А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
В 1872 году генерал-губернатор Эстляндии князь Шаховской приказал официально зафиксировать названия всех ревельских улиц на трех местных языках, но при переводах возникло немало недоразумений. Узкий переулок между улицами Пикк и Лай на нижненемецком языке в течение веков называли Spukstrasse, что можно перевести как улица привидений. Наверняка в народном обиходе появилось как следствие какой-то легенды о средневековом барабашке, который появлялся в одном из домов на этой сумрачной улице. 3 февраля 1872 года магистрат утвердил немецкое название, однако при переводе на русский язык не нашел подходящего слова и предложил назвать “Шпуковская”. Получилось не очень благозвучно, и князь Шаховской не согласился и предложил свой вариант - “Нечистая улица”. Это не устроило магистрат и домовладельцев, так как “нечистая” могла быть понятой, как просто грязная. В конце концов назвали улицу Вайму (Духов), так она нынче и называется, хотя с 1950 по 1992 год ее называли Вана (Старая).
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
На большом гербе Эстонской Республики, на золотом фоне исполненного в стиле барокко щита, изображены три льва-леопарда синего цвета с языками красного цвета и глазами серебряного цвета, которые идут, если смотреть со стороны щита, направо, устремив взоры на зрителя. С трех сторон щит окаймлен венком из двух скрещенных дубовых веток золотистого цвета. Основой герба Эстонии стал датский герб XIII столетия. Этот герб вместе с флагом передал Таллину король Вольдемар II в 1219 году. Официально герб утвердили в 1925 году. На сохранившейся наиболее ранней печати Таллина, относящейся к 1277 году, изображены три идущих коронованных леопарда с головами в анфас на треугольном гербовом щите. Леопарды были синими, располагались они на золотом поле.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1155 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 231 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

29 сентября (по новому стилю – 12 октября) 1710 года закончилась шестинедельная осада Ревеля войсками Петра I – последняя «классическая» осада в истории города.

Выставка, открывшаяся на прошлой неделе в Таллиннском городском архиве, дает шанс взглянуть на события трехсотлетней давности с неожиданного ракурса. Не со стороны победителя – командующего российской армией. Не со стороны побежденных – шведской администрации. А с точки зрения тех, кто оказался невольным заложником великих исторических событий – городских властей Ревеля.

Экспонаты выставки – протоколы заседаний магистрата – позволяют понять, что именно представляли собой семь последних недель существования шведского Ревеля – главного города Эстляндской провинции королевства Швеции.

Бухгалтер на башне

Первый раз войска Петра двинулись на Ревель еще в 1704 году – после покорения Нарвы и Дерпта. В двадцатых числах августа передовой отряд русской кавалерии приблизился к городским пастбищам и угнал с собой часть принадлежавшего ревельским бюргерам скота.

Специально образованный при магистрате комитет серьезно взялся за приведение города в боевую готовность. Солдатам гарнизона было дано распоряжение денно и нощно дежурить у поднятых на валы и башни пушек. Бухгалтеру городской канцелярии Петеру Бушу было дано распоряжение подняться на башню церкви Олевисте и вести постоянное наблюдение за дислокацией петровских войск. Каждый час, с семи утра до одиннадцати вечера, зоркий канцелярист спускал с башни записку. После того, как 31 августа он доложил о том, что неприятельское войско повернуло обратно к Нарве, горожане вздохнули с облегчением: на этот раз – пронесло.

Тревожные вести

Шесть лет спустя ситуация на Балтике изменилась в корне. После победы Петра над шведами в Полтавской битве ход Северной войны окончательно переломился в пользу России. Переход портовых городов шведской Прибалтики под скипетр российского царя оставался, по большому счету, делом времени.

Первые разъезды русской конницы были замечены на Лаксберге – сегодняшнем Ласнамяэ – 15 августа. Это было значительно ближе «зоны тревоги» в девять миль от городских укреплений, установленной в 1704 году. Вести о том, что днем ранее капитулировал гарнизон Пернова, не прибавляли ревельским обывателям боевого духа.

Но гораздо страшнее известий о переходе под власть Петра нынешнего Пярну было для горожан донесение городского врача Хаппеля: 11 августа в Ревеле открылась чума.
Протокол заседания ревельского магистрата свидетельствует: «Господин бургомистр сообщил, что вчера у него побывал медик Мюльхиус, который рассказал, что у девицы Бухлау, живущей в доме, покинутом Андреасом Книппером, обнаружен нарыв у левого уха. Вызванный место хирург Пауль опознал в нем чумной бубон. Чуму подтвердил и городской врач Хаппель, вызванный на место немедленно».

