А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет. Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От ворот Виру остались только башенки.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Когда и где начали чеканить в Таллинне монеты? Первое упоминание об этом относится к 1265 году. Древнейший монетный двор находился на Ратаскаэву, на месте современного дома № 6 (напротив ресторана “Ду-Норд”). Там чеканили те самые маленькие и тоненькие “сковородки”. Второй монетный двор возник в последней четверти ХIV века между улицами Дункри и Нигулисте. Чеканили серебряные артинги, впоследствии их стали называть шиллингами. Шиллинги наряду с пфеннигами были основными монетами, выпускавшимися в ХV - ХVIII веках на территории Эстонии. Был в Таллинне и третий монетный двор - на улице Вене. Он работал с 1422 по 1692 год. Многие монеты получили названия от изображения на лицевой стороне - аверсе - герба государства или короны сюзерена (государь). Происхождение кроны от основного значения слова - корона. И сегодня на аверсе эстонской кроны герб с тремя леопардами.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1107 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 231 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Мир таллиннских усадеб начинается прямо за чертой бывших городских укреплений – и простирается до самых административных границ современной столицы.
Начинается в самом буквальном смысле: еще каких-нибудь полтора века тому назад южный фронт нынешней площади Вабадузе составляли парки и сады «дач» ревельских бюргеров.

Краеведы подсчитали: одних только летних поместий в эпоху их «золотого века» на территории современного Таллинна насчитывалось свыше сорока. К ним следует приплюсовать городские мызы – по сути, сельскохозяйственные фермы, принадлежащие магистрату.

Часть из них сгинула без следа: лишь старинные карты, крепостные книги да пожелтевшие газетные объявления хранят их названия. Другие же живут в современном городском пространстве – названиями парков, остановок, частей города.

Овсяная слава

31 января 1992 года стартовала последняя в новейшей истории Таллинна административная реформа: бывшие районы города перекраивались в части города.

Первой из них был создана Хааберсти: топоним этот существовал с конца XVII столетия, но на данный момент влачил жалкое существование в виде названия остановки пригородных автобусов, идущих в строну Какумяэ и Раннамыйза.

Мало кто из горожан в ту пору, наверное, догадывался, что название это было географически не совсем верное. Постройки мызы Хааберсти, а точнее – Хаберстхоф, находились километра на полтора ближе к центру города: практически напротив входа в Таллиннский зоопарк.

Особыми архитектурными достоинствами двухэтажные плитняковые здания не обладали. Что и неудивительно: Хаберстхоф был городской усадьбой – отцы города сдавали его внаем всем желающим. Полученные в результате подобной коммерческой деятельности магистрата деньги шли на поддержание городские богаделен.

Начиная со второй трети XVIII века, плата за пользование мызой взималась деньгами. До того – овсом. Именно название этого злака на языке делопроизводства ревельского магистрата и дало название усадьбе: «Haber» по-нижнемецки означает «овес».

Как принадлежащая городу усадьба мыза Хааберсти просуществовала до 1933 года, после чего в постройках ее были создана квартиры. Просуществовали они чуть ли не до самого конца ХХ века, когда бывшие усадебные постройки были снесены – на их месте встали корпуса автосалона.

Где-то на его задворках сохранился лишь бывший каретник: последнее напоминание об усадьбе, которая – единственная среди аналогичных – «поделилась» своим названием с целой частью города.

Имена на слуху

Название усадьбы – понятие в топонимике не самое стабильное. Менялся ее владелец – менялось и ее имя.

Шарлоттенталь становился Наталиенхофом, Анненхоф – Мариенталем: в зависимости от того, как звали жену или дочь купившего себе «летнюю дачу» бюргера. Тем удивительнее судьба тех названий, которые смогли сохраниться через много лет и даже веков, после того, как усадьбы, которым они принадлежали, исчезли.

Одна из них – летняя мыза Луизенталь: владельцы продали принадлежавшие ей земли по частям и снесли усадебное здание уже к 1813 году. А название улицы Луйзе и по сей день красуется на карте Таллинна, ни разу не сменив его при любой власти и политическом строе.

Бывает и наоборот: парк усадьбы Левенру, основанной еще в 1653 году, сохранился относительно неплохо – равно как и часть построек. Но имя мызы было увековечено в названии расположенной поблизости троллейбусной остановки лишь в конце восьмидесятых годов прошлого века.

Некогда располагавшейся по соседству с ней усадьбе пришлось ждать и того дольше: торговый центр Мариенталь появился на улице Мустамяэ теэ лет шесть тому назад. Правда, здание знаменитой некогда летней мызы располагалось не на его месте, а на задворках нынешнего центра детского творчества Kullo.

В последние годы к процессу извлечения из забвения старинных названий таллиннских усадеб подключились и городские власти. Именно их усилиями в повседневной речи вновь можно услышать такие названия, как парки Шарлоттенталь и Цедерхельм: созданы они на землях одноименных летних мыз.

