А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
В одном из преданий говорится, будто датчане решили неожиданно напасть на город, перебить его жителей и овладеть имуществом эстов. Заговорщики хранили свои намерения в строжайшей тайне, но некоего Тоомаса, знаменосца датчан, стала мучить совесть. Он выдал магистрату план нападения. В городе выставили усиленный дозор. Было решено впустить злоумышленников в город, а потом на какой-нибудь узкой улочке напасть на них и уничтожить всех до единого. События развернулись именно таким образом, и смута была пресечена. Знаменосцу оказали особую честь - шпиль Ратуши украсили фигуркой воина со знаменем. Новый флюгер назвали именем Тоомаса.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Богатство и процветание города всецело зависели от торговли, главным образом транзитной, между Западной Европой и Новгородом, а через него и другими русскими городами. 22 февраля 1346 года Таллинн получил от Ганзейского союза право складочного пункта в Новгородской торговле. Из Франции и Португалии привозили много соли. «Таллинн построен на соли» - гласит средневековая поговорка. И, действительно, только в течение одного дня, 15 июля 1442 года, в Таллинн пришло 57 кораблей с солью. Количество соли, привозимой в Таллинн, в некоторые годы превышало 1,200 млн. кг. На соль обменивалось в те времена зерно, занимавшее главное место среди товаров, которые вывозили из города. Соль по здешнему обычаю никто не имел право взвешивать на своих весах. Для этого на ратушной площади имелось специальное здание – «важня», известное с XIV века. В 1554 году в северной части площади была построена Новая важня. Это было двухэтажное здание с высокой крышей, украшенное барельефными медальонами с изображением граждан города. Здание важни погибло в 1944 году, а барельефы хранятся в музее. Место, на котором стояла важня, отмечено вымосткой – линией в два камня поперек основной вымостки площади.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1291 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

29 сентября /10 октября/ 1710 года, на мызе Харку, представители ревельского магистрата и эстляндского рыцарства подписали акт о капитуляции, предложенный Петром I. В день двухвекового юбилея этого события, ровно 90 лет назад, на нынешний площади Свободы появился первый и единственный в Эстонии памятник русскому монарху…

Первый камень

Допетровская Русь не знала монументов. Памятное событие стремились увековечить строительством храма – вспомним, хотя бы Покровский собор на Красной площади. Первые триумфальные арки и колонны прославляли победы петровской армии. Неудивительно, что и первый “персональный” памятник был, воздвигнут в России в честь царя-реформатора. Им стал знаменитый “Медный всадник”, торжественно открытый 7 августа 1782 года. Творение французских скульпторов Этьена-Мориса Фальконе и его ученицы Мари Анн Колло бесспорно стало не только одним из символов Петербурга, но и шедевром мирового монументального искусства.

Конец 18 века был ознаменован воздвижением монументов по всей территории огромной страны – от столичных пригородов, до далёкого Беломорья, где на родине Ломоносова был установлен памятный знак. А на берегах Невы вскоре появляется ещё один памятник основателю столицы — Павел I извлекает из запасников конную статую, созданную ещё при жизни Петра, и устанавливает собственного “Медного всадника” перед воротами Михайловского замка…

Вскоре о монументе императору заговорили и в Таллинне. Приближался столетний юбилей покорения Прибалтийских губерний и включения их в состав империи. Скромные домики, в которых Пётр останавливался при посещении Таллинна, Нарвы и Хаапсалу, никак не могли считаться достойными памятниками этого грандиозного события. Даже Кадриоргский дворец, кстати сказать, порядком обветшавший к тому времени, казался властям слишком скромным напоминанием о деяниях великого царя.

Но всё же именно Кадриорг показался таллиннскому магистрату наиболее подходящим местом для памятника Петру: вроде как царская резиденция, но достаточно далёкая от центра – ровно настолько, что бы монумент лишний раз не мозолил глаза достопочтенным господам-ратманам…

В 1810 году первый камень будущего монумента был торжественно заложен. Дело, впрочем, на том и застопорилось. Очень уж не хотелось магистрату ставить памятник русскому царю-завоевателю, да ещё и за собственный счёт. А тут ещё разразилась война с Наполеоном…

Участок, некогда выделенный под памятник, постепенно зарастал травой, и лишь покосившаяся ограда напоминала о былых проектах. К середине века исчезла и она.

