А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Когда ревельский аптекарь начал смешивать истолченные лягушачьи лапки со змеиным ядом и рубиновой пылью, то не на шутку расчихался. И услужливый ученик аптекаря Март предложил учителю надеть на голову горшок, дабы пыль не причиняла вреда, а драгоценное лекарство в буквальном смысле не улетало на ветер, и пообещал приготовить лекарство самостоятельно. Но вовремя вспомнив про то, что прежде чем передать пациенту, ему самому придется отведать снадобье - такой тогда был порядок, - сделал лекарство не из лапок и ядов, а из размолотого миндаля и сахара. Эту-то сладкую массу и съел бургомистр. И сразу выздоровел.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
С Вышгорода в Нижний город можно спуститься несколькими путями: по ступенькам Паткулевской лестницы, по улице Тоомпеа, лежащей между Харьюмяги и Линдамяги, но, пожалуй, лучше воспользоваться улицей Пикк-Ялг (Длинная нога). До XVII века она была единственной дорогой, связывающей Вышгород и Нижний город. Вступив на эту улицу, вы почувствуете себя как в глубоком рву: с двух сторон ее обрамляют высокие стены из известняковых плит. Этими стенами в середине XV века непокорный Нижний город отгородился от властолюбивого Вышгорода. В настоящее время по Пикк-Ялг разрешается только пешеходиое движение, но для тех, кто в прошлые столетия имел право въезжать сюда на телегах или в экипажах, дорога не была легкой. Подниматься круто вверх трудно было лошадям, а когда они неслись вниз по улице, приходилось проявлять свое искусство кучеру. В путевых заметках английской писательницы Элизабет Ригой, находившейся в Таллине в 1838—1841 годах, говорится: «Чтобы предотвратить столкновение экипажей, кучера громкими криками извещали о своем приближении. Сторож, стоящий в воротах, тоже должен был кричать во весь голос, чтобы въезжающие на Пикк-Ялг успели вовремя посторониться».
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1103 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 230 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Ровно двадцать лет тому назад – в 1990 году – Янов день вновь вернулся в официальный календарь нашей страны.

С тех пор праздник этот настолько органично вписался в ритм жизни таллиннцев, что даже и представить себе, пожалуй, невозможно, что на протяжении всей второй половины ХХ века Яанипяэв был самым что ни на есть обыкновенным днем – рабочим и ничем не выдающимся.

Первая половина минувшего столетия – пора прямо противоположная. В перспективе минувших десятилетий отчетливо читается: Янов день семидесятилетней давности был не похож на тот, что отмечали девяносто лет тому назад, а уж тем более, на отпразднованный за век до наших дней.

Яанипяэв-1900: В электрическом свете 

Гуляние на Янов день в лесу Пирита глазами карикатуриства журнала Tallinna post. 1930 год.

Если современный таллиннец спешит покинуть город едва ли не вечером 22 июня, то его живший в Ревеле сто десять лет тому назад предок вырваться под Янову ночь на природу не слишком спешил. Еще бы – ведь 23 июня должно было состояться одно из главных событий начинающегося лета – открыться сельскохозяйственно-ремесленная выставка.

Павильоны ее располагались на нынешней Башенной площади. Сюда, под средневековую городскую площадь свезли на этот раз не только образцы сельхозтехники, но и живой скот: помещения для «крупнорогатых», как писали газеты, были распроданы чуть ли не за месяц. Билеты же на саму выставку еще имелись в свободной продаже вечером накануне открытия: продавались они со скидкой в честь Янова дня по цене 20 копеек (вместо положенных сорока).

Выставка наверняка привлекала к себе не только сельских хозяев, но и просто любителей славно провести предпраздничный вечер. Ведь если павильоны закрывались в восемь вечера, то сама территория была открыта для посетителей до одиннадцати. Работали несколько буфетов. На летней сцене играл духовой оркестр императорской лейб-гвардии, специально доставленный из Красного села.

И еще. Как особо подчеркивали рекламные объявления, между павильонами были натянуты гирлянды электролампочек. Новинка тем более захватывающая, что первая электростанция в городе откроется только через три года.

Яанипяэв-1910: Фейерверк на бастионах 

Главным событием лета в Ревеле столетней давности стал, вне сомнения, VII общеэстонский Певческий праздник. Состоялся он 14-15 июня и, наверняка, «оттянул» на себя часть праздничного настроения и веселья.

Впрочем, и на наступивший десятью днями позднее Янов день его хватило сполна. Костры вовсю жгли не только на тогдашнем певческом поле – располагалось оно сто лет тому назад не по дороге в Пирита, а в конце нынешней улицы Лаулупео и на месте нынешнего музея КуМу: над обрывом Ласнамяги. Два разложенных тут гигантских костра, по свидетельству прессы, были видны ярче, чем огни расположенных по соседству маяков.

«На берегу реки Пирита была установлена лодка, наполненная горючим, – писала газета Päevaleht. – На берегу пылали смоляные бочки, словно огненные змеи поднимались в небо разноцветные фейерверки и летели к земле огнедыщущими драконами. В устье реки сновали туда-сюда украшенные светильниками лодки». В море запускали и плотики с горящими кострами.

