А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Таллиннцы неоднократно обращались и к шведскому, и к русскому правительству с просьбой похоронить Де Круа. Ну вот, денег, собранных за просмотр тела де Круа набралось достаточно, чтобы рассчитаться с долгами, которые он наделал при жизни и решено было де Круа похоронить. На отпевание собралось всего несколько человек. Они думали, что последние, кто видит загадочную улыбку де Круа перед окончательным захоронением. Но судьба распорядилась иначе. После последней войны, когда восстанавливали разрушенную церковь Нигулисте, могила де Круа помешала реконструкции, и его перезахоронили. Теперь, когда вы войдете в "Концертный зал-музей Нигулисте", посмотрите внимательно на пол. Там, возле входа вы увидите большую надгробную плиту, под которой нашел свое очередное упокоение Карл-Евгений де Круа. Навсегда…
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
В старые времена для привлечения в Таллинн больше купцов, отцы города решили построить самую высокую в мире церковь. Но где найти мастера, который взялся бы за столь непростое дело? И тут неизвестно откуда появился незнакомец высокого роста, который пообещал построить такую церковь. Все бы ничего, но запросил он за свою работу столько золота, сколько во всем Таллинне не сыскать... Тогда таинственный мастер предложил следующее: он согласился построить церковь бесплатно, но только при одном условии - если горожане угадают его имя. Незнакомец строил быстро и ни с кем не разговаривал. Когда же строительство стало подходить к концу, отцы города не на шутку всполошились и решили послать шпиона, чтобы тот выведал имя незнакомца. Шпион быстро нашел дом строителя, дождался вечера и, подкравшись к окну, услышал, как мать напевала, баюкая ребенка: «Спи, мой малыш, засыпай. Скоро Олев вернется домой, с полной золота сумой». Так таллиннцы узнали имя загадочного незнакомца. И когда строитель стоял на самой верхушке церковного шпиля и устанавливал крест, кто-то из горожан окликнул его: «Олев, слышишь, Олев, а крест-то у тебя покосился!» Услышав свое имя, Олев от неожиданности потерял равновесие, рухнул с высоты наземь и разбился насмерть. И тут горожане увидели, как у него изо рта выпрыгнула лягушка, а вслед за ней выползла змея... Выходит, не обошлось здесь без помощи темных сил. Но церковь все же назвали в честь ее таинственного строителя.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1291 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Мемориальный ансамбль на холме Сыямяги был торжественно заложен восемьдесят пять лет тому назад – и открыт спустя семь десятилетий.

Таллинн – город неспешный в целом. А по темпам возведения мемориалов – особенно.

Макет довоенного мемориала на Сыямяги. Открытка конца тридцатых годов.

Сто лет отделяют момент закладки памятника Петру I от момента открытия оказавшегося, увы, недолговечным монумента.

Восемь десятилетий потребовалось на возведение памятника Свободы – причем выстроен он в конце концов был не совсем там, где планировалось. И точно – не таким, как замышлялся изначально

Мемориальный комплекс на Сыямяги логично вписывается в этот ряд. Хотя и составляет счастливое исключение: на реализацию задуманного потребовалось «всего» семьдесят лет. Причем существующий ансамбль напоминает первоначальный замысел хотя бы в общих чертах.

Война и свиньи

Топоним «Сыямяги» — очень древний. И одновременно – относительно молодой.

На картах и планах города «официальную прописку» он получил лишь в начале двадцатых годов прошлого столетия.

До того, как Таллинн стал столицей независимого государства, в ходу было иное название – «Сеамяги»: так местность на въезде в Ревель со стороны Нарвы именовали, например, в делопроизводстве городской думы.

Созвучие тут чисто фонетическое, смысл же – диаметрально противоположный. «Сыямяги» в переводе с эстонского означает «Гора войны». «Сеамяги» же — «Гора свиней».

Говорят, бароны намеренно внедряли второй вариант названия: очень уж не хотелось, чтобы народ хранил память о восстании Юрьевой ночи, вспыхнувшем в далеком 1343 году.

И хотя изгнать захватчиков со своей земли древним эстам и не удалось, остзейские немцы воспринимали события многовековой давности достаточно болезненно.

Особенно – после революционной смуты 1905 года, когда по Эстляндии и Лифляндии, словно в XIV столетии, вновь запылали мызы.