Полтонны лекарств

Магистрат принял решение встретить смертоносную гостью во всеоружии. Прежде всего, специальным распоряжением было приказано обязать каждого домовладельца поддерживать участок перед его дверями в чистоте. Во-вторых – запретить цирюльникам, которые вскрывали чумные нарывы, пользоваться тем же инструментом для бритья здоровых горожан.

Были напечатаны правила поведения во время эпидемии, содержащие, например, советы «почаще открывать в комнатах окна против тлетворного ветра» и капать в нос «бальзам», настоянный на «венгерской водке и нюхательном табаке». 24 августа в ревельскую гавань прибыло судно из Стокгольма, на борту которого было полтонны (!) медикаментов.

«Кроме того, городской врач предупредил, что приходящих их зачумленных местностей крестьян нельзя впускать в город, – рассказывает протокол магистратского заседания. – Нельзя торговать с ними, а также впускать их в дома, ведь тем самым несчастье настигает не только домовладельца, но и весь город попадает во власть смертоносной эпидемии…»

Распоряжения медика были в точности исполнены. Не отсюда ли берет распространенное в определенных кругах заблуждение, дескать, эстонцев до Петра было, якобы, запрещено даже впускать в Таллинн, не говоря уже о том, чтобы остаться на ночлег?

Настроения в предместьях 

Войска под командование петровского генерала Рудольфа Феликса Бауэра приближались к городу все ближе. Решив не дать им закрепиться в предместьях, вице-губернатор Эстляндии Дитрих Рейнхольд фон Паткуль отдал распоряжение снести в радиусе 150 саженей все постройки вне крепостных валов, включая церковь на Тынисмяги.

18 августа полковник пехотного полка барон фон Нирот предложил представителям магистрата и гильдий пройтись в сопровождении офицеров по предместьям и ознакомиться с царящими там настроениями. Настроения, надо полагать, были не самые лучшие: сносить свои жилища домовладельцы не спешили.

Взвесив все «за» и «против», отцы города решили приостановить снос предместий, опасаясь, что в противном случае больные хлынут под защиту городских стен, как случилось это в Пернове и Риге.

«Не снесенные до сих пор постройки было решено оставить, однако солдатам было поручено начать вырубку больших и диких лесов в окрестностях города», – свидетельствует протокол заседания магистрата.

Верность городу

К началу сентября положение в городе станоло более критическим. Осаждающие перекрыли водопроводный канал, тянувшийся от озера Юлемисте по современной улице Веэренни. Остановились мельницы на городском рву – магистрат повелел впрячь в жернова конной мельницы на улице Пикк лошадей и предоставить имеющиеся у горожан ручные жернова в пользование всем желающим.

31 августа городские власти обратились к вице-губернатору и коменданту города с просьбой собрать отряд, выбить осаждающих от истоков водопроводного канала, и возобновить подачу воду в город. Военные, однако, ответили, что для этого у них нет средств, а попытка совершить вылазку в тыл врага силами только городского ополчения обречена на провал.

Те, кто имел возможность, потянулись из зачумленного города вон. Не отрезанной оставалась лишь дорога по морю, и ратманы обратились к вице-губернатору с просьбой не выдавать никому подорожных паспортов без предварительного согласования с магистратом. Гильдейский старейшина Лантинг заявил, что попытку к бегству в подобной ситуации следует приравнять к нарушению клятвы верности городу.

Удивительно, но даже в это непростое время городской совет пытался заниматься свой обыкновенной работой: сбором налогов и податей, раздачей пищи нищим. На том же заседании 31 августа магистрат принял свидетельство об умении пользоваться мушкетом от некого лейтенанта Ле Фоба.

До вторника

Две последних недели шведского правления в городе, вероятно, один из самых мрачных периодов в его истории. Неприятель приблизился к Ревелю на расстояние пушечного выстрела. Зарядившие дожди погубили заготовленный для кавалерии фураж. Все сильнее ощущалась нехватка продовольствия, и магистрат отдал распоряжение начать забой городского стада.

Свирепствовала и чума. Трупы лежали на улицах неубранными, потому как те, кого набирали для их погребения, умирали быстрее. Отцы города приняли решение разрешить хоронить погибших в общих могилах, без церковного отпевания. Церковь, кстати, повела себя в этой ситуации не самым благовидным образом: в протоколе заседания магистрата отмечается, что священники берут повышенную плату за проводы жертв болезни в последний путь…

20 сентября магистрат позволил отправиться в шестинедельную поездку в Стокгольм некоему портовому смотрителю Карлсону: по всей вероятности, он отбыл на последнем уходящем в столицу корабле. После этого связь с метрополией прервалась, и ревельцы поняли, что рассчитывать в этой ситуации остается только на самих себя.

