А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
После присоединения Эстонии к Российскому государству в начале XVIII века и образования Эстляндской губернии герб Таллина не изменился в своей основе. На нем, как и в XIII веке, были изображены три синих леопарда на золотом поле. В книге о гербах городов, губерний, областей и посадов Российской империи, составленной П.П.Винклером и вышедшей в Санкт-Петербурге в 1899 году, сказано: "Высочайше утвержден 8-го декабря 1856 года герб Эстляндской губернии. В золотом поле три лазуревые леопардовые львы. Щит увенчан императорскою короною и окружен золотыми дубовыми листьями, соединенными Андреевскою лентою". Пусть не смущает название цвета леопардов. Он не изменен и остался тем же, каким был при возникновении печати Таллина. Здесь тоже вступают в права правила геральдики. В ней существует четыре основных цвета, называемых "финифтями": червлень, то есть красный цвет; лазурь - синий; зелень; чернь. Так что, когда говорят о лазуревых леопардах, то имеются в виду синие.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Среди полусотни населенных пунктов Эстонии, обладающих городским статусом, большинство возникло естественным путем – развиваясь из поселка у гавани, речной переправы, городища на неприступном холме, а позже – у разбогатевшей мызы или промышленного предприятия. И лишь один из них, пожалуй, появился по воле одного-единственного человека – отца-основателя барона Николая фон Глена. Это Нымме. И хотя вспомнить всю более чем вековую историю единственного среди столичных района с «городским прошлым» одним махом не удастся, остановиться на нескольких наиболее примечательных фактах из биографии Нымме и его основателя барона Гленна. Что надоумило Николая фон Глена, сына владельца мызы Ялгимяэ, помещика Петера фон Глена обменять плодородные земли за озером Харку на поросший сосняком склон Мустамяги – сказать сложно. В глазах современников поступок этот выглядел почти безумием.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1138 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 231 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

С метеорологической точки зрения Рождество в Таллинне семидесятилетней давности было, безусловно, «белым». Но назвать его «коричневым» оснований не меньше: зимние праздники город встречал под властью нацистской Германии.

В последнюю предрождественскую субботу 1941 года в доме Центрального союза профсоюзов было многолюдно.

Гражданские костюмы мешались с военными мундирами. Огоньки свечей дрожали в еловой хвое. Вспышки фотоаппаратов отражались в высоких псевдоготических окнах. Сине-черно-белое полотнище и флаг Третьего Рейха свешивались по стенам.

Здесь, в зале бывшей гильдии святого Канута, разыгрывался пафосный спектакль: оккупационные власти решили помиловать двести шестьдесят политических заключенных, даровав им право встретить Рождество в кругу родных и близких.

Окружной комиссар штандартенфюрер Бёкинг не забыл подчеркнуть: освобождаемые были не идейными коммунистами, а людьми, пошедшими на службу к Советам по невежеству или из чувства обиды на былые власти Эстонской Республики.

Префект таллиннской полиции Рейго, в свою очередь, напомнил, что отныне они должны навсегда помнить проявленную к ним великую милость и ежедневно доказывать свою лояльность Великой Германии и ее вождю.

Официальные речи отзвучали. Застывшему вдоль стен караулу из членов «Омакайтсе» была дана команда «вольно». Вчерашние узники Батарейной тюрьмы побрели по улицам заметаемого метелью темного города…

Годы и граммы

«Под звездой войны наступает нынешнее Рождество, что накладывает свою печать на праздник, — была вынуждена признать в декабре 1941 года газета Eesti Sõna. – Отсутствуют то предрождественское воодушевление, оживление и суета, которые были присущи таллиннским улицам, рынкам и магазинам в мирные дни».

Приобрести праздничные подарки таллиннцам семидесятилетней давности и впрямь было затруднительно. Множество магазинов, закрывшихся еще во время обороны города, с августа месяца так и не открылось. Те, что работали, испытывали острый дефицит товаров: большая часть их отпускалась только по талонам.

Еще с начала декабря оккупационные власти широко разрекламировали кампанию по увеличению норм выдачи сахара населению. Фотографии грузчиков с тяжелыми мешками за плечами и склонившихся над столами фасовщиц должны были убедить: Рождество новые хозяева пытаются «подсластить» всеми силами.