На Cенном рынке

В преддверии двухсотлетнего юбилея обретения Россией выхода к Балтике, Николай II лично распорядился возвести памятники своему знаменитому предку в губернских городах побережья. Воли царя воспротивиться не посмели, да и времена были не те, что сто лет назад: магистраты Риги, Таллинна и Выборга были заменены городскими думами, где главное слово принадлежало не потомкам гордых рыцарей и ганзейских купцов, а молодой буржуазии – русской и местной.

Комиссия по установке памятника в Таллинне начала свою работу в 1908 году. Основных проблем, стоящих перед её членами было две: финансовая и эстетическая. С первой разобрались довольно просто – по всей России был объявлен сбор пожертвований, которые вкупе с 25 тысячами рублей, выделенных из городской казны и составили необходимую сумму. Со второй же проблемой дела обстояли куда как сложнее – ведь к чисто эстетическим соображениям оказались примешенными и национальные, и политические.

Прежде всего, для памятника нужно было отыскать место. Требование установить его на главной площади города отнюдь не вызывало восторга у таллиннских немцев. Но и на прямую противиться царской воле было боязно…Городские власти приказали выстроить модель, соответствующую общим размерам будущего монумента. Передвигая фанерный макет то к ратушной аптеке, то к самой ратуше отцы города понимали, что Петру будет здесь тесновато. Ещё более нелепо смотрелся муляж среди домов Вана-Турга. Дворцовая площадь на Тоомпеа может и создала бы достойную оправу памятнику императору своим “петербургским” видом, но уже с десяток лет её южная часть была снесена, а посередине высился собор Александра Невского. Робкие голоса в пользу Кадриорга никто в этот раз всерьез не принимал – место из всех сил старались отыскать в центре города.

Компромисс был найден перед бывшими Харьюскими воротами – на Сенном рынке. Простора здесь и впрямь было побольше, чем на средневековых перекрёстках внутри крепостных стен. Только вот соседями бронзовому императору была лишь одинокая Яановская церковь да будка общественной уборной.

Городская дума не пожалела средств на благоустройство окрестностей: торговцев сеном и дровами согнали к нынешней площади Виру. Замостить бывший рынок, правда, в срок не успели, зато четыре электрических фонаря разливали по площади вполне столичный блеск. Ну и конечно, не позабыли о самом главном – неказистый Хейнатург отныне нарекался Петровской площадью

Триумф победителя

Вид будущего монумента должен был определить закрытый конкурс. Шесть скульпторов боролись за право установить свое творение на пустыре перед Яани кирик. Среди их имён, между прочим, были два известных и поныне – А.Вейценберг и А.Адамсон (последний, кстати, всего за несколько лет до этого украсил Таллинн самым знаменитым памятником – “Русалкой”).

Николай II работы будущих классиков эстонской скульптуры не оценил. Он повелел передать заказ “благонадежному” во всех отношениях скульптору Леопольду Бернштамму – остзейцу из Риги, вот уже четверть века проживавшему в Париже.

Леопольд Бернард, или как его называли в России, Леопольд Адольфович, Бернштамм был известен своим работами на петровскую тему давно. Злые языки поговаривали о “фотографичности” его работ и об отсутствии в них индивидуальности, характера, души, если угодно. Но Николай, вероятно, не желал вдаваться в психологические подробности. Именно у Бернштамма он заказал два памятника для столичной Адмиралтейской набережной – “Царь-плотник” и “Спасение Петром тонущих рыбаков”. Вслед за ними последовал заказ на памятник Петру для Выборга. Во многих чертах он оказался схож с памятниками, намеченными для Таллинна и Риги. Рижане, правда,сочли работу бывшего земляка чересчур “провинциальной” и в подражание столице установили у себя конную статую.

