А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Большинство горожан были выходцами из деревни. Свободных крестьян тогда почти не было. Значит, город укрывал беглых крепостных. Год и один день должен был провести в городе каждый из них, чтобы получить свободу. Но, и став горожанином, бывший крепостной должен был добывать себе средства к существованию тяжелым трудом, за который платили гроши. Каждый горожанин был членом объединения (гильдии или цеха). Гильдий в городе было три, а цехов - гораздо больше, может быть, столько же, сколько и профессий. Город сохранил память о некоторых из них, так как люди одной профессии сделались слободами. Вот улица Кинга - здесь жили сапожники. На Монетной (Мюнди) - осели монетчики, на Куллассепа (золотых дел мастеров) колдовали ювелиры. Булочники, кузнецы, рыбаки - каждый жил на своей родной улице Сайа-Кяйк, Сепа, Каламая.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Среди полусотни населенных пунктов Эстонии, обладающих городским статусом, большинство возникло естественным путем – развиваясь из поселка у гавани, речной переправы, городища на неприступном холме, а позже – у разбогатевшей мызы или промышленного предприятия. И лишь один из них, пожалуй, появился по воле одного-единственного человека – отца-основателя барона Николая фон Глена. Это Нымме. И хотя вспомнить всю более чем вековую историю единственного среди столичных района с «городским прошлым» одним махом не удастся, остановиться на нескольких наиболее примечательных фактах из биографии Нымме и его основателя барона Гленна. Что надоумило Николая фон Глена, сына владельца мызы Ялгимяэ, помещика Петера фон Глена обменять плодородные земли за озером Харку на поросший сосняком склон Мустамяги – сказать сложно. В глазах современников поступок этот выглядел почти безумием.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1241 posts
    • 4 comments
    • 33 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 233 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Ревель, - город рыцарский.

Ревель, — город рыцарский.

Суур Карья

У Таллиннских улиц своеобразный юбилей — 130 лет назад в 1872 году по распоряжению генерал-губернатора Эстляндии князя С.В.Шаховского были официально зафиксированы названия улиц города на «трех местных языках»: эстонском, немецком и русском. А до того улицы не имели закрепленных документально адресов. Их заменяли имена наиболее известных домовладельцев, живших когда-либо на этих улицах, Юлиуса Гонзиора, например, или какой-нибудь заметный ориентир вроде колодца с колесом на ул.Ратаскаэву; наконец, функции улиц, таких, как Вооримехе (Извозчичья) или улица Суур-Карья (Большая Скотная). Столь неблагозвучно звучащее сегодня название до конца XVIII века было естественным и понятным, потому что по этой улице через крепостные ворота ежедневно жители прогоняли скот на пастбище у поселка Карьяаллика (Пастуший источник, сегодня район Музыкальной академии). На протяжении столетий эта одна из старейших улиц города сохраняла свое первоначальное, слегка искаженное эстонское наименование на латинском, немецком и русском языках — Karjestrate, например

Каменные крепостные ворота Карья в середине XVIII века снесли, но остались ворота в земляном валу. В 1776 году их привели в порядок, и горожане стали называть и улицу, и ворота Михайловскими, так как 29 сентября 1710 года в Михайлов день русские войска вступили через эти ворота в город. Однако такое наименование бытовало только среди немецкого и русского населения, у эстонцев название Суур-Карья оставалось неизменным.

В 1849 году снесли валы и все ворота, но еще до конца XIX века у Карьяских ворот работала водяная мельница и стояло караульное помещение. На этом месте сейчас здания Министерства культуры и прокуратуры республики с магазином «Арарат». В 1886-м напротив построили представительное здание Revaler Club (Ревельский клуб). На лестничной площадке клуба посетителей встречало изречение древнеримского писателя 2 века до н.э. Авла Геллия: «Входи — ибо тут тоже боги». Попасть в число «богов» этого элитарного мужского клуба было не так-то просто. Избранное общество играло в карты, бильярд, в подвале был кегельбан. В большом зале клуба выступали известные артисты и театральные труппы. Наконец, в этом доме одном из первых в Таллинне было электрическое освещение.

