А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Однажды в Таллинн прибыл один матрос. Он слышал, что в жилах похороненного тут карла-Евгения де Круа текла королевская кровь и вообразил, что в гробу могут быть ценные вещи. Поздним вечером матрос вошел в усыпальницу церкви Нигулисте. Свеча осветила гроб на постаменте. Матрос приподнял гробовую крышку, откинул покрывало и увидел усатое лицо де Круа с застывшей иронической улыбкой. Весть о том, что де Круа не сгнил, разлетелась сначала по Таллинну, а вскоре и по Эстонии. Всем хотелось посмотреть на это чудо. Предприимчивый церковный сторож поставил возле мумии де Круа копилку для пожертвований. И оказалось, что де Круа после смерти "зарабатывал" значительно больше, чем при жизни. Тщетно...
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев. Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29. Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе. Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии, Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца. Хук напомнил царю о запрете на посадку деревьев. Вот тогда-то Петр и наделил Хука и его наследников привилегией растить перед своим домом два дерева, чтобы они давали тень в теплые летние дни . Так и растут эти единственные на улицах Нижнего города деревья. Нынешние липы были посажены в прошлом столетии, видимо, на смену первым, высаженным при царе Петре.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Метроном
  • Blog stats
    • 1202 posts
    • 4 comments
    • 19 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 232 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Мемориальный ансамбль на холме Сыямяги был торжественно заложен восемьдесят пять лет тому назад – и открыт спустя семь десятилетий.

Таллинн – город неспешный в целом. А по темпам возведения мемориалов – особенно.

Макет довоенного мемориала на Сыямяги. Открытка конца тридцатых годов.

Сто лет отделяют момент закладки памятника Петру I от момента открытия оказавшегося, увы, недолговечным монумента.

Восемь десятилетий потребовалось на возведение памятника Свободы – причем выстроен он в конце концов был не совсем там, где планировалось. И точно – не таким, как замышлялся изначально

Мемориальный комплекс на Сыямяги логично вписывается в этот ряд. Хотя и составляет счастливое исключение: на реализацию задуманного потребовалось «всего» семьдесят лет. Причем существующий ансамбль напоминает первоначальный замысел хотя бы в общих чертах.

Война и свиньи

Топоним «Сыямяги» — очень древний. И одновременно – относительно молодой.

На картах и планах города «официальную прописку» он получил лишь в начале двадцатых годов прошлого столетия.

До того, как Таллинн стал столицей независимого государства, в ходу было иное название – «Сеамяги»: так местность на въезде в Ревель со стороны Нарвы именовали, например, в делопроизводстве городской думы.

Созвучие тут чисто фонетическое, смысл же – диаметрально противоположный. «Сыямяги» в переводе с эстонского означает «Гора войны». «Сеамяги» же — «Гора свиней».

Говорят, бароны намеренно внедряли второй вариант названия: очень уж не хотелось, чтобы народ хранил память о восстании Юрьевой ночи, вспыхнувшем в далеком 1343 году.

И хотя изгнать захватчиков со своей земли древним эстам и не удалось, остзейские немцы воспринимали события многовековой давности достаточно болезненно.

Особенно – после революционной смуты 1905 года, когда по Эстляндии и Лифляндии, словно в XIV столетии, вновь запылали мызы.

Моральная поддержка

О том, что на восточной окраине Таллинна лежит никакая не Сеамяги, а Сыямяги, где полегло в жестокой сечи готовившееся к осаде Ревеля крестьянское ополчение, вспомнили в начале двадцатых годов.

Инициатором увековечивания памяти крупнейшего антифеодального восстания на территории Средневековой Ливонии – и одновременно крупнейшего национального, антинемецкого выступления стало Эстонское культурно-историческое общество.

С соответствующим предложением ревнители эстонской старины обратились к городским властям Таллинна летом 1926 года. Идея получила самый теплый отклик – но исключительно на уровне моральной поддержки. Денег на возведение мемориала в городской казне, увы, не было.

Это, однако, не остановило членов Эстонского культурно-исторического общества: спустя год после обращения к отцам города, они решили переходить от слов к делу.

