А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Однажды в Таллинн прибыл один матрос. Он слышал, что в жилах похороненного тут карла-Евгения де Круа текла королевская кровь и вообразил, что в гробу могут быть ценные вещи. Поздним вечером матрос вошел в усыпальницу церкви Нигулисте. Свеча осветила гроб на постаменте. Матрос приподнял гробовую крышку, откинул покрывало и увидел усатое лицо де Круа с застывшей иронической улыбкой. Весть о том, что де Круа не сгнил, разлетелась сначала по Таллинну, а вскоре и по Эстонии. Всем хотелось посмотреть на это чудо. Предприимчивый церковный сторож поставил возле мумии де Круа копилку для пожертвований. И оказалось, что де Круа после смерти "зарабатывал" значительно больше, чем при жизни. Тщетно...
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
В 1940 году, после вхождения Эстонии в Советский Союз, Нымме был присоединен к Таллинну на правах района. Разговоры о восстановлении статуса города велись в начале 80-х годов, но то время жители побоялись лишиться снабжения, полагающегося столице союзной республики. Сегодня представить себе Таллинн без Нымме уже невозможно. Как и Нымме – без Таллинна.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1291 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

За минувшие два года обширный пустырь настолько «удачно» вписался в пространство городского центра, что начинаешь верить: он существовал тут едва ли не всегда.

Лишь название остановки идущих в Ласнамяэ автобусов хранит память о Художественной академии – сером коробчатом здании, похожем, скорее не на «храм муз», а на корпуса промышленного предприятия.

О том, что было до него, помнят лишь столичные старожилы. Но даже они не догадываются, что снесенное в 2010 году безликое строение скрывало в себе, без преувеличения, архитектурный шедевр.

Пикк и Татари 

Колыбель нынешней Художественной академии – в Старом городе.

Точнее – на улице Пикк: здесь, в стенах гильдии Святого Канута в ноябре 1914 года было создано Ревельское промышленно-художественное училище.

Собственного помещения у учебного заведения не было: занятия приходилось вести в снимаемых у «профсоюза» ремесленников комнатах. Уже через два года стало ясно, что училищу тесновато – и его руководство приступило к активным поискам.

На каком-то этапе показалось, что обучение будущих мастеров искусства можно организовать на улице Татари: издатель и журналист Август Буш, выстроивший тут пятью годами ранее пятиэтажный жилой дом, никак не мог отыскать достаточное число квартиросъемщиков.

Арендная плата, предложенная домовладельцам, оказалась, однако неподъемной. Да и создатель «дома Буша» — архитектор Карл Бурман выступил в прессе с решительным протестом: дескать, он строил именно жилые, а не учебные помещения и переоборудование их окажется нецелесообразным.

Учебная работа в гильдейском доме на улице Пикк продолжилась еще чуть более года – летом 1917 года помещения реквизировала армия. Будущим художникам и их наставникам пришла пора срочно искать себе новую крышу над головой.

Почерк Кнюпфера

Город пошел училищу навстречу – новый учебный год был начат в классах Казенной женской гимназии.

От чердачных помещений Канутской гильдии, где приходилось училищу первые три года своего существования, новое здание отличилось, словно день и ночь.

Не было в том ничего удивительного: гимназию на краю тогдашней Малой Юрьевской улицы строил один их популярнейших архитекторов Ревеля второй трети XIX века – Рудольф Отто фон Кнюпфер.

Выпускник Петербургской художественной академии, он украсил город такими, например, зданиями, как несохранившийся до наших дней первоначальный Балтийский вокзал или здравствующая и по сей день бывшая пожарная часть на площади Виру.

Даже сугубо промышленные здания – такие, например, как, производственные корпуса и резервуары Газовой фабрики на нынешнем бульваре Пыхъя Кнюпфер умудрялся выдержать в подчеркнуто «таллиннском» плитняковом стиле.

В том же духе был решен архитектором и двухэтажный дом Казенной женской гимназии – кстати, одно из первых каменных школьных зданий за стеной Старого города.

