А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Рождение озера Юлемисте: На берегу озера Юлемисте стоит и в наши дни господский дом поместья Мыйгу. Рассказывают, будто в стародавние времена на месте Юлемисте было помещичье поле, и что мол под водой до сих пор отчетливо видны каменные ограды, межевые камни. Дно озера хорошо просматривается, так как глубина его невелика.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Средневековый Таллин жил торговлей солью. Лодочники перевозили ее с кораблей к причалу, грузчики перегружали ее, весовщики взвешивали и определяли качество, купцы и лавочники продавали оптом и в розницу, возчики везли ее дальше - в провинцию и в соседние земли. Позднее город перешел на торговлю хлопком-сырцом.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1138 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 231 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Вокруг нас существует множество вещей и предметов, «официальное название» которых известно куда меньше, чем они сами. Анкерные скрепы – одни из них.

Где чаще, где реже они украшают собой стены домов Старого города. Выделяются на шершавой штукатурке, проступают сквозь слой побелки, красуются на фасадах. Вьются, словно буквы неведомого алфавита.

Все это – анкерные скрепы, анкеры «просто», и даже, если верить Интернет-переводчику, – стенные якоря. Симбиоз конструктивности и декоративности. Архитектурный элемент, ставший одним из таллиннских символов.

С юга на север

Слева направо: анекрные скрепы начала ХХ солетия (два скрещенных якоря), середин и восьмидесятых годов XVII столетия.

Все началось в Италии. На рубеже XIV – XV веков, когда безвестный каменщик догадался укрепить каркас здания кованными металлическими штырями, одновременно стягивающими стены и обеспечивающими дополнительную жесткость балкам межэтажных перекрытий.

Уже к середине XV столетия анкерные скрепы перешагнули Альпы, накрепко закрепившись в архитектуре Франции, а за ней – и Германии. Еще через сто лет надежный конструктивный элемент открыли для себя строители Британии и Нидерландов.

В XVI веке анкерные скрепы проникают в архитектуру страны, где им будет уготована слава едва ли не элемента национального дизайна – в Швецию. За семь лет до того, как на верность шведским королям присягнул ревельский магистрат, этот конструктивный элемент был впервые задействован местными мастерами.

Случилось это в 1551 году при перестройке здания так называемой «акцизной каморы», и по сей день высящейся над переулком, соединяющим переулок Бёрсикяйк с улицей Пикк.

С символикой и без

«Трехмерный» анкер на стене капеллы Клодта при церкви Нигулисте.

Первые анкерные скрепы выковывались итальянскими мастерами как единое целое: четырехгранный «гвоздь», вонзающийся в стену, и его «шляпка».

Конструкция эта была проста в изготовлении, однако недостаточно прочна. Потому достаточно скоро изобретение было рационализировано: «гвоздь» начали сгибать, оставляя на месте сгиба «петельку» вроде игольного ушка. В «ушко» это, на манер нитки, «продевался» металлический штырь.

Именно такие наиболее древние из таллиннских стенных анкеров. Можно сказать почти наверняка: если на фасаде здания закреплена скромная полоска кованого чугуна, похожая на росчерк пера с «точкой» посередине, то появилась она не позднее второй трети XVI века.
Наиболее древние анкеры в самой Италии зачастую имеют форму латинской буквы «Х». В этом видели намек на греческую монограмму Христа. В Таллинне подобный тип анкеров до наших дней не сохранился. Хотя, судя по старинным изображениям, изредка и встречался – на первоначальной колокольне церкви Нигулисте.

Те же, что можно увидать, например, на здании Домской школы на углу улицы Тоом-Кооли и площади Кирику – были установлены реставраторами уже в ХХ веке, чтобы спасти стены здания от «расползания». И никакой связи с основателем христианства они не имеют.

Под крестом

Трудно сказать почему, но «не прижился» в Таллинне и еще один популярный в других странах Европы тип анкеров – в виде латинского креста: продольная перекладина длиннее, поперечная – короче.

фото: (с)  Александр Гужов

Декортаивные «псевдоанкера» в виде жезла Меркурия на фасаде главного здания Банка Эстонии.

