Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Большинство горожан были выходцами из деревни. Свободных крестьян тогда почти не было. Значит, город укрывал беглых крепостных. Год и один день должен был провести в городе каждый из них, чтобы получить свободу. Но, и став горожанином, бывший крепостной должен был добывать себе средства к существованию тяжелым трудом, за который платили гроши. Каждый горожанин был членом объединения (гильдии или цеха). Гильдий в городе было три, а цехов - гораздо больше, может быть, столько же, сколько и профессий. Город сохранил память о некоторых из них, так как люди одной профессии сделались слободами. Вот улица Кинга - здесь жили сапожники. На Монетной (Мюнди) - осели монетчики, на Куллассепа (золотых дел мастеров) колдовали ювелиры. Булочники, кузнецы, рыбаки - каждый жил на своей родной улице Сайа-Кяйк, Сепа, Каламая.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Камень Линды: Бедная вдова долгие месяцы оплакивала своего любимого мужа Калева, давая волю жалобам и горьким слезам. И стала она приносить на его могилу каменные глыбы, дабы воздвигнуть Калеву достойный памятник и сохранить память о нем для потомков. В Таллинне и поныне можно видеть это надгробие Калева - холм Тоомпеа. Под ним спит вечным сном король древних эстов, с одной стороны холма шумят морские волны, с другой - шелестят родные леса.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1356 posts
    • 0 comments
    • 39 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 238 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

29 сентября /10 октября/ 1710 года, на мызе Харку, представители ревельского магистрата и эстляндского рыцарства подписали акт о капитуляции, предложенный Петром I. В день двухвекового юбилея этого события, ровно 90 лет назад, на нынешний площади Свободы появился первый и единственный в Эстонии памятник русскому монарху…

Первый камень

Допетровская Русь не знала монументов. Памятное событие стремились увековечить строительством храма – вспомним, хотя бы Покровский собор на Красной площади. Первые триумфальные арки и колонны прославляли победы петровской армии. Неудивительно, что и первый “персональный” памятник был, воздвигнут в России в честь царя-реформатора. Им стал знаменитый “Медный всадник”, торжественно открытый 7 августа 1782 года. Творение французских скульпторов Этьена-Мориса Фальконе и его ученицы Мари Анн Колло бесспорно стало не только одним из символов Петербурга, но и шедевром мирового монументального искусства.

Конец 18 века был ознаменован воздвижением монументов по всей территории огромной страны – от столичных пригородов, до далёкого Беломорья, где на родине Ломоносова был установлен памятный знак. А на берегах Невы вскоре появляется ещё один памятник основателю столицы — Павел I извлекает из запасников конную статую, созданную ещё при жизни Петра, и устанавливает собственного “Медного всадника” перед воротами Михайловского замка…

Вскоре о монументе императору заговорили и в Таллинне. Приближался столетний юбилей покорения Прибалтийских губерний и включения их в состав империи. Скромные домики, в которых Пётр останавливался при посещении Таллинна, Нарвы и Хаапсалу, никак не могли считаться достойными памятниками этого грандиозного события. Даже Кадриоргский дворец, кстати сказать, порядком обветшавший к тому времени, казался властям слишком скромным напоминанием о деяниях великого царя.

Но всё же именно Кадриорг показался таллиннскому магистрату наиболее подходящим местом для памятника Петру: вроде как царская резиденция, но достаточно далёкая от центра – ровно настолько, что бы монумент лишний раз не мозолил глаза достопочтенным господам-ратманам…

В 1810 году первый камень будущего монумента был торжественно заложен. Дело, впрочем, на том и застопорилось. Очень уж не хотелось магистрату ставить памятник русскому царю-завоевателю, да ещё и за собственный счёт. А тут ещё разразилась война с Наполеоном…

Участок, некогда выделенный под памятник, постепенно зарастал травой, и лишь покосившаяся ограда напоминала о былых проектах. К середине века исчезла и она.

