Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет. Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От ворот Виру остались только башенки.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Есть города, которые искусственно создают вокруг себя мифы, легенды, надуманные традиции, спешно заворачиваясь в них, скрывая свою молодость-зеленость. Таллинн - полная их противоположность. Он буквально задыхается под комом накрученных на него легенд и мифов. Ну как не развесить уши, слушая легенду о удачливом аптекаре, устроившем у себя в аптеке первый в мире "мужской клуб", просто наклеив на бутылки с вином этикетки от лекарств, когда эта самая аптека перед тобой: она работает аж с 1422 года, и ей владеет десятое поколение того самого аптекаря. Как не поверить про "свадьбу чёрта и нечистую квартиру", когда вот они, давно занавешенные окна этой квартиры, в которой никто не живёт и вот оно, уже сотню с гаком лет публикуемое в местной газете объявление о продаже, на которое никакой здравомыслящий человек не купится.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1357 posts
    • 0 comments
    • 39 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 238 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Стоит вспомнить про Среденевековье, как на язык проситься прилагательное “мрачное”. Повторяя истрёпанное словосочитание, мы словно опускаем перед собой забрало рыцарского шлема, вовсе забывая, что люди той эпохи не только вели бесприрывную войну с природой и соседями, но и умели видеть мир во всём его многоцветии. Яркий, режущий глаз мир встаёт с готических миниатюр, голову и живот сводит от аромата заморских специй, а уж аналог безудержному веселью, разлитого в средневековых празднествах, отыскать в нынешней жизни будет не так уж легко…

Вооружённая свобода.

Повседневность средневекового бюргера была, по современным меркам, далека от комфорта и беспечности. Потому, наверно, зажатый крепостными стенами и рамками цеховых ограничений горожанин с таким неподдельным восторгом бросался в разгар всеобщего веселья. А поводов для того хватало – календарь католической эпохи был полон памятными днями в честь покровителей города, гильдии, професии. С бесчисленными небесными заступниками вполне уживались и праздники, доставшиеся в наследство от деревенского язычества, а по популярности с ними вполне могли конурировать торжества, устраеваемые в ознаменование важных дат в экономической, политической или военной жизни города. К последним, безусловно, относятся турниры и распостранённые по всей Европе праздники стрелков.

Родина стрелковых состязаний – Фландрия. Там, под стенами города Куртре, народное ополчение впервые разбило цвет французского рыцарства и миф о неуязвимости закованных в латы всадников. Чудо-оружием горожан оказался арбалет – укреплённый на прикладе лук, снабжённый устройством для натягивания тетевы. Он был прост в обращении да и времени для овладения его секретами уходило куда меньше, чем на постяжение рыцарской науки. Неудивительно, что арбалет стал излюбленным оружием горожан – людей, умевших ценить практичность и время.

Практически любой житель средневекового города был пожизнено военнообязан. Постоянная городская стража обеспечивала покой и безопасность в мирное время, но в случае осады на помощь ей поднимались ремесленные цехи, а порой и купеческие отпрыски. Так что владение военным мастерством было обязанностью всякого горожанина. Его совершенствование было возложено на особые организации – стрелковые гильдии или братства. В их обязанности входило не только обучение горожан стрельбе из арбалета или лука, но и воспитание духа бесстрашия, отваги и гордости за родной город.


Птица на шесте

В больших городах стрелковых гильдий бывало несколько – отдельное у купцов и у ремесленников или специализирующиеся на различных видах оружия. По сравнению с ними Таллинн явно проигрывал – до сих пор не ясно, имелось ли здесь особое стрелковое братство. Известно другое – наличие арбалета требовалось от талииннцев в обязательном порядке уже в 14ом веке, а с конца того же столетия до нас доходят упоминания о стрелковых состязаниях. Назывались они “попугаевыми попойками” и за их проведение отвечала Большая гильдия и знаменитые зачинатели городских торжеств – Черноголовые.

С “попойками” всё более-менее понятно. Но почему именно “попугаевы”? В разных странах мишени для стрелков были свои. Французы, например, пытались сбить развешенные на ветках импровизированного “дерева” призы, в Кракове предпочитали деревянного петуха. Попугай – любимец немецкого мира. Вероятно, в диковинной птице жило воспоминание о подвигах крестоносцев. По его изображению стреляли в Кёльне, Брауншвейге, Киле. Вместе с немецкими колонистами попугай добрался и до Прибалтики. Помимо Таллинна “попугаевы стрельбы” проводились в Нарве, а так же в городах нынешней Латвии – Риге, Лимбажи, Страупе.

