшись на «историческую родину».

Подводя 6 октября 1939 года в Рейхстаге итог завершившейся польской кампании, рейхсканцлер и «вождь нации» Адольф Гитлер впервые заявил: залогом стабильности послевоенного устройства мира должно стать соответствие государственных и этнографических границ. Немцев, едва ли не с эпохи Средневековья рассеянных по странам Восточной и Юго-восточной Европы, «позвали домой».

Пункты соглашения

Первое судно с немецкими переселенцами покидает Таллинн. Фото в газете Postimees, 19.10.1939

Метранпажи еще верстали газетные заголовки «Начинается программа всемирного собирания немцев», когда ранним на таллиннский рейд прибыли два судна. Транспортный пароход «Ольденбург» и пассажирский «Утландсхорн». Круизный лайнер «Дер Дойче», вставший в ожидании лоцмана на якорь близь Палдиски, подтянулся чуть позже. Суда пришли порожними, а их капитаны до самого последнего момента не знали, куда и зачем они направляются.

В воскресенье, 8 октября, руководство немецкой культурной автономии собралось на экстренное совещание в доме таллиннского братства Черноголовых. Его решение было предсказуемым: старейшее национальное меньшинство Эстонии покидает страну, в котором оно жило на протяжении последних семи столетий. На следующее утро специальным авиарейсом из Берлина в Таллинн прибыли члены особой комиссии, которые должны были на месте разрешить все вопросы, связанные с репатриацией.

15 октября в Министерстве иностранных дел ЭР было подписано эстонско-немецкое соглашение о переселении местных немцев. Пять статей его определили круг лиц, подлежащих репатриации (члены немецкой национально-культурной автономии и члены их семей), порядок вывоз движимого имущества, порядок выплаты компенсаций за оставляемую в Эстонии недвижимость, судьбу оставляемых сельхозугодий, и, наконец, порядок перевода банковских вкладов и депозита ценных бумаг.

Исторический день

«После ненастной ночи сияет теплое солнце, — писал 18 октября 1939 корреспондент газеты Uus Eesti. — С ветвей деревьев на древние, но по-модному ныне заасфальтированные таллиннские тротуары падают пожелтевшие листья. Какая погода была семьсот или более лет назад, когда первый немец ступил на исконную землю эстонцев? Этого, к сожалению, никто не знает. Века погрузились в море минувшего, десятки поколений обрушились в землю — долго то время, которое разделяет тот исторический день и нынешний».

Видать подобного зрелища Таллинну доселе не приходилось. С раннего утра в район порта потянулся народ. Уезжающие, провожающиеся, просто зеваки. Бесконечной лентой змеилась вереница доверху нагруженных подвод. Сквозь людской поток с трудом продирались грузовики транспортной фирмы «Оскар Штуде» и легковые автомобили «Доверительной службы по переселению». Грузчики обсуждали количество увозимого багажа, а матросы — порт приписки судов с репатриантами. Зубоскалы отмечали, что для полного соответствия историческим реалиям пароходам следовало бы идти не в Данциг, а в Бремен, откуда прибыли в XIII столетии первые немецкие колонисты. И, желательно — под парусами, как встарь.

Под современной облицовкой скрываются откровения прошлого.

«Среди отъезжающих было не видать заплаканных лиц, — отмечал корреспондент Päevaleht. — Слезы пролиты раньше — или не пролились вовсе. Людям хватило переживаний — и они примирились с судьбой». Верить в последнее желали, пожалуй, и отъезжающие и остающиеся. Но за внешним спокойствием скрывалась драма: еще до того, как первый транспорт с репатриантами покинул акваторию Эстонии, на его борту скончалась некая София Пальмберг 87 лет от роду. Прожившая в Таллинне всю жизнь, она до последнего момента и слышать не желала о каком-либо отъезде «на родину».

Иные песни

32 сотрудника погранично-таможенной службы Эстонии с 9 утра до 9 вечера трудились на контрольно-пропускном пункте, наскоро обустроенном в портовом складе у Западного мола. Специальным штемпелем аннулировали эстонские паспорта и выдавали документы для выезда в Рейх. Проверяли соответствие вывозимого багажа требованиям заключенного соглашения:
наличных денег — не более 50 крон, драгоценностей — на сумму не более чем в 500 крон…

Газетная хроника свидетельствует: больше всего нарушений было связано именно с попыткой незаконного вывоза ювелирных изделий или семейных реликвий — зачастую, подлинных произведений искусства возрастом в несколько столетий. Но куда больше об атмосфере дней расставания свидетельствует список иных «сомнительных предметов», вызвавших недоумение таможенников. Бочонок с таллиннскими кильками. Жестянка с окаменевшими от древности рождественскими пряниками-пипаркооками. Рукописные песенники — школьные и студенческие. Две банки с эстонской землей.

