А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Легенда о загадочном кристалле, или Шоу кулинарных мастеров: Некогда старый эст создал дивный рецепт хмельного зелья. Жгучий, сладкий, он согревал с первой рюмки и переливался волшебным рубиновым цветом при мерцании свечей. Но самым необычным в этом напитке были прозрачные кристаллы, которые произрастали в бутылках... сами по себе. Предприимчивый старец успешно стал продавать свое изобретение. С того времени каждый гость непременно вез из Эстонии ликер "Кянну-Кукк".
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Калевипоэг (сын Калева), в эстонской мифологии богатырь-великан. Первоначальный образ Калевипоэга — великан, с деятельностью которого связывались особенности географического рельефа: скопления камней, набросанных Калевипоэгом; равнины — места, где Калевипоэг скосил лес, гряды холмов — следы его пахоты, озёра — его колодцы, древние городища — ложа Калевипоэга и т. п. Калевипоэг также борец с нечистой силой, с притеснителями народа и с иноземными врагами.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1104 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 230 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

«Век» здания, возведенного в рекордно короткие до Таллинна сроки, оказался рекордно непродолжительным: менее трех лет отделяет дату открытия Ревельского Временного театра от дня его гибели. Пессимистическая сентенция — мол, самое постоянное это временное — явно не про Таллинн. История Ревельского Временного театра — тому подтверждение.

 

Просуществовал Временный театр недолго, но успел попасть на почтовые открытки. Ревель.

Просуществовал Временный театр недолго, но успел попасть на почтовые открытки. Ревель.

Враг Мельпомены

 Не было у Мельпомены в до-электрическую эпоху большего врага, чем огонь.

Театральное зрелище нуждалось в эффектах. В том числе — ив световых, а источником света столетиями оста­валось открытое пламя.

Театры горели всегда и повсюду: в античном Риме, ренессансном Лондоне, барочном Милане, Санкт-Петербурге и Москве эпохи классицизма.

Ревель присоединился к этому перечню в эпоху романтизма — именно ей город обязан появлением первой профессиональной труппы и здания для театральных постановок.

Театральное здание на углу нынеш­них улиц Лай и Нунне было построено для Ревельского театра в 1809 году. А пятьдесят лет спустя сгорело дотла: восстановили его к сезону 1860 года.

Следующий полувековой рубеж театр перешагнуть сумел — но «шаг­нул» недалеко: 25 октября 1902 года газовая лампа на галерее второго яруса вновь стала причиной возгорания. Потушить пожар не смогли: городская строительная комиссия признала руины не подлежащими восстановлению.

 Приют погорельцев

 Назвав случившееся 25 октября 1902 года «катастрофой», редактор газеты «Revalsche Zeitung» Кристоф Миквиц преувеличивал не слишком.

Ведь в результате пожара сгорело единственное на тот момент в городе здание, предназначенное для осущест­вления театральных постановок.

Издалека театральное здание, действительно, изящностью форм не отличалось. Ревель.

Издалека театральное здание, действительно, изящностью форм не отличалось. Ревель.

Безвозмездно приютить погорель­цев взялись обладавшие собствен­ными залами гильдии — Канутская и Большая. А также — Ревельское Русское общественное собрание, имевшее в своем здании небольшую сцену.

Жест был широким, но, увы, скорее символическим: вскоре выяснилось, что помещения, построенные для собраний и пиров гильдий, были тесны для подмостков и размещения зрителей.

Зал Русского общественного соб­рания оказался просторнее, но аку­стика в нем оставляла желать лучшего: столь популярные среди горожан-ост­зейцев оперы, а особенно — оперетты, были со сцены едва слышны.

Вероятно, именно этим обстоятельством, а не «демонстративным нежеланием немцев ходить в русский дом», как предполагал фе­льетонист «Ревельских известий», связано падение доходов театраль­ной труппы.

 Со дня на день

 Комитет по строительству нового театрального здания был созван в первые дни после пожара.

Тогда же было принято решение покинуть место, освященное почти вековой традицией: строить театр решили за крепостной стеной.

Городская дума выделила сразу два участка: один — «напротив бывших ворот Карья» для будущего постоян­ного каменного здания, а другой — «на границе Русского и Нового рынков» — для временного, деревянного.

Облик первого должен был опреде­лить архитектурный конкурс, который планировалось сделать международным. Проект же второго был создан у соседей — в Риге.

Вдвадцатыхчислахоктябряместные немецкие газеты оповестили: чертежи будущего здания будут доставлены в Ревель буквально со дня на день.

 Основной акцент

 То, что проект временного театраль­ного здания решили заказать именно у рижан, вполне объяснимо.

Во-первых, тамошний архитектор Генрих Шеэль недавно построил временное здание рижского театра в Верманском парке всего за шесть недель.

