А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Есть в Таллинне городской район с названием Сибулакюла (Луковичная деревня). Однако, если покопаться в истории этого района, станет ясно, что это не случайное наименование. В 1839 году в Санкт-Петербурге был издан "Путеводитель по Ревелю и его окрестностям". В книге подробный рассказ не только об исторических и архитектурных достопримечательностях города, но и не менее полное описание всех сторон жизни Ревеля в первой половине XIX столетия. Среди прочего путеводитель сообщает о торговле овощами: "За городом огороды, которые возделывают и содержат наши Ярославские Ростовцы. Это очень выгодно для города. Прежде русские огородники приезжали в Ревель и нанимали под огороды места, отчего овощи продавались очень дешево, осенью же огородники возвращались домой, чтобы весной приехать снова. Но по времени некоторые нашли удобнее совсем переселиться в Ревель". По-видимому, одно из поселений русских огородников было в районе современных улиц Маакри, Леннуки, А.Лаутера, Каупмехе, Лембиту и Кентманна. Судя по названию, выращивали они на здешней сухой земле хороший лук.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
В 1940 году, после вхождения Эстонии в Советский Союз, Нымме был присоединен к Таллинну на правах района. Разговоры о восстановлении статуса города велись в начале 80-х годов, но то время жители побоялись лишиться снабжения, полагающегося столице союзной республики. Сегодня представить себе Таллинн без Нымме уже невозможно. Как и Нымме – без Таллинна.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1099 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 230 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Спеша как-то в трамвае на автовокзал я услышал разговор двух подростков.
— Ого! – заметил один, когда мы подьезжали к остановке “Пабери” — каких тут небоскрёбов забабахали!
— Лас-Вегас! – согласился приятель – да ещё и церквуху какую-то зачем-то построили…

Им было и невдомёк, что небольшая церковь, приютившаяся в узкой горловине Тартуского шоссе, куда как старше не только своих высотных соседей, но и безжалостно сносящихся деревянных окрестностей. И даже самой улицы.

Папская дипломатия.

Начало тринадцатого столетия выдалось для Эстонии неспокойным. Ещё совсем недавно малоизвестная земля на далёком Севере стала лакомым кусочкам для феодалов и купцов со всех берегов Балтийского моря. Ревностные христиане с воодушевлением принялись за обращение местных язычников в истиную веру. А захватив поля и леса эстов с неменьшим рвением занялись склоками между собой. Противоречия между датским королём и немецкими рыцарями приняли, наконец, такой размах, что вдохновитель северных крестовых походов – римский Папа задумал вмешаться в дела Прибалтики.

Посредником в споре Тевтонского ордена и датчан был послан Вильгельм — епископ итальянского города Модены. Успехи папского легата на нивах дипломатии оказались не совсем такими, как ожидали в Риме, но след в истории Таллинна Вильгельм Моденский оставил. Сохранившийся в Городском архиве пергамент подтверждает льготы и привелегии, которыми Вильгельм одарил таллиннский госпиталя св. Иоанна.

Европейцы принесли в Эстонию не только христианство, каменное зодчество и крепостное право, но и неизвестные в здешних краях болезни. Самой пугающей из них была чума – из за разразившейся эпидемии завоеватели даже поспешили заключить с эстами перемирие. Не менее коварной оставалась и “тихая смерть” Средневековья – проказа.

Бродящие по страницам романов прокажённые с колокольчиком на шнурке – явление не столь уж распостранённое в действительности. Скорее напротив – изгоняя заболевшего из городского сообщества, власти вовсе не спешили оставлять бедолагу на волю судьбы. Кто знает, какие несчастья он способен сотворить?! Куда как более надёжным представлялось поселить его среди подобных. Подальше от здоровых горожан – но не слишком: ровно настолько, что бы в завещаниях усопших богатеев упомянались пожертвования на обитателей госпиталя и его попечителей.

Место для госпиталя святого Иоанна подыскали как нельзя лучше. От границ города его отделял традиционный “полёт камня” – расстояние, равное выстрелу катапульты или камнемёта. Протекавшая некогда в окрестностях города Харьяпеа преврашала участок земли между современными Тарту маантее и улицей Торнимяэ в небольшой полуостровок. Так что изоляция первой таллиннской больницы вполне отвечала требованиям средневековой медицины. Лечение тоже было организовано вполне в духе времени. Эпоха, видевшая в любой хвори прежде всего небесную кару, самым надёжным средством почитала пост и молитву. Поэтому едва ли не самым существенным зданием любой средневековой больницы была церковь.