Один из них, впрочем, имеется: у окон второго этажа здания, стоящего на углу улиц Лай и Суур-Клоостри. Бывший купеческий дом, основательно перестроенный во второй половине XIX столетия, вот уже которое десятилетие служит науке и искусствам – здесь располагается факультет культуры Таллиннского университета.

Про загадочный кованый крест на доме, носящем, в придачу, не какой-нибудь, а именно тринадцатый номер по улице Лай, в студенческие годы доводилось слыхивать многое. И то, что он, якобы, призван отпугивать нечистую силу от здания, отмеченного «нехорошим числом». И то, что по «не менее достоверным сведениям» он, дескать, отмечает границу владений расположенного неподалеку цистерцианского монастыря…

Все это, разумеется, домыслы. А вот то, что под крестообразным анкером в середине девяностых годов прошлого уже, ХХ века, устраивали «крещение в студенты» для первокурсников-«фуксов» – правда. Как и то, что среди студентов бытовало поверье, мол, во время перекура перед экзаменом или зачетом не лишне взглянуть на металлический крест на стене: тогда сдашь, что называется, «железно»…

Золотой век

Нечто вроде арбалета на стене бывшего амбара на улице Пюхавайму. Подобие увитого лентами церемониального жезла на тыльном, обращенном ко двору, фасаде ратушной аптеки. Четыре цифры под самым скатом крыши неприметного строения по адресу Лаборатоориуми, 14, означающие дату постройки здания: 1687 год.

Все это – анкерные скрепы XVII столетия, ставшего «золотым веком» для ревельских кузнецов. В ту пору в городе не столько строили, сколько перестраивали. Устраивали жилые помещения в бывших складских помещениях, пробивая в них новые окна. Пристраивали к зданиям остекленные эркеры. И закрепляли стены выстроенных еще в Средние века зданий анкерными скрепами.

Впрочем, не только закрепляли, но и украшали. Стоит подойти к выстроенной у северной стены церкви Нигулисте погребальной капелле Клодта, чтобы убедиться: декоративность одержала окончательную победу над функциональностью. Мало того, что кованые украшения помещены не только в плоскости стены, но и перпендикулярно к ней, так еще и закреплены там, где в них нет особой конструктивной надобности.

Однако даже в самые барочные времена по-северному строгий Ревель стремился оставаться самим собой. Здесь не прижилась широко распространенная в XVII веке в Южной Германии и соседней Швеции традиция оформлять анкерные скрепы в виде букв, выкладывая из них поверх штукатурки имя домовладельца и даже – цитаты из Священного писания.

Никогда не окрашивали таллиннские анкеры в яркие цвета – в отличие, опять же, от Германии. Разве что покрывали от ржавчины суриком. Тем поучительнее история c владельцем ресторана Egoist, взявшегося вызолотить две кованые полосы на фасаде своего заведения.

Охрана памятников старины незамедлительно призвала ресторатора к соблюдению исторической достоверности – незачем, дескать, понимать словосочетание «золотой век» буквально.

На службе декору 

Фото: (с) Александр Гужов

Выложенная из анкерных скреп дата перестройки дома на улице Лаборатоориуми.

За золотым веком положено идти веку серебряному, однако для выкованных из шведской руды чугунных украшений таллиннских зданий он, увы, не наступил.

В разоренном Северной войной и чумой Ревеле строили вообще не много. Когда же, во второй половине XVIII века, строительные леса вновь стали расти на городских улицах, барокко безнадежно вышло из моды. Набирающий популярность классицизм вовсе не желал признавать кованые украшения фасадов «своими» – в античном мире ничего подобного не ведали…

На протяжении практически всего позапрошлого столетия с анкерами в Ревеле, равно как и в других городах Европы, шла негласная война. Из стен их «выкорчевывали» редко – как не крути, а конструктивный элемент! Но пытались всячески «скрыть» и «загримировать»: в ход шла краска, побелка, штукатурка.

О них вспомнили лишь в самом начале ХХ столетия. На этот раз – как о чисто декоративном элементе, способном послужить, к тому же, негласным указанием на характер использования того или иного здания, или – на заказчика и дату сооружения.

