А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Случилось это в стародавние времена. Однажды медленно поднимался по склону Тоомпеа человек высокого роста. По одежде его можно было принять и за рыцаря, и за монаха, а по обличию за человека сильного, но жестокого. Был он весь будто из железа — под монашеской рясой железные доспехи, железные мысли в железной голове, железное сердце в железной груди. Вдруг он услышал звонкий смех детей, заставивший его вздрогнуть. В глазах вспыхнула злоба. Внизу под холмом, у крепостного рва заметил двух детей, мальчика и девочку. Весело смеясь и болтая, дети бросали в воду камешки. — Я вижу, судьба готовит вам совсем иное, чем я. Изменить судьбу я не в силах, но воздвигнуть препятствие на ее пути могу, — подумал рыцарь. А вслух добавил: — И непременно воздвигну! Дети вскочили, услышав грозный голос, а рыцарь молвил: «Заклинаю, да будет так! Пусть судьбе не удастся соединить вас прежде, чем вы не засыплете ров доверху и не сровняете земляные валы до основания. С тех пор прошли столетия. Дети без устали заполняют ров, бросая в него камни и землю, которые приносят с валов. Они трудятся безостановочно, пытаясь приблизить счастливый день. Поэтому те, кто гуляет весной и летом на земляных валах, слышат иногда шум падающих в воду камней и детский смех, осенью же и зимой до редкого прохожего доносятся жалобный плач и шепот утешения. Немало сделано уже детьми города — на месте бывших валов чудесный парк, а от двух с половиной километров крепостного рва остался только красивый пруд Шнелли.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Около трехсот лет тому назад, во время Северной войны, на службу в русскую армию поступил герцог Карл-Евгений де Круа. Он очень понравился Петру I, и тот, произведя его в генерал-фельдмаршалы, назначил главнокомандующим русскими войсками под Нарвой. Битва была проиграна. Де Круа попал в плен к шведам. Ему было позволено жить в Таллинне. Высокое звание, титул и общительный характер де Круа располагали к нему людей, которые охотно давали ему деньги в долг. Де Круа жил на широкую ногу. Играл в азартные игры, любил покутить. Но однажды утром слуга увидел, что хозяин умер. Горожане обсуждали, кто заплатит долги герцога де Круа... В конце концов решили: не отдавать тела де Круа городским властям для похорон до тех пор, пока не получат все деньги назад сполна. Власти восприняли это решение спокойно. Не хоронить, так не хоронить... Хлопот - никаких! Хоронить де Круа не стали. Положили герцога в простой еловый гроб и поставили возле церкви Нигулисте в усыпальницу фон Розена... Шло время. О герцоге почти совсем забыли.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1288 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Там, где вот уже четвертое лето подряд расцветают клумбы Таллиннского фестиваля цветов, могла выситься громада бастиона, православный собор или памятник шведскому монарху.

Таллиннская Торниде вяльяк – Площадь башен или Башенная площадь – место уникальное. За исключением разве что московской Красной, нет в европейских столицах иной площади, один фронт застройки которой формировала бы полностью средневековая городская стена с башнями.

Выставочный плац на нынешней Башенной площади. 1921 год.

По своей известности, популярности и «раскрученности» Башенная площадь своей российской сестре проигрывает. Но по богатству биографии – ничуть, пожалуй, не уступает.

Монастырская память 

Место, известное современному таллиннцу как Башенная площадь, его средневековый предшественник звал Монашеским выгоном. Или, если угодно, пастбищем – сюда, на выпас, пригоняли принадлежавшее им стадо обитательницы цистерцианского монастыря святого Михаила. Благо, располагался он рядом – его колокольня, увенчанная в XVIII веке барочным кивером и православным крестом, и поныне виднеется из-за городской стены.

Монастырь упразднили в годы реформации, кирху его, после капитуляции Ревеля перед войсками Петра I, преобразовали в православный собор Преображения Господня. Но память о монастырских временах явственно читается в ансамбле Башенной площади. Точнее – в названиях башен: Нунна и Нуннадетагуне. В переводе, соответственно – Монашеская и «Расположенная за монахинями».

