А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Калевипоэг (сын Калева), в эстонской мифологии богатырь-великан. Первоначальный образ Калевипоэга — великан, с деятельностью которого связывались особенности географического рельефа: скопления камней, набросанных Калевипоэгом; равнины — места, где Калевипоэг скосил лес, гряды холмов — следы его пахоты, озёра — его колодцы, древние городища — ложа Калевипоэга и т. п. Калевипоэг также борец с нечистой силой, с притеснителями народа и с иноземными врагами.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Раньше на улицах Ревеля не было освещения; в любой момент на голову прохожего из окна могли выплеснуть помои. Мостовые были без тротуаров, пешеходы, заслышав цокот копыт и грохот колес, жались к стенам. На ночь улицы перегораживались цепями, чтобы злоумышленники не могли ускользнуть от дозора. На башнях перекликалась стража. О благоустройстве родного города жители начали задумываться довольно рано: по крайней мере с 1360 года владелец дома должен был подметать перед своим жилищем. За чистотой улиц и рынков следили уличные подметальщики.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1105 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 230 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

29 сентября (по новому стилю – 12 октября) 1710 года закончилась шестинедельная осада Ревеля войсками Петра I – последняя «классическая» осада в истории города.

Выставка, открывшаяся на прошлой неделе в Таллиннском городском архиве, дает шанс взглянуть на события трехсотлетней давности с неожиданного ракурса. Не со стороны победителя – командующего российской армией. Не со стороны побежденных – шведской администрации. А с точки зрения тех, кто оказался невольным заложником великих исторических событий – городских властей Ревеля.

Экспонаты выставки – протоколы заседаний магистрата – позволяют понять, что именно представляли собой семь последних недель существования шведского Ревеля – главного города Эстляндской провинции королевства Швеции.

Бухгалтер на башне

Первый раз войска Петра двинулись на Ревель еще в 1704 году – после покорения Нарвы и Дерпта. В двадцатых числах августа передовой отряд русской кавалерии приблизился к городским пастбищам и угнал с собой часть принадлежавшего ревельским бюргерам скота.

Специально образованный при магистрате комитет серьезно взялся за приведение города в боевую готовность. Солдатам гарнизона было дано распоряжение денно и нощно дежурить у поднятых на валы и башни пушек. Бухгалтеру городской канцелярии Петеру Бушу было дано распоряжение подняться на башню церкви Олевисте и вести постоянное наблюдение за дислокацией петровских войск. Каждый час, с семи утра до одиннадцати вечера, зоркий канцелярист спускал с башни записку. После того, как 31 августа он доложил о том, что неприятельское войско повернуло обратно к Нарве, горожане вздохнули с облегчением: на этот раз – пронесло.

Тревожные вести

Шесть лет спустя ситуация на Балтике изменилась в корне. После победы Петра над шведами в Полтавской битве ход Северной войны окончательно переломился в пользу России. Переход портовых городов шведской Прибалтики под скипетр российского царя оставался, по большому счету, делом времени.

Первые разъезды русской конницы были замечены на Лаксберге – сегодняшнем Ласнамяэ – 15 августа. Это было значительно ближе «зоны тревоги» в девять миль от городских укреплений, установленной в 1704 году. Вести о том, что днем ранее капитулировал гарнизон Пернова, не прибавляли ревельским обывателям боевого духа.

Но гораздо страшнее известий о переходе под власть Петра нынешнего Пярну было для горожан донесение городского врача Хаппеля: 11 августа в Ревеле открылась чума.
Протокол заседания ревельского магистрата свидетельствует: «Господин бургомистр сообщил, что вчера у него побывал медик Мюльхиус, который рассказал, что у девицы Бухлау, живущей в доме, покинутом Андреасом Книппером, обнаружен нарыв у левого уха. Вызванный место хирург Пауль опознал в нем чумной бубон. Чуму подтвердил и городской врач Хаппель, вызванный на место немедленно».