На Cенном рынке

В преддверии двухсотлетнего юбилея обретения Россией выхода к Балтике, Николай II лично распорядился возвести памятники своему знаменитому предку в губернских городах побережья. Воли царя воспротивиться не посмели, да и времена были не те, что сто лет назад: магистраты Риги, Таллинна и Выборга были заменены городскими думами, где главное слово принадлежало не потомкам гордых рыцарей и ганзейских купцов, а молодой буржуазии – русской и местной.

Комиссия по установке памятника в Таллинне начала свою работу в 1908 году. Основных проблем, стоящих перед её членами было две: финансовая и эстетическая. С первой разобрались довольно просто – по всей России был объявлен сбор пожертвований, которые вкупе с 25 тысячами рублей, выделенных из городской казны и составили необходимую сумму. Со второй же проблемой дела обстояли куда как сложнее – ведь к чисто эстетическим соображениям оказались примешенными и национальные, и политические.

Прежде всего, для памятника нужно было отыскать место. Требование установить его на главной площади города отнюдь не вызывало восторга у таллиннских немцев. Но и на прямую противиться царской воле было боязно…Городские власти приказали выстроить модель, соответствующую общим размерам будущего монумента. Передвигая фанерный макет то к ратушной аптеке, то к самой ратуше отцы города понимали, что Петру будет здесь тесновато. Ещё более нелепо смотрелся муляж среди домов Вана-Турга. Дворцовая площадь на Тоомпеа может и создала бы достойную оправу памятнику императору своим “петербургским” видом, но уже с десяток лет её южная часть была снесена, а посередине высился собор Александра Невского. Робкие голоса в пользу Кадриорга никто в этот раз всерьез не принимал – место из всех сил старались отыскать в центре города.

Компромисс был найден перед бывшими Харьюскими воротами – на Сенном рынке. Простора здесь и впрямь было побольше, чем на средневековых перекрёстках внутри крепостных стен. Только вот соседями бронзовому императору была лишь одинокая Яановская церковь да будка общественной уборной.

Городская дума не пожалела средств на благоустройство окрестностей: торговцев сеном и дровами согнали к нынешней площади Виру. Замостить бывший рынок, правда, в срок не успели, зато четыре электрических фонаря разливали по площади вполне столичный блеск. Ну и конечно, не позабыли о самом главном – неказистый Хейнатург отныне нарекался Петровской площадью

Триумф победителя

Вид будущего монумента должен был определить закрытый конкурс. Шесть скульпторов боролись за право установить свое творение на пустыре перед Яани кирик. Среди их имён, между прочим, были два известных и поныне – А.Вейценберг и А.Адамсон (последний, кстати, всего за несколько лет до этого украсил Таллинн самым знаменитым памятником – “Русалкой”).

Николай II работы будущих классиков эстонской скульптуры не оценил. Он повелел передать заказ “благонадежному” во всех отношениях скульптору Леопольду Бернштамму – остзейцу из Риги, вот уже четверть века проживавшему в Париже.

Леопольд Бернард, или как его называли в России, Леопольд Адольфович, Бернштамм был известен своим работами на петровскую тему давно. Злые языки поговаривали о “фотографичности” его работ и об отсутствии в них индивидуальности, характера, души, если угодно. Но Николай, вероятно, не желал вдаваться в психологические подробности. Именно у Бернштамма он заказал два памятника для столичной Адмиралтейской набережной – “Царь-плотник” и “Спасение Петром тонущих рыбаков”. Вслед за ними последовал заказ на памятник Петру для Выборга. Во многих чертах он оказался схож с памятниками, намеченными для Таллинна и Риги. Рижане, правда,сочли работу бывшего земляка чересчур “провинциальной” и в подражание столице установили у себя конную статую.

Закладка памятника во всех трёх губернских городах была приручена к 27 сентября 1909 года – годовщине Полтавской битвы, открывшей путь на Балтику. А спустя полгода приступили к сооружению самого монумента.

Прежде всего, в Таллинн доставили постамент – глыбу финского гранита выстой почти в два человеческих роста. Вначале 50ти тонная громадина плыла из Финляндии по морю, потом её добрых три недели тащили на катках по таллиннским улицам. Вслед за ней в таллиннский порт прибыл бронзовый император собственной персоной – статую Петра отливали в Париже, под личным наблюдением Бернштамма. После торжественного открытия монумента в Выборге, скульптор поспешил в Таллинн. По его приезду приступили к окончательному монтажу.