В здании, где в начале XIX века был Revaler club, в середине ХХ столетия в течение почти пяти десятилетий работал почтамт, а в последние годы Põhja Eesti Pank и сменивший его Eesti Ühispank. И снова изречение древнеримского писателя Геллия «Входи — ибо тут тоже боги» — пароль для новых «богов» нашего времени.

На фоне этих перемен последних десяти лет совершенно непотопляемым выглядит магазин «Арарат», только в отличие от прежних времен, когда было полно покупателей и не очень много бутылок стояло на полках, ныне он весь сверкает яркими этикетками сотен сортов напитков и… почти полным отсутствием покупателей. Однако держится и в отличие от всех других магазинов на улице Суур-Карья он единственный, сохранивший свой профиль. Приятно зайти в расположенное в этом же доме (№17) кафе, сменившее шумевшую многие годы скандалами выпивох «распивочную». Когда-то именно на этом месте была средневековая мельница И одно время кафе так и называлось Vesiveski (Водяная мельница). В самом же доме, где до войны размещался Eesti Rahvapank, а затем многие годы работали министерства, сначала легкой промышленности, а затем строительства, ныне находится прокуратура республики. В соседнем доме № 15 с башней многие десятилетия был магазин «Моод», пожалуй, лучший и самый большой в ту пору в Таллинне. Теперь на улице Суур-Карья пять магазинов готовой одежды.

И вот уже девять с половиной десятилетий римский воин, украшающий эту уникальную дверь, наблюдает за переменами, а они настолько существенны, что в определенной мере характеризуют изменение за последние годы функций и значения Старого города в жизни столицы Эстонии…

Вяйке Карья

Одна из тупиковых улиц в средневековом Ревеле была Вяйке-Карья. Шла она от Старого рынка до крепостной башни «Дувель», построенной в ХV столетии на южной стороне защитной стены неподалеку от несуществующих ныне городских ворот Карья. Назвали эту башню, по-видимому, по имени достопочтенного ревельского бюргера Иоханнеса Дювельснодера — владельца участка, на котором она была возведена шесть веков назад.Наверное уважаемый купец Дювельснодер очень бы расстроился, узнав о том, что через сотню лет его имя переиначили и башню стали называть «Teufel turm», а это в переводе с немецкого «Чертова башня».

Почему у вполне рядовой, хотя и достаточно мощной, похожей на Толстую Маргариту крепостной башни появилось такое пугающее наименование? Ответ прост — начиная с 1664 года в нижнем ярусе башни, где одно время находилась тюремная камера, оборудовали склад боеприпасов, в том числе и пороха. Естественно, горожанам такое соседство было не по душе, — а вдруг взорвется?

Если в ХV или ХVII столетиях нужно было найти на этой улице дом, давали, например, такой адрес: у щита. Иногда уточняли — «Дом у щита на углу улицы глиняных бань» (ул.Сауна). Но причем здесь щит? Предполагают, что на стене башни, в которой хранили порох, висел предупреждающий об опасности щит. Более обоснованно другое мнение: между современными улицами Суур-Карья, Мюйривахе и Вяйке-Карья находился квартал ремесленников, изготовлявших щиты и доспехи. Традиция называть улицы по ремеслам, которыми на них занимались, существовала во всех городах средневековой Европы, и Ревель не исключение.

ХIХ столетие внесло немало изменений в судьбы крепостных стен, башен, ворот и городских улиц. В 1857 году город перестал быть крепостью, и 11 января следующего года подписали акт о передаче всех оборонительных сооружений в ведение магистрата. После этого стены и все остальное разрушало уже не время, а люди, причем весьма энергично. Причин находилось множество, даже научно обоснованных. Одни башни грозили обвалом, другие — мешали строительству нужного дома или уличному движению. Коснулось новое время и башни «Дувель», и улицы Вяйке-Карья.

