А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Среди полусотни населенных пунктов Эстонии, обладающих городским статусом, большинство возникло естественным путем – развиваясь из поселка у гавани, речной переправы, городища на неприступном холме, а позже – у разбогатевшей мызы или промышленного предприятия. И лишь один из них, пожалуй, появился по воле одного-единственного человека – отца-основателя барона Николая фон Глена. Это Нымме. И хотя вспомнить всю более чем вековую историю единственного среди столичных района с «городским прошлым» одним махом не удастся, остановиться на нескольких наиболее примечательных фактах из биографии Нымме и его основателя барона Гленна. Что надоумило Николая фон Глена, сына владельца мызы Ялгимяэ, помещика Петера фон Глена обменять плодородные земли за озером Харку на поросший сосняком склон Мустамяги – сказать сложно. В глазах современников поступок этот выглядел почти безумием.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
В 1918 году Эстония обрела независимость. Однако война на несколько лет задержала решение вопросов ее государственности. В 1923 году в Эстонской Республике проводился гербовый конкурс, который не дал результатов. Тогда Государственная Дума в июне 1925 года утвердила исторически сложившийся герб с изображением трех леопардов синего цвета без корон, с красными языками и серебряными глазами, расположенных на золотом фоне щита. Отсутствие корон на головах леопардов вполне объяснимо. Корона - один из символов монархии, Эстония же стала республикой. Прецедент снятия корон к тому времени уже был. Его создало в 1917 году Временное правительство России. Оно в качестве герба оставило двуглавого орла, освободив его от всех имперских атрибутов - корон, скипетра и державы. Вместе с тем сохранения орла - сердцевины герба - выражало историческую преемственность с гербом Российского государства.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1288 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Здание нынешнего Эстонского театра драмы – бывшего Ревельского немецкого театра – украшает Таллинн вот уже ровно сто лет.

Те, кому довелось проходить вечером 19 сентября нынешнего года по самому началу Пярнуского шоссе, стали свидетелем необычного зрелища. Без четверти десять фасад Театра драмы превратился в огромный киноэкран, на котором в стилистике театра теней развернулось двенадцатиминутное повествование об истории здания.

Видеоинсталляцией, созданной медиа-художниками Тааветом Янсеном, Таави Вармом и Андресом Тенусааром, старейшее в Таллинне театральное здание отметило свой вековой юбилей.

Из пепла

Первоначальный проект Ревельского немецкого театра. 1907 год

Вечером 14 октября 1905 года небо над Ревелем озарилось багряным отблеском. Толпа громил, только что отбушевавшая на улицах Старого города, вышла к Новому рынку. Недобрыми светлячками вспыхнули в чьих-то руках спички, кто-то уже бежал от рыночных прилавков с охапкой соломы, из разбитого фонаря «так кстати» сливали керосин…

Не прошло и четверти часа, как огромный деревянный куб Временного немецкого театра, выстроенного за три года до того на участке против здания Окружного суда, запылал от фундамента до стропил. Вышедшие на следующий день газеты отмечали, что только забастовка рабочих Газового завода спасла центр города от катастрофы: полыхни газ, которым сгоревшее здание освещалось, пожар мог бы перекинуться на окрестную застройку…

Пожар революционных дней 1905 года был в истории Ревельского немецкого театра, увы, не первым. Ровно за полвека до того пламя, вырвавшееся из освещающего рампу светильника, испепелило интерьер театрального здания, выстроенного в 1809 году по проекту курляндского архитектора Г. Хеннинга на улице Лай.

В тот раз театр восстановили, но возгорание 1902 года оказалось для него роковым: Ревельское немецкое театральное общество решило не восстанавливать дом в Старом городе в былом виде и для былых нужд. Таллинн к тому времени шагнул за крепостную стену – и новое театральное здание было решено строить на новом месте.

Оценка эксперта

Конкурс на строительство нового здания Ревельского немецкого театра был объявлен в 1906 году. Общее количество работ, поступивших на него, превысило шестьдесят. Правда, большинство из них, по мнению прессы тех лет, не представляли собой нечто выдающееся: в той или иной степени они подражали былым архитектурным стилям – романтике, готике, ренессансу, классицизму.