Моральная поддержка

О том, что на восточной окраине Таллинна лежит никакая не Сеамяги, а Сыямяги, где полегло в жестокой сечи готовившееся к осаде Ревеля крестьянское ополчение, вспомнили в начале двадцатых годов.

Инициатором увековечивания памяти крупнейшего антифеодального восстания на территории Средневековой Ливонии – и одновременно крупнейшего национального, антинемецкого выступления стало Эстонское культурно-историческое общество.

С соответствующим предложением ревнители эстонской старины обратились к городским властям Таллинна летом 1926 года. Идея получила самый теплый отклик – но исключительно на уровне моральной поддержки. Денег на возведение мемориала в городской казне, увы, не было.

Это, однако, не остановило членов Эстонского культурно-исторического общества: спустя год после обращения к отцам города, они решили переходить от слов к делу.

С небес

Воскресным утром 19 июня 1927 года у дверей Реальной школы на бульваре Эстонии было непривычно многолюдно.

В половине первого по улице Кентманни двинулось шествие. Под звуки школьного духового оркестра старались шагать в ногу скауты, инвалиды Освободительной войны, активисты Культурно-исторического общества.

Торжественную церемонию закладки памятника почтили своим присутствием директор управления государственным школами Оллик, генерал Уньт, советник горуправы Вейдерман. Последний сообщил о решении городских властей преобразовать местность в народный парк.

Закладка мемориала была произведена более чем эффектно: венок на место будущего монумента в буквальном смысле «упал с небес». Точнее – был сброшен с военного аэроплана точно на гранитный валун, избранный на роль символического краеугольного камня.

«После посадки семи дубов участвовавшие в акте, один за другим», прошли перед памятником, высекая молотом на пьедестале число «1343» — год гибели первых жертв», – писали на следующий день «Вести дня».

Выше Олевисте

Марши на Сыямяги патриотически настроенные таллиннцы продолжали совершать и в последующие годы, однако на том дело и застопорилось.

Лишь в 1933 году было создано общество благоустройства Сыямяги, которое взялось за организацию конкурса проектов будущего мемориального ансамбля.

На следующий год были подведены его итоги. Победителем стал проект архитектора Йохана Острата. Подкорректированный к марту 1936-го, он и по сей день завораживает масштабностью своего замысла.
На пяти гектарах должна была быть разбита площадь, способная принять до восемнадцати тысяч участников памятных церемоний. Портик с колоннами, под сенью которого должны были быть установлены урны с прахом национальных героев, огибал ее подковой.

Композиционным центром ансамбля становился вечный огонь. Точнее, целых два огня. Один – горящий у могилы Неизвестного солдата. Второй – вознесенный на высоту стотридцатиметровой башни: в ясную погоду различим он должен был быть даже с финского берега.

На вершине башни планировалось создать также снабженную лифтом смотровую площадку. Газеты писали, что речь идет о самом высоком здании во всей Эстонии – на семь метров выше колокольни Олевисте!

На реализацию амбициозных планов требовались не только средства, но и время. Потому открытие памятника решили запланировать на 1943 год – пятисотую годовщину Восстания Юрьевой ночи и битвы на Сыямяги.

Забвение

Казалось бы, все идет своим чередом: уже в 1937 году город провел на Сыямяги первую очередь работ по озеленению, задействовав от тридцати до сорока работников.

Еще в мае предшествующего года была заложена традиция посадки в будущей «Дубраве памяти» «именных» дубов: деревца тут успели посадить президент Константин Пятс, главнокомандующий Йохан Лайдонер, политик Яан Тыниссон.

Тревожным предзнаменованием стала зима 1939-40 годов: небывалые морозы погубили большую часть молодых саженцев. То, что пощадила природа, не сберегли люди: в ходе наступления на Таллинн частей вермахта в августе сорок первого дубрава сгорела почти полностью…

Отмечать пятисотлетие восстания Юрьевой ночи в оккупированной нацисткой Германии Эстонии было делом немыслимым. Но и после восстановления советской власти о строительстве «буржуазного» монумента на Сыямяги было приказано забыть.

Территория будущего мемориального ансамбля начала застраиваться гаражами и хозяйственными постройками. Незастроенное пространство покрылось безликим кустарником.

О былом замысле, кажется, напоминали лишь пылящиеся у коллекционеров открытки с проектом нереализованного монумента: выпущены они были для сбора средств еще до войны.

