А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Едва занимался рассвет, как по самым оживленным ныне улицам Таллинна, - Суур-Карья и Вяйке-Карья - устремлялся на пастбища скот. Названия улиц (Большая стадная и Малая стадная) живут по сей день, хотя скот горожане уже давно не держат.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Едва занимался рассвет, как по самым оживленным ныне улицам Таллинна, - Суур-Карья и Вяйке-Карья - устремлялся на пастбища скот. Названия улиц (Большая стадная и Малая стадная) живут по сей день, хотя скот горожане уже давно не держат.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1105 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 230 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Ученица легендарной ревельской балерины Евгении Литвиновой и победительница Брюссельского международного балетного конкурса 1939 года до сих пор живет в таллиннском районе Мустамяэ.

…Сегодня уже потемневшая от времени серебряная медаль с неповторимым силуэтом брюссельской ратуши была привезена в Таллинн ровно семьдесят лет назад. Ну, если быть совсем точным – семьдесят лет и семь месяцев: в мае 1939-го.

Ученицы балетной студии Литвиновой. Хореограф сидит в центре. 1923 год

Ее привезла Маргарита Борисовна Монакова – в ту пору Марго Челнокова. Ученица Евгении Литвиновой, основательницы первой в Таллинне балетной студии, существовавшей с 1918 по 1940 год.

Из Самары

«Нет, родилась я не в Таллинне, – начинает рассказ Маргарита Монакова. – Мать у меня родом была из Эстонии. Бабушка ведь была из местных, из немцев – фон Брехенбах была ее девичья фамилия. А сама я родилась в Самаре – девяносто семь лет тому назад. Мы, Челноковы – самарские, из священников».

Маргарита Борисовна вспоминает: дом в Самаре на Александровской улице, спуск к Волге, монастырские купола напротив. Революция. Смута. Отчаяние матери, не видевшей для себя и двух своих дочек будущего в ставшей неожиданно «красной» России. «Нас смогли разыскать мамины братья, – вспоминает она. – Приехали к нам из Эстонии, обсудили, и научили, как надо действовать».

Отдав пограничнику-красноармейцу все, что у нее было, мать Маргариты Борисовны с двумя детьми нелегально перешла советско-эстонскую границу. «Было ли страшно? Ничуть, – улыбаясь, отвечает «перебежчица». – Мне ведь всего лет девять-десять было, а в этом возрасте ребенок разве понимает опасность? Наоборот – все казалось интересным. Вроде как приключение».

Дом на Ратушной площади

«Две недели сидели в Печорах, в карантине, а потом поехали в Таллинн, – продолжает повествование Маргарита Борисовна. – К дедушке. У него дом был на углу Ратушной площади – с медальонами. Мамин старший брат жил наверху. Мы пошли к нему и там разом со всеми родственниками и встретились. Одна из теток имела в этом доме большую комнату, она взяла нас к себе».

Примыкающее к нынешнему Дому туриста домовладение по адресу Ратушная площадь, 18, на рубеже XIX-XX столетий было вотчиной русских купцов. Над окнами первого этажа видны рекламы с именем известного торговца текстилем Ивана Егорова, над ними – вывеска торгового предприятия Луниных. Из их рода происходила, по материнской линии, наша героиня.

«Таллинн мне после Самары сытым показался и почему-то поначалу очень большим, – рассказывает она. – А уж дедушкин дом – и вовсе огромным. Целый замок. Мы с сестрой любили на его чердаке бывать, и чего там только не было! Запомнился парадный дедушкин портрет, который почему-то из жилых комнат наверх унесли. Он у моего племянника до сих пор сохранился».

Внучка управляющего

Дед Маргариты Борисовны – фигура, безусловно, заслуживающая отдельного рассказа. Парадный портрет полагался ему по чину. Ведь он, будучи статским советником, до самого 1917 года занимал пост управляющего ревельской резиденцией российских монархов – дворца в Екатеринентале-Кадриорге.

«Когда мы в Таллинн переехали, от дел дворца он уже отошел, – уточняет Маргарита Борисовна. – Но жил в Кадриорге. Дом ему был эстонским государством передан. Сейчас в нем музей Эдуарда Вильде находится. Мы с мамой потом на улице Магазийни, неподалеку от бани, жили, но в Кадриорге я часто бывала. Деда многие тамошние знали еще по царскому времени. И в детстве я у него летом гостила, и постарше, когда на танцы ходить стала».

«Магнитом» танцевальной жизни тридцатых годов была в Кадриорге площадка неподалеку от домика Петра. «Ходила я туда со своим хорошим приятелем, Виктором – он тоже из обрусевших немцев был. Он меня впоследствии и с мужем моим будущим там познакомил. А потом снесли ту площадку и выстроили на ее месте президентский дворец», – уточняет Маргарита Борисовна.