Невероятно сложно и одновременно просто понять чувства этих людей, испокон веков живших на землях былой Ливонии, — и неожиданно для себя ставших добровольными изгнанниками. В массе своей они были эстонскими гражданами, говорили на «странной смеси немецкого с эстонским» и, вероятно, не слишком ощущали связь с «родиной предков». Недаром, когда при отплытии первого парохода с репатриантами на его палубе из радиорепродуктора раздались первые такты нацистской песни «Хорст Вессель», отъезжающие запели совсем иные слова — Mu isamaa. Cтоявшие на причале тотчас же обнажили головы и подхватили гимн Эстонии.

Уехали все

Немцев в довоенной Эстонии жило немногим более 16 тысяч. В Таллинне их проживало шесть с половиной тысяч — 4,8% от всего населения города. Но их отъезд, по крайней мере, на первое время, практически парализовал жизнь столицы: без преувеличения, уехали те, чьи имена и фамилии были неразрывно связаны с прошлым и настоящим города.

«Уехал барон Пиллар фон Пильхау, — перечисляли 20 октября «Вести дня». — Уехал Жирар де Сукантон, Пален, Унгерн-Штернберг, Штакельберги, Тизенгаузены, Реннекампфы, Икскюли…» Уехали владельцы старейшего книжного магазина Клуге&Штрём. Уехала онемечившаяся дочь автора «Калевипоэга» — Ф.Р. Крейцвальда. Уехал художник Кайгородов с семьей и детьми — его жена была немкой. Уехал присяжный поверенный Федор Вайс из Нарвы, одно время входивший в состав Русской фракции государственного собрания. Немецкий театр уехал в полном составе и со всем реквизитом — кулисами, коврами, мебелью, костюмами. Больница Диаконис — с врачами и пациентами. Специальные пароходы вывозили заключенных тюрем и клиентами психиатрических клиник. Уезжали целыми школами, предприятиями, церковными приходами.

Уже к середине месяца выяснилось: в Таллинне были распроданы все имеющиеся в магазинах чемоданы. Резко упали цены на оставленную мебель и квартиры. Выросли очереди к врачам и адвокатам. В гимназиях стал ощутим дефицит преподавателей немецкого языка. В одной только столице без работы осталось более тысячи человек прислуги: посредническая контора фон Нотбека, просуществовавшая 85 лет в одном и том же доме на улице Лай, 28, тоже закрылась в одночасье — по причине отъезда ее владельцев в Германию.

Родная страна

«Переселение целого национального меньшинства — единственное в своем роде действо, удельный вес которого для нас достаточно ощутим, — отметил в прозвучавшем 17 октября радиообращении министр народного хозяйства Эстонии Л. Сепп. — В исторический час расставания мы относимся к нашему немецкому меньшинству так же корректно, как относились к нему за все время нашей самостоятельности. Позабудем плохое, что было между нами, и будем помнить хорошее».

«Кто старое помянет, тому и глаз вон, — заочно парировал ему в прощальном интервью «Вестям дня» главный редактор немецкой газеты Revalsche Zeitung Аксель де Фриз. — Но и мы могли бы упрекнуть эстонцев в политической недальновидности. Ведь власть у того, кто несет политическую ответственность и держит в руках оружие. Нас, немцев, никогда не допускали занять ответственные посты в правительстве, никогда не допускали в офицерский корпус, за исключением «стариков», служивших еще в русской армии. По моему мнению, это со стороны эстонцев — ошибка. Поэтому нам оставалось направить все усилия на завоевание хозяйственных позиций».

Слова де Фриза вполне могли бы стать эпилогом ко всей семивековой истории сосуществования эстонцев и немцев. «Когда мы уедем, за нас будут говорить здесь камни, — предрекал он. — Достаточно посмотреть на древние таллиннские городские стены, наши церкви, общественные здания. Наше теперешнее возвращение в Германию — не меньшее историческое событие, чем в свое время — завоевание Балтийского края.
Мы уезжаем отсюда в качестве друзей эстонского народа и государства, и от чистого сердца желаем ему благополучия. Нашу родную страну — Эстонию — и эстонский народ мы никогда не забудем».

PS.
Отъезд немцев из Таллинна осенью 1939 года во многом остается одним из «белых пятен» в истории города. В фондах Таллиннского городского архива не сохранилось даже фотографий этого события.Вся документация, относящаяся к переселению в Германию, погибла в пожаре столичного архива во время бомбардировки города 9 марта 1944 года. Единственное, что удалось отыскать — фотографии, опубликованные на страницах таллиннских газет 19-21 октября 1939 года.