В один из воскресных дней между Пасхой и Троицей городские улицы наполнялись праздничным шумом. Крик герольдов звал городской люд к “попугаеву столбу”, а следом за глашатаями уже двигалась пёстрая процессия. Солнце горело на трубах и литварах музыкантов. В тёплом весеннем воздухе лениво шелестели гильдейские знамёна. Во главе процесси ехал победитель прошлогодних состязаний. Слуги несли “виновника торжества” — фигурку попугая, высеребрянную или раскрашенную во все цвета радуги. Весёлая кавалькада направлялась за город – ведь в черете крепостных стен места для стрельб явно не хватало, да и небезопасным было это дело: порой непослушная стрела попадала не в привычную к испытаниям птицу, а в беднягу из зрителей.

Самые первые попугаи были сбиты таллиннцами в начале современного Тартуского шоссе. Позднее праздник переместился к Морским воротам – их окрестности даже прозвали Попугаевым садом. Главным сооружением здесь был, конечно “насест” для заветной мишени. Его высота впечатляла – недаром “попугаевы столбы” встречаются порой на панорамах немецких городов. На гравюры с видом средневекового Таллинна попугаев столб всё же не попал, но факт его изготовления и установки теми же самыми мастерами, что специализировались на корабельных мачтах, заставляет отнестись к искусству таллиннских стрелков с уважением. Шутка ли – сбить установленного почти вровень с крепостными башнями попугая, пусть даже и вырезанного нарочно из мягких пород дерева!

Король без королевства

О том, что флюгер на шпиле таллиннской ратуши зовут Тоомасом знают даже те, кто не проявлял к истории особого рвения. Гораздо меньше тех, кто догадывается, что между симпатичным усачом из поднебесья и “попугаевыми праздниками” есть самая прямая связь. Ведь прежде, чем застыть жестяным хранителем над таллиннскими крышами, Тоомас служил в городской страже. И свою “военную карьеру” он начал именно с попадания в деревянного попугая. Правда, случилось это не совсем законным образом – сын каламаяской рыбачки по имени Тоомас прокрался со своими сверстниками к попугаеву столбу чуть раньше, чем процессия взрослых стрелков. К удивлению мальчишек мишень уже красовалась на высоком шесте и приятели не смогли удержаться от облазна попробовать свои самодельные луки…Подоспевшие герольды наградили юного стрелка тумаками, но отцы города решили поступить более педагогично и их усилиями Тоомас попал учеником в городскую стражу, а оттуда — в область легенд и преданий…

Имена тех, кому удавалось сбить попугая “по правилам” до нас не дошли. Зато хорошо известно, какая награда ждала победителя. Прежде всего ему полагался титул, которым не мог похвастать даже самый богатый феодал Прибалтики. “Королём стрелков” – ни больше, ни меньше — величали самого ловкого стрелка. С королевскими почeстями он въезжал в город, а на плече у него восседал серебрянный двойник заветной мишени – попугай с рубиновыми глазками. Этот приз был переходящим – но весь год до следующего праздника драгоценная птица “гнездовалась” в доме победителя. Кроме того, королю полаглись и другие награды. В зависимости от города и времени ими могли оказаться деньги, драгоценности и даже…животное – бык или коза. Плащ таллиннского “короля” традиционно украшал выполненная из серебра брошь–этакий “значок” в пятдесят граммов весом, на которой красовался всё тот же попугай. Но дороже любых драгоценностей было для “короля” право выбрать себе “королёву” из самых красивых горожанок. Всё время праздников избранница сидела подле победителя и танцевать, понятное дело, должна была только с ним. Семейный статус праздничного “монарха” не имел при этом никакого значения!

И конечно же меткого стрелка ждало поистине королевское угощение. На пиру, устроенном братством Черноголовых в 16ом столетии подавали семь жаренных баранов, три добротных ветчины, полдюжины итальянских колбас, столько же говяжих языков – и всё это приправленное изрядным количеством драгоценных прянностей вроде перца и шафрана! На закуску полагалось восемь килограммов изюма и бесчисленное количество сладостей. Стоит заметить, что львиную часть расходов приходилось оплачивать самому “королю”. Но траты вовсе не отпугивали соискателей высокого титула – вслед за купцами к “попугаеву столбу” отправлялись ремесленные цехи и праздник затягивался не на одну неделю. Хронист Бальтазар Руссов жалуется, что во время “попугаевых стрельб” церкви стояли пустыми три воскресенья кряду — городской люд предпочитал увитый зеленью шест холодным с зимы церковным сводам. И уж совсем затягивались “церковные каникулы”, если стрельба по попугаю совпадала с другим весенним праздником – выборами Майского графа…

Весенний граф

В стрельбе из лука или арбалета мог испытать себя любой таллиннец. Принять участие в турнире – далеко не каждый. Конные ристалища долгое время и вовсе считались привелегией дворянства. Состязания в скачках, фехтовании, владении турнирным копьём стали доступны зажиточным горожанам лишь на излёте Средневековья.