От постройки, помнившей визит Вильгельма Моденского не сохранилось и следа. Первоначальная деревянная церковь, посвящённая как и сам госпиталь, св Иоанну просуществовала до середины 15ого столетия. Уже в 1449 году таллиннский епископ Хейнрих был приглашён на освящение каменной постройки. Её век оказался ещё короче, чем у деревянной предшественницы – грянувшая через сотню с лишком лет Ливонская война превратила таллиннские пригороды в пепелище.

Дела земные

Жертвуя на госпиталь при жизни или упоминая его в завещании, средневековый бюргер преследовал двоякую цель. С одной стороны – старался обеспечить загробное блаженство. А заодно надеялся “откупить” себя и своих близких от загадочной хвори в мире этом. С не меньшей охотой наш предок приобретал всякого рода амулеты и индульгенции – их “производство” было поставлено при средневековых лечебницах на широкую ногу.

Вероятно, таллиннский лепрозорий не был ислкючением. Во всяком случае, параллельно с медицинской, под патронажем св Иоанна, развернулась и …финансовая деятельность! Богатсво, скопленное за оградой больницы, активно пускалось в оборот. Брать в долг у госпиталя не брезговали ни нижегородские купцы, ни тоомпеаские дворяне. Да и сам таллиннский магистрат частенько оказывался его должником! Накануне Ливонской войны добрых семь десятков городских домов оказались заложены своими расточительными владельцами. Госпиталю принадлежали обширные земли – залог тех, для кого мизерная по нашим временам шестипроцентная ставка оказывалась неподъёмной…

Наверняка, львиная доля богатств оседала в кошельках попечителей богоугодного заведения. Но и простым обитателям жаловаться не приходилось. Если в городских госпиталях и приютах именно хороший аппетит был основным симптомом выздоравления – способного съесть целую булку отправляли домой – то в Иоанновском дела обстояли напротив: обитателям полагалось ежедневное горячее питание. Выдавались даже карманные деньги. Неудивительно, что вслед за прокажёнными, в лепрозорий тянулись немощные, престарелые, да и просто обнищавшие. Говорят, что именно одному из них госпитальная церковь обязана своим нынешним обликом….

Щедрый кувшин

Рассказывают, что как-то раз некий барон послал своего кучера в город – продать лошадь. Оборотистый слуга выручил необходимые деньги, да и сам в долгу не остался. Только собрался он пойти промочить горло в ближайшей корчму, как наткнулся на слепца с мальчонкой-поводырём. Сунул кучер нищему серебрянную монету, да и расхвастался, с чего это он сегодня такой щедрый. Рассказал, сколько таллеров отвалили ему в городе за хозяйскую лошадь. Даже кошель с деньгами из-за пазухи вытащил. А нищий беззубый рот кривит – где, мол, слепцу, мелкие монеты разглядеть… Тут уж кучер не стерпел и для пущей убедительности вложил

кошелёк в руку слепого собственноручно. Тот взвесил их на ладони, повернулся к простаку спиной, ткнул поводыря клюкой да прочь зашагал. Кучер за ним с кулаками –верни мои деньги! Сбежались на крик люди и потащили обоих в суд.

Долго судья решения вынести не мог. Наконец попросил слепца назвать, сколько монет в кошельке лежит. К всеобщему удивлению, нищий назвал точную сумму – ведь кучер сам её сгоряча выболтал! – и деньги были присуждены ему.

На счастье, кто-то из кучеровых приятелей промышлял в городе извозом. И когда одураченный кучер поделился с ним горем, тот решил помочь собрату. Оказалось, что нищий не так уж и беден. Извозчик даже подвозил его, порой, до дома. Кучер тот час же направился к жилищу хитрюги и застал его на месте. Сквозь подвальное окошко было видно, как тот извлекает из тайной ниши бездонный кувшин, и ссыпая в горловину, “заработок” радостно приговаривает, мол, сегодня, милый мой друг,я принёс тебе целое состояние!

Дождавшись, когда нищий закончит нежные изъяснения с кувшином, кучер проник в подвал, вытащил из тайника деньги и поспешил к судье. На следующий день у ворот мошеника был выставлен караул и когда “слепой” вновь направился в подвал стражники арестовали его.