Полтонны лекарств

Магистрат принял решение встретить смертоносную гостью во всеоружии. Прежде всего, специальным распоряжением было приказано обязать каждого домовладельца поддерживать участок перед его дверями в чистоте. Во-вторых – запретить цирюльникам, которые вскрывали чумные нарывы, пользоваться тем же инструментом для бритья здоровых горожан.

Были напечатаны правила поведения во время эпидемии, содержащие, например, советы «почаще открывать в комнатах окна против тлетворного ветра» и капать в нос «бальзам», настоянный на «венгерской водке и нюхательном табаке». 24 августа в ревельскую гавань прибыло судно из Стокгольма, на борту которого было полтонны (!) медикаментов.

«Кроме того, городской врач предупредил, что приходящих их зачумленных местностей крестьян нельзя впускать в город, – рассказывает протокол магистратского заседания. – Нельзя торговать с ними, а также впускать их в дома, ведь тем самым несчастье настигает не только домовладельца, но и весь город попадает во власть смертоносной эпидемии…»

Распоряжения медика были в точности исполнены. Не отсюда ли берет распространенное в определенных кругах заблуждение, дескать, эстонцев до Петра было, якобы, запрещено даже впускать в Таллинн, не говоря уже о том, чтобы остаться на ночлег?

Настроения в предместьях 

Войска под командование петровского генерала Рудольфа Феликса Бауэра приближались к городу все ближе. Решив не дать им закрепиться в предместьях, вице-губернатор Эстляндии Дитрих Рейнхольд фон Паткуль отдал распоряжение снести в радиусе 150 саженей все постройки вне крепостных валов, включая церковь на Тынисмяги.

18 августа полковник пехотного полка барон фон Нирот предложил представителям магистрата и гильдий пройтись в сопровождении офицеров по предместьям и ознакомиться с царящими там настроениями. Настроения, надо полагать, были не самые лучшие: сносить свои жилища домовладельцы не спешили.

Взвесив все «за» и «против», отцы города решили приостановить снос предместий, опасаясь, что в противном случае больные хлынут под защиту городских стен, как случилось это в Пернове и Риге.

«Не снесенные до сих пор постройки было решено оставить, однако солдатам было поручено начать вырубку больших и диких лесов в окрестностях города», – свидетельствует протокол заседания магистрата.

Верность городу

К началу сентября положение в городе станоло более критическим. Осаждающие перекрыли водопроводный канал, тянувшийся от озера Юлемисте по современной улице Веэренни. Остановились мельницы на городском рву – магистрат повелел впрячь в жернова конной мельницы на улице Пикк лошадей и предоставить имеющиеся у горожан ручные жернова в пользование всем желающим.

31 августа городские власти обратились к вице-губернатору и коменданту города с просьбой собрать отряд, выбить осаждающих от истоков водопроводного канала, и возобновить подачу воду в город. Военные, однако, ответили, что для этого у них нет средств, а попытка совершить вылазку в тыл врага силами только городского ополчения обречена на провал.

Те, кто имел возможность, потянулись из зачумленного города вон. Не отрезанной оставалась лишь дорога по морю, и ратманы обратились к вице-губернатору с просьбой не выдавать никому подорожных паспортов без предварительного согласования с магистратом. Гильдейский старейшина Лантинг заявил, что попытку к бегству в подобной ситуации следует приравнять к нарушению клятвы верности городу.

Удивительно, но даже в это непростое время городской совет пытался заниматься свой обыкновенной работой: сбором налогов и податей, раздачей пищи нищим. На том же заседании 31 августа магистрат принял свидетельство об умении пользоваться мушкетом от некого лейтенанта Ле Фоба.

До вторника

Две последних недели шведского правления в городе, вероятно, один из самых мрачных периодов в его истории. Неприятель приблизился к Ревелю на расстояние пушечного выстрела. Зарядившие дожди погубили заготовленный для кавалерии фураж. Все сильнее ощущалась нехватка продовольствия, и магистрат отдал распоряжение начать забой городского стада.