Закладка памятника во всех трёх губернских городах была приручена к 27 сентября 1909 года – годовщине Полтавской битвы, открывшей путь на Балтику. А спустя полгода приступили к сооружению самого монумента.

Прежде всего, в Таллинн доставили постамент – глыбу финского гранита выстой почти в два человеческих роста. Вначале 50ти тонная громадина плыла из Финляндии по морю, потом её добрых три недели тащили на катках по таллиннским улицам. Вслед за ней в таллиннский порт прибыл бронзовый император собственной персоной – статую Петра отливали в Париже, под личным наблюдением Бернштамма. После торжественного открытия монумента в Выборге, скульптор поспешил в Таллинн. По его приезду приступили к окончательному монтажу.

29 сентября, в двухсотлетний юбилей капитуляции города, с памятника упало белое покрывало. Глазам приглашённых гостей и бесчисленных зевак открылся Пётр, застывший в несколько театральной позе с подзорной трубой в руке. Взгляд Петра был обращён к Старому городу, а гранитный постамент навевал на ассоциации с морским утёсом. Двуглавый орёл, разместившийся у его основания, недвусмысленно закреплял право петровских наследников на эти приморские края…

Изгнание

Навряд ли кто-нибудь из собравшихся в тот сентябрьский день на вновь нареченной Петровской площади мог предположить, что бронзовому Петру не суждено простоять здесь и четверти века. Как, впрочем, и его собратьям, открытым под звуки фанфар в соседних городах.

…Самым неудачливым оказался Пётр рижский. В разгар Первой Мировой его решили эвакуировать от надвигающихся немцев вглубь страны, но транспорт, на борту которого находился памятник наскочил на мину и пошёл на дно Балтики.

Вскоре грянула революция – время для памятников не самое благоприятное. Уже в 1918ом финские солдаты сбросили с постамента бернштаммовского Петра в Выборге, а год спустя новые хозяева Петрограда заклеймили скульптуры Адмиралтейской набережной “антихудожественными” — “Царь-плотник” вместе с “Тонущими рыбаками” отправились в переплавку.

На фоне этих бурных событий таллиннский памятник оказался в относительном спокойствии. Разве что дребезжащая конка перестала огибать его постамент, а чугунные фонари не вспыхивали больше электрическим светом…Правда, ещё в феврале семнадцатого с гранитного постамента слетел двуглавый орёл, да на том революционный угар и иссяк.

Но не послереволюционная разруха таила в себе опасность для бронзового царя. Губернский город Ревель стал столичным городом Таллинном. Реалии и ценности имперского захолустья оказались не к лицу молодой республике. Эстонское государство нуждалась в новых символах, и спешило создавать их.

Составленный в 1922 году генплан Таллинна готовил для бывшей Петровской площади особую роль. Ей предстояло стать лицом и центром всей страны– площадью Свободы. Фигура иноземного правителя выглядела тут, мягко говоря, нелепо. Да и больно уж тенденциозными стали видеться деяния царя-реформатора в новом свете. Ведь результатом Северной войны оказалось не только хрестоматийное “окно в Европу”, но и закрытие сети сельских школ, и разрушение Тарту, и резня эстонских крестьян …

Ночь на 1 мая 1922 года стала последней для памятника Петру. Опальный император был снят с постамента и вывезен в Кадриорг. Пятитонную скульптуру вместе с доставившей её телегой загнали за домик Петра и…забыли.

По одной из версий, статую намеревались передать какому-нибудь музею, но ни Провинциальный (предшественник нынешнего Исторического), ни тем более Эстонский музей Петром не заинтересовались. В народе говаривали, будто царя переплавят в памятные медали или попросту расшлёпают на монеты, а то и вовсе перельют в новый памятник – вот только неизвестно кому именно: христианину Мартину Лютеру или язычнику Калевипоэгу? Реальность, однако, распорядилась прозаичнее: проржавев без надзора три года, скульптура была пущена на переплавку. Правда, часть монумента удалось спасти – бюст царя был предварительно отрезан и сдан в экспозицию кадриоргского домика Петра.