29 сентября, в двухсотлетний юбилей капитуляции города, с памятника упало белое покрывало. Глазам приглашённых гостей и бесчисленных зевак открылся Пётр, застывший в несколько театральной позе с подзорной трубой в руке. Взгляд Петра был обращён к Старому городу, а гранитный постамент навевал на ассоциации с морским утёсом. Двуглавый орёл, разместившийся у его основания, недвусмысленно закреплял право петровских наследников на эти приморские края…

Изгнание

Навряд ли кто-нибудь из собравшихся в тот сентябрьский день на вновь нареченной Петровской площади мог предположить, что бронзовому Петру не суждено простоять здесь и четверти века. Как, впрочем, и его собратьям, открытым под звуки фанфар в соседних городах.

…Самым неудачливым оказался Пётр рижский. В разгар Первой Мировой его решили эвакуировать от надвигающихся немцев вглубь страны, но транспорт, на борту которого находился памятник наскочил на мину и пошёл на дно Балтики.

Вскоре грянула революция – время для памятников не самое благоприятное. Уже в 1918ом финские солдаты сбросили с постамента бернштаммовского Петра в Выборге, а год спустя новые хозяева Петрограда заклеймили скульптуры Адмиралтейской набережной “антихудожественными” — “Царь-плотник” вместе с “Тонущими рыбаками” отправились в переплавку.

На фоне этих бурных событий таллиннский памятник оказался в относительном спокойствии. Разве что дребезжащая конка перестала огибать его постамент, а чугунные фонари не вспыхивали больше электрическим светом…Правда, ещё в феврале семнадцатого с гранитного постамента слетел двуглавый орёл, да на том революционный угар и иссяк.

Но не послереволюционная разруха таила в себе опасность для бронзового царя. Губернский город Ревель стал столичным городом Таллинном. Реалии и ценности имперского захолустья оказались не к лицу молодой республике. Эстонское государство нуждалась в новых символах, и спешило создавать их.

Составленный в 1922 году генплан Таллинна готовил для бывшей Петровской площади особую роль. Ей предстояло стать лицом и центром всей страны– площадью Свободы. Фигура иноземного правителя выглядела тут, мягко говоря, нелепо. Да и больно уж тенденциозными стали видеться деяния царя-реформатора в новом свете. Ведь результатом Северной войны оказалось не только хрестоматийное “окно в Европу”, но и закрытие сети сельских школ, и разрушение Тарту, и резня эстонских крестьян …

Ночь на 1 мая 1922 года стала последней для памятника Петру. Опальный император был снят с постамента и вывезен в Кадриорг. Пятитонную скульптуру вместе с доставившей её телегой загнали за домик Петра и…забыли.

По одной из версий, статую намеревались передать какому-нибудь музею, но ни Провинциальный (предшественник нынешнего Исторического), ни тем более Эстонский музей Петром не заинтересовались. В народе говаривали, будто царя переплавят в памятные медали или попросту расшлёпают на монеты, а то и вовсе перельют в новый памятник – вот только неизвестно кому именно: христианину Мартину Лютеру или язычнику Калевипоэгу? Реальность, однако, распорядилась прозаичнее: проржавев без надзора три года, скульптура была пущена на переплавку. Правда, часть монумента удалось спасти – бюст царя был предварительно отрезан и сдан в экспозицию кадриоргского домика Петра.

Под крышей скромной резиденции своего знаменитого прототипа бюст простоял с десяток лет. В 1935 году то, что осталось от монумента с Петровской площади, поместили на низкий каменный постамент и установили неподалёку от домика-музея. Любопытно. Что причиной к этому послужил визит в Таллинн потомка одного из главных петровских внешнеполитических противников – шведского короля. Эстонская пресса не замедлила использовать это обстоятельство для серии едких карикатур.