Школьный архитектор 

Пять лет художественное училище вполне довольствовалось доставшейся ему от упраздненной женской гимназии недвижимостью.

Летом 1922 года школьное здание на Малом Тартуском шоссе окружили строительные леса: газеты сообщили, что по проекту архитектора Михкельсона начинается обширная перестройка.

Известностью Кнюпфера Михкельсон в истории эстонской архитектуры похвастаться, увы, не может. А жаль: и его художественный путь от академического необарокко до рационального функционализма, и творческая биография явно заслуживают внимания.

Тынис Михкельсон родился 5 марта 1887 года в окрестностях Вильянди. Восемнадцатилетним юношей он поступил в Московское художественное училище живописи, архитектуры и ваяния, которое окончил в последний предреволюционный год.

Сложно сказать, чем именно молодой зодчий приглянулся новой российской власти, но с 1917 по 1920 год он занимал в Москве высокий пост руководителя строительных работ при Главном почтамте. Неизвестны и причины, заставившие его оптироваться в ставшую независимым государством Эстонию.

На новом месте – в Таллинне – Михкельсон тоже не бедствовал: едва ли ни сразу же по приезду он был назначен главным архитектором Министерства просвещения. Скромные школьные здания в Тапа, Хийу, Кейла, пышная, на манер кадирогского дворца, гимназия в Печорах – его работа.

Двойной успех 

Одновременно две задачи стояли перед берущимся за перестройку Художественного училища архитектором.

Во-первых – необходимо было увеличить число учебных помещений, одновременно не расширяя площадь застройки: с царских еще времен здание Казенной женской гимназии плотно обступали земельные участки частных владельцев.

Во-вторых – создать не просто очередное учебное заведение, а подлинный «храм искусства»: обитель будущих творцов новой, национальной живописи молодого государства. А так же – декоративной и монументальной скульптуры, графики, промышленного дизайна.

С обоими заданиями Михкельсон справился блестяще. Над приземистым зданием был надстроен третий, этаж. Широкие сдвоенные окна обеспечивали необходимое для художественных ателье освещение. Бывший актовый зал стал учебной типографией.

Но главный успех архитектора заключался, пожалуй, в том, что из безликого, «казенного» в худшем значении этого слова здания, ему удалось создать подлинное украшение центра столицы.

Художественная многозначность 

В начале двадцатых годов серый доломит еще не воспринимался эстонцами в качестве национального камня.

Скорее наоборот: он, излюбленный строительный материал архитекторов-остзейцев, вдохновлявшихся местной средневековой архитектурой, казался слишком «немецким» и «старомодным».

Поэтому, приступив к перестройке здания Художественного училища, Михкельсон, перво-наперво, оштукатурил серые стены. Вторым радикальным шагом было возведение над ними массивной мансардной крыши.

Она не только позволила разместить под своим изломом добрый десяток дополнительных учебных помещений, но и привносила в ландшафт таллиннский крыш отголосок не самого представленного в архитектуре города стиля – барокко.

Ломаные мансардные крыши, присущие целому ряду старинных городов Балтийского побережья от Данцига до Стокгольма почему-то не пользовались у местных бюргеров особой популярностью. И потому ничто не мешало воспринимать их как признак новой, подчеркнуто «эстонской» архитектуры.

Тон задала, похоже, крыша выстроенного еще при царе театра «Эстония». В 1921 году мансардной необарочной крышей было увенчано здание банка на углу улицы Суур-Каарья, еще через год – нынешняя XXI школа на Рауа.

Хочется верить, что в случае Художественного училища причудливо ломана крыша несла в себе явный намек на «прогрессивность» учебного заведения: все современное искусство творилось в те годы на парижских мансардах.

Впрочем, о предназначении здания недвусмысленно свидетельствовали и два массивных барельефа, помещенные на торцах ризалитов: резвящиеся на них пухлые младенцы символизировали собой изящные искусства.

Жертва функциональности 

Из испытаний Второй мировой войны здание Художественного училища вышло…победителем.

Мартовская бомбардировка 1944 года лишь перебила окна да уничтожила ряд неказистых деревянных халуп, закрывающих главный фасад здания со стороны Тартуского шоссе.

