А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Среди полусотни населенных пунктов Эстонии, обладающих городским статусом, большинство возникло естественным путем – развиваясь из поселка у гавани, речной переправы, городища на неприступном холме, а позже – у разбогатевшей мызы или промышленного предприятия. И лишь один из них, пожалуй, появился по воле одного-единственного человека – отца-основателя барона Николая фон Глена. Это Нымме. И хотя вспомнить всю более чем вековую историю единственного среди столичных района с «городским прошлым» одним махом не удастся, остановиться на нескольких наиболее примечательных фактах из биографии Нымме и его основателя барона Гленна. Что надоумило Николая фон Глена, сына владельца мызы Ялгимяэ, помещика Петера фон Глена обменять плодородные земли за озером Харку на поросший сосняком склон Мустамяги – сказать сложно. В глазах современников поступок этот выглядел почти безумием.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Однажды Таллинн, который называли девой, ибо еще никто не сумел овладеть им, целое лето осаждало неприятельское войско. И хотя крепостные стены и башни надежно защищали таллиннцев, голод становился день ото дня все более лютым, и сердцами горожан овладели отчаяние и малодушие. Спасителем города в этот трудный час оказался барон Пален, хозяин поместья Палмсе. Он сделал вид, будто хочет послать голодным горожанам провизию. Когда повозки со съестным и пивными бочками приблизились к лагерю неприятеля на Ласнамяги, они были тотчас захвачены врагами. Голод измучил осаждавших солдат не меньше, чем таллиннцев, поэтому они набросились как волки на провизию, забыв про осаду. Хозяин Палмсе воспользовался этой короткой передышкой, чтобы спасти город. Он велел доставить морем к стенам города откормленного быка, а также немного солода, и передал их горожанам. Горожане сварили свежего пива и отнесли его на передние земляные валы. На днища перевернутых бочек они налили пива - так, чтобы пена потекла через края. Затем выпустили на валы быка, который выбежал, взрывая рогами землю. Когда враги увидели бочки с пенящимся пивом и откормленного быка, у них душа ушла в пятки. "Пропади все пропадом", - сказали солдаты, - "того не возьмешь измором, кто может еще столько пива наварить и прогуливает жирных быков на валах. Скорее сами умрем от голода". На следующее утро горожане увидели, что неприятель уходит восвояси. Таллинн был опять спасен.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1107 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 231 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Фортификационное сооружение, тюрьма, жилой дом, кафе, а в ближайшей перспективе – туристический магнит. Все это – Нейтситорн: башня с самым женственным в Таллинне названием.

Что роднит Таллинн с Ригой, Баку, Стамбулом, крымским Судаком, польским Кульмом и немецким Герлицем одновременно?

Девичья башня: в каждом из названных городов имеется своя собственная. В одних – схожая с таллиннской исключительно по названию, в других – по внешнему облику.

И все-таки та, что высится над деревьями Сада датского короля – единственная и неповторимая. Не только по своей архитектуре. Но и по своей биографии.

Легендарная версия

(с) Leo Gens/Karl Burman. Monograafia

Такой могла бы выглядеть Девичья башня, если бы был реализован проект архитектора Карла Бурмана

Туристу проще всего. После спуска с Тоомпеа гид обязательно даст ему пятиминутную передышку в романтическом сквере у подножья юго-западного отрезка городской стены.

А для того, чтобы ни один миг экскурсии не пропал даром, обязательно поведает гостю города, мол, в башне, расположенной аккурат между Конюшенной и Кик-ин-де-Кек, находилась некогда тюрьма для девиц легкого поведения.

В исполнении для аудитории более строгих нравов та же байка звучит в несколько смягченном варианте: башня оказывается тюрьмой, куда заточали, якобы, невест на выданье, категорически отказывающихся заключать брак с женихами, подобранными родителями.

Обитая кованым железом башенная дверь звучит неопровержимым свидетельством достоверности услышанной только что историю. Улыбнувшись причудливости средневековых нравов, туристы спешат в направлении улицы Люхике-Ялг.

Загадочное название оказывается «расшифрованным»: Девичья башня – та, в которой содержались девицы.