«Монашеский след» читается и в названии башни Саунаторн – расположена она была буквально стена к стене с принадлежавшей монастырю баней. Остальные же башни Башенной площади названы либо «в честь» окрестных домовладельцев (Лёвеншеде, Плате, Эппинги, Грусбекетагуне), либо же – по названию расположенной поблизости местности (Кёйсмяэ – Канатная горка).

Тень бастиона

Девять башен нынешней Башенной площади верой и правдой служили обороне города до середины XVII столетия. Служили бы и дальше – но против непрестанно совершенствующей осадной артиллерии оказались защитой недостаточной.

В 1686 году шведский король Карл XI утвердил план реконструкции оборонительных сооружений Ревеля. Согласно ему, городская стена с величавыми башнями должна была скрыться за поясом массивных бастионов, каждому из которых присваивалось название той или иной провинции Швеции.

Будущей Башенной площади досталась северная соседка Эстонии – и в самом конце XVII века здесь началось строительство Финляндского бастиона. Завершить стройку оказалось не суждено: начавшаяся Северная война легла тяжким бременем на и без того небогатый городской бюджет. Пришлось ограничиться возведением более скромного оборонительного сооружения Пальмквистского редута, который был модернизирован в семидесятые годы XVIII столетия.

Городской покос

Из списка городов-крепостей Российской Империи Ревель был вычеркнут в 1857 году. Территория, примыкающая к былому фортификационному поясу, была демилитаризована – проще говоря, передана в гражданское пользование. Очень скоро крепостная стена с башнями начала скрываться за пристраиваемыми к ней домами и складами.

Под застройку, первоначально, планировалось отдать и нынешнюю Башенную площадь. Вполне могло статься, что существовавший здесь отрезок городских укреплений мог разделить участь стен и башен, где срытых, а где и скрытых ныне среди застройки площади Свободы и Пярнуского шоссе.

Помог, что называется случай: два крепостных рва, выкопанных в XVIII веке у северо-западной границы города, оказались засыпаны наспех. Желающих строиться на болотистом пустыре не нашлось и в 1876 году магистрат решили превратить будущую Башенную площадь в покос. Едва ли не до самого конца столетия его сдавали в аренду всем желающим – земля за крепостной стеной считалась едва ли ни сельхозугодиями.

На плацу

«Сельскохозяйственная» страница в истории Башенной площади была успешно продолжена в 1896 году, когда городская дума передала бывший покос Эстляндскому обществу земледелия для организации ежегодных выставок. Пространство между подъездными путями железной дороги за одно лето было застроено выставочными павильонам. Вскоре на карте города появился новый топоним – Выставочный плац.

Впрочем, за несколько лет до того судьба площади могла сложиться совсем по-иному: она могла стать не Выставочной, а Церковной. Или соборной: с 1888 по 1892 год в Ревеле шел поиск места для строительства нового православного собора. В качестве одного из них рассматривалась «площадь за нынешним (Преображенским) собором по пути от Систренских ворот к станции железной дороги».

Кто знает, как смотрелись бы купола собора Александра Невского на фоне крепостной стены с башнями и шпиля Олевисте, но обсудив все предложенные варианты, комитет по строительству был вынужден констатировать: «Хотя место это и возвышается над уровнем моря на 8 саженей, но близость железной дороги, постоянный шум и свист от движения поездов и копоть от локомотивов делают это место для храма неудобным».

Советский павильон 

На рубеже XIX-XX веков в павильонах, выстроенных немецким по своему составу Эстляндским обществом земледелия, начали выставлять свою продукцию и эстонские сельскохозяйственные объединения. Начиная с 1919 года главным арендатором Выставочного плаца стало Таллиннское общество эстонских земледельцев. Первая послевоенная выставка была проведена им на нынешней Башенной площади осенью 1921 года. По сравнению с царским временем, выставлялись тут не только земледельцы, но и промышленники, и торговцы.

«Весь торгово-промышленный Ревель представлен здесь, – писала газета «Последние известия». – Интересны и содержательны ее экспонаты. Остается только выразить сожаление, почему составители выставки не нашли нужным дать изложение пояснений к экспонатам и на русском языке, тем более, что русские фирмы и деятели торговли занимают сейчас в деловой жизни эстонской столицы столь важное место…».