В 70-е годы ХIХ века начали подыскивать новое место для городского продуктового рынка, который не только не помещался на площади у Ратуши, но и основательно загрязнял Старый город. Когда Ревель перестал быть крепостью и были частично срыты земляные валы, засыпаны рвы и пруды у ворот, за пределами каменных стен образовались свободные площади, особенно с южной стороны бывшего оборонительного пояса. Наиболее удобным местом для размещения рынка оказался пустырь за Карьяскими воротами, к которому подходили дороги из Нарвы, Пярну и Тарту. Туда и решили перевести городской рынок. В ходе подготовки в 1882 году снесли башню «Дувель» и напротив улицы Вяйке-Карья проломали крепостную стену, открыв проход к будущему рынку.

Вот тогда и пригодилась Вяйке-Карья, связавшая самым коротким путем центр Старого города с Новым рынком, и из глухого тупика превратившаяся в оживленную торговую улицу.

В течение почти всего ХХ столетия горожане покупали на Вяйке-Карья лекарства, ткани, молоко, мясо, хозяйственные товары и кондитерские изделия. Здесь были лучшие в городе аптека, мясной и молочный магазины и очень симпатичная кондитерская в подвальчике дома № 4. Новое время внесло свои существенные коррективы в ассортимент и облик торговой улицы. Хотя здесь по-прежнему много магазинов, но ни один из них, пожалуй, кроме аптеки, не сохранил свой традиционный ассортимент.

Пикк ялг

Наверно, одно из самых удивительных и впечатляющих мест Таллинна — вид на Тоомпеа со стороны парка у его подножия. В любое время года, когда смотришь на его обрывистые склоны, которые незаметно переходят в мощные стены грозной цитадели, явственно ощущаешь дух средневековой крепости.

Мост над защитным рвом, наполненным мутной водой, приведет нас к внешним воротам в южной стене, которая окружала тогда по периметру весь холм Тоомпеа. По сторонам прямоугольной надвратной башни — два мощных пилона с декоративными нишами. Слева на площади мощная и высокая стена Малой крепости с двумя угловыми башнями и главными воротами, ведущими в замок, с подъемным мостом через широкий сухой ров и защитной надвратной башней.

XVI век. Транзитная торговля между Новгородом и городами Ганзейского союза сделала купеческий Ревель не просто форпостом и опорным пунктом ганзейских купцов, но и позволила ему проводить независимую политику, с успехом защищать свои интересы, и прежде всего в торговых делах. А взяв в свои руки всю крупную торговлю и пользуясь поддержкой Ганзы, Нижний город запретил жителям Тоомпеа вести торговлю на внешнем рынке.

Перед подъемом на Тоомпеа у холма Тынисмяги была огороженная площадка, где мясники покупали у крестьян скот. Вначале она использовалась совместно мясниками Тоомпеа и Нижнего города. Позже ее пришлось перегородить крепким деревянным забором, так как между мясниками обоих городов нередко возникали горячие споры, стычки, а иногда и кровавые побоища. В 1514 году Нижний город, к большому огорчению жителей Тоомпеа, заменил деревянный забор крепкой каменной стеной под предлогом того, что бедняки каждую зиму разбирают деревянный забор на дрова.

Если мысленно проследить направление Пикк-ялг за надвратной башней, то эта дорога пересечет более позднюю застройку и выйдет к Мере пуйестеэ в районе плавательного бассейна. Именно там в глубокой древности находилась морская гавань. Там разгружали свои товары купцы с востока и запада и по этой дороге везли их в городище эстов на высоком холме. Вторая причина — подъем устроен по принципу «правой руки». Представьте, вы — воин, штурмующий крепость по этому подъему. Крепость от вас справа, и ваша правая сторона остается незащищенной от стрел и камней, так как щит, как правило, держат левой рукой, а меч или копье — правой, взятый же в эту руку щит резко снижал боеспособность штурмующего воина.

