Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Почему башня носит такое интересное название «Кик-ин-де-Кек» - "Загляни в кухню"? Один средневековый воин служил в этой башне, а его работа заключалась в том, что он был дозорный. Он смотрел, как бы враги не приблизились к городу. Однажды случилось так, что он задержался наверху башни, ему было холодно, он хотел есть. А в это время его жена готовила ужин . Их дом располагался неподалеку от башни. Мужчина ходил, наблюдал... и... и посмотрел вниз и увидел, что вся кухня его жены просматривается сверху. Он увидел, что жена готовила ему на ужин. Когда он сдал пост и вернулся домой, то сразу сказал жене, что она приготовила ему. Женщина очень растерялась и удивилась, ведь муж угадал. А мужчина заявил, что он теперь всегда будет знать, что жена ему готовит, что у него открылся такой дар... что жена не сможет ничем его удивить. Но он не рассказал жене, откуда он знает, что она стряпала ему поесть. Так и повелось... жена проявляла все свои кулинарные таланты, готовила всевозможные деликатесы и необычные блюда. И каждый раз, муж, приходя домой, заявлял жене, что он знает, что будет на обед или ужин. И называл это блюдо своей жене. Женщина потеряла покой. С тех пор башня так и называется - "Загляни в кухню" или «Окно в кухню».
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
На большом гербе Эстонской Республики, на золотом фоне исполненного в стиле барокко щита, изображены три льва-леопарда синего цвета с языками красного цвета и глазами серебряного цвета, которые идут, если смотреть со стороны щита, направо, устремив взоры на зрителя. С трех сторон щит окаймлен венком из двух скрещенных дубовых веток золотистого цвета. Основой герба Эстонии стал датский герб XIII столетия. Этот герб вместе с флагом передал Таллину король Вольдемар II в 1219 году. Официально герб утвердили в 1925 году. На сохранившейся наиболее ранней печати Таллина, относящейся к 1277 году, изображены три идущих коронованных леопарда с головами в анфас на треугольном гербовом щите. Леопарды были синими, располагались они на золотом поле.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1357 posts
    • 0 comments
    • 39 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 238 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Одна из самых ярких, примечательных, но, увы, недолговечных газет русского Ревеля начала выходить ровно век тому назад.

Парадоксальным и небывало урожайным выдался 1912 года на ниве местной русской журналистики.

Выходящие вот уж двадцать первый год «Ревельские известия» решили сменить имидж консервативного полуофициоза на рупор националистов.

Продержался он недолго: в конце лета издание вернулось к прежнему, умеренному, курсу, а покинувший его редактор И.Тарунцев возглавил новорожденный «Ревельский вестник».

В сентябре стало известно, что некий коллежский регистратор Я.Плуг намерен издавать в Ревеле газету «Посредник» на трех местных языках – русском, эстонском и немецком – разом.

Намерение по каким-то причинам осталось нереализованным. Но уже 16 (29) октября из типографии вышел первый номер «Ревельского листка» — третьей появившейся в городе за минувший год русскоязычной газеты.

Никто!

Герой одного из опубликованных «Ревельским листком» фельетонов рассказывал
о «необычайном происшествии», свидетелем которого ему довелось оказаться.

Суть происшествия заключалась в следующем: толпа горожан на нынешней улице Виру вела себя настолько возбужденно, что можно было заподозрить что-то неладное — то ли пожар, то ли столкновение извозчика с вагоном конки.

При ближайшем рассмотрении выяснилось: местная публика всего-навсего осаждает газетчика, получившего свежие номера столичных газет прямиком из почтового вагона петербургского поезда. «Это странно: живут в Ревеле, а о Петербурге так заботятся, словно здесь только часы проводят», – отмечал фельетонист.

Поинтересовавшись у стоящего поблизости горожанина о том, кто же, в таком случае, интересуется в Ревеле местной общественной жизнью, журналист получил недружелюбный, но краткий ответ: «никто!»

Обильный материал 

Журналист сгустил краски: раздел местной жизни имелся на страницах как «Ревельских известий», так и «Ревельского вестника».

Другое дело, что большинство публикаций этого раздела носило характер сухой репортерской хроники. Кроме того, одним из «беспроигрышных» козырей накануне предстоящих в 1912 году выборов в Государственную думу оказался национальный фактор.