Автор публикации приносит извинение за низкое качество иллюстраций.

Йосеф Кац
«Столица»

 











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Гостиничный комплекс «Пеолео» в день своего открытия.

Иволга на обочине шоссе: мотель и кемпинг «Пеолео»

Первая ласточка – вернее, пожалуй, было бы сказать «первая иволга» – частного гостиничного бизнеса современной Эстонии «свила гнездо» тридцать лет ...

Читать дальше...

Флагман Эстонского морского пароходства «Георг Отс». Открытка восьмидесятых годов прошлого века.

Белоснежный красавец-теплоход: легендарный «Георг Отс»

Ровно сорок лет тому назад северный сосед стал ближе: в июне 1980 года на линию Таллинн-Хельсинки вышел, без преувеличения, легендарный ...

Читать дальше...

Дом священника Стратановича полвека тому назад.

Шанс на возрождение: дом священника Стратановича в Кадриорге Дом Стратановича

Доминанта исторической застройки одной из кадриоргских улиц и, без преувеличения, шедевр деревянной архитектуры всего Таллинна спасен от гибели: начата реставрация ...

Читать дальше...

Mündi Baar. Бар Лисья Нора в Таллине

Мюнди-бар, или по другому, - Лисья Нора. Каким он был в разные годы. На первом снимке, рядышком расположился бар. "Вяйке ...

Читать дальше...

1962 Tallinn Viru tänaval müüdi raamatuid, nüüd lilli samas kohas

Таллин. улица Виру. 1962 год.

Где ныне продают цветы, в близком 1962 году, имелся книжный развал. Источник: ajapaik.ee  

Читать дальше...

Работы по демонтажу памятника Петру Великому начались в ночь с 29 на 30 апреля 1922 года.

Работы по демонтажу начались 29 апреля 1922 года памятник Петру Великому, стоявший на Петровской площади Таллинна (ныне площадь Свободы). Памятник первому ...

Читать дальше...

Первые советские кинотеатры в Таллине

В интернете появилось познавательное видео про историю кинотеатров в Таллине, в советский период.   

Читать дальше...

Всё хорошо, Таллин 1992 / Kõik On Hea, Tallinn 1992 / Everything Is Good, Tallinn 1992

Kõik On Hea, Tallinn 1992 / Всё хорошо, Таллин, 1992 / Everything Is Good, Tallinn 1992. Vennaskond "Kõik on hea". ...

Читать дальше...

Таллинская весна 1960 года. Столица Эстонии ровно 60 лет назад.

В том году, то есть ровно 60 лет назад, кардинально изменился облик таллиннского Певческого поля вследствие того, что было построено ...

Читать дальше...

Таксофоны.

ФОТО: Lembit Soonpere, Eesti Filmiarhiiv

Эстония в советские годы: вещи, о которых многие из нас уже не помнят

В то время, когда люди старшего поколения ищут свои трудовые книжки, молодым людям стоит напомнить о вещах и явлениях, которые ...

Читать дальше...

Интерьеры бастионных ходов Таллинна в наши дни – в той их части, где размещена экспозиция резных камней.

От казематов к музейным залам: вчера и сегодня бастионных ходов Таллина

Десять лет назад одним белым пятном на карте Таллинна стало меньше: для посетителей открылись подземные ходы, скрытые в недрах бывшего ...

Читать дальше...

Акварель Йоханнеса Хау, изображающая ул. Виру по направлению к Ратушной площади в 1830-х годах.

Восемь столетий Таллинна: век пятнадцатый, каменный

Век пятнадцатый – от основания же города третий – применительно к таллиннской истории по праву можно именовать «каменным». Не в том, ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Большинство горожан были выходцами из деревни. Свободных крестьян тогда почти не было. Значит, город укрывал беглых крепостных. Год и один день должен был провести в городе каждый из них, чтобы получить свободу. Но, и став горожанином, бывший крепостной должен был добывать себе средства к существованию тяжелым трудом, за который платили гроши. Каждый горожанин был членом объединения (гильдии или цеха). Гильдий в городе было три, а цехов - гораздо больше, может быть, столько же, сколько и профессий. Город сохранил память о некоторых из них, так как люди одной профессии сделались слободами. Вот улица Кинга - здесь жили сапожники. На Монетной (Мюнди) - осели монетчики, на Куллассепа (золотых дел мастеров) колдовали ювелиры. Булочники, кузнецы, рыбаки - каждый жил на своей родной улице Сайа-Кяйк, Сепа, Каламая.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!