А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Жил-был в Таллине палач. В небольшом двухэтажном домике возле крепостной стены, на нынешней улице Рюйтли. Недалеко от «места работы» – эшафот находился за городской чертой, на этом месте сегодня стоит здание Национальной библиотеки. В черте города в средние века не казнили. Единственным исключением была казнь священника на Ратушной площади. Палач тогда назначался бургомистром и жил отшельником. Он был лишен гражданских прав, его дети не могли учиться в школе. Когда он проходил по улице в красном одеянии с колокольчиками на капюшоне, люди разбегались в стороны.
Хроники Таллина
Говорят так:
Как известно, война была излюбленным занятием в эпоху средневековья. Однако не все башни занимались истреблением людей. Некоторые из крепостных строений несли на своих могучих плечах тяжкое бремя функций воспитания, по мере сил стараясь сеять в народе разумное, доброе, вечное. В этой связи нельзя не упомянуть Девичью башню. Это в других местах вам расскажут романтичные истории о принцессе, заточенной непреклонным отцом в высокую башню-темницу, откуда нельзя сбежать, и ее последнем прыжке навстречу свободе. В Таллинне все было намного прозаичнее: в этой башне находилась тюрьма для девиц легкого поведения и падших женщин.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1299 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Разговоры о строительстве в Мустамяэ новой лютеранской церкви – повод вспомнить историю самого многострадального, пожалуй, памятника сакральной архитектуры Таллинна: Павловскую кирху.

Здания, как и люди, имеют разную судьбу.

Одним суждено простоять не одно столетие, другим – сохраниться в виде величественных руин.

Есть те, что сгинули без следа и те, которые так и не сошли с проектных чертежей, навсегда оставшись достоянием «бумажной архитектуры».

Но удивительнее всего, пожалуй, судьба тех, которые начали сооружаться, по той или иной причине остались недостроенными, а затем – были разобраны, словно их никогда не существовало.

Таллиннская Павловская церковь относится к категории последних: если бы не стечение обстоятельств, она могла отмечать в нынешнем году юбилей – либо восьмидесятилетие, либо сто пять лет своего основания.

Долгое признание 

Сложно сказать почему, но среди прочих небесных покровителей апостол Павел у жителей средневекового Ревеля особой популярностью не пользовался.

Резные его изображения в убранстве алтарей старейших таллиннских храмов отыскать можно, но вот посвященной ему церкви не построили ни в датское, ни в орденское, ни в шведское время.

Очередь «апостола язычников», как называет Павла церковная традиция, подошла в Таллинне лишь в середине XIX столетия. Тогда, на месте руин бывшего доминиканского монастыря на улице Вене, был построен костел, посвященный святым Петру и Павлу.

Стоит, однако, отметить, что церковь была предназначена для удовлетворения духовных чаяний не местного населения, а военнослужащих: офицеров морского флота Российской Империи, среди которых хватало поляков.

Окончательная же «прописка» Павла в семье почитаемых таллиннцами святых состоялась, пожалуй, чуть более ста лет тому назад: в 1905 году Консисторией евангелическо-лютеранской церкви Эстляндской губернии был зарегистрирован новый приход – Павловский.

Национальный аспект

Хотя старейшие документы, относящиеся к деятельности нового церковного прихода, датируются 1904 годом, официальным годом его рождения считается следующий – 1905-й.

Виной тому – не просто растянувшаяся бюрократическая процедура. Дело в том, что в 1905 году в Российской империи был принят закон о свободе вероисповедания. Среди прочего он разрешал возвращаться к былой конфессии тем, кто по той или иной причине принял православие.

Принявших в последней четверти XIX века «царскую веру» было в Эстляндии достаточно: в эпоху Национального пробуждения эстонцы охотно прощались с «баронской верой», то есть – лютеранством. Однако разочарование, вызванное политикой русификации, обернулось и желанием выйти из-под крыла «государевой» религии.