Эстонский след

Что правда, то правда – тюрьма в Девичьей башне действительно существовала. Проработала она до 1626 года. Но о содержании в ней исключительно особ прекрасного пола ничего неизвестно.

Известно другое. «Девичье» прозвище башни в средневековых немецких городах приобретали, как правило, от соседства с женскими монастырями. Так было в Риге, так было в Кульме – но точно не в Ревеле: никакие обители поблизости Девичьей башни не располагались.

Зато сама она, в чем несложно убедиться и в наши дни, всегда располагалась на возвышенности. На холме. Или, если угодно, на горе. Именно это обстоятельство, по мнению некоторых исследователей, могло стать причиной необычного названия Девичьей башни.

Рассуждения их строятся по следующей схеме. Древнейшее, зафиксированное в списке 1373 года, имя башни – Мегхеде или Мегхде. При желании в нем можно расслышать эстонское слово родительный падеж множественного числа эстонского слова «mägi» — стало быть, «гора».

Язык предков нынешних эстонцев был бюргерам-остзейцам неведом, изначальный смысл названия башни стерся, и к началу позапрошлого столетия малопонятное Megdheturm могло превратиться в Mädchenturm: Башню девушек или девиц.

Стертая память 

Остроумная версия страдает от отсутствия аналогов: других башен, в названии которых лежало бы эстонское по своему происхождению слово, в Таллинне нет.

Единственное исключение – башня Ассуве. Но она была наречена не по особенностям рельефа, а по имени городского пастуха-эста, владение которого располагалось приблизительно там, где после войны был возведен кинотеатр «Сыпрус».

Знакомство с перечнем недвижимости обитателей средневекового Ревеля проясняет ситуацию окончательно. Некий Хинс Мегдхе действительно проживал в середине XIV века на нынешней улице Рюйтли – в непосредственной близости от башни.

И не просто проживал: по всей вероятности, он был подрядчиком, непосредственно ответственным перед городскими властями за возведение юго-западного отрезка крепостной стены. И хотя до завершения работ он, возможно, не дожил, своей фамилией с башней «поделился».

Ну а далее события развивались в точном соответствии с «эстонской версией»: превращение «башни Мегде» в «Башню девиц» произошло после того, как память о ее строителе в памяти горожан стерлась.

Превратности судьбы 

Стереться не только из сферы ментального, но и материального лет сто пятьдесят тому назад был у самой башни едва ли не больший, чем у ее изначального названия.

Судьба вообще не была к ней слишком милосердной. Выстроенная на одном из наиболее уязвимых отрезке городских фортификаций, она подвергалась яростному обстрелу пушкарями Ивана Грозного в 1577 году.

Тогда, вероятно, погибла ее высокая черепичная крыша, возведенная за сто двадцать до того строительным мастером Хансом Котке, а верхний, четвертый, этаж оказался настолько разрушен, что от его восстановления после Ливонской войны решили отказаться.

Хотя не исключено, что причиной тому был даже не характер разрушений, а, говоря современным языком, «моральная амортизация» сооружения. Четырехугольная, с открытой к городу «тыльной» стороной, башня Мегде, была явно не приспособлена к ведению огня из тяжелых орудий XVI-XVII веков.

Модернизировать ее не стали, ограничившись лишь поверхностным ремонтом: потенциальная линия огня была отодвинута от нее далеко в сторону после сооружения со стороны Тынисмяги и современной площади Вабадузе двух мощных бастионов.

В списке башен, пригодных для хранения пороха, составленном Ревельской инженерной командой в 1793 году, башня Мегде уже не фигурирует. Прошло еще полвека – и она упоминается в документах уже исключительно как гражданская постройка.

Знаменитые квартиранты

Среди построек, расположенных между в 1842 году между склоном Вышгородского холма и садом покойного часовщика Нестлера (звучное имя Сада датского короля еще не вошло в ту пору в официальные документы), отмена и «полностью развалившаяся бывшая башня».

Не смотря на это, в башне теплилась жизнь. На двух ее этажах располагались квартиры. Со стороны Нижнего дома к былому фортификационному сооружению был пристроен каменный фасад в духе классицизма.

Список обитателей Девичьей башни за век ее использования в качестве жилищного фонда мог бы получиться внушительным. Однако увековеченными остались двое из них – художники Кристьян и Пауль Рауды, чьи имена высечены на памятном камне.