Строгий педагог

Когда именно маленькая Марго решила заниматься балетом, она и не припоминает. «Девчушкой я всегда была живой, подвижной – может, потому мама и решила меня отдать балету учиться, – вспоминает она. – Я в детстве все болела, несколько раз приходилась балетную студию бросать: кажется, раза три мне все приходилось начинать заново».

Детская память отрывочна. Что запомнилось Маргарите Борисовне о своей учительнице больше всего – так это огромная коллекция бальных платьев, сохранившаяся у Литвиновой с тех времен, когда она танцевала на сцене Мариинского театра в Петербурге. «Евгения Васильевна строгая была, – припоминает ее ученица. – Если видела, что у ребенка нет способностей к балету, голову ни ему, ни родителям его не морочила – отправляла восвояси».

«Что еще помню? Мать Литвиновой помню. Настоящая немка, прижимистая, считавшая каждую копейку. Если по какой-то причине ученицы запаздывали принести деньги за занятия, всегда она об этом не забывала им напомнить. Мы ее, смеясь, между собой, «вечной Луизой» звали», – признается Маргарита Борисовна.

В Брюссель!

Три года прозанималась юная Марго Челнокова в балетной студии Е. Литвиновой. Выступала на танцевальных вечерах в Немецком театре (Нынешний Театр драмы – его помещения часто арендовали для мероприятий русские культурно-просветительные общества довоенного Таллинна), на «файв-о-клоках» в доме Черноголовых. И вот как-то по весне преподавательница собрала своих учеников и сообщила, что студия примет участие в международном состязании сценического танца в столице Бельгии.

«Не знаю, почему решила ехать Лия Винк – дочь настоятеля православной церкви в Нымме. Потому, наверное, что она у нас считалась одной из лучших, лет десять уже занималась. А у меня жили в Брюсселе родственники дяди, бывшие военные царской армии. Так что мне было, где остановиться там, – поясняет Маргарита Борисовна. – До Брюсселя поездом добирались. Долго – через Ригу, Берлин. А я всю дорогу думала: удастся мне произвести на жюри впечатление или нет? Дай Бог, думала, хотя бы диплом за участие получить и с родными повидаться».

Опасения юной танцовщицы из Таллинна понять несложно: заявку на участие в брюссельском конкурсе, проходившем с 30 апреля по 14 мая 1939 года, подали 146 солистов, танцевальных групп и студий со всего света – в том числе и из СССР. Для вышедших на первое место танцора или танцовщицы открывалась возможность бесплатно обучаться в течение трех месяцев в балете Большой парижской Оперы. Кроме того, полагались золотая, серебряная и бронзовые медали, а также особая премия за экзотический танец.

«Золото» и два «серебра»

«Танец я выбрала сама: вальс Шопена, – подчеркивает Маргарита Борисовна. – Лия Винк – танцевала «Вихрь». Очень сложный танец. Так что когда жюри сообщило, что ей золотая медаль полагается, я даже не удивилась. Но когда сказали, что я удостоена серебряной.…Даже гордость почувствовала – всех обошла Эстония…»

Эстонские танцовщицы, кстати, привезли из Брюсселя еще одно «серебро» – им в младшей возрастной группе была награждена воспитанница балетной студии Э. Штакельберг из Тарту. И потому даже странно, что возвращение юных балерин из Бельгии было удостоено лишь беглых заметок в прессе, обыкновенно относившейся к любому успеху эстонских исполнителей за рубежом довольно трепетно.

«Помогла ли мне в дальнейшем победа на конкурсе в Брюсселе? – задумывается Маргарита Борисовна. – Как знать. Когда летом 1941 года моего мужа мобилизовали в армию, я пошла устраиваться в балетную труппу «Эстонии». Меня экзаменовала знаменитая балерина Анна Экстон – тоже ученица Литвиновой. Она-то, конечно, про медаль мою знала – но попросила показать все, что я умею делать на сцене, без всякого снисхождения».

* * *

В большом балете Маргарита Борисовна Монакова протанцевала двадцать лет. «Какая партия запомнилась больше всего? – пытается вспомнить она. – Наверное, роль Маркизы – я танцевала ее еще до войны, на одном из ежегодных танцевальных вечеров нашей студии. Мне даже стихи посвятили: «В танце вы, Маркиза/Дивно хороши/ Как цветок душистый…».

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
«На узком пути: кому из двух суждено сорваться в пропасть?»: противостояние капиталистов и пролетариата глазами карикатуриста таллиннского юмористического издания "Ме1е Май". 1917 год.

«Сведения о выступлении большевиков оказались вовсе не преувеличенными...»

Историческое событие, которое получило впоследствии громкое имя Великой Октябрьской социалистической революции, предки современных таллиннцев столетней давности, скорее всего, просто не ...