Правда, обрести покой петровскому бюсту было не суждено. Не прошло и двух лет, как в Кадриорге началась большое строительство. Вековой парк перепланировали и реконструировали, а на его южном краю стали возводить здание президентского дворца. К 1938 оно было готово, и злополучный Пётр вновь оказался в нежелательном соседстве с властью. Да и в новый архитектурно-парковый ансамбль “обрезок” некогда величественного монумента не вписывался. Бюст перенесли на склон холма неподалёку от старого, барочного, дворца, что был выстроен Микетти и Земцовым для самого царя…

Оттуда он и отправился в небытие – в область воспоминаний и легенд. Никто даже толком не скажет, где затерялись следы бронзового Петра. Со своего последнего постамента он исчез во время нацистской оккупации. Первый послевоенный путеводитель на русском языке ещё приводит фотографию петровского бюста и сообщает лишь о том, что он похищен. Быть может, в том неясном 1947ом ещё был шанс спасти памятник? Однако, согласно официальной, версии Пётр попал в переплавку ещё в военное лихолетье. Кто знает…

“Двоюродный братец” таллиннского Петра вернулся на своё место в Выборге. Монумент Свободы возносится на месте конной статуи в Риге. По таллиннской площади Вабадусе движется лента машин и общественного транспорта. О памятнике не напоминает ничто. Только пожелтевшие открытки да ставшие уделом антикваров тарелки, раздаренные при открытии официальным гостям. Несколько чёрно-белых кадров и – как не парадоксально! – чуть больше цветных. Правда, на них виден не подлинный монумент, а лишь бутафорская копия, воссозданная киношниками в 1986 году для съёмок фильма о Викторе Кингисеппе. Впрочем, те времена кажутся нынче не менее давними, чем ветреное осеннее утро ровно девяносто лет назад…


Йосеф Кац
/ Опубликовано в телепрограмме “Семь” 29 сентября 2000 года

Публикуется на страницах нашего сайта, с любезного согласия автора.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Строительство станции в Ласнамяэ. 1929 год.Фото: Эстонский государственный архив

Как радиовышка в Ласнамяэ боролась с фашистской Италией

Строительство станции в Ласнамяэ. 1929 год. Как радиосигнал попадает в наши приемники? Сегодня мы все реже пользуемся FM-частотами, слушая любимую радиостанцию ...

Читать дальше...

Церковь Олевисте

Легенды церкви Олевисте (Святого Олафа), в Таллине

Когда-то башня церкви Олевисте была самой высокой в Европе. Градоправители Ревеля (так до 1919 года назвался Таллин) приказали построить башню-маяк, ...

Читать дальше...

Подземная Башня

Путешествие по этажам «Подземной башни»

«Подземная башня» - литературный дебют Вене Тоомаса - погружает читателя в седую старину и недалекое прошлое Таллинна, позволяя увидеть город ...

Читать дальше...

Часовня СЗА на кладбище в Копли 25 октября 1936 года.

Возвращение памяти: часовня Северо-Западной армии в таллинском районе Копли

Одна из достопримечательностей Пыхья-Таллинна и памятник русскому прошлому столицы, утраченный в послевоенные годы, начинает свое возвращение к таллиннцам. До начала нынешнего ...

Читать дальше...

Открытие часовни на братской могиле воинов СЗА в 1936 году. Современная колоризация исторического фото.

«Это — не забытые могилы»: некрополь Северо-Западной армии на кладбище в Копли

Часовня-памятник воинам северо-западникам, восстановление которой началось в Копли на позапрошлой неделе – часть утраченного мемориального ансамбля, формировавшегося на протяжение полутора ...

Читать дальше...

Брошюра, рекламирующая свечи производства Flora. 1960-е годы.

Свет живой и неизменный: свечные истории Таллинна

Название, которое носит начинающийся месяц в эстонском народном календаре, позволяет взглянуть на дальнее и недалекое прошлое Таллинна в дрожащем свете ...

Читать дальше...

В зале Таллиннской городской электростанции. 1938 год.

«Особенно дорого электричество в Таллинне, Нарве и Нымме...»