Появились ли на следующий год пояснения на русском – сказать сложно. Но уже через два года, в 1923-м, на Выставочном плацу появился советский павильон. «Здесь – пятитомная история Красной Армии, бюст Достоевского со скорбным, печальным, лицом, бюст Толстого и фарфор, расписанный декадентско-футуристической мазней и агитационными надписями», – делился впечатлениями от визита в советский павильон таллиннский архитектор Александр Владовский.

Королевские планы

Последний раз Выставочный плац использовался по своему прямому предназначению в 1930 году. К следующей весне большинство павильонов было снесено – выставка перебралась на свое нынешнее место – горку Маарьямги по дороге к Пирита. Дольше других продержалось главное выставочное помещение – восьмигранная ротонда: ее использовали для проведения концертов и киносеансов, пока в 1933-м она не сгорела в пожаре.

Само же пространство перед крепостной стеной перешло в ведение управления парков и садов. Оно взяло на себя озеленение и благоустройство бывшего Выставочного плаца. Город же, в свою очередь, попытался привести в более-менее подобающий вид оборонительные сооружения: были снесены пристроенные к городской стене позднейшие пристройки, а над башнями возведены временные крыши – нынешние, черепичные, воссоздающие средневековый облик, появились лишь в семидесятые годы.

К 1932 году Башенная площадь обрела свое нынешнее имя. А за год до того могла обзавестись единственным в Таллинне «королевским» памятником: в ожидании визита в Эстонию шведского короля Густава V обсуждалась возможность установить на ближайшей к гимназии Густава-Адольфа площади монумент в честь основателя учебного заведения. Правда, денег в городской казне не нашлось и потому монарху пришлось возлагать цветы к памятнику своему легендарному предку, установленному в 1928 году во дворе Тартуского университета.

Неизменное

С монументальной скульптурой Башенной площади явно не везло. В первые послевоенные годы здесь предлагали выстроить памятник Победы: пышное сооружение, даже на планах подавляющее окружающую архитектурную среду. Скудность средств оставила этот замысел на бумаге, но имя площади, все же, изменили: с 1945 по 1961 год она называлась Сталинградской.

В 1950 году на ней появился памятник «всесоюзному старосте» Калинину: вовсе не исключено, кстати, что в бытность свою слесарем на ревельском заводе «Вольта» юный Михаил Иванович захаживал в павильоны и буфеты Выставочного плаца. Скульптура, простоявшая до 1990 года, послужила поводом для рождения неофициального топонима «Калининский парк»: бытовал он не среди коренных таллиннцев, а, преимущественно, среди приезжих.

Но все это – в минувшем. На нынешней Башенной площади о недавнем прошлом вспоминаешь меньше всего. «Громадье планов», звучные имена, выставочная суета – все минуло. Осталось неизменное: серый фронт крепостных стен, девять непокорных времени башен и необычный для площади столичного города аромат цветов и свежескошенной травы…

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.




Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Барон Александр фон дер Пален и служащие Балтийской железной дороги на перроне вокзала в Ревеле. Снимок 1870-ых годов.

«Балтийская железная дорога, наше выстраданное дитя»

Первый пассажирский поезд из тогдашней столицы Российской империи в нынешнюю столицу Эстонской Республики прибыл ровно сто пятьдесят лет тому назад. Перестук ...

Читать дальше...

В галерее Русского театра Эстонии, проходит юбилейная художественная выставка «Осень №55»

Автор работ, признанный у нас и далеко за рубежом, талантливый художник, Сергей Волочаев. Картины изумляют идеями, подходом и различными техниками. Представлены ...

Читать дальше...

Дом Иосифа Копфа на углу Пикк и Хобузепеа и портрет его владельца на золотой брошке.

Ревельский ювелир Иосиф Копф: золотых дел мастер

Девяносто лет назад Таллинн прощался с Иосифом Копфом - человеком, еще при жизни сумевшим стать, выражаясь современным языком, «коммерческим брендом». Георг ...

Читать дальше...

Директор Таллиннского Городского архива в 1989-1996 гг. Ю. Кивимяэ демонстрирует грамоту XV века - одну из многих, вернувшихся в родной город. Снимок из газеты «Советская Эстония».

