А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет. Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От ворот Виру остались только башенки.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
В Домском соборе /Доминиканской церкви/ похоронен мореплаватель Крузенштерн. А еще там есть "Плита счастья". Если стоя на ней загадать желание оно обязательно сбудется. И находится она недалеко от входа. Может это и есть «надгробие» неисправимого таллинского Дон Жуана!?
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1138 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 231 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

29 сентября /10 октября/ 1710 года, на мызе Харку, представители ревельского магистрата и эстляндского рыцарства подписали акт о капитуляции, предложенный Петром I. В день двухвекового юбилея этого события, ровно 90 лет назад, на нынешний площади Свободы появился первый и единственный в Эстонии памятник русскому монарху…

Первый камень

Допетровская Русь не знала монументов. Памятное событие стремились увековечить строительством храма – вспомним, хотя бы Покровский собор на Красной площади. Первые триумфальные арки и колонны прославляли победы петровской армии. Неудивительно, что и первый “персональный” памятник был, воздвигнут в России в честь царя-реформатора. Им стал знаменитый “Медный всадник”, торжественно открытый 7 августа 1782 года. Творение французских скульпторов Этьена-Мориса Фальконе и его ученицы Мари Анн Колло бесспорно стало не только одним из символов Петербурга, но и шедевром мирового монументального искусства.

Конец 18 века был ознаменован воздвижением монументов по всей территории огромной страны – от столичных пригородов, до далёкого Беломорья, где на родине Ломоносова был установлен памятный знак. А на берегах Невы вскоре появляется ещё один памятник основателю столицы — Павел I извлекает из запасников конную статую, созданную ещё при жизни Петра, и устанавливает собственного “Медного всадника” перед воротами Михайловского замка…

Вскоре о монументе императору заговорили и в Таллинне. Приближался столетний юбилей покорения Прибалтийских губерний и включения их в состав империи. Скромные домики, в которых Пётр останавливался при посещении Таллинна, Нарвы и Хаапсалу, никак не могли считаться достойными памятниками этого грандиозного события. Даже Кадриоргский дворец, кстати сказать, порядком обветшавший к тому времени, казался властям слишком скромным напоминанием о деяниях великого царя.

Но всё же именно Кадриорг показался таллиннскому магистрату наиболее подходящим местом для памятника Петру: вроде как царская резиденция, но достаточно далёкая от центра – ровно настолько, что бы монумент лишний раз не мозолил глаза достопочтенным господам-ратманам…

В 1810 году первый камень будущего монумента был торжественно заложен. Дело, впрочем, на том и застопорилось. Очень уж не хотелось магистрату ставить памятник русскому царю-завоевателю, да ещё и за собственный счёт. А тут ещё разразилась война с Наполеоном…

Участок, некогда выделенный под памятник, постепенно зарастал травой, и лишь покосившаяся ограда напоминала о былых проектах. К середине века исчезла и она.

На Cенном рынке

В преддверии двухсотлетнего юбилея обретения Россией выхода к Балтике, Николай II лично распорядился возвести памятники своему знаменитому предку в губернских городах побережья. Воли царя воспротивиться не посмели, да и времена были не те, что сто лет назад: магистраты Риги, Таллинна и Выборга были заменены городскими думами, где главное слово принадлежало не потомкам гордых рыцарей и ганзейских купцов, а молодой буржуазии – русской и местной.

Комиссия по установке памятника в Таллинне начала свою работу в 1908 году. Основных проблем, стоящих перед её членами было две: финансовая и эстетическая. С первой разобрались довольно просто – по всей России был объявлен сбор пожертвований, которые вкупе с 25 тысячами рублей, выделенных из городской казны и составили необходимую сумму. Со второй же проблемой дела обстояли куда как сложнее – ведь к чисто эстетическим соображениям оказались примешенными и национальные, и политические.

Прежде всего, для памятника нужно было отыскать место. Требование установить его на главной площади города отнюдь не вызывало восторга у таллиннских немцев. Но и на прямую противиться царской воле было боязно…Городские власти приказали выстроить модель, соответствующую общим размерам будущего монумента. Передвигая фанерный макет то к ратушной аптеке, то к самой ратуше отцы города понимали, что Петру будет здесь тесновато. Ещё более нелепо смотрелся муляж среди домов Вана-Турга. Дворцовая площадь на Тоомпеа может и создала бы достойную оправу памятнику императору своим “петербургским” видом, но уже с десяток лет её южная часть была снесена, а посередине высился собор Александра Невского. Робкие голоса в пользу Кадриорга никто в этот раз всерьез не принимал – место из всех сил старались отыскать в центре города.

