Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Лев и орел - "царственные животное и птица" олицетворяют силу и мощь государства. Поэтому именно они в различных вариантах наиболее часто встречаются в гербах различных государств еще со времен средневековья. Не может не возникнуть вопроса, почему животных на Эстляндском гербе, называют леопардами, ведь они гораздо в большей степени похожи на львов? Да и в описаниях в одних случаях их представляют как львов, а в других - как леопардов. Нет, то не небрежность авторов и тем более не ошибка. В геральдике, в дисциплине о гербах, или даже "науке о гербах", все это четко обусловлено. Название животного зависит от его положения. Льва, стоящего на задних лапах, именуют львом. Изображают его на щите в профиль с высунутым языком и обращенным к спине концом хвоста. Лев, изображенный в щите идущим, с прямо повернутой головою, называется леопардом. Если же лев изображен в гербе идущим, но в профиль, то в соответствии с правилами геральдики перед нами леопардовый лев или лев-леопард.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Средневековый Таллин жил торговлей солью. Лодочники перевозили ее с кораблей к причалу, грузчики перегружали ее, весовщики взвешивали и определяли качество, купцы и лавочники продавали оптом и в розницу, возчики везли ее дальше - в провинцию и в соседние земли. Позднее город перешел на торговлю хлопком-сырцом.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1356 posts
    • 0 comments
    • 39 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 238 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Встреча с призраками, разговор архитектурных памятников и путешествие за несметными сокрови­щами — всё это предлага­ет Таллинн в ночь с 31 де­кабря на 1 января.

 

Автовладелец, припарковавший свою машину в укромном закутке двора церкви Олевисте, вероятно, и не догадывается, что замурованная арка по соседству — врата в полное сокровищ подземелье, которые открываются в новогоднюю полночь.

Автовладелец, припарковавший свою машину в укромном закутке двора церкви Олевисте, вероятно, и не догадывается, что замурованная арка по соседству — врата в полное сокровищ подземелье, которые открываются в новогоднюю полночь.

Новый год в Таллинне — праздник относительно «молодой»: вплоть до середины минувшего столетия по своему масштабу он значительно уступал Рождеству.

Но творцов городского фольклора, того, что принято называть «современ­ным» или даже «авторским», магия смены календарной даты привлекала неизменно.

Рожденные литераторами и жур­налистами легенды стали по большей части достоянием истории. Но вполне ли заслужено?

Диалоги с водяным

«Когда новогодней полночи весь Таллинн дожидался,

Один молодой ремесленник на улице замечтался…»

Опубликованная в 1947 году поэма Деборы Вааранди «Старец из Юлемисте и юный градостроитель», несмотря на вполне сказочный зачин, повествует не о седой старине, а о будущем — ско­ром и светлом: о реализации генплана развития столицы ЭССР.

«Презентацию» зарифмованного градостроительного документа поэтес­са «поручила» ученику строительного ПТУ А в собеседники ему определила легендарного водяного, давно уже оза­боченного тем, когда же, наконец, город будет построен и его с чистой совестью можно будет затопить.

Вааранди «реабилитировала» мифо­логического персонажа: своему юному знакомцу он жалуется, что легенды его оклеветали зря. Если у него когда и возникало желание спустить воды Юлемисте — так исключительно во времена нацистской оккупации. А так он -т- мирный хранитель городской старины и ничего против горожан не имеет. Волей поэтессы Озёрный старец не только подобрел, но и изменил время своей ежедневной «инспекции» Таллинна: со времен Крейцвальда было известно, что к городским воротам он выходит исключительно летом — на Яанову ночь.

Вот уже полвека временем пробуж­дения Старца из Юлемисте считают зиму—Новый год или рождественский сочельник. Благодаря Деборе Вааранди и ее подзабытому произведению.

Так что если встретите его под елкой на Ратушной площади невзначай — не удивляйтесь: последние полвека он персонаж сугубо новогодний.

Тени прошлого

Сто лет тому назад елку на Ратушной площади не устанавливали, но одним из центров новогоднего веселья тог­дашний Большой рынок безусловно был.

Основное празднование проис­ходило в стенах Морского офицерского собрания — нынешнего Дома учителя. Но находились и те, кто специально приходил на площадь — послушать бой ратушных часов.

В самой ратуше — на тот момент, разумеется, в городской Думе — встречать наступающий Новый год собирались, если верить газетным фельетонистам, исключительно при­видения: призраки «отцов города» былых времен.

Последний раз под сводами Маги­стратского зала они собрались 31 дека­бря 1904 года. Праздник их выдался не­веселым: тени в напудренных париках оплакивали поражение остзейцев на прошедших две недели тому назад вы­борах ревельского самоуправления.

«Уходит год, и нам пора уходить!»

— цитировал их «подслушанный» раз­говор на страницах тартуской газеты «Уудисед» Эдуард Вильде, приветствуя победу эстонско-русского блока из­бирателей.

Будущий классик как в воду глядел: минуло всего полтора года, и пост главы муниципалитета впервые в таллиннской истории занял эстонец — инженер Вольдемар Лендер.