С небес

Воскресным утром 19 июня 1927 года у дверей Реальной школы на бульваре Эстонии было непривычно многолюдно.

В половине первого по улице Кентманни двинулось шествие. Под звуки школьного духового оркестра старались шагать в ногу скауты, инвалиды Освободительной войны, активисты Культурно-исторического общества.

Торжественную церемонию закладки памятника почтили своим присутствием директор управления государственным школами Оллик, генерал Уньт, советник горуправы Вейдерман. Последний сообщил о решении городских властей преобразовать местность в народный парк.

Закладка мемориала была произведена более чем эффектно: венок на место будущего монумента в буквальном смысле «упал с небес». Точнее – был сброшен с военного аэроплана точно на гранитный валун, избранный на роль символического краеугольного камня.

«После посадки семи дубов участвовавшие в акте, один за другим», прошли перед памятником, высекая молотом на пьедестале число «1343» — год гибели первых жертв», – писали на следующий день «Вести дня».

Выше Олевисте

Марши на Сыямяги патриотически настроенные таллиннцы продолжали совершать и в последующие годы, однако на том дело и застопорилось.

Лишь в 1933 году было создано общество благоустройства Сыямяги, которое взялось за организацию конкурса проектов будущего мемориального ансамбля.

На следующий год были подведены его итоги. Победителем стал проект архитектора Йохана Острата. Подкорректированный к марту 1936-го, он и по сей день завораживает масштабностью своего замысла.
На пяти гектарах должна была быть разбита площадь, способная принять до восемнадцати тысяч участников памятных церемоний. Портик с колоннами, под сенью которого должны были быть установлены урны с прахом национальных героев, огибал ее подковой.

Композиционным центром ансамбля становился вечный огонь. Точнее, целых два огня. Один – горящий у могилы Неизвестного солдата. Второй – вознесенный на высоту стотридцатиметровой башни: в ясную погоду различим он должен был быть даже с финского берега.

На вершине башни планировалось создать также снабженную лифтом смотровую площадку. Газеты писали, что речь идет о самом высоком здании во всей Эстонии – на семь метров выше колокольни Олевисте!

На реализацию амбициозных планов требовались не только средства, но и время. Потому открытие памятника решили запланировать на 1943 год – пятисотую годовщину Восстания Юрьевой ночи и битвы на Сыямяги.

Забвение

Казалось бы, все идет своим чередом: уже в 1937 году город провел на Сыямяги первую очередь работ по озеленению, задействовав от тридцати до сорока работников.

Еще в мае предшествующего года была заложена традиция посадки в будущей «Дубраве памяти» «именных» дубов: деревца тут успели посадить президент Константин Пятс, главнокомандующий Йохан Лайдонер, политик Яан Тыниссон.

Тревожным предзнаменованием стала зима 1939-40 годов: небывалые морозы погубили большую часть молодых саженцев. То, что пощадила природа, не сберегли люди: в ходе наступления на Таллинн частей вермахта в августе сорок первого дубрава сгорела почти полностью…

Отмечать пятисотлетие восстания Юрьевой ночи в оккупированной нацисткой Германии Эстонии было делом немыслимым. Но и после восстановления советской власти о строительстве «буржуазного» монумента на Сыямяги было приказано забыть.

Территория будущего мемориального ансамбля начала застраиваться гаражами и хозяйственными постройками. Незастроенное пространство покрылось безликим кустарником.

О былом замысле, кажется, напоминали лишь пылящиеся у коллекционеров открытки с проектом нереализованного монумента: выпущены они были для сбора средств еще до войны.

Второе дыхание

Мало кто догадывался, что сохранились еще два напоминания: один из посаженых в 1927 году дубов и установленный тогда же камень с датой начала восстания.

Память о них сохранил член краеведческого кружка при Таллиннском городском музее, работник треста по озеленению Карл Лаане. И не просто сохранил, но опубликовал осенью 1960 года заметку в газете Õhtuleht.

Минуло еще три года – и на Сыямяги возобновилась традиция высадки молодых дубков. Приурочивали ее к предпоследним выходным апреля: вроде, как и в рамках «коммунистических субботников», а с другой стороны – поближе к дате начала восстания.