Свирепствовала и чума. Трупы лежали на улицах неубранными, потому как те, кого набирали для их погребения, умирали быстрее. Отцы города приняли решение разрешить хоронить погибших в общих могилах, без церковного отпевания. Церковь, кстати, повела себя в этой ситуации не самым благовидным образом: в протоколе заседания магистрата отмечается, что священники берут повышенную плату за проводы жертв болезни в последний путь…

20 сентября магистрат позволил отправиться в шестинедельную поездку в Стокгольм некоему портовому смотрителю Карлсону: по всей вероятности, он отбыл на последнем уходящем в столицу корабле. После этого связь с метрополией прервалась, и ревельцы поняли, что рассчитывать в этой ситуации остается только на самих себя.

Четыре дня спустя вице-губернатор Паткуль вызвал в замок представителей магистрата и гильдий, где «королевский адвокат и писарь» Друммер зачитал перед собравшимися тексты писем с предложением о почетной капитуляции, которые Петр I и генерал Бауэр направили в Ревель еще до начала осады – 16 августа. Учитывая последствия сдачи города без боя, представители власти решили обсудить этот судьбоносный шаг до следующего вторника.

Последний парад

«Так как нынешняя ситуация представляется очень сложной и опасной, потому что городу грозит полное разрушение, я желаю лишь, чтобы Всевышний сжалился, дал нам мудрости и был бы заступником горожан перед всеми нами любимым королевским величеством монархом Швеции», — такими словами открылось заседание магистрата 26 сентября.

Весть о том, что город склоняется к решению капитулировать, было поручено доставить вице-губернатору бургомистрам Реймерсу и Бухлау. Паткуль, приняв их в замке, сообщил, что если магистрат примет решение о защите города, он постарается организовать ее. «Но гарнизон сократился настолько, что в самом сильном полку осталось всего 90 человек, а в иных – до 60-70», – добавил он.

Представители бюргерства вновь отправились в ратушу. В полдень члены городского совета ознакомились с точкой зрения королевского наместника и согласились с ней. Равно как и с тем, что в ближайшие два дня, пока будут продолжаться переговоры с командующим осаждающей армии, городские ворота будут закрыты и никто не сможет покинуть город тайно.

Через два дня все было кончено. В пять часов дня оставшиеся в живых четыре сотни шведских солдат выстроились под девятью знаменами перед ратушей. Туда же прибыли и около пяти тысяч петровских солдат. Они приняли у шведов посты, после чего остатки ревельского гарнизона, в колонах по шестеро, под развернутыми знаменами и в сопровождении музыки навсегда покинули город по улице Пикк.

* * *

Остается лишь добавить, что «виновные» в сдаче Ревеля фактически без единого выстрела избежали судебного разбирательства: 8 октября от чумы скончались девять членов магистрата, подписавших акт о капитуляции, а двумя днями позже и вице-губернатор Паткуль.

Полуторовековое шведское время в Таллинне закончилось. Начинался новый, российский, период в истории города.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
«На узком пути: кому из двух суждено сорваться в пропасть?»: противостояние капиталистов и пролетариата глазами карикатуриста таллиннского юмористического издания "Ме1е Май". 1917 год.

«Сведения о выступлении большевиков оказались вовсе не преувеличенными...»

Историческое событие, которое получило впоследствии громкое имя Великой Октябрьской социалистической революции, предки современных таллиннцев столетней давности, скорее всего, просто не ...

Читать дальше...

Линкор "Слава" в Гельсингфорсе в годы Первой Мировой войны.

Легендарный линкор «Слава»: трижды прославленный

Героическая гибель линкора «Слава» при обороне Моонзундского архипелага ровно сто лет назад — легендарная страница в истории Балтийского флота. ... Есть ...

Читать дальше...

Особенности национальной реституции: остзейские немцы и их имущество в Прибалтике

Существующий в современной ЭР порядок компенсации за утраченное жившими в стране до Второй мировой войны немцами недвижимое имущество – не ...