Исток таллиннской историографии: возвращение Городского архива

Ровно тридцать лет тому назад история столицы вновь стала длиннее почти на восемь столетий: в Таллинн вернулись фонды Городского архива. Его ...

Читать дальше...

Катастрофа с девятью погибшими на Балтийском вокзале

Самая тяжелая авария в истории эстонских железных дорог произошла 40 лет назад, в первую субботу октября. Поезда приближались друг к другу ...

Читать дальше...

Как закончилась сказка про Гэдээр

Падение Берлинской стены стало в СССР шоком для многих взрослых, а для некоторых детей - первым столкновением с ложью. "Гэдээр" ...

Читать дальше...

Сто сорок лет назад городская стена Ревеля нуждалась если не в реставрации, то в консервации - как минимум.

Семь веков на страже города Таллина: летопись крепостной стены

У одного из узнаваемых символов таллиннского Старого города - солидный юбилей: с начала строительства крепостной стены вокруг средневекового ядра нынешней ...

Читать дальше...

Здание Немецкой реальной школы непосредственно после постройки.

Школа на улице Луйзе: реквием по утраченному

Здание Немецкого реального училища, некогда признававшееся идеалом и образцом для аналогичных построек, возродившееся после войны в ином облике, безвозвратно утрачено ...

Читать дальше...

Домский, он же Длинный мост на рисунке Карла Буддеуса, середина XIX века.

Тоомпеаский, Каменный, Пиритаский: мосты над водами Таллинна

Даже без учета виадуков и путепроводов, семейство таллиннских мостов – достаточно многочисленное. А главное – способное поведать о себе немало ...

Читать дальше...

Вариант развития мемориального ансамбля на Маарьямяги по версии середины шестидесятых…

Памятник двадцатому веку: ансамбль на Маарьямяги

Мемориальный комплекс на Маарьямяги давно уже стал памятником не конкретным событиям или лицам, а всему, что произошло с Эстонией на ...

Читать дальше...

Ворота в конце улицы Трепи на довоенных открытках встречаются часто, но топоним «Ныэласильм» конкретно к ним еще не применялся.

Головы, ноги, чрево и горб: анатомия таллиннских улиц.

Географические названия, щедро рассыпанные по карте Таллинна, позволяют читать ее почти как… анатомический атлас. Уподобить город человеческому организму впервые предложили пионеры ...

Читать дальше...

Портреты павших в сражении 11 сентября 1560 года горожан и старейшее изображение Таллинна на эпитафии Братства черноголовых.

Восемь столетий Таллинна: век XVI век, пора рефлексий

Непростой во всех отношениях XVI век подарил Таллинну первые портреты города и его жителей, первый памятник, а также один из ...

Читать дальше...

То, чего не было в реальности: «Потопление финского броненосца «Вяйнемяйнен» на советском плакате.

Разрушители мифов: охота за «Вяйнемейненом»

В биографии одного из самых неуловимых военных кораблей Второй мировой войны — финского броненосца береговой обороны «Вянемейнен» — нашлось место ...

Читать дальше...

Гостиничный комплекс «Пеолео» в день своего открытия.

Иволга на обочине шоссе: мотель и кемпинг «Пеолео»

Первая ласточка – вернее, пожалуй, было бы сказать «первая иволга» – частного гостиничного бизнеса современной Эстонии «свила гнездо» тридцать лет ...

Читать дальше...

Флагман Эстонского морского пароходства «Георг Отс». Открытка восьмидесятых годов прошлого века.

Белоснежный красавец-теплоход: легендарный «Георг Отс»

Ровно сорок лет тому назад северный сосед стал ближе: в июне 1980 года на линию Таллинн-Хельсинки вышел, без преувеличения, легендарный ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.

Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Геральдические львы на гербе являются одним из наиболее древних символов Эстонии. Они использовались уже в XIII веке. Были изображены на большом гербе - Таллинна. Таллинну достались эти изящные синие львы от короля Дании Вальдемара Второго, т.к. в то время Северная Эстония находилась под властью Дании. И действительно, они очень похожи на львов с герба Датского Королевства.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!