В итоге жизнь горожан-остзейцев почти полностью сгинула с полос русской прессы. С лидерами эстонской фракции городского самоуправления оба издания начали горячую перепалку. А педалирование «еврейского вопроса» приняло откровенно карикатурные формы: даже в сообщении о гибели «Титаника» не обошлось без антисемитских ноток.

Отказ от подобных настроений новая газета декларировала в первом же номере. «Редакция нашла и для себя работу, желая сделать свое издание отражением тех общественных нужд, тех городских потребностей и тех законных стремлений ревельцев, которые общи всему городскому населению, без отношения к племенному составу жителей» — провозглашал «Ревельский листок».

Свое кредо «Ревельский листок» сформулировал четко: освещать, примирять и объединять интересы «всех трех населяющих город национальностей». «Ревель способен дать для этого самый обильный материал», – была уверена редакция.

Поразительные мнения

Появление издания, тональность и направленность которого резко отличалась от «мейнстрима» местной русской журналистики, вероятно, послужило поводом для слухов.

«От местных Добчинских, Бобчинских и Загорецких можно было услыхать поразительные мнения, – иронизировал по поводу домыслов «Ревельский листок». – Одни говорили, что издатель был прислан с тайной целью в Ревель берлинскими немцами, а по мнению некоторых – даже венскими.

Некоторые находили какую-то связь между этой газетой и посещением Ревеля английской эскадрою. Иные горячо настаивали, что тут каверза кадетской партии. Конечно, не были забыты и японцы; добрались и до Турции, которая имела расчет действовать на Россию с тыла и тем предупредить военную помощь балканским славянам».

Ничего секретного в предыстории «Ревельского листка», между тем, не было. Еще весной как эстонские, так и русские издания опубликовали краткую заметку: «ямбургский обыватель» Альфред Липпо ходатайствует о предоставлении ему права издания в Ревеле газеты.

Но успехом газета была обязана не ему — «редактору-издателю», занимавшему административную должность. А автору, публиковавшемуся под псевдонимами «М.П.Тиханов», «Амикус» и даже – «Архип Дуда».

Прогулки с Маниловым 

То, что литературная биография популярного в середине ХХ века прозаика Ивана Соколова-Микитова началась в Ревеле, литературоведам известно.

Каким было начало пути – известно значительно меньше: в своей биографии писатель упоминал лишь работу в «маленькой газетке «Ревельские известия» — скромно умалчивая о том, что всё издание практически держалось на нем.

Где, когда и при каких обстоятельствах двадцатилетний Соколов-Микитов познакомился с Липпо – неясно. Скорее всего, произошло это на берегах Невы, где учащийся сельскохозяйственных курсов куда прилежнее лекций посещал петербургские литературные кружки.

Не просто знакомство, а ощущение самого духа классики русской литературы сквозит в фельетонах, публиковавшихся в «Ревельском листке» из номера в номер. Недаром в первом же номере были помянуты сплетники из гоголевского «Ревизора» и пустозвон из грибоедовского «Горя от ума»!

«Сквозным героем» ряда публикаций становится Манилов: фантазия молодого журналиста заставляет его заложить поместье в Крестьянском банке, перебраться в Ревель, определить сыновей в нынешнюю Гимназию Густава-Адольфа, бродить по городу и восхищаться прожектами городских властей.

Город необычайностей

«Коль ни зима, ни осень, ни весна, ни лето – знай, милый мой, что город Ревель это. Город всяких необычайностей, случайностей, крайностей. Где все бывает ни так, ни сяк, лишь считается неизменно-желанным пиво «Сакъ»…

Это – цитата еще одного «фаворита» редакции «Ревельских известий» — «балаганного деда Архипа Дуды», размером раешного стиха рассказывающего о реалиях ревельской повседневности столетней давности.

Иногда роль повествователя отводится «замоскворецкому купцу, физиономисту по совместительству», приехавшему в Эстляндию по коммерческим делам и регулярно сообщающему об увиденном на чужбине в письмах к супруге.

«Город старинный, грязный и смахивает на склеп, который не открывали сотни лет, – пишет от лица персонажа Соколов-Микитов. – Признаюсь, что мне, родившемуся на вольной, радостной Волге, где у каждого душа нараспашку, тяжело дается привыкание к Ревелю».