Вовсю праздновали Янову ночь и в самом центре города. До самого рассвета не смолкали смех и музыка на Шведском и Ингерманландском бастионах – нынешних горках Линдамяги и Харьюмяги. «Многочисленные запуски ракет и огни иллюминации были замечены и тут», – уточняла газета.

Яанипяэв-1920: С грузовиком в упряжке

Первый мирный год независимой Эстонской Республики был непростым. Не хватало многого: мануфактуры, продовольствия, топлива. Впрочем, старых досок для костров Яновой ночи хватило: народ, как и в прежние, довоенные и дореволюционные времена, устремился вечером 23 июня в Кадриорг.

Сделать это в 1920 году было тем проще, что накануне праздника городские власти решили сделать таллиннцам подарок: возобновить движение основного вида городского транспорта – конки. Проблема, однако, состояла в том, что главный «двигатель» «конного трамвая» – лошади – лихолетья не пережили. И тогда из положения был найден оригинальный выход…

«Таллиннский трамвай работал в Янов день особенно хорошо, – отмечала газета Waba maa. – Впереди, вместо пары коняг – грузовик, за ним – закрытый вагон конки, следом – еще два открытых вагона». От желающих прокатиться от площади Вана-тург до Кадриоргского пруда отбоя не было, несмотря на то, что «вместо былой копейки с носа берут по восемь марок».

Хотя «авто-трамвай» с наплывом пассажиров 23-24 июня, по-видимому, справился, рейсы свои он в скором времени завершил. Во-первых, в идущем за выхлопной трубой грузовика вагоне нестерпимо воняло бензином. Во-вторых, автомобильные моторы стали перегреваться. «Трамвай с грузовиком в упряжке» так и остался не более чем праздничным аттракционом лета 1920 года.

1930: Европейский (от)блеск

«Вчера, в Иванов день Ревель представлял собой впечатление вымершего города: разъезд его жителей начался еще накануне, когда отъезжающей публикой были заполнены все вокзалы, – описывали знакомое и нам зрелище «Вести дня» в номере за 25 июня 1930 года. – Не успевшие выехать в понедельник, собрались «к зелени» вчера утром».

К началу тридцатых годов, праздник, похоже, окончательно сместился из Кадриорга в Пирита. «Одно можно сказать определенно: пиритаская пляжная жизнь все более и более европеизируется, – уверяла читателей в номере за 26 июня 1930 года Päevaleht. – Конечно, настоящие «носители культуры», которые ведут Пирита в Европу – это женщины: их туалеты более изысканы и ярче, чем в прошлом году».

Европейского лоска фланирующей по сырому пиритаскому песку публике наверняка добавляли вечером Янова дня восьмидесятилетней давности и многочисленные представители дипкропуса. Корреспондент «Вестей дня», например, успел встретить за время прогулки итальянского посланника графа Виганотти, германского посланника д-ра Шреттера, финского посланника г-на Вуорима и исполняющего обязанности польского посланника Володковича.

Определенным диссонансом этой европейской идиллии наверняка выглядели «перепраздновавшие», мирно расположившие выспаться прямо под кустом. Как писали газеты, были среди гуляк и множество прилично одетых людей, прямым текстом отвечающих газетчикам, что сон на свежем воздухе куда полезнее тряски в душном автобусе в сторону города…

Яанипяэв-1940: Под двумя флагами

Судя по газетным публикациям, Янов день семидесятилетней давности больше подходит для титула «последний в ЭР», чем «первый в СССР». Впрочем, до официального вступления в Советский союз оставалось еще более месяца. Да и кто мог предположить, что смена кабинета министров, имевшая место за два дня до праздника, сможет иметь сколько-нибудь влияющие на привычное течение жизни последствия?

С самого утра 23 июня 1940 года Центральный рынок на месте нынешнего парка Таммсааре торговал в полный рост. Хозяйки несли домой не только первую молодую картошку и свежий деревенский творог, но и свежесрубленные березовые ветки: в конце тридцатых годов обычай украшать ими дом как-то незаметно сдвинулся с Троицы на Янов день.

Как и прежде, горели по всему побережью костры – Вторая мировая война была где-то далеко, и о затемнении в Эстонии никто всерьез не думал. Разве что использование каких бы то ни было хлопушек и фейерверков было в ту Янову ночь запрещено – и запрет этот никем в Таллинне не нарушался. Да среди исполняемых песен почему-то все больше было слышно военных.

«Накануне, в праздник Свободы, старый Таллинн был по своему облику небывало праздничным, красуясь в многочисленных флагах, – писал Päevaleht. – Во всем городе не было здания, на котором не развивался бы сине-черно-белый флаг. Над зданием Дома профсоюза рядом с ним развивался флаг Советского союза. Новое правительство отдало распоряжение, чтобы флаг дружественного государства был вывешен в день Свободы рядом с национальным флагом Эстонии».

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд

Особенности национальной реституции: остзейские немцы и их имущество в Прибалтике

Существующий в современной ЭР порядок компенсации за утраченное жившими в стране до Второй мировой войны немцами недвижимое имущество – не ...