По-видимому, городище эстов находилось там, где сейчас над Пикк-ялг высится здание с колоннадой, конечно, укрепление было построено из дерева. Когда в 1219 году рыцари датского короля Вольдемара II захватили городище, они его уничтожили и построили новую крепость на юго-западной, более пологой стороне холма. Датских рыцарей сменили сначала Немецкий, затем Ливонский военно-духовные ордена, а у подножия Тоомпеа еще в 1230 году поселились немецкие купцы и ремесленники. О том, что интересы Верхнего и Нижнего городов не совпадали, мы уже говорили, и улица Пикк-ялг — материальное выражение их борьбы, причем, не всегда мирной. Способы этой борьбы были разными, и, защищаясь от феодалов Тоомпеа, жители Нижнего города в начале подъема построили сперва деревянную надвратную башню, а в 1380 году магистр Ливонского ордена разрешил построить каменную, но при условии, что по его первому требованию ее снесут. Нет ничего более постоянного, чем временные сооружения. В отличие от почти всех остальных городских ворот, эти стоят себе вот уже седьмое столетие. По устройству самих ворот и надвратной башни видно, кто защищался и кто нападал. Вход в них со стороны Нижнего города, а амбразуры смотрят в сторону Пикк-ялг и направлены против тех, кто мог ворваться в город с Тоомпеа.

Вражда враждой, но ежедневная жизнь с ее нуждами и заботами требовала постоянной связи с внешним миром, портом, с источниками воды, с выгонами скота, с поставщиками товаров, и Пикк-ялг всегда была главной дорогой для жителей Тоомпеа.

Весивярава

Есть в Таллинне перекресток, который с полным правом можно назвать Семь углов. В этом месте к Нарвскому шоссе сходятся улицы: Уус-Садама, Вейценберга, Лидии Койдула, Келера, Юрия Вилмса и Весивярава. Название последней несколько странное, ибо переводится с эстонского — Водяные ворота, но на этой улице нет ни ворот, ни реки, ни даже канавы. И все-таки у старых наименований всегда есть причины.

Как утверждает Александр Киви, автор ставшей теперь библиографической редкостью книги «Таллиннские улицы», проходил когда-то по линии современной улицы Весивярава канал, снабжавший порт пресной водой, и, как считают специалисты, было на нем какое-то водозапорное устройство или, возможно, шлюз. Это подтверждают и первоначальные названия улицы: на немецком языке она впервые упоминается как Wasserleitungsgasse и Canalstrasse (Водопроводный переулок и Канальная улица).

В более близкое для ныне живущих время на памяти многих таллиннских старожилов проходила по этой улице по направлению к Торговому порту линия узкоколейной железной дороги. За пересечением ее с Нарвским шоссе, на углу современной улицы Уус-Садама стояло симпатичное маленькое здание из грубо отесанного дикого камня с башенкой, увенчанной куполом. По-видимому, была в этом здании железнодорожная станция. Пришло время, и узкоколейка была ликвидирована, и в сороковые годы прошлого теперь уже, ХХ столетия, каменный угловой домик стал конторой склада топлива, который располагался вдоль улицы Уус-Садама, и жители района Кадриорга, где в основном были, да и есть, деревянные дома с печным отоплением, платили там за дрова и брикет.

Склад топлива со временем закрыли, и дом на углу Нарвского шоссе и Уус-Садама долго пустовал. В семидесятые годы для создания транспортной развязки у этого перекрестка проводились работы по расширению улицы Уус-Садама и удобного выхода ее на Нарвское шоссе, необходимого для движения большегрузных машин. В ходе этих работ дом с башней снесли, но при этом появились разъяснения городских властей, что не просто снесли, а аккуратно разобрали и после завершения строительства развязки восстановят где-то поблизости, откроют в нем то ли кафе, то ли магазин. Шли годы, об этом обещании все забыли, и камни, по-видимому, давно кому-нибудь продали, а на этом месте в конце прошлого года завершили церковный долгострой — освятили храм Эстонской общины методистов.

Вернемся на Весивярава. Сегодня она какая-то необычайно тихая, и когда идешь по ней, кажется, что это не столица Эстонии, не район Кадриорга, что по ее сторонам нет престижных улиц Видеманна и Юрия Вилмса, а находишься в каком-то маленьком провинциальном городке. Возможно, это единственная таллиннская улица, на которой нет даже тротуаров, по ее сторонам от начала у Нарвского шоссе и до выхода на Лаагна теэ стоят только ветхие деревянные дома, покосившиеся заборы или дворы и сараи зданий, расположенных на улице Видеманна. Изредка проезжают автомашины. Однако на своем пути Весивярава пересекает улицы Фельмана, Видеманна и Яана Поска, проходит вдоль ограды стадиона Кадриорг со стороны тренировочных полей и завершается на углу Гонсиори у выхода последней на заглубленную магистраль Лаагна теэ, ведущую в район Ласнамяэ.