Возможности, как признавались власти, были ограниченными. На ребенка до 15 лет к празднику полагался талон на приобретение дополнительных 700 граммов сахара, на взрослых – всего 400. Кроме того, таллиннское самоуправление намеревалось выдать по 200 граммов карамели семьям с детьми от 3 до 12 лет.

С 20 декабря в Таллинне, впервые с начала войны, была возобновлена торговля водкой. Приобрести ее могли исключительно мужчины в возрасте от 20 до 79 лет, не более полулитра в руки. Причем – исключительно в принесенную из дому тару.

Продажа осуществлялась только при наличии документа с фото: подписью покупатель заверял, что свою норму он приобрел и в другие магазины обращаться еще раз не станет.

Подарок на продажу

Какие магазины в предрождественском Таллинне 1941 года работали бойко – так это комиссионные. Правда, их деятельность в газетах не освещается: официально власти относились к ним прохладно, видя в них скрытую форму «спекуляции» — в Рейхе она на словах осуждалась строго.

Зато уже с конца ноября Таллинн активно присоединился к другой «Общегерманской» кампании – по сбору «зимней помощи». Приобретенные от населения теплые вещи шли «на передовую борьбы с большевизмом»: иными словами – на фронт, где служащим вермахта пришлось изведать на себе прелести русской зимы в полной мере.

«Пункт приема теплой одежды, шуб и шкур для рождественских подарков германской армии» располагался в бывшем «еврейском» магазине на улице Вяйке-Карья, 10. Зимние шапки охотно принимали в магазине по адресу Виру, 23 – его бывший владелец также числился «исчезнувшим с осени без следа».

За первую же неделю кампании таллиннцы принесли на сборочные пункты 12 500 шуб и полушубков, а также 27 800 шапок. Причем – отнюдь не безвозмездно: даже коллаборационистская пресса была вынуждена признать, что большая часть «подарков» была выкуплена у владельцев за половину их прежней стоимости.

При этом в искренности некого старика, пожертвовавшего свою единственную ушанку, в которой он прошел четыре войны – русско-японскую, Первую мировую, гражданскую в Финляндии и Освободительную в Эстонии – сомневаться не приходится.

А вот откуда у некой «пожелавшей спешно скрыться дамы» обнаружился целый комплект «почти совсем неношеных шуб на всю семью» — Eesti Sõna уточнять не стала.

Елочная монополия

Судя по статьям в том же издании, наиболее дефицитным товаром в предрождественском Таллинне были семьдесят лет тому назад свечи.

Это и неудивительно: за три месяца хозяйствования в Таллинне немецкие власти так и не смогли восстановить взорванные при отступлении Красной армии цеха городской электростанции, и вечера значительной части горожан приходилось коротать при свечах.

Прозвучавшие за несколько дней до праздника обещания городских властей возобновить подачу электричества всем таллиннским потребителям не позднее Сочельника так и осталось обещанием. Однако подобие иллюминации устроить удалось.

Еще утром 24 декабря на площади Вабадузе была установлена елка. С наступлением сумерек на ней, несмотря на военное время, вспыхнули электрические лампочки. Еще одна электрогирлянда зажглась на ели, росшей на углу улиц Кундери и Крейцвальди: сразу две елки в довоенном Таллинне, кстати, никогда не зажигались.

Зажглись елки и в домах таллиннцев – тех из них, которым покупка главного украшения праздника оказалась по карману. Ведь окрестные крестьяне, начавшие поставки зеленых красавиц на городские рынки еще с 17 декабря, не упустили возможности взвинтить на них цены.

Насколько высоко? Судить приходится косвенно: по реакции т.н. «экономической дирекции», отвечавшей в годы нацистской оккупации за вопросы снабжения. Уже 22 декабря она организовала три пункта продажи елок по фиксированным ценам – от 70 пфеннигов до 1 рейхсмарки.

Дорого это было или дешево? Если учесть, что в конце тридцатых годов елка в Таллинне стоила от пятидесяти сентов до кроны, а одну крону оккупационные власти приравняли к восьмидесяти пфеннигам, получается, что даже «государственные» цены выросли почти на треть.

Оттенки пропаганды

Официальная пропаганда на оккупированных территориях СССР неустанно повторяла: Германия вернула населению Рождество, «украденное» до того большевиками.