Именно тогда на фронтоне одного из цехов фабрики Ротерманна появились металлические цифры «1912», неоготический фасад нынешнего Банка Эстонии украсили коваными жезлами Меркурия, а стену принадлежавшего Морскому ведомству здания на улице Олевимяги декорировали скрещенными якорями.

Последняя метаморфоза 

Начиная с двадцатых годов ХХ века, анкерные скобы обретают в таллиннской архитектуре еще одно значение. Усилиями остзейских архитекторов, руководивших реставрационными работами в Старом городе, они превращаются в отличительный знак подлинной старины. Появляясь при этом даже там, где раньше их никогда не было.

Особенно преуспел в этом архитектор Эрнст Кюнерт: именно благодаря ему, два вполне себе «барочных» анкера появились на фасаде отреставрированного им здания Олаевской гильдии на улице Пикк и перестроенного «старшего» из «Трех братьев» на улице Лай. Последние, впрочем, несут на себе печать художественной ковки периода экспрессионизма – как и весь облик «омолодившегося» здания.

Тут, пожалуй, было бы уместно вспомнить о продолжателях дела зодчего-остзейца: мастерах польского объединения PKZ, укрепивших на фасаде отреставрированного ими в семидесятых годах Дома туриста в переулке Ванатуру каэл стилизованный под анкерную скрепу эмблему своего предприятия.

Но справедливее, пожалуй, сразу же переместиться в следующее десятилетие. Точнее – в 1982 год, когда в Таллинне впервые были отмечены Дни Старого города. Их эмблемой стала кованный барочный анкер здания, расположенного во дворе дома по улице Вене, 12. Создан он был за три столетия до того: в восьмидесятых годах XVII века.

Побывав конструктивным и декоративным элементом, анкерные скрепы превратились в символ одного из самых эффектных и красочных городских праздников. Говоря современным языком – стали узнаваемым таллиннским «брендом».

* * *

И пускай далеко не каждый горожанин знает, как «официально» называются радующие глаз кованые украшения старинных фасадов. Но если они и по сей день служат таллиннцам в прямом и переносном смысле – перед создавшими их мастерами остается лишь склониться в уважительном поклоне.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Дом на углу улиц Ратаскаеву и Люхике-Ялг должен бы обзавестись гигантским витражным окном и стать художественным кафе «Зиттов». Проект 1968 года.

Ратаскаеву, дом 20/22: родовое гнездо Зиттовых а Таллине

Улицы, нареченной в честь самого, вероятно, знаменитого уроженца средневекового Ревеля, в Таллинне до сих пор нет. Фамилия его полвека назад ...

Читать дальше...

«Портрет молодого человека» кисти Зиттова, в котором некоторые исследователи склонны видеть автопортрет мастера.

Долгий путь в родной город: возвращение Михкеля Зиттова в Таллин

Работы самого, пожалуй, знаменитого таллиннского живописца впервые в истории будут экспонироваться в его родном городе — на выставке в Художественном ...

Читать дальше...

Жилой и административный корпус санаторной школы в день открытия.

Лечить, учить, просвещать и заботиться: школа-санаторий над рекой Пирита в Таллине

Восемьдесят лет назад в Таллинне открылось одно из самых необычных учебных заведений столицы — Санаторная школа имени президента Константина Пятса. Июнь ...

Читать дальше...

Пушки, стоявшие при входе в здание «Арсенала», завершили свой боевой путь на фронтах Гражданской войны в Испании.

Обретенная история таллиннского «Арсенала»: архив предприятия станет основой выставки

Вновь обнаруженные архивные папки, переданные руководству компании Arsenal Center OÜ, позволяют пролить свет на малоизвестные доселе страницы истории одного из ...

Читать дальше...

Легендарный обитатель глубин озера Юлемисте на обложке книги Арво Валтона, изданной теперь и на русском языке.

Стародавняя история, рассказанная на новый лад: «Старец из озера Юлемисте» Арво Валтона

На книжной полке поклонников магического реализма — достойное пополнение: книга Арво Валтона «Старец из озера Юлемите» вышла в переводе на ...