Второе дыхание

Мало кто догадывался, что сохранились еще два напоминания: один из посаженых в 1927 году дубов и установленный тогда же камень с датой начала восстания.

Память о них сохранил член краеведческого кружка при Таллиннском городском музее, работник треста по озеленению Карл Лаане. И не просто сохранил, но опубликовал осенью 1960 года заметку в газете Õhtuleht.

Минуло еще три года – и на Сыямяги возобновилась традиция высадки молодых дубков. Приурочивали ее к предпоследним выходным апреля: вроде, как и в рамках «коммунистических субботников», а с другой стороны – поближе к дате начала восстания.

О Сыямяги – пускай и бегло, в разделе, посвященном средневековому прошлому города – начали упоминать путеводители по Таллинну. Но вопрос о строительстве памятника не поднимался: о событиях Юрьевой ночи «по умолчанию» вспоминали в Пайде, где рыцарями были предательски убиты четыре крестьянских предводителя.

Карл Лане скончался на закате советской власти – в 1986 году. Через пять лет идея возобновления строительства заложенного во времена независимости мемориального ансамбля обрела второе дыхание.

Дуга и башня

Вновь вдохнул его в проект, о котором в начале девяностых помнили, похоже, разве что старожилы и специалисты по истории города, владелец расположенной на Сыямяги гостиницы «Susi» Юри Уппин.

Вначале появился меч: огромный, кованый, вонзенный острием в землю, он появился на Сыямяги 24 апреля 1997 года. В последний день 1999-го к нему добавилась высеченная в граните мужская голова в стилизованном солдатском шлеме – памятник всем эстонцам, павшим в войнах уходящего ХХ столетия.

Основная часть мемориала была открыта в начале февраля 2007 года: пятнадцатиколонный портик изгибается дугой не хуже, чем на довоенном проекте, а над ней возвышается башня с мемориальным огнем. Назвать его вечным, увы, невозможно: зажигается он с заходом солнца и гаснет на восходе.

Правда вышка, спроектированная архитекторами Фердинандом Мяллом и Аларом Орувеэ, оказалась на сто метров ниже своей так и нереализованной довоенной предшественницы: свет ее не различить не только из Финляндии, но и даже из центра города…

На роль «главного памятника страны», как мечтали инициаторы его сооружения восемьдесят пять лет тому назад, нынешний парк Юрьевой ночи не претендует. Хотя мог бы: замысел мемориала оригинальнее, чем приснопамятного Креста Свободы.

* * *

Оказавшись ненароком на Сыямяги, не поленитесь подойти к вонзенному в землю мечу. Камень у его основания помнит торжества 19 июня далекого 1927 года.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Одна из самых знаменитых работ Кристиана Акерманна - алтарь таллиннского Домского собора в реставрационных лесах во время подготовки к нынешней выставке.

Вспоминая «ревельского Фидия»: скульптор Кристиан Акерманн

Выставка работ одного из самых ярких и талантливых таллиннских мастеров скульптуры эпохи Барокко и его современников открылась в минувшую пятницу ...

Читать дальше...

«Косуля» у подножья Тоомпеа в сквере на улице Нунне – неизменная классика с 1930 года.

«Косуля» Яана Коорта – знакомая и незнакомая косуля

Одна из самых популярных у таллиннцев и гостей города скульптура появилась в городском пространстве столицы ровно девяносто лет тому назад. В ...

Читать дальше...

Здание нынешней Таллиннской музыкальной школы за минувший век не изменилось – чего нельзя сказать о его окрестностях.

Сто двадцать лет истории: особняк музыкальной школы

Запланированная реставрация вернет одному из примечательных зданий в ансамбле застройки Нарвского шоссе былой блеск, а работающей в нем Таллиннской музыкальной ...

Читать дальше...

Барон Александр фон дер Пален и служащие Балтийской железной дороги на перроне вокзала в Ревеле. Снимок 1870-ых годов.

«Балтийская железная дорога, наше выстраданное дитя»

Первый пассажирский поезд из тогдашней столицы Российской империи в нынешнюю столицу Эстонской Республики прибыл ровно сто пятьдесят лет тому назад. Перестук ...

Читать дальше...

В галерее Русского театра Эстонии, проходит юбилейная художественная выставка «Осень №55»

Автор работ, признанный у нас и далеко за рубежом, талантливый художник, Сергей Волочаев. Картины изумляют идеями, подходом и различными техниками. Представлены ...