Непонятно только, почему во время очередной реконструкции Сада датского короля посвященная им мемориальная плита оказалась перенесена от входа в башню в прямо противоположную сторону – к началу лестницы, ведущей во двор Института истории.

Планов громадье

Имя еще одного выдающегося таллиннца, не просто имевшего в бывшей башне художественное ателье, но и постоянно жившего там, на стене его жилища не обозначено.

А жаль! Ведь в отношении Девичьей башни он имел масштабные планы, реализация которых хотя и могла навсегда перечеркнуть надежды на возвращение памятнику его первоначального облика, но наверняка пополнила бы ансамбль Старого города небывалой постройкой.

Речь идет об архитекторе и художнике Карле Бурмане, поселившемся по адресу Люхике-Ялг 9 в 1945 году. По сравнению с былой жилплощадью, сгоревшей во время мартовской бомбардировки Таллинна, квартира в башне была явно мала.

Зодчий принялся за работу. Особым доверием в послевоенной ЭССР он не пользовался, возможности его были ограничены, но полету фантазии не могло помешать ничего. Вскоре на его кульмане родился проект перестройки башни Нейтситорн – одновременно завораживающий и фантастичный.

Безликое и неприглядное на тот момент сооружение превратилось в подобие горной деревушки где-то на Адриатике или Средиземноморье: с обилием балконов, лоджий, крытых черепицей веранд. Основу его составлял массив стен Девичьей башни, пристройки же лепились к былой крепостной стене.

Выделять средства на реализацию амбициозного проекта, явно выпадающего из общего контекста таллиннской архитектуры, в скромном по финансовым возможностям 1946 году не стали. Реставраторы пришли в Сад датского короля семь лет спустя.

Возрождение

Восстановительные работы затянулись не на одно десятилетие. Лишь к 1978 году строительные леса с юго-западного отрезка городской стены были окончательно сняты, и взору горожан предстала практически возрожденная из небытия постройка.

Со стороны Тоомпеа башня предстала такой, какой жители города видели ее в последний раз четыре века тому назад: четырехэтажной, увенчанной флюгером над четырехгранной пирамидальной крышей.

Со стороны же Нижнего города открывалось нечто маловразумительное: башню было решено приспособить под заведение общественного питания и потому «тыльную» ее, в Средние века открытую сторону, решили «зашить» огромным стеклянным окном.

Посетители кафе от подобного решения, безусловно, выиграли: вид отсюда открывался бесподобный. Исторической же достоверности был нанесен безусловный ущерб – ничего подобного фортификационная архитектура никогда не знала.

Точнее – «не знала до того». Потому как модернизированный облик сооружения, растиражированный множеством открыток, фотографий, кино- и видеокадров настолько приглянулся таллиннцам, что представить Девичью башню без стеклянной «стены» попросту невозможно!

* * *

Еще в начале нынешнего тысячелетия туристические брошюрки зазывали гостей Таллинна в кафе «Нейтситорн», «по секрету» сообщая, что в нем, между прочим, водятся приведения.

Духам и призракам, почувствовавшим себя единственными хозяевами башни за долгие семь лет запустения, в скором времени придется потесниться. В нынешнем году город смог отсудить Девичью башню у государства.

Реставраторы приступят к ее обустройству в ближайшее время. А через два года результат их усилий смогут оценить все желающие. Разочарованных, хочется верить, не будет.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Бременская башня до реставрации. Фото пятидесятых годов	прошлого века.

Памятник фортификации и правосудия: байки и быль Бременской башни в Таллине

Полностью отреставрированная Бременская башня готова раскрыть перед таллиннцами и гостями города свои многочисленные секреты в самом ближайшем времени. Такого количества горожан, ...

Читать дальше...

Важня на Ратушной площади

Синий омнибус до остановки «Копли»: сегодня – юбилей таллинского муниципального автобуса

Ровно восемьдесят лет тому назад в Таллинне была пущена первая автобусная линия, принадлежащая не частному владельцу, как было принято прежде, ...

Читать дальше...