Регистрация нового лютеранского прихода, состоящего, почти полностью, из эстонцев, вдохнуло новую жизнь в планы строительства в Ревеле новой церкви – чисто «эстонской» как по этническому составу прихожан, так и по облику.

Разговоры о необходимости ее сооружения впервые возникли еще в 1899 году – выстроенные за четверть века до того Яанова и Карловская церкви выглядели, как считалось, «слишком немецкими».

Тартуское знакомство 

Сто пять лет тому назад эстонская общественность торжествовала: в Тарту, колыбели национального духа, было торжественно открыто первое здание, построенное специально для нужд труппы профессиональных актеров-эстонцев.

Здание театра «Ванемуйне» и обликом, и своим происхождением было полностью свободно от немецкой опеки: спроектировал его не местный архитектор, а представитель родственного эстонцам народа, финский зодчий Армас Линдгрен.

По всей вероятности именно на торжественной церемонии в Тарту с ним познакомился и Александер Капп – настоятель таллиннского прихода апостола Павла. Знакомство оказалось не «шапочным»: уже в начале осени 1906 года Линдгрен получил заказ на проектирование новой церкви.

С заказом он справился до конца того же года. Результат превзошел самые смелые ожидания: даже одного взгляда на проект достаточно, чтобы убедиться – над ним работал настоящий корифей архитектуры.

Венеция и Вена 

Примечательно, что в тот момент, когда подписанный Линдгреном проект уже был доставлен из Гельсингфорса в Ревель, будущее место строительства Павловской церкви было еще не определено.

Вариантов предлагалось несколько. Одним будущий храм виделся в непосредственной близости от Старого города – на холме Тынисмяги. Другие, напротив, считали, что строить его надо в гордом отдалении от вотчины бюргеров-остзейцев – на Ласнамяги. Существовали и иные варианты – например Полицейский огород на месте нынешнего Полицейского сада.

Будущий храм архитектор видел решенным в формах так называемой «национальной» (она же «северная») разновидности стиля модерн. При этом в облике сооружения явно читались реминисценции как новейших архитектурных веяний, реализуемых на рубеже столетий венским архитектором Отто Вагнером, так и «цитат» из средневековой архитектуры.

К последним принадлежала устремленная в небо стодесятиметровая башня – чуть ниже шпиля Олевисте. Своим силуэтом она напоминала колокольню венецианского собора Святого Марка и сходство это еще более подчеркивал массивный купол, перекрывающий зад для богослужения.

Храм Свободы

Строительством решенной в архитектурных формах, не имеющих аналогов в местном сакральном зодчестве церкви приход апостола Павла, вероятно, не только дистанцировался от лютеран-остзейцев, но и хотел отметить важное для эстонского самосознания событие: переход власти в ревельской городской думе в руки гласных-эстонцев.

Потому, возможно, проект не нашел особой поддержки у высшего церковного начальства. А собственных средств, для строительства гигантского, рассчитанного на девять тысяч прихожан храма, у эстонского населения Ревеля пока еще не было. Проект был отложен на будущее.

К идее строительства Павловской церкви удалось вернуться лишь спустя два десятилетия – в 1927 году. Архитектура эпохи модерна к тому времени выглядела уже безнадежно устаревшей, а значит подошло время провозглашать новый конкурс.

На этот раз к перспективе строительства нового сакрального объекта подошли почти на государственном уровне. В нем видели не просто место молитвы, но и памятник обретению независимости. На страницах газет будущую церковь называли, порой, «Церковью Свободы».
С самого начала было определено место строительства – перекресток улиц Крейцвальди и Гонсиори. Последнюю в ту пору планировали расширить, превратив в новый проспект, который соединил бы центр столицы с Кадриоргом.

Самая современная

На новом своем месте Павловская церковь должна была играть особую роль. Ей предстояло стать композиционной доминантой не только представительной площади, которую намеревались создать на месте Полицейского сада, но и самого современного района столицы.