  

Своим чередом

На рубеже ХIХ-ХХ столетий в ново­годнюю ночь на злободневные темы не упускали возможности поговорить не только былые горожане, но и… памят­ники таллиннской архитектуры.

«Часы на Вышгородской кирхе начали бить грозное число 12, — писали сто двадцать лет тому назад «Ревельские известия». — Одна за другой стали проспаться от глубокого сна городские башни, церкви и щип­цы. Раз в год просыпаются столетние старики посмотреть, что поделывает их дорогой Ревель.

Первым очнулся Высокий Герман, красавец Вышгорода. Стряхнул с себя снег, огляделся направо и налево, повернулся в сторону Толстой Марга­риты. Сделал изящный поклон и про­молвил: «Высокочтимая Маргарита! Позвольте выразить вам сердечнейшее поздравление с наступившим 1893 годом!»

К обмену поздравлениями вскоре подключились ратуша, увесели­тельные сады на бывших бастионах, дворянские особняки Верхнего горо­да, построенный в уходившем году портовый элеватор, Белый и Красный маяки, и даже такой неблизкий объ­ект, как руины монастыря Святой Биргитты.

Каждый из них наперебой делился впечатлениями минувшего года и ново­годними ожиданиями. Извечный спор между оптимистами и пессимистами зашел так далеко, что «закружилась метель, посыпал снег, и проснулся пре­старелый патриарх Ревеля — дедушка Олав».

Новогодний прогноз его оказался по-стариковски рассудительным: раз в городе «конка ходит, газеты издаются, театров и развлечений — сколько угод­но, а недавно даже фотографическую выставку провели» — значит, все в Ревеле идет своим чередом.

«Полк новый пришел — значит, войны бояться нечего», — изрек древ­ний храм прежде, чем погрузиться в сон до следующей новогодней ночи.

 

Кот в мешке

Листая старые газеты, невольно за­мечаешь: авторам новогодних легенд самая высокая из таллиннских церк­вей импонировала явно.

Взять, например, выходящую на улицу Пикк стену т.н. Мариинской капеллы, которую украшает вырезан­ный из камня кенотаф «спонсора» ее строительства: купца Ханса Павелса.

По соседству с ней располагается неглубокая ниша. В средние века в ней, вероятно, находился деревянный алтарь или же роспись. Пережить иконоборчество времен реформации им не посчастливилось. Но место, где она располагалась, послужило источником вдохновения для автора очередного «древнего предания».

«Преданье древней Колывани

Прикрас причудливых полно.

Примерно так звучит оно:

«В конце тринадцатого века

По воле грозной человека

Воздвигнут в Ревеле был храм.

Есть в храме ниша. Ходят слухи

Что в Новый год нечетный духи

В глухую полночь бродят там»

— сообщали в 1912 году «Ревельские известия»

Далее, тем же стихотворным раз­мером, газета рассказывала о том, что ровно в полночь замурованная много веков тому назад дверь распа­хивается, открывая путь к несметным сокровищам. Правда заполучить их сможет лишь тот, кто наготове из­ловит «кота шерсти черной», посадит его в мешок и не побоится шагнуть в открывшийся лабиринт.

 В подземелье смельчака ждет «ста­рец низкий и седой». Если отдать ему мешок с котом, в обмен он даст точно такой же — но наполненный золотом. Причем золото это не обычное — тра­тить его можно исключительно не на пороки, а на добрые дела, зато хватит его до самой смерти.

Самое главное при этом — до­нести подарок обитателя церковного подземелья на поверхность: нечистая сила будет всячески мешать искателю сокровищ. Стоит ему смалодушничать и оглянуться — и золото в мешке пре­вратится в груду костей.

«Ночь… Вьюга, бушевавшая не­сколько дней, стихла. Остались только высокие снежные сугробы, да тихо па­дал снег, освещаемый кое-где желтым светом газовых фонарей.

Сильный мороз щиплет лицо; небо растянулось черным непроницаемым покровом над городом. Тихо и пустын­но на улицах. Приближается Новый год. И дома, сидящая за столом семья, и поздние прохожие—все с некоторой тревогой посматривают на часы: оста­лось всего-то несколько минут…»

Можно сколько угодно говорить, что газетный жанр «новогодней легенды» наивен и старомоден, по большому счету это так. Но разве чувства, которые заставляли браться за перо авторов этих «древних преданий», не близки нам — жителям магического города Таллинна начала третьего тысячелетия?!

Йосеф Кац

«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Строительство станции в Ласнамяэ. 1929 год.Фото: Эстонский государственный архив

Как радиовышка в Ласнамяэ боролась с фашистской Италией

Строительство станции в Ласнамяэ. 1929 год. Как радиосигнал попадает в наши приемники? Сегодня мы все реже пользуемся FM-частотами, слушая любимую радиостанцию ...

Читать дальше...

Церковь Олевисте

Легенды церкви Олевисте (Святого Олафа), в Таллине

Когда-то башня церкви Олевисте была самой высокой в Европе. Градоправители Ревеля (так до 1919 года назвался Таллин) приказали построить башню-маяк, ...