Читать дальше...

Построенное в 1937 году здание французского лицея на улице Харидузе - образец школьной архитектуры в духе функционализма.

Замок знаний на улице Харидузе: дом Французского лицея в Таллине

Здание таллиннского Французского лицея, на момент своего открытия — самая современная школа столицы, впервые распахнуло двери перед учениками ровно восемьдесят ...

Читать дальше...

Отель «Золотой лев» на улице Харью. Открытка начала XX века.

Геральдика, топонимика, фортификация: золотая палитра Таллинна

Золотая осень — самое время вспомнить о золотом цвете и его оттенках в городской палитре столицы. Таллинн — дитя и ...

Читать дальше...

Обложка брошюры, выпущенной к 225-летию Казанской церкви в 1946 году. Снесенная в семидесятые годы церковная ограда и погибший в 2004-м «петровский дуб» — еще присутствуют.

«В простоте своей величественная...»: Казанская церковь в Таллине, накануне трехсотлетия

Крохотная старинная церковка на обочине современной многополосной трассы — одновременно памятник архитектуры Таллинна и мемориал воинской славы Российской империи. Из сакральных ...

Читать дальше...

«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

По Виру конка ходила долгие тридцать лет, а вот на другие улицы Старого города трамвай так и не допустили.

Ратушная площадь, Козе, Пельгулинн: трамвайные планы былого Таллинна

Из многочисленных и амбициозных проектов расширения трамвайной сети Таллинна строительство ветки до аэропорта оказалось едва ли не единственным, воплощенным в ...

Читать дальше...

Капитан Петр Нилович Черкасов и канонерская лодка «Сивуч». Открытка начала XX века.

От Моонзундского архипелага до города Володарска: немеркнущая слава командира легендарного «Сивуча»

Памятник участнику обороны Моонзунда, командующему корабля, прозванного «Балтийским «Варягом», появился на родине героя благодаря Таллиннскому клубу ветеранов флота и газете ...

Читать дальше...

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Дело требует самого незамедлительного решения...»: как Таллиннская мэрия на эстонский язык переходила

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский. Давно назревшие перемены стали возможны ...

Читать дальше...

Советский павильон на Таллиннской международной выставке-ярмарке. Снимок второй половины двадцатых годов.

«Я аромата смысл постиг, узнав, что есть духи «Жиркости»: как Таллинн советской экспозиции на выставке-ярмарке дивился

Девяносто лет назад жители столицы Эстонии смогли ознакомиться с достижениями народного хозяйства соседней, но малознакомой Страны большевиков, не покидая собственного ...

Читать дальше...

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

Здание Александровской гимназии на северной стороне нынешней площади Виру. Фото конца XIX века.

Три столетия и два года: вехи истории русского образования в Таллинне

История преподавания русского языка и на русском языке в столице современной Эстонии недавно перешагнула трехвековой рубеж — весомый, солидный и ...

Читать дальше...

Проект торгового павильона Таллиннского центрального рынка. Иллюстрация из газеты «Советская Эстония», май 1947 года.

Огонь Яановой ночи над новой базарной площадью: семьдесят лет таллиннскому Центральному рынку

Главный рынок столицы переехал на свое нынешнее место между Тартуским шоссе и улицей Юхкентали ровно семь десятилетий назад — накануне ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
По одной из легенд, Таллинн основан на могильном кургане. Холм Тоомпеа считается надгробием Калева, легендарного короля эстов. Его безутешная вдова Линда долгие месяцы стаскивала на место погребения огромные валуны. Так и вырос холм Тоомпеа. А Линда, устав от таких нечеловеческих трудов, присела отдохнуть… и превратилась в камень. В 1920 г. в парке у стен города таллинцы установили памятник плачущей от изнеможения Линде. Камень же, виден из таллинского озера Юлемисте, а само оно образовано из наплаканных Линдой слёз.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!