«На узком пути: кому из двух суждено сорваться в пропасть?»: противостояние капиталистов и пролетариата глазами карикатуриста таллиннского юмористического издания "Ме1е Май". 1917 год.

«Сведения о выступлении большевиков оказались вовсе не преувеличенными...»

Историческое событие, которое получило впоследствии громкое имя Великой Октябрьской социалистической революции, предки современных таллиннцев столетней давности, скорее всего, просто не ...

Читать дальше...

Линкор "Слава" в Гельсингфорсе в годы Первой Мировой войны.

Легендарный линкор «Слава»: трижды прославленный

Героическая гибель линкора «Слава» при обороне Моонзундского архипелага ровно сто лет назад — легендарная страница в истории Балтийского флота. ... Есть ...

Читать дальше...

Особенности национальной реституции: остзейские немцы и их имущество в Прибалтике

Существующий в современной ЭР порядок компенсации за утраченное жившими в стране до Второй мировой войны немцами недвижимое имущество – не ...

Читать дальше...

Построенное в 1937 году здание французского лицея на улице Харидузе - образец школьной архитектуры в духе функционализма.

Замок знаний на улице Харидузе: дом Французского лицея в Таллине

Здание таллиннского Французского лицея, на момент своего открытия — самая современная школа столицы, впервые распахнуло двери перед учениками ровно восемьдесят ...

Читать дальше...

Отель «Золотой лев» на улице Харью. Открытка начала XX века.

Геральдика, топонимика, фортификация: золотая палитра Таллинна

Золотая осень — самое время вспомнить о золотом цвете и его оттенках в городской палитре столицы. Таллинн — дитя и ...

Читать дальше...

Обложка брошюры, выпущенной к 225-летию Казанской церкви в 1946 году. Снесенная в семидесятые годы церковная ограда и погибший в 2004-м «петровский дуб» — еще присутствуют.

«В простоте своей величественная...»: Казанская церковь в Таллине, накануне трехсотлетия

Крохотная старинная церковка на обочине современной многополосной трассы — одновременно памятник архитектуры Таллинна и мемориал воинской славы Российской империи. Из сакральных ...

Читать дальше...

«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

По Виру конка ходила долгие тридцать лет, а вот на другие улицы Старого города трамвай так и не допустили.

Ратушная площадь, Козе, Пельгулинн: трамвайные планы былого Таллинна

Из многочисленных и амбициозных проектов расширения трамвайной сети Таллинна строительство ветки до аэропорта оказалось едва ли не единственным, воплощенным в ...

Читать дальше...

Капитан Петр Нилович Черкасов и канонерская лодка «Сивуч». Открытка начала XX века.

От Моонзундского архипелага до города Володарска: немеркнущая слава командира легендарного «Сивуча»

Памятник участнику обороны Моонзунда, командующему корабля, прозванного «Балтийским «Варягом», появился на родине героя благодаря Таллиннскому клубу ветеранов флота и газете ...

Читать дальше...

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Дело требует самого незамедлительного решения...»: как Таллиннская мэрия на эстонский язык переходила

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский. Давно назревшие перемены стали возможны ...

Читать дальше...

Советский павильон на Таллиннской международной выставке-ярмарке. Снимок второй половины двадцатых годов.

«Я аромата смысл постиг, узнав, что есть духи «Жиркости»: как Таллинн советской экспозиции на выставке-ярмарке дивился

Девяносто лет назад жители столицы Эстонии смогли ознакомиться с достижениями народного хозяйства соседней, но малознакомой Страны большевиков, не покидая собственного ...

Читать дальше...

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
В настоящее время по Пикк-Ялг разрешается только пешеходиое движение, но для тех, кто в прошлые столетия имел право въезжать сюда на телегах или в экипажах, дорога не была легкой. Подниматься круто вверх трудно было лошадям, а когда они неслись вниз по улице, приходилось проявлять свое искусство кучеру. В путевых заметках английской писательницы Элизабет Ригой, находившейся в Таллине в 1838—1841 годах, говорится: «Чтобы предотвратить столкновение экипажей, кучера громкими криками извещали о своем приближении. Сторож, стоящий в воротах, тоже должен был кричать во весь голос, чтобы въезжающие на Пикк-Ялг успели вовремя посторониться».
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!