Читать дальше...

Построенное в 1937 году здание французского лицея на улице Харидузе - образец школьной архитектуры в духе функционализма.

Замок знаний на улице Харидузе: дом Французского лицея в Таллине

Здание таллиннского Французского лицея, на момент своего открытия — самая современная школа столицы, впервые распахнуло двери перед учениками ровно восемьдесят ...

Читать дальше...

Отель «Золотой лев» на улице Харью. Открытка начала XX века.

Геральдика, топонимика, фортификация: золотая палитра Таллинна

Золотая осень — самое время вспомнить о золотом цвете и его оттенках в городской палитре столицы. Таллинн — дитя и ...

Читать дальше...

Обложка брошюры, выпущенной к 225-летию Казанской церкви в 1946 году. Снесенная в семидесятые годы церковная ограда и погибший в 2004-м «петровский дуб» — еще присутствуют.

«В простоте своей величественная...»: Казанская церковь в Таллине, накануне трехсотлетия

Крохотная старинная церковка на обочине современной многополосной трассы — одновременно памятник архитектуры Таллинна и мемориал воинской славы Российской империи. Из сакральных ...

Читать дальше...

«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

По Виру конка ходила долгие тридцать лет, а вот на другие улицы Старого города трамвай так и не допустили.

Ратушная площадь, Козе, Пельгулинн: трамвайные планы былого Таллинна

Из многочисленных и амбициозных проектов расширения трамвайной сети Таллинна строительство ветки до аэропорта оказалось едва ли не единственным, воплощенным в ...

Читать дальше...

Капитан Петр Нилович Черкасов и канонерская лодка «Сивуч». Открытка начала XX века.

От Моонзундского архипелага до города Володарска: немеркнущая слава командира легендарного «Сивуча»

Памятник участнику обороны Моонзунда, командующему корабля, прозванного «Балтийским «Варягом», появился на родине героя благодаря Таллиннскому клубу ветеранов флота и газете ...

Читать дальше...

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Дело требует самого незамедлительного решения...»: как Таллиннская мэрия на эстонский язык переходила

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский. Давно назревшие перемены стали возможны ...

Читать дальше...

Советский павильон на Таллиннской международной выставке-ярмарке. Снимок второй половины двадцатых годов.

«Я аромата смысл постиг, узнав, что есть духи «Жиркости»: как Таллинн советской экспозиции на выставке-ярмарке дивился

Девяносто лет назад жители столицы Эстонии смогли ознакомиться с достижениями народного хозяйства соседней, но малознакомой Страны большевиков, не покидая собственного ...

Читать дальше...

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

Здание Александровской гимназии на северной стороне нынешней площади Виру. Фото конца XIX века.

Три столетия и два года: вехи истории русского образования в Таллинне

История преподавания русского языка и на русском языке в столице современной Эстонии недавно перешагнула трехвековой рубеж — весомый, солидный и ...

Читать дальше...

Проект торгового павильона Таллиннского центрального рынка. Иллюстрация из газеты «Советская Эстония», май 1947 года.

Огонь Яановой ночи над новой базарной площадью: семьдесят лет таллиннскому Центральному рынку

Главный рынок столицы переехал на свое нынешнее место между Тартуским шоссе и улицей Юхкентали ровно семь десятилетий назад — накануне ...

Читать дальше...

Во все времена район Ласнамяэ отличался не только многочисленностью жителей, но и разнообразной культурной жизнью.

От «Нового городка» к современной части города: прошлое, настоящее и будущее района Ласнамяэ в Таллине

Коллекция «ласнамяэских фактов» — не слишком известных, а потому — небезынтересных и интригующих. О Ласнамяэ, как, пожалуй, ни о какой иной ...

Читать дальше...

Торговый фасад былого элеватора навевает ассоциации с амбаром ганзейских времен, продольный — удивляет обилием металлических скреп-заклепок.

Зерновой элеватор в квартале Ротерманна в Таллине: возрожденный шедевр промышленной архитектуры

Реставрация одной из самых колоритных индустриальных построек центра столицы удостоена награды от Департамента охраны памятников старины в номинации «Открытие года». «Некоронованным ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.


Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Однажды Линда, вдова Калева, несла к нему на могилу большую глыбу. Она торопливо ступала по холму Ласнамяги, неся на спине в праще, сплетенной из своих волос, целую скалу. Тут вдова споткнулась, и тяжелый камень скатился с ее плеч. Не поднять было Линде эту скалу - от горя бедняжка высохла, потеряла былую силу рук. Женщина села на камень и заплакала горючими слезами, жалуясь на свою вдовью долю. Добрая фея ветров ласково гладила шелк ее волос и осушала ее слезы, но они все струились и струились из очей Линды, словно ручейки по горному склону, собираясь в озерцо. Озерцо это становилось все больше и больше, пока не превратилось в озеро. Оно и поныне находится в Таллинне на холме Ласнамяги и называется Юлемисте (Верхнее). Там можно увидеть и камень, на котором сидела плачущая Линда. И если тебе, путник, доведется идти мимо озера Юлемисте, остановись и вспомни о славном Калеве и его неутешной Линде.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!