Оригиналы и копии

Услышать – хорошо. Но увидеть – всегда лучше: свой глаз, как известно – алмаз.
Где именно? Стоит задуматься.

Логика подсказывает: искать сохранившиеся здания таллиннских усадеб надо там, где их существовало больше всего — в Кристийне. В 1688 году на территории этой части города их насчитывалось целых пятнадцать – из всех двадцати трех, уже выстроенных к тому времени.

Формально пропорция это соблюдается: мало кто догадывается, но неказистое здание за зеленым забором бывшей психиатрической больницы на Пальдиском шоссе – главное здание усадьбы врача Винклера, схожая с ней постройка в начале Мустамяэ теэ – усадьба Виттенхоф, а роща между ними – парк усадьбы Бланкенхоф?

Но для того, чтобы увидеть классическую летнюю мызу периода их расцвета, лучше отправиться не в Кристийне, а в Пирита. Точнее – в Козе: именно там находится основанная в 1790 году Андреасом Кристианом Отто Кохом фон Кнюпфером «дача», подарившая название окружающей ее местности.

Скажем прямо: в наши дни мыза Козе, или, точнее, Кош, переживает не лучшие времена. В отличие от неоготической усыпальницы ее владельцев, отремонтированной городом на рубеже XX-XXI веков, главный усадебный дом и вспомогательные постройки еще дожидаются реставрации. Но дать представление об архитектурном ансамбле летней мызы зажиточного горожанина могут.

Значительно лучше сохранился облик усадебного дома мыз Шпринкталь в Тонди: по мнению ряда исследователей, свое ядро она могла сохранить от постройки XVII века. Основная коробка стен, выстроенная в XVIII столетии, читается и в бывшей усадьбе династии аптекарей Бурхардов, ныне перестроенной в офисный особняк на территории Певческого поля.

Но самая необычная, пожалуй, судьба, выпала усадьбе Фридхайм. Земли мызы были поделены уже в конце XIX века, главное здание – снесено лет сто тому назад. А в середине двадцатых годов воссоздано вновь – главнокомандующий Йохан Лайдонер решил выстроить себе виллу, напоминающую былую постройку.

Оказавшись как-нибудь на Тынисмяги, не поленитесь обойти Национальную библиотеку – дом по адресу Туви, 14b представляет собой «вольную реплику» существовавшего некогда усадебного дома…

Жертвы урбанизации

Усадьбе Фридхайм повезло. Как и усадьбе Карлсхоф: ее новый владелец, выкупивший недвижимость на обочине улицы Козе в середине девяностых годов постарался возвести новый дом в стиле его предшественника.

Другим повезло меньше. Дачная архитектура – а подавляющее большинство окружавших Таллинн летних усадеб, по сути, были предками позднейших дач – долгое время не воспринималась как нечто, достойное сохранения и изучения.

Закат таллиннских усадеб начался еще на рубеже XIX-ХХ столетий, когда многие из них оказались в черте рядовой жилой застройки. Впрочем, еще лет за сорок до того, некоторые владельцы бывших летних мыз поспешили перестроить их в промышленные предприятия.

На территории усадьбы Левенру производили уксус и красители, на мызе Луизенталь – фарфоровую посуду, на мызе Шварценбек – искусственную минеральную воду. Владелица усадьбы Бланкенталь перестроила ее в консервную фабрику, а хозяин мызы Шарлотенталь оборудовал на ней спичечную мануфактуру – третью во всей России.

Вторая половина минувшего века принесла таллиннским усадьбам новые испытания. В них оборудовали квартиры и общежития. Те, что оказывались близь воинских частей, передавались армейским ведомствам – сохранности исторической застройки все это не способствовало.
Реституция, казалось бы, дала шанс усадьбам обрести рачительных хозяев. Увы, таковыми оказались далеко не все. Именно безразличие собственника привело к гибели усадебного дома мызы Валдфрид в долине реки Пирита.

Увенчанное некогда эффектной трехэтажной башней здание вспыхнуло в 2009 году – в ту пору, когда к печати готовилось первое посвященное таллиннским усадьбам научно-популярное издание.

* * *

Взгляда, на административную карту достаточно: хотя расширившиеся за последние десятилетия границы города и включают в себя былые угодья соседних поместий, «настоящих» усадеб на территории Таллинна нет.

Ближайшие – помещичьи дома Виймси, Саку, Сауэ, Харку – до сих пор находятся под юрисдикцией соседних со столицей волостей. Станут ли бывшие баронские усадьбы «таллиннскими» и как сложится их судьба? Покажет время.

Йосеф Кац
«Столица»

 











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Бременская башня до реставрации. Фото пятидесятых годов	прошлого века.

Памятник фортификации и правосудия: байки и быль Бременской башни в Таллине

Полностью отреставрированная Бременская башня готова раскрыть перед таллиннцами и гостями города свои многочисленные секреты в самом ближайшем времени. Такого количества горожан, ...

Читать дальше...