Лай

Это очень необычная улица. Прежде всего, все шесть выходящих сюда со стороны центра города переулков не имеют продолжения; на западной стороне улицы только несколько зданий сохранили готический облик, остальные перестроены или построены заново в более поздние времена; восточную же сторону образуют скромные фасады бывших хозяйственных построек, возведенных в глубине участков, начинающихся на ул. Пикк. В этих двух особенностях разгадка ее главной отличительной черты — необычной для средневекового города ширины, давшей и название — Лай (Широкая). Улица протянулась от подножия Тоомпеа до северной окраины старого Таллинна и возникла в ХIV веке.

Ни один город не мог тогда существовать без защитных сооружений, и там, где сегодня проходит ул. Лай, было первоначальное укрепление, по-видимому, земляной вал. В 1310 году западнее этого вала построили каменные стены с башнями, и со временем на месте вала возникла необычайно широкая для средневекового города улица, а к крепостным стенам из центра толщу обывательских домов прорезали проходы, по которым защитники города в случае опасности добирались до своих боевых постов на стенах и башнях. Эти проходы постепенно превратились в «тесные переулки». Дело в том, что территория Тоомпеа, где селилось местное дворянство, невелика, строить и расширять дома там было негде, и это вынудило искать места на свободных участках западной окраины Нижнего города. Так и возникла ул. Лай, застроенная с одной стороны домами дворян и богатых бюргеров, а с другой — задворками владений не менее богатых купцов с ул. Пикк. На этой улице не было зданий гильдий, не было лавок и трактиров, не было шумного движения. Солидная и тихая улица. Такой она в какой-то мере осталась и до наших дней.

Старые дома, как и старые люди, полны воспоминаний, но, как и люди, дома разные. В одних радость и горе не выходили из стен, в других память времени хранит дела и приметы.

Вот дом № 29. Здесь все напоминает о давно ушедшем времени: и островерхий фронтон, и профилированный портал входа, пожалуй, только окна разных эпох и стилей — от средневековых с мелкими переплетами до современных со сплошным стеклом. И это тоже — история. Первое упоминание об оконном стекле в Таллинне относится к 1339 г., тогда оно было небольшого размера, зеленоватое, с пузырьками воздуха, да и стоило необычайно дорого. А потому в окнах домов еще долго использовали бычьи пузыри и пергамент.

Любой дом, его устройство и облик — результат определенного уклада жизни, природных и социальных условий, исторических событий, наконец, материала. И, конечно, дом генуэзского купца не походил на жилище бюргера из ганзейского Ревеля. Как и в других домах города, по сторонам от входа в доме № 29 два больших окна, за ними главное помещение — обширная передняя, в которой и проходила жизнь купца или ремесленника, пастора или аптекаря. Здесь он работал, принимал заказчиков или покупателей, здесь пылал очаг, на котором готовили пищу, плавили воск для свечей, варили лак, обжигали глину… За передней была единственная отапливаемая жилая комната. Всю верхнюю часть дома занимали склады, товары туда поднимали через специальные люки при помощи блока. И еще одна непременная деталь Старого города — каменное крыльцо-платформа, с которой и поднимали товары. Тротуаров на улицах Ревеля не было, а вдоль улицы по обеим ее сторонам шли крылечки.

В самом конце ул. Лай у городской стены невысокое круглое здание. На стене плита с надписью «Памятник архитектуры. Конная мельница». Как ни странно, это сугубо мирное сооружение построено в ХIV веке из военных соображений. Городские мельницы были водяные, на реках и каналах за пределами крепостных стен. В случае войны и осады нужна была мельница в самом городе. После пожара в сентябре 1757 года мельница и находившийся рядом дворец Петра I сгорели. С тех пор здание используется как склад.

Люхике ялг

Эта улица появилась тогда, когда построилии церковь, а к ней- крутую пешеходную дорожку на Тоомпеа, чтобы в случае военной опасности можно было укрыться за крепкими стенами замка.