Наиболее ярким и оригинальным проектом жюри конкурса признала работу двух петербургских архитекторов – Николая Васильева и Алексея Бубыря, снискавших себе популярность в столице работами, выполненными в т.н. духе северного модерна. Стиль этот, являющийся, по сути, региональной разновидностью общеевропейской линией развития архитектуры, одновременно считался новаторским и обращающимся к седой, чуть ли не дохристианской еще архаике Скандинавии.

Сложно сказать, что в проекте Васильева и Бубыря не понравилось заказчикам – Ревельскому театральному обществу – больше всего. Возможно, непривычный, нарочито «современный» облик спроектированного здания. Или же национальность авторов, обошедших на конкурсе коллег-немцев. А может и то, что северный модерн вызывал симпатии горожан-эстонцев и, следовательно, у горожан-остзейцев популярностью не пользовался.

В итоге предложенные на конкурс проекты было решено отправить независимому эксперту – берлинскому профессору архитектуры, академику Герману Зеэлингу. Пришедший из Германии ответ оказался для ревельских немцев неожиданным: признанный авторитет по строительству театральных зданий подтвердил, что лучший из предложенных вариантов – работа Васильева и Бубыря.

Авторы на сцене 

В 1907 году петербургские архитекторы несколько переделывали первоначальный проект, несколько сбавив архаическую «грубость» и «угловатость» основных объемов. На следующий год строительный подрядчик Ф. Хюббе заключил с Ревельским театральным обществом договор, согласно которому к августу 1909-го здание должно было быть подведено под крышу, а 15 июля следующего года – полностью готово.

Несмотря на то, что подрядчику была перечислена внушительная сумма в 110 000 рублей, двигаться в точном соответствии с графиком работ ему не удалось: стропила над строящимся зданием были возведены лишь в сентябре. Связано это было с тем, что в строительстве широко использовался бетон – материал в таллиннской архитектуре новый и малознакомый.

4 (17) сентября 1910 года, в субботу, торжественные звуки увертюры Бетховена оповестили о начале церемонии открытия нового здания Ревельского немецкого театра. Вслед за стихотворением «на случай», написанным редактором газеты Revalsche Zeitung Кристофом фон Миквицем, со сцены прозвучали отрывки из «Фауста» Гёте и «Лагеря Валленштейна» Шиллера, а также – попурри из оперетты «Цыганский барон».

Почетными гостями церемонии открытия театрального здания стали авторы проекта – прибывшие из столицы Васильев и Бубырь. Присутствующие в зале встретили их выход на сцену восторженными аплодисментами.

Знак уважения

Несколько недель спустя после того как новый Немецкий театр распахнул перед посетителями свои двери, выходивший в Таллинне журнал Külaline опубликовал на своей обложке фото некого здания, подозрительно напоминавшее то, что красовалось напротив Ревельского Окружного суда. Редакция предлагала читателям угадать, где же расположен загадочный «двойник»?!

Подчеркивание схожести здания берлинского Театра Хеббеля, выстроенного тремя годами ранее с его таллиннским «собратом» – пожалуй, самое невинное из обвинений, которые выдвигали работе Васильева и Бубыря. Поэт Фридеберт Туглас, например, назвал его в двадцатые годы «грудой камней». А один из зачинателей эстонской национальной живописи Антс Лайкмаа признавался, что Немецкий театр напоминает ему винокурню баронской мызы…

«С первого же взгляда заметно, что проект столичных инженеров Васильева и Бубыря оказался очень удачным, – парировала им газета Tallinna Teataja. – Не придерживаясь классических стилей, они сумели создать здание, которое выглядит очень целостным, но при этом вовсе не диссонирует со средневековой манерой высоких черепичных крыш нашего ганзейского города»

«В те дни, когда немецкое общество Таллинна отмечает священный праздник искусства, и нам следовало бы почтительно приподнять шляпы и разделить с ними радость, – продолжало издание. – Потому что культура заслуживает уважения – вне зависимости от того, что служит ее источником».

Для всех

Если верить газетным публикациям 1910 года, открытием основного здания Немецкого театра Ревельское театральное общество ограничиваться было не намеренно. Вслед за корпусом с помещением для главной сцены планировалось начать строительство клубного помещения, которое должно было примкнуть к театру с восточной стороны. «Деньги и земля для этого наличествуют», – заверяли «Ревельские известия».