О Сыямяги – пускай и бегло, в разделе, посвященном средневековому прошлому города – начали упоминать путеводители по Таллинну. Но вопрос о строительстве памятника не поднимался: о событиях Юрьевой ночи «по умолчанию» вспоминали в Пайде, где рыцарями были предательски убиты четыре крестьянских предводителя.

Карл Лане скончался на закате советской власти – в 1986 году. Через пять лет идея возобновления строительства заложенного во времена независимости мемориального ансамбля обрела второе дыхание.

Дуга и башня

Вновь вдохнул его в проект, о котором в начале девяностых помнили, похоже, разве что старожилы и специалисты по истории города, владелец расположенной на Сыямяги гостиницы «Susi» Юри Уппин.

Вначале появился меч: огромный, кованый, вонзенный острием в землю, он появился на Сыямяги 24 апреля 1997 года. В последний день 1999-го к нему добавилась высеченная в граните мужская голова в стилизованном солдатском шлеме – памятник всем эстонцам, павшим в войнах уходящего ХХ столетия.

Основная часть мемориала была открыта в начале февраля 2007 года: пятнадцатиколонный портик изгибается дугой не хуже, чем на довоенном проекте, а над ней возвышается башня с мемориальным огнем. Назвать его вечным, увы, невозможно: зажигается он с заходом солнца и гаснет на восходе.

Правда вышка, спроектированная архитекторами Фердинандом Мяллом и Аларом Орувеэ, оказалась на сто метров ниже своей так и нереализованной довоенной предшественницы: свет ее не различить не только из Финляндии, но и даже из центра города…

На роль «главного памятника страны», как мечтали инициаторы его сооружения восемьдесят пять лет тому назад, нынешний парк Юрьевой ночи не претендует. Хотя мог бы: замысел мемориала оригинальнее, чем приснопамятного Креста Свободы.

* * *

Оказавшись ненароком на Сыямяги, не поленитесь подойти к вонзенному в землю мечу. Камень у его основания помнит торжества 19 июня далекого 1927 года.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд

ТАЛЛИННСКИЕ ФЛЮГЕРА И КОВАНЫЕ ИЗДЕЛИЯ

В компании с опытным экскурсоводом, Татьяной, и Русским Старым Томасом! Рекомендуем взять с собой подзорную трубу или бинокль! Цена экскурсии: ...

Читать дальше...

Особняк Лютера до марта 1944 года. Видна утраченная форма венчающего башню шлема.

Былой особняк фабриканта Лютера: «Дворец счастья» на Пярнуском шоссе в Таллине.

Таллиннский дворец бракосочетания на Пярнуском шоссе — уникальный «сплав» подлинного модерна начала XX века с его удачной стилизацией, созданной без ...

Читать дальше...

Фото: Ирина Шлеева Одно из старейших жилых зданий Копли – и, одновременно, значимая веха в истории таллиннского градостроительства – оказалось под угрозой гибели.

Пятая линия, одиннадцатый дом: реквием ветерану застройки Копли в Таллине

Останется ли самый «открыточный вид» Копли с домом на 5-ой линии (слева) исключительно на фотографиях, сделанных до рокового мартовского дня ...

Читать дальше...

Таллинский розыгрыш 1 апреля 1966 года.

На страничке Фкейсбука, уважаемый Йосеф Кац рассказал, каким розыгрышем одарили журналисты газеты "Ыхтулехт", своих читателей в далеком 1966 году: Нигулисте ...

Читать дальше...

Здание кинотеатра Раху в Таллине. Основан в пятидесятых годах. Приговорен в 2007, уничтожен будет в 2019-м.

Дом бывшего кинотеатра, "Раху", (а бывших кинотеатров не бывает), приобретает перед смертию своей, естественный вид. Слетает рекламная никчемная казиношная шелухонь. ...

Читать дальше...

Позднесредневековая реконструкция утраченного оригинала карты, составленной аль-Идриси в 1154 году.

Ревель-Таллин: восемь веков точка отсчета

На государственном уровне нынешний год официально провозглашен годом эстонского языка. На уровне столичном — вполне бы мог считаться годом восьмисотлетия ...