Важня на Ратушной площади

Синий омнибус до остановки «Копли»: сегодня – юбилей таллинского муниципального автобуса

Ровно восемьдесят лет тому назад в Таллинне была пущена первая автобусная линия, принадлежащая не частному владельцу, как было принято прежде, ...

Читать дальше...

«На узком пути: кому из двух суждено сорваться в пропасть?»: противостояние капиталистов и пролетариата глазами карикатуриста таллиннского юмористического издания "Ме1е Май". 1917 год.

«Сведения о выступлении большевиков оказались вовсе не преувеличенными...»

Историческое событие, которое получило впоследствии громкое имя Великой Октябрьской социалистической революции, предки современных таллиннцев столетней давности, скорее всего, просто не ...

Читать дальше...

Линкор "Слава" в Гельсингфорсе в годы Первой Мировой войны.

Легендарный линкор «Слава»: трижды прославленный

Героическая гибель линкора «Слава» при обороне Моонзундского архипелага ровно сто лет назад — легендарная страница в истории Балтийского флота. ... Есть ...

Читать дальше...

Особенности национальной реституции: остзейские немцы и их имущество в Прибалтике

Существующий в современной ЭР порядок компенсации за утраченное жившими в стране до Второй мировой войны немцами недвижимое имущество – не ...

Читать дальше...

Построенное в 1937 году здание французского лицея на улице Харидузе - образец школьной архитектуры в духе функционализма.

Замок знаний на улице Харидузе: дом Французского лицея в Таллине

Здание таллиннского Французского лицея, на момент своего открытия — самая современная школа столицы, впервые распахнуло двери перед учениками ровно восемьдесят ...

Читать дальше...

Отель «Золотой лев» на улице Харью. Открытка начала XX века.

Геральдика, топонимика, фортификация: золотая палитра Таллинна

Золотая осень — самое время вспомнить о золотом цвете и его оттенках в городской палитре столицы. Таллинн — дитя и ...

Читать дальше...

Обложка брошюры, выпущенной к 225-летию Казанской церкви в 1946 году. Снесенная в семидесятые годы церковная ограда и погибший в 2004-м «петровский дуб» — еще присутствуют.

«В простоте своей величественная...»: Казанская церковь в Таллине, накануне трехсотлетия

Крохотная старинная церковка на обочине современной многополосной трассы — одновременно памятник архитектуры Таллинна и мемориал воинской славы Российской империи. Из сакральных ...

Читать дальше...

«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

По Виру конка ходила долгие тридцать лет, а вот на другие улицы Старого города трамвай так и не допустили.

Ратушная площадь, Козе, Пельгулинн: трамвайные планы былого Таллинна

Из многочисленных и амбициозных проектов расширения трамвайной сети Таллинна строительство ветки до аэропорта оказалось едва ли не единственным, воплощенным в ...

Читать дальше...

Капитан Петр Нилович Черкасов и канонерская лодка «Сивуч». Открытка начала XX века.

От Моонзундского архипелага до города Володарска: немеркнущая слава командира легендарного «Сивуча»

Памятник участнику обороны Моонзунда, командующему корабля, прозванного «Балтийским «Варягом», появился на родине героя благодаря Таллиннскому клубу ветеранов флота и газете ...

Читать дальше...

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Дело требует самого незамедлительного решения...»: как Таллиннская мэрия на эстонский язык переходила

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский. Давно назревшие перемены стали возможны ...

Читать дальше...

Советский павильон на Таллиннской международной выставке-ярмарке. Снимок второй половины двадцатых годов.

«Я аромата смысл постиг, узнав, что есть духи «Жиркости»: как Таллинн советской экспозиции на выставке-ярмарке дивился

Девяносто лет назад жители столицы Эстонии смогли ознакомиться с достижениями народного хозяйства соседней, но малознакомой Страны большевиков, не покидая собственного ...

Читать дальше...

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.


Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Богатство и процветание города всецело зависели от торговли, главным образом транзитной, между Западной Европой и Новгородом, а через него и другими русскими городами. 22 февраля 1346 года Таллинн получил от Ганзейского союза право складочного пункта в Новгородской торговле. Из Франции и Португалии привозили много соли. «Таллинн построен на соли» - гласит средневековая поговорка. И, действительно, только в течение одного дня, 15 июля 1442 года, в Таллинн пришло 57 кораблей с солью. Количество соли, привозимой в Таллинн, в некоторые годы превышало 1,200 млн. кг. На соль обменивалось в те времена зерно, занимавшее главное место среди товаров, которые вывозили из города. Соль по здешнему обычаю никто не имел право взвешивать на своих весах. Для этого на ратушной площади имелось специальное здание – «важня», известное с XIV века. В 1554 году в северной части площади была построена Новая важня. Это было двухэтажное здание с высокой крышей, украшенное барельефными медальонами с изображением граждан города. Здание важни погибло в 1944 году, а барельефы хранятся в музее. Место, на котором стояла важня, отмечено вымосткой – линией в два камня поперек основной вымостки площади.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!