Читать дальше...

Дом Иосифа Копфа на углу Пикк и Хобузепеа и портрет его владельца на золотой брошке.

Ревельский ювелир Иосиф Копф: золотых дел мастер

Девяносто лет назад Таллинн прощался с Иосифом Копфом - человеком, еще при жизни сумевшим стать, выражаясь современным языком, «коммерческим брендом». Георг ...

Читать дальше...

Директор Таллиннского Городского архива в 1989-1996 гг. Ю. Кивимяэ демонстрирует грамоту XV века - одну из многих, вернувшихся в родной город. Снимок из газеты «Советская Эстония».

Исток таллиннской историографии: возвращение Городского архива

Ровно тридцать лет тому назад история столицы вновь стала длиннее почти на восемь столетий: в Таллинн вернулись фонды Городского архива. Его ...

Читать дальше...

Катастрофа с девятью погибшими на Балтийском вокзале

Самая тяжелая авария в истории эстонских железных дорог произошла 40 лет назад, в первую субботу октября. Поезда приближались друг к другу ...

Читать дальше...

Как закончилась сказка про Гэдээр

Падение Берлинской стены стало в СССР шоком для многих взрослых, а для некоторых детей - первым столкновением с ложью. "Гэдээр" ...

Читать дальше...

Сто сорок лет назад городская стена Ревеля нуждалась если не в реставрации, то в консервации - как минимум.

Семь веков на страже города Таллина: летопись крепостной стены

У одного из узнаваемых символов таллиннского Старого города - солидный юбилей: с начала строительства крепостной стены вокруг средневекового ядра нынешней ...

Читать дальше...

Здание Немецкой реальной школы непосредственно после постройки.

Школа на улице Луйзе: реквием по утраченному

Здание Немецкого реального училища, некогда признававшееся идеалом и образцом для аналогичных построек, возродившееся после войны в ином облике, безвозвратно утрачено ...

Читать дальше...

Домский, он же Длинный мост на рисунке Карла Буддеуса, середина XIX века.

Тоомпеаский, Каменный, Пиритаский: мосты над водами Таллинна

Даже без учета виадуков и путепроводов, семейство таллиннских мостов – достаточно многочисленное. А главное – способное поведать о себе немало ...

Читать дальше...

Вариант развития мемориального ансамбля на Маарьямяги по версии середины шестидесятых…

Памятник двадцатому веку: ансамбль на Маарьямяги

Мемориальный комплекс на Маарьямяги давно уже стал памятником не конкретным событиям или лицам, а всему, что произошло с Эстонией на ...

Читать дальше...

Ворота в конце улицы Трепи на довоенных открытках встречаются часто, но топоним «Ныэласильм» конкретно к ним еще не применялся.

Головы, ноги, чрево и горб: анатомия таллиннских улиц.

Географические названия, щедро рассыпанные по карте Таллинна, позволяют читать ее почти как… анатомический атлас. Уподобить город человеческому организму впервые предложили пионеры ...

Читать дальше...

Портреты павших в сражении 11 сентября 1560 года горожан и старейшее изображение Таллинна на эпитафии Братства черноголовых.

Восемь столетий Таллинна: век XVI век, пора рефлексий

Непростой во всех отношениях XVI век подарил Таллинну первые портреты города и его жителей, первый памятник, а также один из ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Лев и орел - "царственные животное и птица" олицетворяют силу и мощь государства. Поэтому именно они в различных вариантах наиболее часто встречаются в гербах различных государств еще со времен средневековья. Не может не возникнуть вопроса, почему животных на Эстляндском гербе, называют леопардами, ведь они гораздо в большей степени похожи на львов? Да и в описаниях в одних случаях их представляют как львов, а в других - как леопардов. Нет, то не небрежность авторов и тем более не ошибка. В геральдике, в дисциплине о гербах, или даже "науке о гербах", все это четко обусловлено. Название животного зависит от его положения. Льва, стоящего на задних лапах, именуют львом. Изображают его на щите в профиль с высунутым языком и обращенным к спине концом хвоста. Лев, изображенный в щите идущим, с прямо повернутой головою, называется леопардом. Если же лев изображен в гербе идущим, но в профиль, то в соответствии с правилами геральдики перед нами леопардовый лев или лев-леопард.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!