Применительно к Эстонии этот посыл был справедлив лишь отчасти. В первый год советской власти рождественские праздники не отмечались на официальном уровне, однако два выходных дня были сохранены.

О том, что выходные эти – не совсем обычные, догадаться можно было лишь по газетным публикациям: 25 и 26 декабря 1940 года и Rahva Hääl, и Noorte Hääl не поскупились на атеистическую пропаганду.

Год спустя Eesti Sõna потчевала читателей пропагандой иного рода. В рождественских поздравлениях, например, христианская составляющая праздника едва угадывалась: излишнее напоминание о месте рождения Христа, а тем более – о народе, среди которого он рос, в Рейхе не поощрялось.

Что поощрялось – так это упоминание о трагических событиях давнего и недавнего прошлого. Публикация материалов, касающихся июньской депортации, кульминировала, похоже, статьей «Извечный враг Эстонии» в номере за 24 декабря.

На полутора полосах был напечатан список военных действий, предпринятых со времен Киевской Руси «коварным восточным соседом на землю эстов». Впрочем, разместился он на шестой-седьмой полосе, а вторая-третья были отведены под фоторепортаж из Германии «Нация, партия, Вождь и государство».

Сам «вождь» присутствовал на страницах рождественского выпуска Eesti Sõna трижды: два раза на фотографиях и третий – в заголовке статьи, сообщающий о том, что фюрер принял на себя командование всеми сухопутными войсками Рейха.

* * *

За несколько дней до праздников в газетах появилось объявление: генеральный комиссар округа «Эстланд» Карл Зигмунд Линцман и «национальный директор» Хьялмар Мяэ принимать личных поздравлений в этом году не будут.

Оба они – как, впрочем, и шеф германской полиции безопасности в Эстонии Мартин Зандбергер – заявились 25 декабря на детский праздник, организованный в театре «Эстония»: на газетных снимках эсэсовский мундир последнего смотрится в окружении «косолапого Мишки, хитреца Лиса, зайчиков и Деда Мороза» особенно дико.

«Сегодня у нас особенное Рождество, – вещал детям Мяэ. – Совсем недавно казалось, что праздник этот исчез навсегда. И мы могли бы навсегда сгинуть, если бы, по воле Вождя, не были освобождены германской армией. Никогда не забывайте германскую армию, германский народ и Вождя, спасших нас от ига!»

…«Не забывать» всю вышеперечисленную компанию таллиннцам предстояло еще два Рождества подряд: нацистская оккупация города длилась свыше тысячи дней и ночей…

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Дом на углу улиц Ратаскаеву и Люхике-Ялг должен бы обзавестись гигантским витражным окном и стать художественным кафе «Зиттов». Проект 1968 года.

Ратаскаеву, дом 20/22: родовое гнездо Зиттовых а Таллине

Улицы, нареченной в честь самого, вероятно, знаменитого уроженца средневекового Ревеля, в Таллинне до сих пор нет. Фамилия его полвека назад ...

Читать дальше...

«Портрет молодого человека» кисти Зиттова, в котором некоторые исследователи склонны видеть автопортрет мастера.

Долгий путь в родной город: возвращение Михкеля Зиттова в Таллин

Работы самого, пожалуй, знаменитого таллиннского живописца впервые в истории будут экспонироваться в его родном городе — на выставке в Художественном ...

Читать дальше...

Жилой и административный корпус санаторной школы в день открытия.

Лечить, учить, просвещать и заботиться: школа-санаторий над рекой Пирита в Таллине

Восемьдесят лет назад в Таллинне открылось одно из самых необычных учебных заведений столицы — Санаторная школа имени президента Константина Пятса. Июнь ...

Читать дальше...

Пушки, стоявшие при входе в здание «Арсенала», завершили свой боевой путь на фронтах Гражданской войны в Испании.

Обретенная история таллиннского «Арсенала»: архив предприятия станет основой выставки

Вновь обнаруженные архивные папки, переданные руководству компании Arsenal Center OÜ, позволяют пролить свет на малоизвестные доселе страницы истории одного из ...

Читать дальше...

Легендарный обитатель глубин озера Юлемисте на обложке книги Арво Валтона, изданной теперь и на русском языке.

Стародавняя история, рассказанная на новый лад: «Старец из озера Юлемисте» Арво Валтона

На книжной полке поклонников магического реализма — достойное пополнение: книга Арво Валтона «Старец из озера Юлемите» вышла в переводе на ...