Кошелёк, похищенный у кучера, вернули владельцу, а оставшиеся деньги было решено потратить, выражаясь современным языком, на “социальные нужды”. То есть на переоборудование лежашего в развалинах Иоанновского госпиталя под приют для сирых и убогих. Иными словами – в богадельню, прозванную в народе Яановской

Под бронзовым петушком

Сколько правды в предании о кучере и нищем – судить сложно. Но обширная перестройки бывшего госпиталя в середине 17ого столетия — факт. Кстати, именно тогда на фасаде церкви появилась картина, изображающая слепца с повадырём – уж не в память ли легедарного “спонсора поневоле”?!

Северная война, покатившаяся по нашим землям в начале следующего, восемнадцатого, века едва ли уменьшила число обитателей приюта. Город ещё не оправился от военного лихолетья, как в Яновской богадельне вновь застучали плотницкие топоры – над каменным корпусом церкви решили возвести новую колокольню. Деревянная башенка была увенчана скромным барочным надвершением в 1724 году. Не смотря на то, что номинально Эстония уже перешла под власть Российской короны, обший вид был выдержан в стиле провинциальных церквей Шведского королевства. Тот же облик сохранился и при последующих ремонтах – в конце 18ого и 19ого веков. Примечательно, что ревностные “рествараторы” прошлого пощадили оригинальный флюгер Яановской церкви – бронзового петушка. Его сородичам, венчавшим некогда остальные шпили таллиннских церквей повезло куда меньше – их можно различить лишь в сером небе старинных гравюр…

…Много воды утекло с тех пор, как Вильгельм из Модены одарил госпиталь близь устья Харьяпеа привелегиями и льготами. Да и сама речка, превратившись в зловонную канаву, исчезла в канализационном коллекторе. Близь стен старинного лепрозория выросли дома и бумажная фабрика. Загрохотала конка, чуть позднее – трамвай. А побочное детище папской дипломатии так и продолжало исполнять возложенные много веков назад функции — служить медицине. И хотя средневековая лепра давно уже не пугала таллиннцев, статус закрытого заведения бывшая богадельня сохраняла: в ней располагалась лечебница для хронических больных. Из центра города она съехала менее полувека назад – в шестидесятые годы. Неброское здание церкви, пережившей пожары, войны и сносы, превратили в склад. Туриситские путеводители обходили её стороной, а газетная заметка тридцатилетней давности даже отказала в сакральном статусе, стыдливо называя “домом с петушком на башне”…


Второе рождение

Несколько лет назад под дощатым потолком церкви бывшей богадельни вновь зазвучали слова пастыря. Многострадальное здание было передано армянской общине, которая занялась косметическим ремонтом старейшей церкви за стенами Старгого города. В нише, где некогда помещалось изображение нищего с поводырём, на некоторое время появилась икона, выполненная в ультрасовременной манере. Она словно предвосхитила стремительное развитие окрестностей бывшей Яановской богадельни…

Сейчас можно с уверенностью сказать одно: реконструкция района Сибулакюла пощадила памятник старины. И даже если при воплощении градостроительных амбиций в жизнь часть ансамбля богадельни исчезла, её ядро – церковь – не только сохранилось, но буквально возродилось из забвения!

Нынешняя реставрация вернула сооружению оригинальную черепичную крышу. Воссозданы снесённые при возведении соседнего высотного здания ворота 18ого столетия. Выкрашенный в ярко-зеленое кивер контрастирует с охрой башенки. Вероятно, в скорое время на своё законное место вернётся и вызолоченный петушок. Помолодевшая церквушка одновременно обрела вид старинной постройки, который может показаться непривычным не только юнным таллиннцам, но и столичным старожилам. Впрочем, привычка – дело приходящее. Особенно, если речь идёт о заведении, чей восемьсотлетний юбилей вовсе не за горами….


Йосеф Кац
Публикуется на страницах нашего сайта, с любезного согласия автора.
При перепечатке, ссылка на http://tallinn.cold-time.com строго обязательна!











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

По Виру конка ходила долгие тридцать лет, а вот на другие улицы Старого города трамвай так и не допустили.

Ратушная площадь, Козе, Пельгулинн: трамвайные планы былого Таллинна

Из многочисленных и амбициозных проектов расширения трамвайной сети Таллинна строительство ветки до аэропорта оказалось едва ли не единственным, воплощенным в ...

Читать дальше...