Прошло не так уж много времени, и жители поселка купцов и ремесленников, да и всего Нижнего города пожалели о том, что проложили эту тропинку на Тоомпеа. Потому что опасность исходила не только от внешних врагов, но и от феодалов Вышгорода. Достаточно сегодня не полениться подняться по одному из этих подъемов и посмотреть на устройство надвратной башни, и будет совершенно ясно: кто нападал и кто защищался, откуда и кому исходила угроза. Сохранившаяся тяжелая дубовая дверь в надвратной башне Люхике-ялг усеяна множеством кованых металлических заклепок, широкие шляпки которых обращены к Верхнему городу, а крепкий старинный замок с другой стороны. Когда-то башня имела две такие двери и кованую металлическую решетку, которую стража опускала на ночь. Не зря же крепостную стену, построенную вдоль подъема Пикк-ялг, в городе называли «стеной недоверия».

Исследователь таллиннских городских укреплений Рейн Цобель считал, что каменная надвратная башня на Люхике-ялг была построена в 1454 году на месте более старого укрепленного прохода наверху подъема. Вход в четырехэтажную башню был со стороны Сада датского короля. Ярусы соединяла каменная винтовая лестница. На первом ярусе находилось помещение арсенала, но попасть туда можно было только со второго этажа, где в полу был люк, через который опускали вниз боеприпасы, а в мирное время и узников. Здесь же, на втором этаже, находилось приспособление для подъема и спуска металлической решетки дверей башни. Третий этаж предназначался для гарнизона, а четвертый был боевым и имел бойницы для пушек и аркебуз.

К середине ХVIII столетия Ревель стал глубокой провинцией Российской империи, а надвратная башня Люхике-ялг, в свою очередь, оказалась в глубине его оборонительных сооружений, сгладились в условиях одного правового поля противоречия Тоомпеа и Нижнего города, и, естественно, башня, потеряв всякое военное значение, стала постепенно ветшать и разрушаться. В 1768 году сломали винтовую лестницу, пробили в стене отверстия для новой входной двери и семи окон. Вместе с примыкавшим хозяйственным зданием башню приспособили под жилье.

Более двух столетий жили в башне люди. После проведенной в 80-е годы минувшего, ХХ века реставрации башня Люхике-ялг обрела свой первоначальный внешний облик. Изменилась за эти годы и сама улица-лестница. Еще относительно недавно запущенная, с давно не крашенными домами, выщербленными ступенями и покосившимися перилами, с открытым проходным подъездом, через который можно было попасть на Пикк-ялг, сегодня улица вычищена и выкрашена, а дома вдоль подъема отремонтированы по евронормам. Если раньше здесь были только жилые дома с неблагоустроенными квартирами и сама улица служила проходом на Тоомпеа, излюбленным местом многочисленных туристов, особенно фотолюбителей, то сегодня Люхике-ялг вполне деловая улица с музеем, художественными галереями, магазинами, пивным баром и, конечно, конторами.

Внизу, в доме на углу улиц Рюйтли и Люхике-ялг, уже с 1541 года жили люди. В 80-е годы ХХ века старинное здание было отреставрировано в стиле барокко, и в 1983 году в нем открыли музей выдающегося эстонского живописца и прикладника Адамсона-Эрика, который с одинаковым мастерством творил во всех видах изобразительного исскуства. Здесь экспонированы картины, изделия из кожи и металла, роспись по фарфору, мебель, ковры. Красочные, жизнерадостные произведения Адамсона-Эрика выставлены на двух этажах этого необычного музея одного мастера.

За воротами, что ведут в Сад датского короля, пивной бар «Кунинга-ялг». В «Королевской ноге» не был, закуска к пиву за 80 крон мне явно не по карману. Когда-то на месте бара были сараи для дров горожан, живших в башне Люхике-ялг, вход в которую напротив. После реставрации в ней находятся небольшой зал и репетиционные помещения ансамбля «Хортус Музикус» и камерного хора филармонии.