Изначально импровизированный бюргерский турнир был приурочен к дню апостолов Филиппа и Якова – первому мая. Один из них заботился, между прочим, о лошадях – неотъемлимой части любого турнира. Но прибалтийская погода всегда любила преподносить сюрпризы и зачастую праздник передвигался поближе к лету. Паямть о первоначальной дате продолжала жить в титуле победителя состязаний – во многих городах ганзейского региона его называли “майским графом”.

Как известно, граф находился ниже короля ровно на одну ступень феодальной лестницы. Однако заслужить титул майского графа было посложнее, чем стрелкового короля. Соискателей оценивали представители магистрата, старейшины Большой гильдии и прошлогодний победитель. Вероятно, иммущественный ценз и общественное положение имели не меньшее значение, чем воинское искусство – в Стокгольме, к примеру, Майским графом, однажды стал…шестидесятилетний купец.

Чествование Майского графа во многом схоже с встречей “короля стрелков”. То же праздничное шествие от городских ворот, те же танцы и угощение в гильдейских домах, тот же выбор пары среди городских красавиц… Неудивительно, потому, что оба праздника порой сливались в один. Этикет, однако, неукоснительно соблюдался и в этом случае – первый танец полагался “королю” с “королевой”; “граф” с “графиней” начинали второй, но далеко не последний…

Казалось, любимому грожанами празднику суждена долгая жизнь. Реформация, покончившая с карнавалами и церковными процессиями католической эпохи вовсе не посягала на воинские доблести. Но грянувшая в 1558 году Ливонская война внесла в их список свои коррективы. Арбалет стал постепенно сдавать огнестрельному оружию. На смену городскому ополчению уже спешил наёмник-ландскнехт. Да и бывший “Попугаев сад” сгинул под валами новомодных бастионов и равелинов…

Четыря века спустя

В 1808 году император Александр I потдвердил давнюшнюю привелегию таллиннских Черноголовых устраивать по весне военные состязания. Но возродить старинный праздник была не в силах даже царская воля. Казалось, обычай рыцарских времён рассыпался в прах и лишь картина местного живописца Леопольда Петцольда, полная исторических неточностей, но очаровательная своей театральной стариной, сохранила память о “майском графе” и “попугаевых попойках”. Кто бы мог подумать, что старинный праздник сойдёт когда-нибудь с треугольного полотна, застывшего под готическим сводом малого зала Большой гильдии, на городские улицы.

И всё же чудо произошло. С начала девяностых годов теперь уже прошлого – двадцатого века – процессия стрелков в средневековых костюмах вновь движется по таллиннским улицам. Пуcкай не майским, а июньским днём. Пускай к иному, чем некогда, месту. Пускай попугай скроен из поролона. Но стрелы звенят по-прежнему, а городские красавицы вновь замирают в волнительном предвкушении титула “графини Мая”. Чудо продолжается…

Йосеф Кац
Публикуется на страницах нашего сайта, с любезного согласия автора.При перепечатке, ссылка на http://tallinn.cold-time.com обязательна!











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд

Неравнодушные таллинцы, и гости из Дании, отметили День Начала строительства города в Саду Датского Короля, Вальдемара Второго-Победителя! В этом году праздник проводится ...

Читать дальше...

Строительство станции в Ласнамяэ. 1929 год.Фото: Эстонский государственный архив

Как радиовышка в Ласнамяэ боролась с фашистской Италией

Строительство станции в Ласнамяэ. 1929 год. Как радиосигнал попадает в наши приемники? Сегодня мы все реже пользуемся FM-частотами, слушая любимую радиостанцию ...

Читать дальше...

Церковь Олевисте

Легенды церкви Олевисте (Святого Олафа), в Таллине

Когда-то башня церкви Олевисте была самой высокой в Европе. Градоправители Ревеля (так до 1919 года назвался Таллин) приказали построить башню-маяк, ...

Читать дальше...

Подземная Башня

Путешествие по этажам «Подземной башни»

«Подземная башня» - литературный дебют Вене Тоомаса - погружает читателя в седую старину и недалекое прошлое Таллинна, позволяя увидеть город ...

Читать дальше...

Часовня СЗА на кладбище в Копли 25 октября 1936 года.

Возвращение памяти: часовня Северо-Западной армии в таллинском районе Копли

Одна из достопримечательностей Пыхья-Таллинна и памятник русскому прошлому столицы, утраченный в послевоенные годы, начинает свое возвращение к таллиннцам. До начала нынешнего ...

Читать дальше...

Открытие часовни на братской могиле воинов СЗА в 1936 году. Современная колоризация исторического фото.