Капитан Петр Нилович Черкасов и канонерская лодка «Сивуч». Открытка начала XX века.

От Моонзундского архипелага до города Володарска: немеркнущая слава командира легендарного «Сивуча»

Памятник участнику обороны Моонзунда, командующему корабля, прозванного «Балтийским «Варягом», появился на родине героя благодаря Таллиннскому клубу ветеранов флота и газете ...

Читать дальше...

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Дело требует самого незамедлительного решения...»: как Таллиннская мэрия на эстонский язык переходила

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский. Давно назревшие перемены стали возможны ...

Читать дальше...

Советский павильон на Таллиннской международной выставке-ярмарке. Снимок второй половины двадцатых годов.

«Я аромата смысл постиг, узнав, что есть духи «Жиркости»: как Таллинн советской экспозиции на выставке-ярмарке дивился

Девяносто лет назад жители столицы Эстонии смогли ознакомиться с достижениями народного хозяйства соседней, но малознакомой Страны большевиков, не покидая собственного ...

Читать дальше...

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

Здание Александровской гимназии на северной стороне нынешней площади Виру. Фото конца XIX века.

Три столетия и два года: вехи истории русского образования в Таллинне

История преподавания русского языка и на русском языке в столице современной Эстонии недавно перешагнула трехвековой рубеж — весомый, солидный и ...

Читать дальше...

Проект торгового павильона Таллиннского центрального рынка. Иллюстрация из газеты «Советская Эстония», май 1947 года.

Огонь Яановой ночи над новой базарной площадью: семьдесят лет таллиннскому Центральному рынку

Главный рынок столицы переехал на свое нынешнее место между Тартуским шоссе и улицей Юхкентали ровно семь десятилетий назад — накануне ...

Читать дальше...

Во все времена район Ласнамяэ отличался не только многочисленностью жителей, но и разнообразной культурной жизнью.

От «Нового городка» к современной части города: прошлое, настоящее и будущее района Ласнамяэ в Таллине

Коллекция «ласнамяэских фактов» — не слишком известных, а потому — небезынтересных и интригующих. О Ласнамяэ, как, пожалуй, ни о какой иной ...

Читать дальше...

Торговый фасад былого элеватора навевает ассоциации с амбаром ганзейских времен, продольный — удивляет обилием металлических скреп-заклепок.

Зерновой элеватор в квартале Ротерманна в Таллине: возрожденный шедевр промышленной архитектуры

Реставрация одной из самых колоритных индустриальных построек центра столицы удостоена награды от Департамента охраны памятников старины в номинации «Открытие года». «Некоронованным ...

Читать дальше...

Литография второй трети позапрошлого столетия запечатлела пасторальный облик Зеленого луга — со
смётанным в стога сеном.

Все оттенки таллиннского зеленого: весенний цвет в палитре столицы

Зеленый цвет в топонимической палитре Таллинна представлен во всём разнообразии оттенков, значений и смыслов. Из столиц Балтийского побережья Таллинн одевается в ...

Читать дальше...

Утраченный комплекс домов на углу улиц Суур- и Вяйке-Клоостри: жилье учителей городской гимназии середины XVIII столетия.

Дом, пансион и целая улица: как город Таллин жилье для учителей строил

Муниципальное жилье для педагогов Таллинн строит на протяжении последних без малого трех... столетий. Термин «муниципальное жилье» в речевой обиход таллиннцев вошел ...

Читать дальше...

Подвиг экипажа подводной лодки «Щ-408». Картина художника И. Родионова.

Повторившая подвиг «Варяга»: последний поход подлодки «Щ-408»

Подводная лодка «Щ-408» повторила недалеко от берегов Эстонии подвиг легендарного крейсера «Варяг». В годы двух мировых войн на Балтике произошло два ...

Читать дальше...

Архитектор Александр Владовский построил в Копли временную православную церковь, а планировал возвести постоянную лютеранскую.

Соната на заводских трубах: прошлое и будущее таллинского района Копли

Выставка, посвященная формированию ансамбля одного из самых колоритных исторических предместий Таллинна, открылась на прошлой неделе в Эстонском архитектурном музее. Само по ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Таллинн - всегда был и остается одним из старейших ганзейских городов, справедливо величая себя одним из «прекрасно сохранившихся средневековых европейских городов», прекрасно сочетая средневековые церкви и дома в готическом стиле с современной инфраструктурой.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!