Никто в тот момент не мог себе представить, что привычной мирной жизни остается Таллинну чуть менее четырех лет. Начавшаяся в августе 1914-го Первая мировая война не только перечеркнула планы расширения здания Ревельского немецкого театра, но и полностью перекроила судьбу города, в котором был он выстроен.

Губернский город Российской империи стал столицей Эстонской Республики, и остзейская община значительно утратила свой вес в обществе. Правда, труппа немецкого театра Таллинна сохранилась, по прежнему радуя зрителей постановками в здании напротив Окружного суда на Пярнуском шоссе.

Содержать его, однако, становилось все тяжелее и тяжелее – прежде всего, по финансовым соображениям. Потому сцена все чаще и чаще сдавалась эстонским, русским, а иногда – приезжим немецким и еврейским труппам. Фельетонисты шутили, что Немецкий театр становится «Меньшинственным театром» — очагом культуры для всех национальных меньшинств Таллинна».

Смена декораций 

Последнюю точку в истории Ревельского немецкого театра поставила осень 1939 года, когда по призыву фюрера остзейское население Балтийских государств «в добровольно-принудительном» порядке переселилось в Рейх.

Немецкая театральная труппа покинула Таллинн с первыми переселенческими кораблями. Покинула не просто всем составом – но и со всем театральным реквизитом и декорациями. Да что там декорации – в Германию были вывезены даже кресла зрительного зала и лежавшие между ними дорожки…

Впрочем, еще в марте 1939 года эстонское театральное общество Draamastudio Ühing выкупило помещения Немецкого театра за 300 000 крон. Сделка была поддержана Кредитным банком и государством. Архитекторы Министерства путей сообщения Эрнст Кеса и Артур Юрветсон подготовили проект полной перестройки здания в духе функционализма.

Спустя семьдесят лет можно с уверенностью сказать: «не реализованного, к счастью». Потому что вместо нынешнего Театра драмы мы могли бы получить угрюмое строение, напоминающее, пожалуй, послевоенные дворцы культуры. Кроме того, намеченный флигель здания должен был полностью закрыть вид на фасад театра «Эстония» с Пярнуского шоссе.

* * *

Старейшее в городе театральное здание и поныне служит Мельпомене. А имена его создателей – петербургских архитекторов Васильева и Бубыря значатся не только на установленной на боковом фасаде информационной табличке. Но и на театральных афишах: в апреле нынешнего года на сцене бывшего Немецкого, а ныне – Эстонского драматического театра состоялась премьера пьесы Андруса Кивиряхка “Vassiljev ja Bubõr ta tegid siia.“

И звучат строки стихов Юхана Вийдинга – «Стоящий в самом сердце города/Не ангелом хранимый, но культурой!»

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Барон Александр фон дер Пален и служащие Балтийской железной дороги на перроне вокзала в Ревеле. Снимок 1870-ых годов.

«Балтийская железная дорога, наше выстраданное дитя»

Первый пассажирский поезд из тогдашней столицы Российской империи в нынешнюю столицу Эстонской Республики прибыл ровно сто пятьдесят лет тому назад. Перестук ...

Читать дальше...

В галерее Русского театра Эстонии, проходит юбилейная художественная выставка «Осень №55»

Автор работ, признанный у нас и далеко за рубежом, талантливый художник, Сергей Волочаев. Картины изумляют идеями, подходом и различными техниками. Представлены ...

Читать дальше...

Дом Иосифа Копфа на углу Пикк и Хобузепеа и портрет его владельца на золотой брошке.

Ревельский ювелир Иосиф Копф: золотых дел мастер

Девяносто лет назад Таллинн прощался с Иосифом Копфом - человеком, еще при жизни сумевшим стать, выражаясь современным языком, «коммерческим брендом». Георг ...

Читать дальше...

Директор Таллиннского Городского архива в 1989-1996 гг. Ю. Кивимяэ демонстрирует грамоту XV века - одну из многих, вернувшихся в родной город. Снимок из газеты «Советская Эстония».