Вынесенная в заголовок фраза вовсе не позаимствована из современных СМИ: неприятные сюрпризы ежемесячный счет за свет приносил, случалось, и в ...

Читать дальше...

Общежитие на Акадеэмиа теэ, 7 – первый многоэтажный жилой дом Мустамяэ в начале шестидесятых годов.

«Дом с негаснущими окнами»: самый первый в Таллинском Мустамяэ

Современная история Мустамяэ началась ровно шестьдесят лет тому назад: в январе 1962 года в первый многоэтажный дом нынешней части города ...

Читать дальше...

Узнаваемая панорама таллиннских крыш на заставке номера газеты «Waba Maa» от 24.12.1930.

Поздравления с первой полосы: праздничный наряд газетных номеров

Для того, чтобы узнать о приближении зимних праздников, жителю былого Таллинна не было нужды заглядывать в календарь: вполне хватало бросить ...

Читать дальше...

«Нам, Каурый, за ними все равно не угнаться, так хоть отставать не станем»:
прежние и современные методы уборки снега на карикатуре Э.Вальтера. 
Газета «Õhtuleht», 1951 год.

От лопат до стальных «лап»: арсенал таллиннских снегоборцев

Уборка таллиннских улиц от снега и наледи – как вручную, так и с помощью разного рода специальных приспособлений и машин ...

Читать дальше...

Таким видел застройку площади Вабадузе между Пярнуским шоссе и улицей Роозикрантси архитектор Бертель Лильеквист. Рисунок из хельсинской газеты Huvudstadtsblatter, 1912 год.

Таллинн, построенный финнами: северный акцент портрета города

Шестое декабря – День независимости Финляндии – самая подходящая дата вспомнить о вкладе северных соседей в архитектурный облик Таллинна. Не много ...

Читать дальше...

В руках деревянного воина, как и прежде, – меч и копье, под ногами – полевой цветок.
Фото: Йосеф Кац

Кривой меч и копье с вымпелом: амуниция для деревянного воина

Один из шедевров прикладной скульптуры эпохи барокко и герой сразу нескольких современных гидовских баек вновь предстал перед горожанами практически в ...

Читать дальше...

Подводная лодка «М-200» (у пирса) и однотипная с ней «М-201» после перевода на Балтику. 1945 год.

«Курск» Балтийского флота: жертвы и герои подлодки «Месть»

Шестьдесят пять лет тому назад у самых берегов Эстонии разыгралась трагедия, соизмеримая по драматизму с гибелью российской подводной лодки «Курск». Увидав ...

Читать дальше...

Паровоз-памятник во дворе Таллиннской транспортной школы, фото 2015 года.

«Кч 4» со двора на ул. Техника: прощание с паровозом-памятником

В конце минувшего месяца Таллинн лишился частицы своей транспортной истории: локомотив-памятник, стоявший перед историческим зданием железнодорожного училища на улице Техника, ...

Читать дальше...

Церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы, в районе улицы Гонсиори. На её месте ныне цветочный магазин "Каннике"

Утраченные храмы и часовни Таллина

В 1734 году в районе Каламая была построена деревянная гарнизонная церковь Феодора Стратилата на Косе. В начале XIX века богослужения в Феодоровском ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.




Между прочим…
Таллиннцы неоднократно обращались и к шведскому, и к русскому правительству с просьбой похоронить Де Круа. Ну вот, денег, собранных за просмотр тела де Круа набралось достаточно, чтобы рассчитаться с долгами, которые он наделал при жизни и решено было де Круа похоронить. На отпевание собралось всего несколько человек. Они думали, что последние, кто видит загадочную улыбку де Круа перед окончательным захоронением. Но судьба распорядилась иначе. После последней войны, когда восстанавливали разрушенную церковь Нигулисте, могила де Круа помешала реконструкции, и его перезахоронили. Теперь, когда вы войдете в "Концертный зал-музей Нигулисте", посмотрите внимательно на пол. Там, возле входа вы увидите большую надгробную плиту, под которой нашел свое очередное упокоение Карл-Евгений де Круа. Навсегда…
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!