Читать дальше...

«Адмирал» в бытность «Адмиралтейцем» на фоне первых международных паромов на Таллиннском рейде...

От буксира до исторического судна: Таллинский «Адмирал» выходит на кинофарватер

Премьера документальной ленты, посвященной прошлому и настоящему одного из символов Таллиннского пассажирского порта, состоится в День Таллинна на третьем этаже ...

Читать дальше...

О Петре Великом «pro et contra»: штрихи к портрету императора.

Величие Петра I заключается не столько даже в масштабе его преобразований, сколько в умении действовать так, чтобы быть близким и ...

Читать дальше...

Ко дню святой Вальпурги или Как в Ревеле на ведьм охотились

1 мая — день святой Вальпурги, реальной исторической личности, дочери одного из британских королей, которая, став монахиней, в 748 году ...

Читать дальше...

День Ветеранов в Пыхья-Таллине 2018

Небольшая зарисовка. Заболел, и не знаю где отмечают в моем районе Копли, этот день, но над крышами, прямо сейчас, наматывают ...

Читать дальше...

Перспектива улицы Лай с жилыми домами на нечетной стороне улицы Нунне. Конец XIX века.

Там, где стоит «Косуля» Яана Коорта: прошлое и будущее таллинского сквера на Нунне

Зеленый оазис на пути от Ратушной площади к Балтийскому вокзалу в масштабах таллиннской истории относительно молодой — но оттого отнюдь ...

Читать дальше...

... Весь в заботах молодой хозяин нового бара.

Бармен с золотой медалью

Трибуна Кремлевского Дворца с'ездов знала многих известных миру политических деятелей, людей труда, писателей. Официант из Таллина Дмитрий Демьянов, которому от роду ...

Читать дальше...

Ратушная площадь Пауля Бурмана

Галерея одной картины. Ревель: «Ратушная площадь» Пауля Бурмана

Какие сюрпризы ни преподнесла бы балтийская погода, тепло настоящей таллиннской весны навсегда запечатлено на полотне художника первой половины минувшего столетия ...

Читать дальше...

...,и в реальности — на фотографии сороковых-пятидесятых годов.

Оплот, приют и убежище страждущим: лютеранская церковь прихода Вефиль в Таллине

Церковь прихода Вефиль в предместье Пельгулинн, реставрацию которой столичные власти готовы поддержать, отмечает в конце нынешнего года свое восьмидесятилетие. С транслитерацией ...

Читать дальше...

Восстановительные работы на улицы Харью весной 1948 года глазами живописца Агу Пихельга.

«Такою запомнил я улицу Харью...»: сквер на месте погибшего квартала в городе Таллине

Своим нынешним обликом одна из основных артерий таллиннского Старого города обязана градостроительному решению, принятому ровно семьдесят лет назад. Именно тогда — ...

Читать дальше...

Алексей Михайлович Щастный на борту корабля Балтфлота во время перехода из Гельсингфорса в Кронштадт. Апрель 1918 года.

Спаситель Балтийского флота: позабытый капитан Щастный

Столетие Ледового похода Балтийского флота — повод вспомнить его главного, незаслуженно забытого героя — капитана 1-го ранга Алексея Михайловича Щастного. Спасение ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Лев и орел - "царственные животное и птица" олицетворяют силу и мощь государства. Поэтому именно они в различных вариантах наиболее часто встречаются в гербах различных государств еще со времен средневековья. Не может не возникнуть вопроса, почему животных на Эстляндском гербе, называют леопардами, ведь они гораздо в большей степени похожи на львов? Да и в описаниях в одних случаях их представляют как львов, а в других - как леопардов. Нет, то не небрежность авторов и тем более не ошибка. В геральдике, в дисциплине о гербах, или даже "науке о гербах", все это четко обусловлено. Название животного зависит от его положения. Льва, стоящего на задних лапах, именуют львом. Изображают его на щите в профиль с высунутым языком и обращенным к спине концом хвоста. Лев, изображенный в щите идущим, с прямо повернутой головою, называется леопардом. Если же лев изображен в гербе идущим, но в профиль, то в соответствии с правилами геральдики перед нами леопардовый лев или лев-леопард.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!
Вход |

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!