Четыре дня спустя вице-губернатор Паткуль вызвал в замок представителей магистрата и гильдий, где «королевский адвокат и писарь» Друммер зачитал перед собравшимися тексты писем с предложением о почетной капитуляции, которые Петр I и генерал Бауэр направили в Ревель еще до начала осады – 16 августа. Учитывая последствия сдачи города без боя, представители власти решили обсудить этот судьбоносный шаг до следующего вторника.

Последний парад

«Так как нынешняя ситуация представляется очень сложной и опасной, потому что городу грозит полное разрушение, я желаю лишь, чтобы Всевышний сжалился, дал нам мудрости и был бы заступником горожан перед всеми нами любимым королевским величеством монархом Швеции», — такими словами открылось заседание магистрата 26 сентября.

Весть о том, что город склоняется к решению капитулировать, было поручено доставить вице-губернатору бургомистрам Реймерсу и Бухлау. Паткуль, приняв их в замке, сообщил, что если магистрат примет решение о защите города, он постарается организовать ее. «Но гарнизон сократился настолько, что в самом сильном полку осталось всего 90 человек, а в иных – до 60-70», – добавил он.

Представители бюргерства вновь отправились в ратушу. В полдень члены городского совета ознакомились с точкой зрения королевского наместника и согласились с ней. Равно как и с тем, что в ближайшие два дня, пока будут продолжаться переговоры с командующим осаждающей армии, городские ворота будут закрыты и никто не сможет покинуть город тайно.

Через два дня все было кончено. В пять часов дня оставшиеся в живых четыре сотни шведских солдат выстроились под девятью знаменами перед ратушей. Туда же прибыли и около пяти тысяч петровских солдат. Они приняли у шведов посты, после чего остатки ревельского гарнизона, в колонах по шестеро, под развернутыми знаменами и в сопровождении музыки навсегда покинули город по улице Пикк.

* * *

Остается лишь добавить, что «виновные» в сдаче Ревеля фактически без единого выстрела избежали судебного разбирательства: 8 октября от чумы скончались девять членов магистрата, подписавших акт о капитуляции, а двумя днями позже и вице-губернатор Паткуль.

Полуторовековое шведское время в Таллинне закончилось. Начинался новый, российский, период в истории города.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд

Столетие Балтийского Герцогства

В 2018 году, Эстония широко отмечает 100-летие республики, и почему-то выпадает из официальных сообщений другая, не менее знаменательная дата: 100-лет ...

Читать дальше...

«Михаил Федорович», «Волынец», «Суур Тылль»: ледокол-герой, ледокол-музей, ледокол-легенда.

Одно из сокровищ собрания Морского музея Эстонии — ледокол «Суур Тылль» — празднует в этом году сразу две знаменательные даты. Первая ...

Читать дальше...

Автор книги «Архитектор-художник Александр Владовский. Материалы к творческой биографии» Андрей Пономарев во время ее презентации в банкетном зале Кадриоргского дворца.

Зодчий Александр Владовский: эскиз творческой биографии Таллинца

Самый, пожалуй, яркий и колоритный архитектор довоенного Таллинна — Александр Владовский — вновь вернулся к таллиннцам: книгой, посвященной его жизни ...

Читать дальше...

Сквер на улице Марта, ба с памятным крестом Бласиуса Хохгреве в наши дни.

Оправа старейшему памятнику в Таллине: сквер у креста Бласиуса Хохгреве

Один из оригинальных памятников таллиннской старины получил недавно достойную «оправу» — благоустроенный сквер на улице Марта. В свое время всякий уважающий ...

Читать дальше...

О значимой дате в истории Таллина

318 лет назад, в 1710 году, российские войска приступили к летне-осенней кампании Северной войны на землях современных Латвии и Эстонии. Успех ...

Читать дальше...

Сложно представить, что сто десять лет назад на месте нынешнего театра «Эстония» и парка Таммсааре стояли крестьянские подводы и шумел рынок.

Парк имени Таммсааре в Таллине: круговорот вечных перемен

Прежде, чем обрести современный облик, нынешнему парку Таммсааре довелось пережить на своем долгом веку целый ряд радикальных градостроительных «перевоплощений». Путь от ...

Читать дальше...

Фабрика "Rauaniit" в середине тридцатых годов прошлого века. На заднем плане — не уцелевшее двухэтажное здание, в котором предприятие было основано.