Исток таллиннской историографии: возвращение Городского архива

Ровно тридцать лет тому назад история столицы вновь стала длиннее почти на восемь столетий: в Таллинн вернулись фонды Городского архива. Его ...

Читать дальше...

Катастрофа с девятью погибшими на Балтийском вокзале

Самая тяжелая авария в истории эстонских железных дорог произошла 40 лет назад, в первую субботу октября. Поезда приближались друг к другу ...

Читать дальше...

Как закончилась сказка про Гэдээр

Падение Берлинской стены стало в СССР шоком для многих взрослых, а для некоторых детей - первым столкновением с ложью. "Гэдээр" ...

Читать дальше...

Сто сорок лет назад городская стена Ревеля нуждалась если не в реставрации, то в консервации - как минимум.

Семь веков на страже города Таллина: летопись крепостной стены

У одного из узнаваемых символов таллиннского Старого города - солидный юбилей: с начала строительства крепостной стены вокруг средневекового ядра нынешней ...

Читать дальше...

Здание Немецкой реальной школы непосредственно после постройки.

Школа на улице Луйзе: реквием по утраченному

Здание Немецкого реального училища, некогда признававшееся идеалом и образцом для аналогичных построек, возродившееся после войны в ином облике, безвозвратно утрачено ...

Читать дальше...

Домский, он же Длинный мост на рисунке Карла Буддеуса, середина XIX века.

Тоомпеаский, Каменный, Пиритаский: мосты над водами Таллинна

Даже без учета виадуков и путепроводов, семейство таллиннских мостов – достаточно многочисленное. А главное – способное поведать о себе немало ...

Читать дальше...

Вариант развития мемориального ансамбля на Маарьямяги по версии середины шестидесятых…

Памятник двадцатому веку: ансамбль на Маарьямяги

Мемориальный комплекс на Маарьямяги давно уже стал памятником не конкретным событиям или лицам, а всему, что произошло с Эстонией на ...

Читать дальше...

Ворота в конце улицы Трепи на довоенных открытках встречаются часто, но топоним «Ныэласильм» конкретно к ним еще не применялся.

Головы, ноги, чрево и горб: анатомия таллиннских улиц.

Географические названия, щедро рассыпанные по карте Таллинна, позволяют читать ее почти как… анатомический атлас. Уподобить город человеческому организму впервые предложили пионеры ...

Читать дальше...

Портреты павших в сражении 11 сентября 1560 года горожан и старейшее изображение Таллинна на эпитафии Братства черноголовых.

Восемь столетий Таллинна: век XVI век, пора рефлексий

Непростой во всех отношениях XVI век подарил Таллинну первые портреты города и его жителей, первый памятник, а также один из ...

Читать дальше...

То, чего не было в реальности: «Потопление финского броненосца «Вяйнемяйнен» на советском плакате.

Разрушители мифов: охота за «Вяйнемейненом»

В биографии одного из самых неуловимых военных кораблей Второй мировой войны — финского броненосца береговой обороны «Вянемейнен» — нашлось место ...

Читать дальше...

Гостиничный комплекс «Пеолео» в день своего открытия.

Иволга на обочине шоссе: мотель и кемпинг «Пеолео»

Первая ласточка – вернее, пожалуй, было бы сказать «первая иволга» – частного гостиничного бизнеса современной Эстонии «свила гнездо» тридцать лет ...

Читать дальше...

Флагман Эстонского морского пароходства «Георг Отс». Открытка восьмидесятых годов прошлого века.

Белоснежный красавец-теплоход: легендарный «Георг Отс»

Ровно сорок лет тому назад северный сосед стал ближе: в июне 1980 года на линию Таллинн-Хельсинки вышел, без преувеличения, легендарный ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Исследователь истории фабрики «Калев» Отто Кубо, полагает, что «таллинский» марципан вряд ли мог быть придуман в Европе: у нас не растет миндальное дерево и не делают сахар. Скорее всего, рецепт пришел с Пиренейского полуострова - с торгующими с Сицилией арабами, и уже оттуда - в материковую часть Европы. Или, как розовая вода, - из Турции. Ну, а дальше - понятно: у Ревеля были хорошие связи с другим членом Союза ганзейских городов - Любеком...
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!