Пикк

В 70-е годы прошлого века группа эстонских искусствоведов и архитекторов создала проект регенерации старого Таллинна. Была проведена огромная работа по исследованию истории всех городских строений, определены их ценность и физическое состояние, продуманы варианты использования зданий в современных условиях. Основная идея регенерации (возрождения) предопределила концепцию проекта: Старый город нельзя превратить в музей, сити или чисто торгово-развлекательный центр. Он должен сохранить свой средневековый облик и быть жизнеспособным — в нем должны жить люди, работать театры, музеи, магазины, рестораны и много кафе. Он по-прежнему должен оставаться композиционным центром столицы Эстонии, ее своеобразной «главной улицей».

Улица Пикк- одна из самых длинных улиц Старого города (753 метра).

Как говорят старые названия улицы, в Средние века она была важной дорогой, соединявшей гавань с центром города, поэтому многие здания на улице являлись амбарами. Некоторые из них сохранили свой первоначальный вид до наших дней.
В советское время улица Пикк приобрела плохую славу: на улице обосновались подразделения КГБ, а башня церкви Святого Олафа использовалась КГБ для подавления сигналов финского телевидения.

Всего на улице Пикк расположились 73 здания, многие из которых являются историческими постройками. На улице также находятся иностранные посольства, рестораны и магазины.

Дом на углу ул. Ратаскаэву — кто из деловых людей и гостей города не помнит «Десятиминутки». Может быть, единственного в Таллинне места, где можно было перекусить до работы и в перерыв действительно за 10 минут. И хотя тамошние котлеты, бульон и блины особой изысканностью не отличались, они были вполне приемлемы и по вкусу, а главное — по цене. Сейчас после капитального ремонта в здании на углу очередная, Бог знает какая по счету, аптека.

Наискосок, в доме № 4 был молочный бар. Старожилы помнят столы с полочкой посередине, на которой стояли бутылки с молоком и кефиром, баночки со сметаной, тарелки с булочками и пирожными. У официанток можно было заказать сосиски, каши, кофе, чай. Расчет после еды — на честность посетителей. Сегодня — после смены нескольких магазинов с дорогими товарами — здесь продают трикотаж.

Как и все таллиннские кафе, расположенный на другой стороне улицы «Пярл» имел своих посетителей. Здесь любили собираться пожилые дамы, заказать кофе, горячую сдобу и «карманчики», пекарня была в подвале под залом кафе, а в угловом помещении купить с собой к домашнему чаю пирожные, торты и вкуснейшее печенье «валери». И уж обязательно заходили по утрам в «Пярл» приехавшие на поездах гости города полакомиться горячей сдобой и взбитыми сливками… Что там теперь? Вначале изменился запах: если раньше пахло сдобой и ванилью, то потом — мясом, уксусом и дымом. В помещениях бывшего кафе работали гриль-бар «Мексикана» и пицца-бар «Американа», но и они вскоре исчезли, и сегодня угловое помещение занимает магазин кухонной керамики, а в остальных — пивной бар «24». В соседнем доме № 5 вместо книжного — магазин, где продают прекрасное, но о-очень дорогое богемское стекло. Когда в доме № 9 открылся большой магазин объединения мастеров эстонского прикладного искусства «Уку», редкий прохожий не заходил туда посмотреть, а то и купить изделия из шерсти, дерева, кожи, металла, ткани. Теперь здесь магазин поделок под антиквариат.

Кардинально изменились дома на нечетной стороне улицы, здесь подряд вместо жилых квартир на первых этажах разместились рестораны и пивные бары.

История дома № 29 связана с зарождением первых художественных школ Эстонии — здесь в начале прошлого века находилась студия-ателье художника А.Лайкмаа. Долгое время в здании работала булочная, теперь дом пуст.

Взято на: olelukoe.ee
olelukoe.ee — один из ведущих туроператоров нашего города.










Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд

Раскрыт секрет двери Бременской башни в Таллинне. Оказалось, что ей 600 лет!

Результаты исследования показали, что внутренняя дверь таллиннской Бременской башни была изготовлена, вероятнее всего, в конце XIV – начале XV века. ...

Читать дальше...

Взгляд Славы Тозика на Таллинскую весну 2020!

Взгляд Славы Тозика на Таллинскую весну 2020! Подборка фотографий отличного таллинского фотографа. Зима. Весна. Короновирус. 2019. 2020.

Читать дальше...