Читать дальше...

«Адмирал» в бытность «Адмиралтейцем» на фоне первых международных паромов на Таллиннском рейде...

От буксира до исторического судна: Таллинский «Адмирал» выходит на кинофарватер

Премьера документальной ленты, посвященной прошлому и настоящему одного из символов Таллиннского пассажирского порта, состоится в День Таллинна на третьем этаже ...

Читать дальше...

О Петре Великом «pro et contra»: штрихи к портрету императора.

Величие Петра I заключается не столько даже в масштабе его преобразований, сколько в умении действовать так, чтобы быть близким и ...

Читать дальше...

Ко дню святой Вальпурги или Как в Ревеле на ведьм охотились

1 мая — день святой Вальпурги, реальной исторической личности, дочери одного из британских королей, которая, став монахиней, в 748 году ...

Читать дальше...

День Ветеранов в Пыхья-Таллине 2018

Небольшая зарисовка. Заболел, и не знаю где отмечают в моем районе Копли, этот день, но над крышами, прямо сейчас, наматывают ...

Читать дальше...

Перспектива улицы Лай с жилыми домами на нечетной стороне улицы Нунне. Конец XIX века.

Там, где стоит «Косуля» Яана Коорта: прошлое и будущее таллинского сквера на Нунне

Зеленый оазис на пути от Ратушной площади к Балтийскому вокзалу в масштабах таллиннской истории относительно молодой — но оттого отнюдь ...

Читать дальше...

... Весь в заботах молодой хозяин нового бара.

Бармен с золотой медалью

Трибуна Кремлевского Дворца с'ездов знала многих известных миру политических деятелей, людей труда, писателей. Официант из Таллина Дмитрий Демьянов, которому от роду ...

Читать дальше...

Ратушная площадь Пауля Бурмана

Галерея одной картины. Ревель: «Ратушная площадь» Пауля Бурмана

Какие сюрпризы ни преподнесла бы балтийская погода, тепло настоящей таллиннской весны навсегда запечатлено на полотне художника первой половины минувшего столетия ...

Читать дальше...

...,и в реальности — на фотографии сороковых-пятидесятых годов.

Оплот, приют и убежище страждущим: лютеранская церковь прихода Вефиль в Таллине

Церковь прихода Вефиль в предместье Пельгулинн, реставрацию которой столичные власти готовы поддержать, отмечает в конце нынешнего года свое восьмидесятилетие. С транслитерацией ...

Читать дальше...

Восстановительные работы на улицы Харью весной 1948 года глазами живописца Агу Пихельга.

«Такою запомнил я улицу Харью...»: сквер на месте погибшего квартала в городе Таллине

Своим нынешним обликом одна из основных артерий таллиннского Старого города обязана градостроительному решению, принятому ровно семьдесят лет назад. Именно тогда — ...

Читать дальше...

Алексей Михайлович Щастный на борту корабля Балтфлота во время перехода из Гельсингфорса в Кронштадт. Апрель 1918 года.

Спаситель Балтийского флота: позабытый капитан Щастный

Столетие Ледового похода Балтийского флота — повод вспомнить его главного, незаслуженно забытого героя — капитана 1-го ранга Алексея Михайловича Щастного. Спасение ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.


Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Большинство горожан были выходцами из деревни. Свободных крестьян тогда почти не было. Значит, город укрывал беглых крепостных. Год и один день должен был провести в городе каждый из них, чтобы получить свободу. Но, и став горожанином, бывший крепостной должен был добывать себе средства к существованию тяжелым трудом, за который платили гроши. Каждый горожанин был членом объединения (гильдии или цеха). Гильдий в городе было три, а цехов - гораздо больше, может быть, столько же, сколько и профессий. Город сохранил память о некоторых из них, так как люди одной профессии сделались слободами. Вот улица Кинга - здесь жили сапожники. На Монетной (Мюнди) - осели монетчики, на Куллассепа (золотых дел мастеров) колдовали ювелиры. Булочники, кузнецы, рыбаки - каждый жил на своей родной улице Сайа-Кяйк, Сепа, Каламая.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!
Вход |

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!