Подчеркнуто современными виделись и формы будущего храма. Проект местных архитекторов Эдерберга и Отлоота, решенный в духе национального романтизма был отметен как старомодный. За более отвечающим духу времени вариантом было решено, как и в 1906 году, обратиться к северным соседям.

Среди специалистов до сих пор нет однозначного мнения – был ли автором окончательного варианта проекта церкви апостола Павла эстонский архитектор Эдгар Йохан Куузик или же его финский коллега Юрьё Васкинен. В пользу второго говорит его схожесть с выстроенной тем же архитектором кирхой в городе Тампере.

Решенная в духе перехода от функционализма двадцатых годов к «парадной архитектуре» тридцатых церковь была торжественно заложена в 1931 году. Дата для начала работ была, скажем прямо, не самая подходящая – Эстония переживала последствия мирового экономического кризиса.

Работы шли не спеша: первый этаж удалось завершить лишь к…1940 году. Несложно догадаться, что он же оказался и последним: после присоединения Эстонии к Советскому союзу строительство и вовсе остановилось, а после войны перекрытое временной крышей строение приспособили под склад.

Загадочно-монументальный «обрубок» из «дикого» плитняка простоял до 1967 года. С момента его сноса минуло пять лет – и на месте так и невстроенной церкви встали корпуса тогдашней гостиницы «Кунгла».

* * *

Каким окажется архитектурный облик будущей церкви в Мустамяэ – загадывать пока рано.

Хочется верить: внешне и внутренне она окажется не менее оригинальной, чем ее предшественницы, спроектированные в первой половине ХХ века. А судьба ее сложиться куда как счастливее, чем y них.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.




Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Семья лопарей-саамов с их оленями. Иллюстрация из газеты «Rigasche Rundschau», март 1931 года.

Заполярье за Коммерческой гимназией: Лапландия в Таллинне

Для того чтобы посетить «всамделишную Лапландию», столичным жителям девяностолетней давности было достаточно заглянуть на пустырь за зданием нынешнего Английского колледжа ...

Читать дальше...

Руководство Рийгикогу первого созыва в служебных помещениях замка Тоомпеа.

Бездна доверия и масса проблем: 1-я сессия 1-го Рийгикогу

Сто лет тому назад термин «Рийгикогу» вошел в активный словарь жителей Таллинна и других городов нашей страны: 4 января 1921 ...

Читать дальше...

Таллиннский Дед Мороз переходного от «новогоднего» к «рождественскому» периоду своей биографии на открытке второй половины 80-х годов.

В Кадриорге когда-то работала школа Дедов Морозов

Тридцать лет назад в Таллинне открылось учебное заведение, аналогов которому прежде в истории системы образования столицы едва ли было возможно ...

Читать дальше...

На месте Järve Selver почти сто лет высились корпуса фабрики, основанной Оскаром Амбергом.

Силикатный кирпич Оскара Амберга

Сто десять лет тому назад на окраине тогдашнего Таллинна приступило к работе предприятие, без преувеличения, изменившее облик города самым радикальным ...

Читать дальше...

Заглядывать в чужие окна – не слишком культурно. Заглянуть же в историю таллиннских окон – как минимум небезынтересно.

От трилистника до... стены: биография таллиннских окон

Сочлененное с готическим порталом средневековое окно в каменной раме можно отыскать даже на фасадах зданий, до неузнаваемости перестроенных в последующие ...

Читать дальше...

Главный акцент интерьера часовни в башне городской стены – изображение девы Марии – выполнен художником Андреем Стасевским и каллиграфом Татьяной Яковлевой.

От грозного Марса до Девы Марии: метаморфозы башни Грусбекетагуне

Первый ярус одной из башен таллиннской городской стены превратился в уникальный культовый и культурный объект. То, что расположенная поблизости башня крепостной ...

Читать дальше...

Обложка альбома «Георг Отс – 100», выпущенного в нынешний юбилейный год.

Еще раз о Георге Отсе: портрет в жанре альбома

Альбом «Георг Отс – 100», выпущенный таллиннским издательством «Александра», – достойный аккорд юбилейного года, посвященного столетию со дня рождения легендарного ...