20 марта. Коронавирус гуляет по Таллину

Фотографии Олега Беседина. 20.03.2020. Пустой Таллин. Минимальное количество людей. Магазины и рестораны закрыты. Лишь цветы можно купить как и раньше... ...

Читать дальше...

Средневековые росписи в доме на улице Сауна продолжают хранить тайну

В Старом городе каждый дом уникален, над каждым поработали не только строители, но и неумолимое время. Но кто написал загадочные ...

Читать дальше...

Тот же ракурс в наши – излюбленный объект открыточных фотоснимков.

Переулок Катарийна кяйк в Таллине, знакомый и незнакомый

Отмеченный в народном календаре под датой 25 ноября Кадрипяэв или Катаринин день – повод прогуляться по едва ли не самой ...

Читать дальше...

Перевозка экспонатов будущего Художественного музея в Екатерининский дворец Кадриорга. Зима 1921 года.

Век служения искусству: сто лет Художественному музею Таллина

У Эстонского художественного музея – славный и солидный юбилей: в минувшее воскресенье ему исполнилось ровно сто лет. От какого именно события ...

Читать дальше...

Таллиннская реклама фильма «Поющий шут».
Фото: dea.nlib.ee

Шут, запевший с экрана: как Таллинн звуковое кино смотрел

Ровно девяносто лет тому назад – в начале ноября 1929 года – таллиннцы увидели невиданное и услышали неслыханное: изображение на ...

Читать дальше...

Лучше всего масштабность и фортификационная суть бывшей Батарейной тюрьмы заметна с высоты птичьего полёта - как на аэросъемке самого конца ХХ века.

Крепость в Рыбном ряду: юбилей таллинской «Батареи»

В Каламая, на морском побережье, сохранился один из уникальных для Таллинна памятников фортификационной архитектуры позапрошлого столетия – бывшие форт, казарма, ...

Читать дальше...

Тридцать лет назад, Астрид Линдгрен можно было запросто встретить в Ыйсмяэ.

Волшебница из Швеции: Астрид Линдгрен в Таллинне

Тридцать лет тому назад на таллиннских улицах можно было встретить живую легенду современной детской литературы: в начале сентября 1989 года ...

Читать дальше...

В оформлении обёрток конфет фабрики Гиновкера использовался и классический силуэт Таллина с моря.

Позабытая сладость воспоминаний: кондитерская фабрика «Гиновкер и Ко»

Стопятилетие Лео Гиновкера – старейшего жителя Кесклинна – и одного из старейших жителей столицы, равно как и всей Эстонии – ...

Читать дальше...

Теннисные площадки на краю бульвара Каарли очень скоро стали местной достопримечательностью и еще до Первой мировой войны попали на ревельские открытки.

Спортклуб у подножья бастиона: теннис в центре столицы

Съемки шпионской киноленты на десяток дней вернули Таллинну копию утраченной постройки и оживили воспоминания о примечательной странице в истории столичного ...

Читать дальше...

Кинотеатр «Линдакиви» в день своего открытия. Фото из газеты «Вечерний Таллинн».

От кинотеатра – к центру культуры: три десятилетия «Линдакиви»

Когда именно имя Линда вошло в обиход жителей Таллинна – сказать сложно. Во всяком случае – не ранее выхода в ...

Читать дальше...

Главный фасад Таллиннского дома мебели непосредственно после открытия.

Прощание с легендой: памятный многим таллиннцам Дом мебели чуть-чуть не дожил до 40-летнего юбилея

Памятный многим таллиннцам и, без преувеличения, легендарный мебельный магазин радикально меняет профиль – чуть-чуть не дожив до сорокалетнего своего юбилея. Потребительские ...

Читать дальше...

Адмиралтейский канал — прямой предшественник Адмиралтейского бассейна на открытке начала XX столетия.

Канал, бассейн, гавань: след ревельского адмиралтейства

Память об одном из первых промышленных предприятий Таллинна периода раннего Нового времени по сей день считывается в городском пейзаже и ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Первые уличные фонари появились в Таллинне в 1710 году - они висели посреди улиц на веревках. И зажигались только в приезд важных вельмож или в большие праздники.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!