Под крышей скромной резиденции своего знаменитого прототипа бюст простоял с десяток лет. В 1935 году то, что осталось от монумента с Петровской площади, поместили на низкий каменный постамент и установили неподалёку от домика-музея. Любопытно. Что причиной к этому послужил визит в Таллинн потомка одного из главных петровских внешнеполитических противников – шведского короля. Эстонская пресса не замедлила использовать это обстоятельство для серии едких карикатур.

Правда, обрести покой петровскому бюсту было не суждено. Не прошло и двух лет, как в Кадриорге началась большое строительство. Вековой парк перепланировали и реконструировали, а на его южном краю стали возводить здание президентского дворца. К 1938 оно было готово, и злополучный Пётр вновь оказался в нежелательном соседстве с властью. Да и в новый архитектурно-парковый ансамбль “обрезок” некогда величественного монумента не вписывался. Бюст перенесли на склон холма неподалёку от старого, барочного, дворца, что был выстроен Микетти и Земцовым для самого царя…

Оттуда он и отправился в небытие – в область воспоминаний и легенд. Никто даже толком не скажет, где затерялись следы бронзового Петра. Со своего последнего постамента он исчез во время нацистской оккупации. Первый послевоенный путеводитель на русском языке ещё приводит фотографию петровского бюста и сообщает лишь о том, что он похищен. Быть может, в том неясном 1947ом ещё был шанс спасти памятник? Однако, согласно официальной, версии Пётр попал в переплавку ещё в военное лихолетье. Кто знает…

“Двоюродный братец” таллиннского Петра вернулся на своё место в Выборге. Монумент Свободы возносится на месте конной статуи в Риге. По таллиннской площади Вабадусе движется лента машин и общественного транспорта. О памятнике не напоминает ничто. Только пожелтевшие открытки да ставшие уделом антикваров тарелки, раздаренные при открытии официальным гостям. Несколько чёрно-белых кадров и – как не парадоксально! – чуть больше цветных. Правда, на них виден не подлинный монумент, а лишь бутафорская копия, воссозданная киношниками в 1986 году для съёмок фильма о Викторе Кингисеппе. Впрочем, те времена кажутся нынче не менее давними, чем ветреное осеннее утро ровно девяносто лет назад…


Йосеф Кац
/ Опубликовано в телепрограмме “Семь” 29 сентября 2000 года

Публикуется на страницах нашего сайта, с любезного согласия автора.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Одна из самых знаменитых работ Кристиана Акерманна - алтарь таллиннского Домского собора в реставрационных лесах во время подготовки к нынешней выставке.

Вспоминая «ревельского Фидия»: скульптор Кристиан Акерманн

Выставка работ одного из самых ярких и талантливых таллиннских мастеров скульптуры эпохи Барокко и его современников открылась в минувшую пятницу ...

Читать дальше...

«Косуля» у подножья Тоомпеа в сквере на улице Нунне – неизменная классика с 1930 года.

«Косуля» Яана Коорта – знакомая и незнакомая косуля

Одна из самых популярных у таллиннцев и гостей города скульптура появилась в городском пространстве столицы ровно девяносто лет тому назад. В ...

Читать дальше...

Здание нынешней Таллиннской музыкальной школы за минувший век не изменилось – чего нельзя сказать о его окрестностях.

Сто двадцать лет истории: особняк музыкальной школы

Запланированная реставрация вернет одному из примечательных зданий в ансамбле застройки Нарвского шоссе былой блеск, а работающей в нем Таллиннской музыкальной ...

Читать дальше...

Барон Александр фон дер Пален и служащие Балтийской железной дороги на перроне вокзала в Ревеле. Снимок 1870-ых годов.

«Балтийская железная дорога, наше выстраданное дитя»

Первый пассажирский поезд из тогдашней столицы Российской империи в нынешнюю столицу Эстонской Республики прибыл ровно сто пятьдесят лет тому назад. Перестук ...

Читать дальше...

В галерее Русского театра Эстонии, проходит юбилейная художественная выставка «Осень №55»

Автор работ, признанный у нас и далеко за рубежом, талантливый художник, Сергей Волочаев. Картины изумляют идеями, подходом и различными техниками. Представлены ...