«1928. Строил Эфраим Леренманн»: от фабрики — к Академии художеств. Таллин

Нынешнее здание Эстонской художественной академии — памятник не только архитектуры, но и промышленной истории. А также — свидетельство многонациональности Таллинна. Три ...

Читать дальше...

Нарва. Ратушная площадь. Отъезд кортежа
императрицы Елизаветы Петровны. Справа - триумфальная арка. Рисунок Ф. Франкенберга, 1746 год. Из собрания Нарвской художественной галереи.

О визите императрицы Елизаветы Петровны в Ревель

В отличие от царя-реформатора Петра Великого, придававшего огромное значение Эстляндии и её столице Ревелю (Таллин) и совершавшего неоднократные визиты в ...

Читать дальше...

Кадриорг. Домик Петра Первого

Кадриорг: Осенняя прогулка по Таллину

Я очень люб­лю Кад­ри­орг - са­мый кра­си­вый и из­вест­ный парк Тал­ли­на. Ис­то­рия его воз­ник­но­ве­ния не­обыч­на. Этот не­пов­то­ри­мый уго­лок на­шей сто­ли­цы ...

Читать дальше...

Крест на улице Марта в Таллине

Есть в Таллинне удивительное место, связанное с одним из эпизодов Ливонской войны. В середине девяностых, случайно оказавшись в маленьком дворике на ...

Читать дальше...

Епископский сад в процессе трансформации из спортивной площадки в сквер. Фото тридцатых годов прошлого века. На первом плане — замурованный резервуар.

Подворье, спортплощадка, парк: метаморфозы Епископского сада в Таллине

Гуляя по Верхнему городу, не упустите возможности заглянуть в Епископский сад: зеленый оазис у подножья колокольни Домской церкви нынешним летом ...

Читать дальше...

Путевые заметки: из Таллина до Великого Новгорода и обратно

Путевые заметки: из Таллина до Великого Новгорода и обратно

Недавно я совершил увлекательное путешествие по Северо-Западу России, по маршруту Ивангород - Кингисепп - Санкт-Петербург - Великий Новгород. Путешествие получилось ...

Читать дальше...

О самом первом православном храме в Таллине - церкви Святителя и Чудотворца Николая Мирликийского

Многие таллинцы и гости столицы Эстонии знают или слышали о Никольской церкви на улице Вене (Русской) в Старом городе. Но ...

Читать дальше...

К 225-й годовщине Ревельского морского сражения

Победа русских моряков в ревельском сражении сорвала планы шведов разбить русский флот по частям и приблизила заключение «Верельского мира». 2 (14) ...

Читать дальше...

Восстановить исторический ансамбль Старого еврейского кладбища на улице Магазийни (на фото) невозможно, но вернуть на его территорию уцелевшие надгробия город намеревается.

Археологические находки Рейди теэ в Таллине: камни утраченной памяти

Памятники уничтоженных в советское время исторических кладбищ Таллинна будут взяты под охрану, каталогизированы и возвращены туда, где они стояли более ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
В старые времена для привлечения в Таллинн больше купцов, отцы города решили построить самую высокую в мире церковь. Но где найти мастера, который взялся бы за столь непростое дело? И тут неизвестно откуда появился незнакомец высокого роста, который пообещал построить такую церковь. Все бы ничего, но запросил он за свою работу столько золота, сколько во всем Таллинне не сыскать... Тогда таинственный мастер предложил следующее: он согласился построить церковь бесплатно, но только при одном условии - если горожане угадают его имя. Незнакомец строил быстро и ни с кем не разговаривал. Когда же строительство стало подходить к концу, отцы города не на шутку всполошились и решили послать шпиона, чтобы тот выведал имя незнакомца. Шпион быстро нашел дом строителя, дождался вечера и, подкравшись к окну, услышал, как мать напевала, баюкая ребенка: «Спи, мой малыш, засыпай. Скоро Олев вернется домой, с полной золота сумой». Так таллиннцы узнали имя загадочного незнакомца. И когда строитель стоял на самой верхушке церковного шпиля и устанавливал крест, кто-то из горожан окликнул его: «Олев, слышишь, Олев, а крест-то у тебя покосился!» Услышав свое имя, Олев от неожиданности потерял равновесие, рухнул с высоты наземь и разбился насмерть. И тут горожане увидели, как у него изо рта выпрыгнула лягушка, а вслед за ней выползла змея... Выходит, не обошлось здесь без помощи темных сил. Но церковь все же назвали в честь ее таинственного строителя.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!
Вход |

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!