Читать дальше...

Линкор "Слава" в Гельсингфорсе в годы Первой Мировой войны.

Легендарный линкор «Слава»: трижды прославленный

Героическая гибель линкора «Слава» при обороне Моонзундского архипелага ровно сто лет назад — легендарная страница в истории Балтийского флота. ... Есть ...

Читать дальше...

Особенности национальной реституции: остзейские немцы и их имущество в Прибалтике

Существующий в современной ЭР порядок компенсации за утраченное жившими в стране до Второй мировой войны немцами недвижимое имущество – не ...

Читать дальше...

Построенное в 1937 году здание французского лицея на улице Харидузе - образец школьной архитектуры в духе функционализма.

Замок знаний на улице Харидузе: дом Французского лицея в Таллине

Здание таллиннского Французского лицея, на момент своего открытия — самая современная школа столицы, впервые распахнуло двери перед учениками ровно восемьдесят ...

Читать дальше...

Отель «Золотой лев» на улице Харью. Открытка начала XX века.

Геральдика, топонимика, фортификация: золотая палитра Таллинна

Золотая осень — самое время вспомнить о золотом цвете и его оттенках в городской палитре столицы. Таллинн — дитя и ...

Читать дальше...

Обложка брошюры, выпущенной к 225-летию Казанской церкви в 1946 году. Снесенная в семидесятые годы церковная ограда и погибший в 2004-м «петровский дуб» — еще присутствуют.

«В простоте своей величественная...»: Казанская церковь в Таллине, накануне трехсотлетия

Крохотная старинная церковка на обочине современной многополосной трассы — одновременно памятник архитектуры Таллинна и мемориал воинской славы Российской империи. Из сакральных ...

Читать дальше...

«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

По Виру конка ходила долгие тридцать лет, а вот на другие улицы Старого города трамвай так и не допустили.

Ратушная площадь, Козе, Пельгулинн: трамвайные планы былого Таллинна

Из многочисленных и амбициозных проектов расширения трамвайной сети Таллинна строительство ветки до аэропорта оказалось едва ли не единственным, воплощенным в ...

Читать дальше...

Капитан Петр Нилович Черкасов и канонерская лодка «Сивуч». Открытка начала XX века.

От Моонзундского архипелага до города Володарска: немеркнущая слава командира легендарного «Сивуча»

Памятник участнику обороны Моонзунда, командующему корабля, прозванного «Балтийским «Варягом», появился на родине героя благодаря Таллиннскому клубу ветеранов флота и газете ...

Читать дальше...

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Дело требует самого незамедлительного решения...»: как Таллиннская мэрия на эстонский язык переходила

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский. Давно назревшие перемены стали возможны ...

Читать дальше...

Советский павильон на Таллиннской международной выставке-ярмарке. Снимок второй половины двадцатых годов.

«Я аромата смысл постиг, узнав, что есть духи «Жиркости»: как Таллинн советской экспозиции на выставке-ярмарке дивился

Девяносто лет назад жители столицы Эстонии смогли ознакомиться с достижениями народного хозяйства соседней, но малознакомой Страны большевиков, не покидая собственного ...

Читать дальше...

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

Здание Александровской гимназии на северной стороне нынешней площади Виру. Фото конца XIX века.

Три столетия и два года: вехи истории русского образования в Таллинне

История преподавания русского языка и на русском языке в столице современной Эстонии недавно перешагнула трехвековой рубеж — весомый, солидный и ...

Читать дальше...

Проект торгового павильона Таллиннского центрального рынка. Иллюстрация из газеты «Советская Эстония», май 1947 года.

Огонь Яановой ночи над новой базарной площадью: семьдесят лет таллиннскому Центральному рынку

Главный рынок столицы переехал на свое нынешнее место между Тартуским шоссе и улицей Юхкентали ровно семь десятилетий назад — накануне ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Среди полусотни населенных пунктов Эстонии, обладающих городским статусом, большинство возникло естественным путем – развиваясь из поселка у гавани, речной переправы, городища на неприступном холме, а позже – у разбогатевшей мызы или промышленного предприятия. И лишь один из них, пожалуй, появился по воле одного-единственного человека – отца-основателя барона Николая фон Глена. Это Нымме. И хотя вспомнить всю более чем вековую историю единственного среди столичных района с «городским прошлым» одним махом не удастся, остановиться на нескольких наиболее примечательных фактах из биографии Нымме и его основателя барона Гленна. Что надоумило Николая фон Глена, сына владельца мызы Ялгимяэ, помещика Петера фон Глена обменять плодородные земли за озером Харку на поросший сосняком склон Мустамяги – сказать сложно. В глазах современников поступок этот выглядел почти безумием.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!