«Это — не забытые могилы»: некрополь Северо-Западной армии на кладбище в Копли

Часовня-памятник воинам северо-западникам, восстановление которой началось в Копли на позапрошлой неделе – часть утраченного мемориального ансамбля, формировавшегося на протяжение полутора ...

Читать дальше...

Брошюра, рекламирующая свечи производства Flora. 1960-е годы.

Свет живой и неизменный: свечные истории Таллинна

Название, которое носит начинающийся месяц в эстонском народном календаре, позволяет взглянуть на дальнее и недалекое прошлое Таллинна в дрожащем свете ...

Читать дальше...

В зале Таллиннской городской электростанции. 1938 год.

«Особенно дорого электричество в Таллинне, Нарве и Нымме...»

Вынесенная в заголовок фраза вовсе не позаимствована из современных СМИ: неприятные сюрпризы ежемесячный счет за свет приносил, случалось, и в ...

Читать дальше...

Общежитие на Акадеэмиа теэ, 7 – первый многоэтажный жилой дом Мустамяэ в начале шестидесятых годов.

«Дом с негаснущими окнами»: самый первый в Таллинском Мустамяэ

Современная история Мустамяэ началась ровно шестьдесят лет тому назад: в январе 1962 года в первый многоэтажный дом нынешней части города ...

Читать дальше...

Узнаваемая панорама таллиннских крыш на заставке номера газеты «Waba Maa» от 24.12.1930.

Поздравления с первой полосы: праздничный наряд газетных номеров

Для того, чтобы узнать о приближении зимних праздников, жителю былого Таллинна не было нужды заглядывать в календарь: вполне хватало бросить ...

Читать дальше...

«Нам, Каурый, за ними все равно не угнаться, так хоть отставать не станем»:
прежние и современные методы уборки снега на карикатуре Э.Вальтера. 
Газета «Õhtuleht», 1951 год.

От лопат до стальных «лап»: арсенал таллиннских снегоборцев

Уборка таллиннских улиц от снега и наледи – как вручную, так и с помощью разного рода специальных приспособлений и машин ...

Читать дальше...

Таким видел застройку площади Вабадузе между Пярнуским шоссе и улицей Роозикрантси архитектор Бертель Лильеквист. Рисунок из хельсинской газеты Huvudstadtsblatter, 1912 год.

Таллинн, построенный финнами: северный акцент портрета города

Шестое декабря – День независимости Финляндии – самая подходящая дата вспомнить о вкладе северных соседей в архитектурный облик Таллинна. Не много ...

Читать дальше...

В руках деревянного воина, как и прежде, – меч и копье, под ногами – полевой цветок.
Фото: Йосеф Кац

Кривой меч и копье с вымпелом: амуниция для деревянного воина

Один из шедевров прикладной скульптуры эпохи барокко и герой сразу нескольких современных гидовских баек вновь предстал перед горожанами практически в ...

Читать дальше...

Подводная лодка «М-200» (у пирса) и однотипная с ней «М-201» после перевода на Балтику. 1945 год.

«Курск» Балтийского флота: жертвы и герои подлодки «Месть»

Шестьдесят пять лет тому назад у самых берегов Эстонии разыгралась трагедия, соизмеримая по драматизму с гибелью российской подводной лодки «Курск». Увидав ...

Читать дальше...

Паровоз-памятник во дворе Таллиннской транспортной школы, фото 2015 года.

«Кч 4» со двора на ул. Техника: прощание с паровозом-памятником

В конце минувшего месяца Таллинн лишился частицы своей транспортной истории: локомотив-памятник, стоявший перед историческим зданием железнодорожного училища на улице Техника, ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.




Между прочим…
Богатство и процветание города всецело зависели от торговли, главным образом транзитной, между Западной Европой и Новгородом, а через него и другими русскими городами. 22 февраля 1346 года Таллинн получил от Ганзейского союза право складочного пункта в Новгородской торговле. Из Франции и Португалии привозили много соли. «Таллинн построен на соли» - гласит средневековая поговорка. И, действительно, только в течение одного дня, 15 июля 1442 года, в Таллинн пришло 57 кораблей с солью. Количество соли, привозимой в Таллинн, в некоторые годы превышало 1,200 млн. кг. На соль обменивалось в те времена зерно, занимавшее главное место среди товаров, которые вывозили из города. Соль по здешнему обычаю никто не имел право взвешивать на своих весах. Для этого на ратушной площади имелось специальное здание – «важня», известное с XIV века. В 1554 году в северной части площади была построена Новая важня. Это было двухэтажное здание с высокой крышей, украшенное барельефными медальонами с изображением граждан города. Здание важни погибло в 1944 году, а барельефы хранятся в музее. Место, на котором стояла важня, отмечено вымосткой – линией в два камня поперек основной вымостки площади.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!