Компромисс был найден перед бывшими Харьюскими воротами – на Сенном рынке. Простора здесь и впрямь было побольше, чем на средневековых перекрёстках внутри крепостных стен. Только вот соседями бронзовому императору была лишь одинокая Яановская церковь да будка общественной уборной.

Городская дума не пожалела средств на благоустройство окрестностей: торговцев сеном и дровами согнали к нынешней площади Виру. Замостить бывший рынок, правда, в срок не успели, зато четыре электрических фонаря разливали по площади вполне столичный блеск. Ну и конечно, не позабыли о самом главном – неказистый Хейнатург отныне нарекался Петровской площадью

Триумф победителя

Вид будущего монумента должен был определить закрытый конкурс. Шесть скульпторов боролись за право установить свое творение на пустыре перед Яани кирик. Среди их имён, между прочим, были два известных и поныне – А.Вейценберг и А.Адамсон (последний, кстати, всего за несколько лет до этого украсил Таллинн самым знаменитым памятником – “Русалкой”).

Николай II работы будущих классиков эстонской скульптуры не оценил. Он повелел передать заказ “благонадежному” во всех отношениях скульптору Леопольду Бернштамму – остзейцу из Риги, вот уже четверть века проживавшему в Париже.

Леопольд Бернард, или как его называли в России, Леопольд Адольфович, Бернштамм был известен своим работами на петровскую тему давно. Злые языки поговаривали о “фотографичности” его работ и об отсутствии в них индивидуальности, характера, души, если угодно. Но Николай, вероятно, не желал вдаваться в психологические подробности. Именно у Бернштамма он заказал два памятника для столичной Адмиралтейской набережной – “Царь-плотник” и “Спасение Петром тонущих рыбаков”. Вслед за ними последовал заказ на памятник Петру для Выборга. Во многих чертах он оказался схож с памятниками, намеченными для Таллинна и Риги. Рижане, правда,сочли работу бывшего земляка чересчур “провинциальной” и в подражание столице установили у себя конную статую.

Закладка памятника во всех трёх губернских городах была приручена к 27 сентября 1909 года – годовщине Полтавской битвы, открывшей путь на Балтику. А спустя полгода приступили к сооружению самого монумента.

Прежде всего, в Таллинн доставили постамент – глыбу финского гранита выстой почти в два человеческих роста. Вначале 50ти тонная громадина плыла из Финляндии по морю, потом её добрых три недели тащили на катках по таллиннским улицам. Вслед за ней в таллиннский порт прибыл бронзовый император собственной персоной – статую Петра отливали в Париже, под личным наблюдением Бернштамма. После торжественного открытия монумента в Выборге, скульптор поспешил в Таллинн. По его приезду приступили к окончательному монтажу.

29 сентября, в двухсотлетний юбилей капитуляции города, с памятника упало белое покрывало. Глазам приглашённых гостей и бесчисленных зевак открылся Пётр, застывший в несколько театральной позе с подзорной трубой в руке. Взгляд Петра был обращён к Старому городу, а гранитный постамент навевал на ассоциации с морским утёсом. Двуглавый орёл, разместившийся у его основания, недвусмысленно закреплял право петровских наследников на эти приморские края…

Изгнание

Навряд ли кто-нибудь из собравшихся в тот сентябрьский день на вновь нареченной Петровской площади мог предположить, что бронзовому Петру не суждено простоять здесь и четверти века. Как, впрочем, и его собратьям, открытым под звуки фанфар в соседних городах.

…Самым неудачливым оказался Пётр рижский. В разгар Первой Мировой его решили эвакуировать от надвигающихся немцев вглубь страны, но транспорт, на борту которого находился памятник наскочил на мину и пошёл на дно Балтики.

Вскоре грянула революция – время для памятников не самое благоприятное. Уже в 1918ом финские солдаты сбросили с постамента бернштаммовского Петра в Выборге, а год спустя новые хозяева Петрограда заклеймили скульптуры Адмиралтейской набережной “антихудожественными” — “Царь-плотник” вместе с “Тонущими рыбаками” отправились в переплавку.

На фоне этих бурных событий таллиннский памятник оказался в относительном спокойствии. Разве что дребезжащая конка перестала огибать его постамент, а чугунные фонари не вспыхивали больше электрическим светом…Правда, ещё в феврале семнадцатого с гранитного постамента слетел двуглавый орёл, да на том революционный угар и иссяк.