Само же здание, по счастью, осталась нетронутым. Таким оно встретило повышение статуса учебного заведения до Государственного художественного института ЭССР. Таким попало на страницы первых послевоенных путеводителей по Таллинну.

Начиная с середины шестидесятых годов, фотографии институтских зданий из посвященных городу изданий исчезают. Вероятно, уже тогда стало понятно: реконструкция, произведенная в 1965-69 годах Пеэтером Тарвасом, городской пейзаж явно не обогатила.

Конечно, площадь аудиторий, мастерских и ателье удалось увеличить до трех с половиной тысяч квадратных метров, но стремление архитектора согласовать фасады старой и новой построек привела к тому, что подчеркнуто лаконичный корпус по тогдашней улице Гонсиори буквально «проглотил» своего предшественника.

О том, что внутри здания однозначно послевоенной архитектуры «упакована» постройка двадцатых годов, в свою очередь, перестроенная из гимназии царских еще времен, догадывались, пожалуй, лишь специалисты. Да наиболее внимательные из студентов, «изнутри» определявшие, где кончается один корпус и начинается другой.

* * *

Говорят, когда два года тому назад строители приступили к сносу зданий Художественной академии, фасад работы Михкельсона-Кнюпфера на считанные часы стал различим со стороны двора.

Впрочем, возможно это – не более чем легенда. Но легенда, между тем, очень характерная: былое здание академии-института-училища заслуживает того, что бы память о нем сохранялась.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.




Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Одна из самых знаменитых работ Кристиана Акерманна - алтарь таллиннского Домского собора в реставрационных лесах во время подготовки к нынешней выставке.

Вспоминая «ревельского Фидия»: скульптор Кристиан Акерманн

Выставка работ одного из самых ярких и талантливых таллиннских мастеров скульптуры эпохи Барокко и его современников открылась в минувшую пятницу ...

Читать дальше...

«Косуля» у подножья Тоомпеа в сквере на улице Нунне – неизменная классика с 1930 года.

«Косуля» Яана Коорта – знакомая и незнакомая косуля

Одна из самых популярных у таллиннцев и гостей города скульптура появилась в городском пространстве столицы ровно девяносто лет тому назад. В ...

Читать дальше...

Здание нынешней Таллиннской музыкальной школы за минувший век не изменилось – чего нельзя сказать о его окрестностях.

Сто двадцать лет истории: особняк музыкальной школы

Запланированная реставрация вернет одному из примечательных зданий в ансамбле застройки Нарвского шоссе былой блеск, а работающей в нем Таллиннской музыкальной ...

Читать дальше...

Барон Александр фон дер Пален и служащие Балтийской железной дороги на перроне вокзала в Ревеле. Снимок 1870-ых годов.

«Балтийская железная дорога, наше выстраданное дитя»

Первый пассажирский поезд из тогдашней столицы Российской империи в нынешнюю столицу Эстонской Республики прибыл ровно сто пятьдесят лет тому назад. Перестук ...

Читать дальше...

В галерее Русского театра Эстонии, проходит юбилейная художественная выставка «Осень №55»

Автор работ, признанный у нас и далеко за рубежом, талантливый художник, Сергей Волочаев. Картины изумляют идеями, подходом и различными техниками. Представлены ...

Читать дальше...

Дом Иосифа Копфа на углу Пикк и Хобузепеа и портрет его владельца на золотой брошке.

Ревельский ювелир Иосиф Копф: золотых дел мастер

Девяносто лет назад Таллинн прощался с Иосифом Копфом - человеком, еще при жизни сумевшим стать, выражаясь современным языком, «коммерческим брендом». Георг ...

Читать дальше...

Директор Таллиннского Городского архива в 1989-1996 гг. Ю. Кивимяэ демонстрирует грамоту XV века - одну из многих, вернувшихся в родной город. Снимок из газеты «Советская Эстония».

Исток таллиннской историографии: возвращение Городского архива

Ровно тридцать лет тому назад история столицы вновь стала длиннее почти на восемь столетий: в Таллинн вернулись фонды Городского архива. Его ...