Во-вторых, он приходился ближай­шим родственником ревельской семье банкиров и предпринимателей Шеэлей, взявшихся оплатить составление рабочих чертежей.

«Что касается полученных из Риги проектов, то всякая излишняя роскошь справедливо оставлена в стороне, — пи­сала в ноябре 1902 г. газета «Uus Aeg». — Основной акцент сделан на пожарную безопасность, современность и уют».

Впрочем, присланные из Риги про­екты несли на себе печать изящности. В планы ревельцев она, по-видимому, не входила, и потому проект поручили доработать местному архитектору Акселю фон Ховену.

В итоге будущее здание   лишилось практически всех декоративных элементов: фон Ховен пощадил лишь резные рамы трех окон главного фаса­да. Зато стало просторнее.

Возведение здания было поручено некому подрядчику Бреннеру — он обе­щал уложиться в сумму 18 000 рублей и завершить работы за восемь недель.

 Выгодное впечатление

 «Работы по постройке Временного театра быстро идут вперед», — со­общали в середине января 1903 года «Ревельские известия».

Ровно через неделю — 23 января — издание сообщало, что внутренняя отделка подходит к концу: вчера за­вершили настилку полов и установили ряды кресел. «Помещение производит выгодное впечатление», — отмечало издание.

«В пожарном отношении при­няты все меры предосторожности, — заверял корреспондент — Выходов устроено четыре наверху и около десяти — внизу. Имеются в театре восемнадцать лож, кресла в которых — очень удобны».

Уложиться в намеченные восемь недель, однако, не удалось — в послед­ний момент дирекция театра сочла, что сцена поднята слишком высоко. Театральная дирекция постановила понизить ее.

Сделано это было для того чтобы декорации, созданные для постановок во Временном театре, впоследствии можно было бы задействовать и на будущей постоянной сцене, и чтобы они не выглядели слишком «куцыми».

 Восход «Светила»

 «Возможно, открытие театра последует в самом скором времени, хотя вполне рационально было бы выждать неко­торое время», — писали «Ревельские известия» в первый день февраля 1903 года.

По мнению газеты, публика нуждалась в некотором времени, «дабы увериться в прочности этого громадного деревянного сооружения, возведенного в течение одного-двух месяцев».

Дирекция театра подобных опасений не разделяла. Во вторник, 4 февраля, здание было принято в эксплуатацию, а на следующий день постановкой драмы «Большое свети­ло» Временный Ревельский театр был открыт.

Трижды прозвучал государствен­ный гимн. За ним — марш гостей замка Вартбург из оперы «Тангейзер», специ­ально написанная к открытию кантата и пролог, прочитанный редактором газеты «Revalsche Zeitung» Кристофом Миквицем.

Губернатор Эстляндии Алексей Бельгард, почтивший вместе с супру­гой открытие своим присутствием, от воздержания речей отказался. Но хло­пал артистам и декламаторам усердно.

 Роковой октябрь

 …Погожим сентябрьским днем 1904 года на Русском рынке состоялись большие пожарные маневры.

Члены штатной и добровольческих бригад, выстроившись в начищенных касках у стен Пожарного дома, под звуки духового оркестра проследовали к Временному театру.

Учение, длившееся несколько часов, убедило даже самых завзятых скептиков: если огонь одной из много­численных ламп газового освещения лизнет деревянные стены, он будет немедленно потушен.

Мало кто мог предположить, что существовать театру оставалось чуть меньше года. И что погубит его не традиционная неосторожность в обращении с освещением, а целена­правленный поджог злоумышленниками.

Они явились вечером 14 октября 1905 года — дюжина хулиганов: то ли в черных масках, то ли с измазанными углем лицами. Избили дремавшего в театральном здании сторожа и, облив стены слитым из фонарей керосином, поднесли спичку.

Зарево от пожара было видно по всему городу. Оно стало недобрым предвестником трагических событий послезавтрашнего дня, когда в двух шагах от пепелища, на Новом рынке, была расстреляна мирная мани­фестация.

Всего два года Ревель мог гор­диться самым большим деревянным строением на территории нынешних Латвии, Литвы и Эстонии.

Таллинн — намного больше: де­ревянный Летний театр на бастионе Сконе просуществовал с середины пятидесятых по июнь 1997 года, когда также стал жертвой поджога.

Позапрошлым летом на его месте был построен Соломенный театр — в рамках мероприятий года Культурной столицы Европы. Сгинул он без огня — когда сезон был завершен, строение разобрали сами создатели.

 Йосеф Кац

«Столица»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Линкор "Слава" в Гельсингфорсе в годы Первой Мировой войны.