Справедливости ради необходимо добавить, что редакция «Ревельского листка» стремилась не только развлекать читателя изящными литературными формами, но и поднимала достаточно болезненную проблематику.

В частности – привлекала внимание к нуждам «пришлого русского населения», устремившегося в Ревель на строительство укреплений Морской крепости Петра Великого. Или же – к нежеланию вводить в школах уроки эстонского.

А полицейским, ревностно следящим за соблюдением запрета на торговлю в продуктовых лавках по выходным, но закрывающим глаза на продажу в них самогона, издание посвятило карикатуру – вероятно, первую в местной русской прессе.

* * *

Результаты муниципальных выборов 1913 года «Ревельский листок» приветствовал оптимистичным прогнозом.

«Русские и эстонцы соединены общими интересами политической деятельности, и эти общие интересы постепенно уничтожают тот тормоз, который стоит на пути их прогресса в целях цивилизации и культуры местного края», – писало издание.

Увы, поучаствовать в уничтожении барьеров межнационального взаимодействия самой газете больше не пришлось: пятьдесят первый номер «Ревельского листка», вышедший 1 апреля 1913 года, стал последним.

Единственная строчка в автобиографии подзабытого писателя и единственный номер издания, сохранившийся в библиотечных собраниях Эстонской Республики, — таков финал существования «Ревельского листка». Даже библиофилы путают его порой с «тезкой» — одноименной газетой, выходившей в Ревеле в 1879 году.

По счастью, полная подшивка «Ревельского листка» сохранилась в Российской национальной библиотеке – в городе, откуда в сто лет тому назад приехал, возможно, самый яркий журналист дореволюционного Ревеля.

Есть в этом факте нечто символическое. Найдется ли новый Соколов-Микитов, чтобы достойно отразить жизнь города на страницах современных русскоязычных СМИ Эстонии?

Йосеф Кац
«Столица»










Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд

Неравнодушные таллинцы, и гости из Дании, отметили День Начала строительства города в Саду Датского Короля, Вальдемара Второго-Победителя! В этом году праздник проводится ...

Читать дальше...

Строительство станции в Ласнамяэ. 1929 год.Фото: Эстонский государственный архив

Как радиовышка в Ласнамяэ боролась с фашистской Италией

Строительство станции в Ласнамяэ. 1929 год. Как радиосигнал попадает в наши приемники? Сегодня мы все реже пользуемся FM-частотами, слушая любимую радиостанцию ...

Читать дальше...

Церковь Олевисте

Легенды церкви Олевисте (Святого Олафа), в Таллине

Когда-то башня церкви Олевисте была самой высокой в Европе. Градоправители Ревеля (так до 1919 года назвался Таллин) приказали построить башню-маяк, ...

Читать дальше...

Подземная Башня

Путешествие по этажам «Подземной башни»

«Подземная башня» - литературный дебют Вене Тоомаса - погружает читателя в седую старину и недалекое прошлое Таллинна, позволяя увидеть город ...

Читать дальше...

Часовня СЗА на кладбище в Копли 25 октября 1936 года.

Возвращение памяти: часовня Северо-Западной армии в таллинском районе Копли

Одна из достопримечательностей Пыхья-Таллинна и памятник русскому прошлому столицы, утраченный в послевоенные годы, начинает свое возвращение к таллиннцам. До начала нынешнего ...

Читать дальше...

Открытие часовни на братской могиле воинов СЗА в 1936 году. Современная колоризация исторического фото.

«Это — не забытые могилы»: некрополь Северо-Западной армии на кладбище в Копли

Часовня-памятник воинам северо-западникам, восстановление которой началось в Копли на позапрошлой неделе – часть утраченного мемориального ансамбля, формировавшегося на протяжение полутора ...

Читать дальше...

Брошюра, рекламирующая свечи производства Flora. 1960-е годы.

Свет живой и неизменный: свечные истории Таллинна

Название, которое носит начинающийся месяц в эстонском народном календаре, позволяет взглянуть на дальнее и недалекое прошлое Таллинна в дрожащем свете ...

Читать дальше...

В зале Таллиннской городской электростанции. 1938 год.

«Особенно дорого электричество в Таллинне, Нарве и Нымме...»

Вынесенная в заголовок фраза вовсе не позаимствована из современных СМИ: неприятные сюрпризы ежемесячный счет за свет приносил, случалось, и в ...