Читать дальше...

Рыболовецкое судно, названное в честь капитана Георга Каска, до сих пор бороздит моря — хотя теперь и под иным именем.

Георг Каск, капитан и траулер: две достойные даты

Со дня рождения одного из создателей рыбной промышленности Эстонии второй половины XX века — капитана Георга Каска — пройдет в ...

Читать дальше...

Церковь Святого Духа — со времен Реформации оплот эстонского языка в немецком по духу и языку правящей элиты Ревеле конца Средневековья — начала Нового времени.

«Mynno toyuetan, nink wannun»: эстонский в средневековом Ревеле

Эстонский язык звучал в Таллинне задолго до того как летом 1919 года впервые в своей истории обрел статус государственного. День родного ...

Читать дальше...

Главный фасад здания бани на улице Вана-Каламая, 9а полвека тому назад.

Баня на улице Вана-Каламая в Таллине: Мельпомена в парилке

Старейшей из действующих и одновременно — самой красивой общественной бане Таллинна исполняется девяносто лет. Фраза «сходил в театр, заодно и помылся» ...

Читать дальше...

Празднование Дня независимости Эстонии на площади Вабадузе в 1919 году.

24 февраля 1919 года: дебют Дня независимости Эстонии

День независимости Эстонской Республики был впервые отпразднован ровно сто лет назад. Список государственных праздников Эстонской Республики День независимости открывает не столько ...

Читать дальше...

Пуск механизма ратушных часов. Фото из журнала "Pilt ja Sõna", 1957 год.

«Зоркий глаз ратушного фасада»: таллинские столичные часы номер один

Часы таллиннской ратуши сообщают точное время горожанам и гостям города вот уже более полутора столетий. Сложно даже осознать, что являются они ...

Читать дальше...

Орудие береговой батареи Морской крепости императора Петра Великого на острове Нарген (Найссаар). Снимок до 1917 года.

Морская крепость Петра Великого в Ревеле: не выученный урок истории

Ровно сто один год назад неприятелю было сдано одно из самых совершенных фортификационных сооружений на побережье Балтийского моря. Что удивительно ...

Читать дальше...

Нечетная сторона застройки бульвара Эстония накануне Второй мировой войны. Дом Рубинштейна — по центру.

Дом Рубинштейна на бульваре Эстония: утраченный акцент таллиннского «сити»

За невыразительным, если не сказать—безликим, послевоенным фасадом на нечетной стороне бульвара Эстония скрывается один из самых представительных жилых домов столицы ...

Читать дальше...

Хозяйственная постройка на мызе Харку
© SPUTNIK / ВЛАДИМИР БАРСЕГЯН

Мир эстонских мыз — скромное обаяние семейных усадеб

На автобусе вместе с группой любознательных туристов и гидом Дмитрием Унтом корреспондент Sputnik Эстония отправилась в увлекательное путешествие, чтобы заглянуть ...

Читать дальше...

© SPUTNIK / ВАДИМ АНЦУПОВ
Это руины бывших зданий в нижней части Копли, которые станут частью новых домов

Гадкий утенок Копли: вчера, сегодня, завтра самого необычного района Таллинна

Sputnik Эстония совершил путешествие в прошлое, настоящее и будущее самого колоритного и отчужденного района Таллинна, который в скором времени превратится ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Есть внешне ничем не примечательная улочка в районе Вышгорода. И даже, кажется, официального названия не имеет. Но интересна тем, что она - самая узкая в городе. Отсюда и народное название "улица пьяного рыцаря". Мол, когда рыцарь пьян настолько, что ходить не в состоянии, он мог по ней пройтись, опираясь руками за дома, находящихся с двух сторон. Однажды две дамы в пышных платьях застопорили на ней движение. Одновременно они пройти по ней не могли, а уступить одна-другой дорогу - не желали. Народу вокруг собралось - тьма! Все ругаются, а сделать ничего не могут. Один молодчик из простых людей сообразил как быть. Говорит, пусть та, что моложе уступит дорогу той, что старше. Дамы настолько перепугались, что одновременно развернулись боком и протиснулись мимо друг-друга по улице.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!
Вход |

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!