Читать дальше...

Подземная Башня

Путешествие по этажам «Подземной башни»

«Подземная башня» - литературный дебют Вене Тоомаса - погружает читателя в седую старину и недалекое прошлое Таллинна, позволяя увидеть город ...

Читать дальше...

Часовня СЗА на кладбище в Копли 25 октября 1936 года.

Возвращение памяти: часовня Северо-Западной армии в таллинском районе Копли

Одна из достопримечательностей Пыхья-Таллинна и памятник русскому прошлому столицы, утраченный в послевоенные годы, начинает свое возвращение к таллиннцам. До начала нынешнего ...

Читать дальше...

Открытие часовни на братской могиле воинов СЗА в 1936 году. Современная колоризация исторического фото.

«Это — не забытые могилы»: некрополь Северо-Западной армии на кладбище в Копли

Часовня-памятник воинам северо-западникам, восстановление которой началось в Копли на позапрошлой неделе – часть утраченного мемориального ансамбля, формировавшегося на протяжение полутора ...

Читать дальше...

Брошюра, рекламирующая свечи производства Flora. 1960-е годы.

Свет живой и неизменный: свечные истории Таллинна

Название, которое носит начинающийся месяц в эстонском народном календаре, позволяет взглянуть на дальнее и недалекое прошлое Таллинна в дрожащем свете ...

Читать дальше...

В зале Таллиннской городской электростанции. 1938 год.

«Особенно дорого электричество в Таллинне, Нарве и Нымме...»

Вынесенная в заголовок фраза вовсе не позаимствована из современных СМИ: неприятные сюрпризы ежемесячный счет за свет приносил, случалось, и в ...

Читать дальше...

Общежитие на Акадеэмиа теэ, 7 – первый многоэтажный жилой дом Мустамяэ в начале шестидесятых годов.

«Дом с негаснущими окнами»: самый первый в Таллинском Мустамяэ

Современная история Мустамяэ началась ровно шестьдесят лет тому назад: в январе 1962 года в первый многоэтажный дом нынешней части города ...

Читать дальше...

Узнаваемая панорама таллиннских крыш на заставке номера газеты «Waba Maa» от 24.12.1930.

Поздравления с первой полосы: праздничный наряд газетных номеров

Для того, чтобы узнать о приближении зимних праздников, жителю былого Таллинна не было нужды заглядывать в календарь: вполне хватало бросить ...

Читать дальше...

«Нам, Каурый, за ними все равно не угнаться, так хоть отставать не станем»:
прежние и современные методы уборки снега на карикатуре Э.Вальтера. 
Газета «Õhtuleht», 1951 год.

От лопат до стальных «лап»: арсенал таллиннских снегоборцев

Уборка таллиннских улиц от снега и наледи – как вручную, так и с помощью разного рода специальных приспособлений и машин ...

Читать дальше...

Таким видел застройку площади Вабадузе между Пярнуским шоссе и улицей Роозикрантси архитектор Бертель Лильеквист. Рисунок из хельсинской газеты Huvudstadtsblatter, 1912 год.

Таллинн, построенный финнами: северный акцент портрета города

Шестое декабря – День независимости Финляндии – самая подходящая дата вспомнить о вкладе северных соседей в архитектурный облик Таллинна. Не много ...

Читать дальше...

В руках деревянного воина, как и прежде, – меч и копье, под ногами – полевой цветок.
Фото: Йосеф Кац

Кривой меч и копье с вымпелом: амуниция для деревянного воина

Один из шедевров прикладной скульптуры эпохи барокко и герой сразу нескольких современных гидовских баек вновь предстал перед горожанами практически в ...

Читать дальше...

Подводная лодка «М-200» (у пирса) и однотипная с ней «М-201» после перевода на Балтику. 1945 год.

«Курск» Балтийского флота: жертвы и герои подлодки «Месть»

Шестьдесят пять лет тому назад у самых берегов Эстонии разыгралась трагедия, соизмеримая по драматизму с гибелью российской подводной лодки «Курск». Увидав ...

Читать дальше...

Паровоз-памятник во дворе Таллиннской транспортной школы, фото 2015 года.

«Кч 4» со двора на ул. Техника: прощание с паровозом-памятником

В конце минувшего месяца Таллинн лишился частицы своей транспортной истории: локомотив-памятник, стоявший перед историческим зданием железнодорожного училища на улице Техника, ...

Читать дальше...

Церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы, в районе улицы Гонсиори. На её месте ныне цветочный магазин "Каннике"

Утраченные храмы и часовни Таллина

В 1734 году в районе Каламая была построена деревянная гарнизонная церковь Феодора Стратилата на Косе. В начале XIX века богослужения в Феодоровском ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.




Между прочим…
Едва занимался рассвет, как по самым оживленным ныне улицам Таллинна, - Суур-Карья и Вяйке-Карья - устремлялся на пастбища скот. Названия улиц (Большая стадная и Малая стадная) живут по сей день, хотя скот горожане уже давно не держат.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!