Читать дальше...

Дом Иосифа Копфа на углу Пикк и Хобузепеа и портрет его владельца на золотой брошке.

Ревельский ювелир Иосиф Копф: золотых дел мастер

Девяносто лет назад Таллинн прощался с Иосифом Копфом - человеком, еще при жизни сумевшим стать, выражаясь современным языком, «коммерческим брендом». Георг ...

Читать дальше...

Директор Таллиннского Городского архива в 1989-1996 гг. Ю. Кивимяэ демонстрирует грамоту XV века - одну из многих, вернувшихся в родной город. Снимок из газеты «Советская Эстония».

Исток таллиннской историографии: возвращение Городского архива

Ровно тридцать лет тому назад история столицы вновь стала длиннее почти на восемь столетий: в Таллинн вернулись фонды Городского архива. Его ...

Читать дальше...

Катастрофа с девятью погибшими на Балтийском вокзале

Самая тяжелая авария в истории эстонских железных дорог произошла 40 лет назад, в первую субботу октября. Поезда приближались друг к другу ...

Читать дальше...

Как закончилась сказка про Гэдээр

Падение Берлинской стены стало в СССР шоком для многих взрослых, а для некоторых детей - первым столкновением с ложью. "Гэдээр" ...

Читать дальше...

Сто сорок лет назад городская стена Ревеля нуждалась если не в реставрации, то в консервации - как минимум.

Семь веков на страже города Таллина: летопись крепостной стены

У одного из узнаваемых символов таллиннского Старого города - солидный юбилей: с начала строительства крепостной стены вокруг средневекового ядра нынешней ...

Читать дальше...

Здание Немецкой реальной школы непосредственно после постройки.

Школа на улице Луйзе: реквием по утраченному

Здание Немецкого реального училища, некогда признававшееся идеалом и образцом для аналогичных построек, возродившееся после войны в ином облике, безвозвратно утрачено ...

Читать дальше...

Домский, он же Длинный мост на рисунке Карла Буддеуса, середина XIX века.

Тоомпеаский, Каменный, Пиритаский: мосты над водами Таллинна

Даже без учета виадуков и путепроводов, семейство таллиннских мостов – достаточно многочисленное. А главное – способное поведать о себе немало ...

Читать дальше...

Вариант развития мемориального ансамбля на Маарьямяги по версии середины шестидесятых…

Памятник двадцатому веку: ансамбль на Маарьямяги

Мемориальный комплекс на Маарьямяги давно уже стал памятником не конкретным событиям или лицам, а всему, что произошло с Эстонией на ...

Читать дальше...

Ворота в конце улицы Трепи на довоенных открытках встречаются часто, но топоним «Ныэласильм» конкретно к ним еще не применялся.

Головы, ноги, чрево и горб: анатомия таллиннских улиц.

Географические названия, щедро рассыпанные по карте Таллинна, позволяют читать ее почти как… анатомический атлас. Уподобить город человеческому организму впервые предложили пионеры ...

Читать дальше...

Портреты павших в сражении 11 сентября 1560 года горожан и старейшее изображение Таллинна на эпитафии Братства черноголовых.

Восемь столетий Таллинна: век XVI век, пора рефлексий

Непростой во всех отношениях XVI век подарил Таллинну первые портреты города и его жителей, первый памятник, а также один из ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Как известно, война была излюбленным занятием в эпоху средневековья. Однако не все башни занимались истреблением людей. Некоторые из крепостных строений несли на своих могучих плечах тяжкое бремя функций воспитания, по мере сил стараясь сеять в народе разумное, доброе, вечное. В этой связи нельзя не упомянуть Девичью башню. Это в других местах вам расскажут романтичные истории о принцессе, заточенной непреклонным отцом в высокую башню-темницу, откуда нельзя сбежать, и ее последнем прыжке навстречу свободе. В Таллинне все было намного прозаичнее: в этой башне находилась тюрьма для девиц легкого поведения и падших женщин.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!