Но не послереволюционная разруха таила в себе опасность для бронзового царя. Губернский город Ревель стал столичным городом Таллинном. Реалии и ценности имперского захолустья оказались не к лицу молодой республике. Эстонское государство нуждалась в новых символах, и спешило создавать их.

Составленный в 1922 году генплан Таллинна готовил для бывшей Петровской площади особую роль. Ей предстояло стать лицом и центром всей страны– площадью Свободы. Фигура иноземного правителя выглядела тут, мягко говоря, нелепо. Да и больно уж тенденциозными стали видеться деяния царя-реформатора в новом свете. Ведь результатом Северной войны оказалось не только хрестоматийное “окно в Европу”, но и закрытие сети сельских школ, и разрушение Тарту, и резня эстонских крестьян …

Ночь на 1 мая 1922 года стала последней для памятника Петру. Опальный император был снят с постамента и вывезен в Кадриорг. Пятитонную скульптуру вместе с доставившей её телегой загнали за домик Петра и…забыли.

По одной из версий, статую намеревались передать какому-нибудь музею, но ни Провинциальный (предшественник нынешнего Исторического), ни тем более Эстонский музей Петром не заинтересовались. В народе говаривали, будто царя переплавят в памятные медали или попросту расшлёпают на монеты, а то и вовсе перельют в новый памятник – вот только неизвестно кому именно: христианину Мартину Лютеру или язычнику Калевипоэгу? Реальность, однако, распорядилась прозаичнее: проржавев без надзора три года, скульптура была пущена на переплавку. Правда, часть монумента удалось спасти – бюст царя был предварительно отрезан и сдан в экспозицию кадриоргского домика Петра.

Под крышей скромной резиденции своего знаменитого прототипа бюст простоял с десяток лет. В 1935 году то, что осталось от монумента с Петровской площади, поместили на низкий каменный постамент и установили неподалёку от домика-музея. Любопытно. Что причиной к этому послужил визит в Таллинн потомка одного из главных петровских внешнеполитических противников – шведского короля. Эстонская пресса не замедлила использовать это обстоятельство для серии едких карикатур.

Правда, обрести покой петровскому бюсту было не суждено. Не прошло и двух лет, как в Кадриорге началась большое строительство. Вековой парк перепланировали и реконструировали, а на его южном краю стали возводить здание президентского дворца. К 1938 оно было готово, и злополучный Пётр вновь оказался в нежелательном соседстве с властью. Да и в новый архитектурно-парковый ансамбль “обрезок” некогда величественного монумента не вписывался. Бюст перенесли на склон холма неподалёку от старого, барочного, дворца, что был выстроен Микетти и Земцовым для самого царя…

Оттуда он и отправился в небытие – в область воспоминаний и легенд. Никто даже толком не скажет, где затерялись следы бронзового Петра. Со своего последнего постамента он исчез во время нацистской оккупации. Первый послевоенный путеводитель на русском языке ещё приводит фотографию петровского бюста и сообщает лишь о том, что он похищен. Быть может, в том неясном 1947ом ещё был шанс спасти памятник? Однако, согласно официальной, версии Пётр попал в переплавку ещё в военное лихолетье. Кто знает…

“Двоюродный братец” таллиннского Петра вернулся на своё место в Выборге. Монумент Свободы возносится на месте конной статуи в Риге. По таллиннской площади Вабадусе движется лента машин и общественного транспорта. О памятнике не напоминает ничто. Только пожелтевшие открытки да ставшие уделом антикваров тарелки, раздаренные при открытии официальным гостям. Несколько чёрно-белых кадров и – как не парадоксально! – чуть больше цветных. Правда, на них виден не подлинный монумент, а лишь бутафорская копия, воссозданная киношниками в 1986 году для съёмок фильма о Викторе Кингисеппе. Впрочем, те времена кажутся нынче не менее давними, чем ветреное осеннее утро ровно девяносто лет назад…


Йосеф Кац
/ Опубликовано в телепрограмме “Семь” 29 сентября 2000 года

Публикуется на страницах нашего сайта, с любезного согласия автора.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Дом на углу улиц Ратаскаеву и Люхике-Ялг должен бы обзавестись гигантским витражным окном и стать художественным кафе «Зиттов». Проект 1968 года.

Ратаскаеву, дом 20/22: родовое гнездо Зиттовых а Таллине

Улицы, нареченной в честь самого, вероятно, знаменитого уроженца средневекового Ревеля, в Таллинне до сих пор нет. Фамилия его полвека назад ...

Читать дальше...

«Портрет молодого человека» кисти Зиттова, в котором некоторые исследователи склонны видеть автопортрет мастера.