Легендарный линкор «Слава»: трижды прославленный

Героическая гибель линкора «Слава» при обороне Моонзундского архипелага ровно сто лет назад — легендарная страница в истории Балтийского флота. ... Есть ...

Читать дальше...

Особенности национальной реституции: остзейские немцы и их имущество в Прибалтике

Существующий в современной ЭР порядок компенсации за утраченное жившими в стране до Второй мировой войны немцами недвижимое имущество – не ...

Читать дальше...

Построенное в 1937 году здание французского лицея на улице Харидузе - образец школьной архитектуры в духе функционализма.

Замок знаний на улице Харидузе: дом Французского лицея в Таллине

Здание таллиннского Французского лицея, на момент своего открытия — самая современная школа столицы, впервые распахнуло двери перед учениками ровно восемьдесят ...

Читать дальше...

Отель «Золотой лев» на улице Харью. Открытка начала XX века.

Геральдика, топонимика, фортификация: золотая палитра Таллинна

Золотая осень — самое время вспомнить о золотом цвете и его оттенках в городской палитре столицы. Таллинн — дитя и ...

Читать дальше...

Обложка брошюры, выпущенной к 225-летию Казанской церкви в 1946 году. Снесенная в семидесятые годы церковная ограда и погибший в 2004-м «петровский дуб» — еще присутствуют.

«В простоте своей величественная...»: Казанская церковь в Таллине, накануне трехсотлетия

Крохотная старинная церковка на обочине современной многополосной трассы — одновременно памятник архитектуры Таллинна и мемориал воинской славы Российской империи. Из сакральных ...

Читать дальше...

«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

По Виру конка ходила долгие тридцать лет, а вот на другие улицы Старого города трамвай так и не допустили.

Ратушная площадь, Козе, Пельгулинн: трамвайные планы былого Таллинна

Из многочисленных и амбициозных проектов расширения трамвайной сети Таллинна строительство ветки до аэропорта оказалось едва ли не единственным, воплощенным в ...

Читать дальше...

Капитан Петр Нилович Черкасов и канонерская лодка «Сивуч». Открытка начала XX века.

От Моонзундского архипелага до города Володарска: немеркнущая слава командира легендарного «Сивуча»

Памятник участнику обороны Моонзунда, командующему корабля, прозванного «Балтийским «Варягом», появился на родине героя благодаря Таллиннскому клубу ветеранов флота и газете ...

Читать дальше...

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Дело требует самого незамедлительного решения...»: как Таллиннская мэрия на эстонский язык переходила

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский. Давно назревшие перемены стали возможны ...

Читать дальше...

Советский павильон на Таллиннской международной выставке-ярмарке. Снимок второй половины двадцатых годов.

«Я аромата смысл постиг, узнав, что есть духи «Жиркости»: как Таллинн советской экспозиции на выставке-ярмарке дивился

Девяносто лет назад жители столицы Эстонии смогли ознакомиться с достижениями народного хозяйства соседней, но малознакомой Страны большевиков, не покидая собственного ...

Читать дальше...

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

Здание Александровской гимназии на северной стороне нынешней площади Виру. Фото конца XIX века.

Три столетия и два года: вехи истории русского образования в Таллинне

История преподавания русского языка и на русском языке в столице современной Эстонии недавно перешагнула трехвековой рубеж — весомый, солидный и ...

Читать дальше...

Проект торгового павильона Таллиннского центрального рынка. Иллюстрация из газеты «Советская Эстония», май 1947 года.

Огонь Яановой ночи над новой базарной площадью: семьдесят лет таллиннскому Центральному рынку

Главный рынок столицы переехал на свое нынешнее место между Тартуским шоссе и улицей Юхкентали ровно семь десятилетий назад — накануне ...

Читать дальше...

Во все времена район Ласнамяэ отличался не только многочисленностью жителей, но и разнообразной культурной жизнью.

От «Нового городка» к современной части города: прошлое, настоящее и будущее района Ласнамяэ в Таллине

Коллекция «ласнамяэских фактов» — не слишком известных, а потому — небезынтересных и интригующих. О Ласнамяэ, как, пожалуй, ни о какой иной ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Когда ревельский аптекарь начал смешивать истолченные лягушачьи лапки со змеиным ядом и рубиновой пылью, то не на шутку расчихался. И услужливый ученик аптекаря Март предложил учителю надеть на голову горшок, дабы пыль не причиняла вреда, а драгоценное лекарство в буквальном смысле не улетало на ветер, и пообещал приготовить лекарство самостоятельно. Но вовремя вспомнив про то, что прежде чем передать пациенту, ему самому придется отведать снадобье - такой тогда был порядок, - сделал лекарство не из лапок и ядов, а из размолотого миндаля и сахара. Эту-то сладкую массу и съел бургомистр. И сразу выздоровел.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!