Читать дальше...

Катастрофа с девятью погибшими на Балтийском вокзале

Самая тяжелая авария в истории эстонских железных дорог произошла 40 лет назад, в первую субботу октября. Поезда приближались друг к другу ...

Читать дальше...

Как закончилась сказка про Гэдээр

Падение Берлинской стены стало в СССР шоком для многих взрослых, а для некоторых детей - первым столкновением с ложью. "Гэдээр" ...

Читать дальше...

Сто сорок лет назад городская стена Ревеля нуждалась если не в реставрации, то в консервации - как минимум.

Семь веков на страже города Таллина: летопись крепостной стены

У одного из узнаваемых символов таллиннского Старого города - солидный юбилей: с начала строительства крепостной стены вокруг средневекового ядра нынешней ...

Читать дальше...

Здание Немецкой реальной школы непосредственно после постройки.

Школа на улице Луйзе: реквием по утраченному

Здание Немецкого реального училища, некогда признававшееся идеалом и образцом для аналогичных построек, возродившееся после войны в ином облике, безвозвратно утрачено ...

Читать дальше...

Домский, он же Длинный мост на рисунке Карла Буддеуса, середина XIX века.

Тоомпеаский, Каменный, Пиритаский: мосты над водами Таллинна

Даже без учета виадуков и путепроводов, семейство таллиннских мостов – достаточно многочисленное. А главное – способное поведать о себе немало ...

Читать дальше...

Вариант развития мемориального ансамбля на Маарьямяги по версии середины шестидесятых…

Памятник двадцатому веку: ансамбль на Маарьямяги

Мемориальный комплекс на Маарьямяги давно уже стал памятником не конкретным событиям или лицам, а всему, что произошло с Эстонией на ...

Читать дальше...

Ворота в конце улицы Трепи на довоенных открытках встречаются часто, но топоним «Ныэласильм» конкретно к ним еще не применялся.

Головы, ноги, чрево и горб: анатомия таллиннских улиц.

Географические названия, щедро рассыпанные по карте Таллинна, позволяют читать ее почти как… анатомический атлас. Уподобить город человеческому организму впервые предложили пионеры ...

Читать дальше...

Портреты павших в сражении 11 сентября 1560 года горожан и старейшее изображение Таллинна на эпитафии Братства черноголовых.

Восемь столетий Таллинна: век XVI век, пора рефлексий

Непростой во всех отношениях XVI век подарил Таллинну первые портреты города и его жителей, первый памятник, а также один из ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.

Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
В старые времена для привлечения в Таллинн больше купцов, отцы города решили построить самую высокую в мире церковь. Но где найти мастера, который взялся бы за столь непростое дело? И тут неизвестно откуда появился незнакомец высокого роста, который пообещал построить такую церковь. Все бы ничего, но запросил он за свою работу столько золота, сколько во всем Таллинне не сыскать... Тогда таинственный мастер предложил следующее: он согласился построить церковь бесплатно, но только при одном условии - если горожане угадают его имя. Незнакомец строил быстро и ни с кем не разговаривал. Когда же строительство стало подходить к концу, отцы города не на шутку всполошились и решили послать шпиона, чтобы тот выведал имя незнакомца. Шпион быстро нашел дом строителя, дождался вечера и, подкравшись к окну, услышал, как мать напевала, баюкая ребенка: «Спи, мой малыш, засыпай. Скоро Олев вернется домой, с полной золота сумой». Так таллиннцы узнали имя загадочного незнакомца. И когда строитель стоял на самой верхушке церковного шпиля и устанавливал крест, кто-то из горожан окликнул его: «Олев, слышишь, Олев, а крест-то у тебя покосился!» Услышав свое имя, Олев от неожиданности потерял равновесие, рухнул с высоты наземь и разбился насмерть. И тут горожане увидели, как у него изо рта выпрыгнула лягушка, а вслед за ней выползла змея... Выходит, не обошлось здесь без помощи темных сил. Но церковь все же назвали в честь ее таинственного строителя.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!