Долгий путь в родной город: возвращение Михкеля Зиттова в Таллин

Работы самого, пожалуй, знаменитого таллиннского живописца впервые в истории будут экспонироваться в его родном городе — на выставке в Художественном ...

Читать дальше...

Жилой и административный корпус санаторной школы в день открытия.

Лечить, учить, просвещать и заботиться: школа-санаторий над рекой Пирита в Таллине

Восемьдесят лет назад в Таллинне открылось одно из самых необычных учебных заведений столицы — Санаторная школа имени президента Константина Пятса. Июнь ...

Читать дальше...

Пушки, стоявшие при входе в здание «Арсенала», завершили свой боевой путь на фронтах Гражданской войны в Испании.

Обретенная история таллиннского «Арсенала»: архив предприятия станет основой выставки

Вновь обнаруженные архивные папки, переданные руководству компании Arsenal Center OÜ, позволяют пролить свет на малоизвестные доселе страницы истории одного из ...

Читать дальше...

Легендарный обитатель глубин озера Юлемисте на обложке книги Арво Валтона, изданной теперь и на русском языке.

Стародавняя история, рассказанная на новый лад: «Старец из озера Юлемисте» Арво Валтона

На книжной полке поклонников магического реализма — достойное пополнение: книга Арво Валтона «Старец из озера Юлемите» вышла в переводе на ...

Читать дальше...

«Адмирал» в бытность «Адмиралтейцем» на фоне первых международных паромов на Таллиннском рейде...

От буксира до исторического судна: Таллинский «Адмирал» выходит на кинофарватер

Премьера документальной ленты, посвященной прошлому и настоящему одного из символов Таллиннского пассажирского порта, состоится в День Таллинна на третьем этаже ...

Читать дальше...

О Петре Великом «pro et contra»: штрихи к портрету императора.

Величие Петра I заключается не столько даже в масштабе его преобразований, сколько в умении действовать так, чтобы быть близким и ...

Читать дальше...

Ко дню святой Вальпурги или Как в Ревеле на ведьм охотились

1 мая — день святой Вальпурги, реальной исторической личности, дочери одного из британских королей, которая, став монахиней, в 748 году ...

Читать дальше...

День Ветеранов в Пыхья-Таллине 2018

Небольшая зарисовка. Заболел, и не знаю где отмечают в моем районе Копли, этот день, но над крышами, прямо сейчас, наматывают ...

Читать дальше...

Перспектива улицы Лай с жилыми домами на нечетной стороне улицы Нунне. Конец XIX века.

Там, где стоит «Косуля» Яана Коорта: прошлое и будущее таллинского сквера на Нунне

Зеленый оазис на пути от Ратушной площади к Балтийскому вокзалу в масштабах таллиннской истории относительно молодой — но оттого отнюдь ...

Читать дальше...

... Весь в заботах молодой хозяин нового бара.

Бармен с золотой медалью

Трибуна Кремлевского Дворца с'ездов знала многих известных миру политических деятелей, людей труда, писателей. Официант из Таллина Дмитрий Демьянов, которому от роду ...

Читать дальше...

Ратушная площадь Пауля Бурмана

Галерея одной картины. Ревель: «Ратушная площадь» Пауля Бурмана

Какие сюрпризы ни преподнесла бы балтийская погода, тепло настоящей таллиннской весны навсегда запечатлено на полотне художника первой половины минувшего столетия ...

Читать дальше...

...,и в реальности — на фотографии сороковых-пятидесятых годов.

Оплот, приют и убежище страждущим: лютеранская церковь прихода Вефиль в Таллине

Церковь прихода Вефиль в предместье Пельгулинн, реставрацию которой столичные власти готовы поддержать, отмечает в конце нынешнего года свое восьмидесятилетие. С транслитерацией ...

Читать дальше...

Восстановительные работы на улицы Харью весной 1948 года глазами живописца Агу Пихельга.

«Такою запомнил я улицу Харью...»: сквер на месте погибшего квартала в городе Таллине

Своим нынешним обликом одна из основных артерий таллиннского Старого города обязана градостроительному решению, принятому ровно семьдесят лет назад. Именно тогда — ...

Читать дальше...

Алексей Михайлович Щастный на борту корабля Балтфлота во время перехода из Гельсингфорса в Кронштадт. Апрель 1918 года.

Спаситель Балтийского флота: позабытый капитан Щастный

Столетие Ледового похода Балтийского флота — повод вспомнить его главного, незаслуженно забытого героя — капитана 1-го ранга Алексея Михайловича Щастного. Спасение ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет. Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От ворот Виру остались только башенки.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!
Вход |

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!