Читать дальше...

Общежитие на Акадеэмиа теэ, 7 – первый многоэтажный жилой дом Мустамяэ в начале шестидесятых годов.

«Дом с негаснущими окнами»: самый первый в Таллинском Мустамяэ

Современная история Мустамяэ началась ровно шестьдесят лет тому назад: в январе 1962 года в первый многоэтажный дом нынешней части города ...

Читать дальше...

Узнаваемая панорама таллиннских крыш на заставке номера газеты «Waba Maa» от 24.12.1930.

Поздравления с первой полосы: праздничный наряд газетных номеров

Для того, чтобы узнать о приближении зимних праздников, жителю былого Таллинна не было нужды заглядывать в календарь: вполне хватало бросить ...

Читать дальше...

«Нам, Каурый, за ними все равно не угнаться, так хоть отставать не станем»:
прежние и современные методы уборки снега на карикатуре Э.Вальтера. 
Газета «Õhtuleht», 1951 год.

От лопат до стальных «лап»: арсенал таллиннских снегоборцев

Уборка таллиннских улиц от снега и наледи – как вручную, так и с помощью разного рода специальных приспособлений и машин ...

Читать дальше...

Таким видел застройку площади Вабадузе между Пярнуским шоссе и улицей Роозикрантси архитектор Бертель Лильеквист. Рисунок из хельсинской газеты Huvudstadtsblatter, 1912 год.

Таллинн, построенный финнами: северный акцент портрета города

Шестое декабря – День независимости Финляндии – самая подходящая дата вспомнить о вкладе северных соседей в архитектурный облик Таллинна. Не много ...

Читать дальше...

В руках деревянного воина, как и прежде, – меч и копье, под ногами – полевой цветок.
Фото: Йосеф Кац

Кривой меч и копье с вымпелом: амуниция для деревянного воина

Один из шедевров прикладной скульптуры эпохи барокко и герой сразу нескольких современных гидовских баек вновь предстал перед горожанами практически в ...

Читать дальше...

Подводная лодка «М-200» (у пирса) и однотипная с ней «М-201» после перевода на Балтику. 1945 год.

«Курск» Балтийского флота: жертвы и герои подлодки «Месть»

Шестьдесят пять лет тому назад у самых берегов Эстонии разыгралась трагедия, соизмеримая по драматизму с гибелью российской подводной лодки «Курск». Увидав ...

Читать дальше...

Паровоз-памятник во дворе Таллиннской транспортной школы, фото 2015 года.

«Кч 4» со двора на ул. Техника: прощание с паровозом-памятником

В конце минувшего месяца Таллинн лишился частицы своей транспортной истории: локомотив-памятник, стоявший перед историческим зданием железнодорожного училища на улице Техника, ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.




Между прочим…
Когда-то в Старом рыбном порту жила бедная вдова-рыбачка, чьей единственной радостью был сын Тоомас. Как и все мальчишки, он усердно упражнялся в стрельбе из лука. С нетерпением мальчик ждал ежегодных состязаний лучников, проходивших перед Большими Морскими воротами, в Попугаевом саду. На высоком шесте устанавливали деревянного попугая, и тому, кому удавалось сбить птицу, присуждался серебряный кубок Большой гильдии. Однажды Тоомас оказался в Попугаевом саду перед самым началом состязаний. Он слыл лучшим стрелком среди сверстников и ничтоже сумняшеся, пустил стрелу в деревянного попугая. Выстрел оказался метким, цель была сбита. Но вместо кубка и почетного звания "Короля стрелков" мальчика наградили оплеухами и заставили водрузить попугая обратно на шест, ибо уже приближалась процессия взрослых лучников. О том, что случилось перед состязаниями, узнал вскоре весь город. Мать Тоомаса боялась, что мальчика накажут. А получилось наоборот: старейшина Большой гильдии вызвал Тоомаса и предложил ему поступить учеником в городскую стражу. Это предложение обрадовало и мать, и сына - ведь гильдия одевала и кормила стражу. Тоомас с годами подрос, принял участие в боях Ливонской войны, за храбрость получил звание знаменосца. Все звали его в городе Старым Томасом. Так как он носил длинные усы и был одет так же, как фигурка воина на флюгере Ратуши, горожане прозвали флюгер его именем - Старым Тоомасом.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!