Читать дальше...

Сцена из второго акта современной постановки «Верной Аргении». 2011 год.

«Верная Аргения» в зале Большой гильдии

Триста сорок лет тому назад – в ноябре 1680 года – таллиннцы впервые познакомились с оперным искусством. Событие, вне сомнения, примечательное, ...

Читать дальше...

Одна из самых знаменитых работ Кристиана Акерманна - алтарь таллиннского Домского собора в реставрационных лесах во время подготовки к нынешней выставке.

Вспоминая «ревельского Фидия»: скульптор Кристиан Акерманн

Выставка работ одного из самых ярких и талантливых таллиннских мастеров скульптуры эпохи Барокко и его современников открылась в минувшую пятницу ...

Читать дальше...

«Косуля» у подножья Тоомпеа в сквере на улице Нунне – неизменная классика с 1930 года.

«Косуля» Яана Коорта – знакомая и незнакомая косуля

Одна из самых популярных у таллиннцев и гостей города скульптура появилась в городском пространстве столицы ровно девяносто лет тому назад. В ...

Читать дальше...

Здание нынешней Таллиннской музыкальной школы за минувший век не изменилось – чего нельзя сказать о его окрестностях.

Сто двадцать лет истории: особняк музыкальной школы

Запланированная реставрация вернет одному из примечательных зданий в ансамбле застройки Нарвского шоссе былой блеск, а работающей в нем Таллиннской музыкальной ...

Читать дальше...

Барон Александр фон дер Пален и служащие Балтийской железной дороги на перроне вокзала в Ревеле. Снимок 1870-ых годов.

«Балтийская железная дорога, наше выстраданное дитя»

Первый пассажирский поезд из тогдашней столицы Российской империи в нынешнюю столицу Эстонской Республики прибыл ровно сто пятьдесят лет тому назад. Перестук ...

Читать дальше...

В галерее Русского театра Эстонии, проходит юбилейная художественная выставка «Осень №55»

Автор работ, признанный у нас и далеко за рубежом, талантливый художник, Сергей Волочаев. Картины изумляют идеями, подходом и различными техниками. Представлены ...

Читать дальше...

Дом Иосифа Копфа на углу Пикк и Хобузепеа и портрет его владельца на золотой брошке.

Ревельский ювелир Иосиф Копф: золотых дел мастер

Девяносто лет назад Таллинн прощался с Иосифом Копфом - человеком, еще при жизни сумевшим стать, выражаясь современным языком, «коммерческим брендом». Георг ...

Читать дальше...

Директор Таллиннского Городского архива в 1989-1996 гг. Ю. Кивимяэ демонстрирует грамоту XV века - одну из многих, вернувшихся в родной город. Снимок из газеты «Советская Эстония».

Исток таллиннской историографии: возвращение Городского архива

Ровно тридцать лет тому назад история столицы вновь стала длиннее почти на восемь столетий: в Таллинн вернулись фонды Городского архива. Его ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.

Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
После присоединения Эстонии к Российскому государству в начале XVIII века и образования Эстляндской губернии герб Таллина не изменился в своей основе. На нем, как и в XIII веке, были изображены три синих леопарда на золотом поле. В книге о гербах городов, губерний, областей и посадов Российской империи, составленной П.П.Винклером и вышедшей в Санкт-Петербурге в 1899 году, сказано: "Высочайше утвержден 8-го декабря 1856 года герб Эстляндской губернии. В золотом поле три лазуревые леопардовые львы. Щит увенчан императорскою короною и окружен золотыми дубовыми листьями, соединенными Андреевскою лентою". Пусть не смущает название цвета леопардов. Он не изменен и остался тем же, каким был при возникновении печати Таллина. Здесь тоже вступают в права правила геральдики. В ней существует четыре основных цвета, называемых "финифтями": червлень, то есть красный цвет; лазурь - синий; зелень; чернь. Так что, когда говорят о лазуревых леопардах, то имеются в виду синие.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!