А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Средневековый Таллин жил торговлей солью. Лодочники перевозили ее с кораблей к причалу, грузчики перегружали ее, весовщики взвешивали и определяли качество, купцы и лавочники продавали оптом и в розницу, возчики везли ее дальше - в провинцию и в соседние земли. Позднее город перешел на торговлю хлопком-сырцом.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Однажды Линда, вдова Калева, несла к нему на могилу большую глыбу. Она торопливо ступала по холму Ласнамяги, неся на спине в праще, сплетенной из своих волос, целую скалу. Тут вдова споткнулась, и тяжелый камень скатился с ее плеч. Не поднять было Линде эту скалу - от горя бедняжка высохла, потеряла былую силу рук. Женщина села на камень и заплакала горючими слезами, жалуясь на свою вдовью долю. Добрая фея ветров ласково гладила шелк ее волос и осушала ее слезы, но они все струились и струились из очей Линды, словно ручейки по горному склону, собираясь в озерцо. Озерцо это становилось все больше и больше, пока не превратилось в озеро. Оно и поныне находится в Таллинне на холме Ласнамяги и называется Юлемисте (Верхнее). Там можно увидеть и камень, на котором сидела плачущая Линда. И если тебе, путник, доведется идти мимо озера Юлемисте, остановись и вспомни о славном Калеве и его неутешной Линде.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1104 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 230 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Эпоха, закончившаяся шестьдесят лет тому назад, оставила след в облике столицы Эстонии – противоречивый, но неизгладимый.
Для городской среды Таллинна дата 5 марта 1953 года – скорее условная: смерть Сталина и начало борьбы «с архитектурными излишествами» разделяют месяцев тридцать.

Более десятилетия отвела история для существования в таллиннской архитектуре сталинского «большого стиля».

Дом советов на восточной стороне нынешней площади Виру по проекту 1953 года. В перспективе – Нарвское шоссе

Дом советов на восточной стороне нынешней площади Виру по проекту 1953 года. В перспективе – Нарвское шоссе

Влияние его ощутимо и по сей день: как в центре столицы, так и на окраинах.

Квартиры – народу

В Таллинн новая архитектура входила, что называется, «с тыла».

Точнее – с рабочих окраин, где уже к зиме 1940 года стали расти первенцы советского зодчества.

Советскими они были, скорее, по своему названию, нежели по форме: разработанные архитектором Аларом Котли дома с «народными квартирами» не имели с последующими «сталинками» ничего общего.

По сути, это были те же самые малоквартирные дома таллиннских предместий. Единственное, что отличало их от предшественников – персональный душ в каждой квартире: до того общий «помывочный блок» располагался, как правило, в подвале.

Из эстетических соображений архитектор отказался акцентировать центральную ось здания каменной лестничной клеткой: на фасаде этот «старорежимный» элемент был зашит досками.
Несколько «народных домов» сохранился на улице Сыле. Целый «микрорайон» их, заложенный в марте 1941 года на Ласнамяэ, погиб при взятии Таллинна вермахтом.

Лицо и сердце

Классицизм, правопреемственность к которому сталинская архитектура провозглашала открыто, любил простор.

С этой точки зрения центр Таллинна после Второй мировой войны представлял собой идеальное поле для реализации самых амбициозных проектов: стоило только разобрать руины.

С этой задачей было покончено уже к весне 1945 года. А осенью архитекторы приступили к невиданной доселе задаче: комплексному планированию застройки центра столицы. И прежде всего – Центральной площади.

Возвести предстояло лицо столицы новой, советской Эстонии – идеологический противовес как «феодальной» Ратушной площади, так и «буржуазной» Вабадузе: переименования последней в Выйду вяльяк было явно недостаточно.

Общая концепция ансамбля, который планировали возвести на нынешней площади Виру, была утверждена на республиканском уровне уже в 1948 году. С проектами же отдельных формирующих его зданий дело застопорилось.

Не внесло ясности и решения 1952 года сделать композиционным центром площади монумент Победы: на конкурс поступило сто тридцать работ из тридцати шести городов, что еще больше усложнило задачу.

Единственным памятником грандиозному замыслу, похоже, стали строчки поэтессы Деборы Варанди:

«Где раньше стояли лавочки,
Любителей коммерции,
Поднимется площадь Центральная,
Столицы нашей сердце».

Триумф побежденных

Обзавестись целостным архитектурным массивом в духе послевоенного «сталинского ампира» Таллинну было не суждено.

Отдельными же памятниками этого стиля – хотя и в значительной степени адаптированного к местным условиям и градостроительным традициям – вполне.

Стремление создать архитектуру, «национальную по форме, социалистическую по содержанию», не обошлось без курьезов: в профессиональных кругах первые постройки послевоенного Таллинна вполголоса называли «привет от побежденных».

Достаточно взглянуть на массив здания институтов АН ЭССР на углу бульвара Эстония и современной Театральной площади, чтобы скрытая ирония стала понятна: облик его недвусмысленно напоминает архитектуру… Третьего Рейха.

В еще большей степени отзвуки «сумрачного германского гения» читаются в облике здания Народного комиссариата сланцевой и химической промышленности: современном Министерстве социальных дел на улице Гонсиори, 29.

Архитектурные реминисценции очевидны: автор первого, Энн Каар получил архитетктурный диплом в 1940 году в Берлине, а создатель второго, Пеэтер Тарвас окончил Немецкий строительный институт в оккупированном Брно.

Запоздалый Ренессанс

Как ни казалось бы это парадоксальным, на архитектурные курьезы суровая послевоенная эпоха была в Таллинне щедра.

Взять, например, т.н. «Дом академиков» на нынешнем бульваре Рявала, выстроенный по проекту Эдгара Вельбри, начавшего свой творческий путь еще в двадцатые годы.

Из самых лучших, вероятно, побуждений, он запланировал в просторных квартирах интеллектуальной элиты ЭССР… комнаты для прислуги и черные лестницы с кухонь во двор.

С точки зрения планировки жилой дом на углу Нигулисте и Кулласеппа, возведенный по проекту Ильмара Лаази в 1952 году, не несет в себе ничего курьезного – чего не скажешь о фасаде здания.

Учитывая его расположение, здание должно было быть вписано в архитектурную среду Старого города. Характерной для нее является готика – стиль, показавшийся кому-то из начальство слишком «мрачным».

Перечить архитектор не стал – и в двух шагах от Ратушной площади появилась «фантазия на тему» фасада Палаты городских весов Лейпцига – признанного шедевра Северного Ренессанса.

Стиль этот, нетипичный для Таллинна и присущий, скорее, временам Ливонской войны, неожиданным образом вернулся в город после Второй мировой…

Общесоюзный «тренд»

Едва ли об этих тонкостях знали в столице СССР, но бесконечно мириться с «вольнодумством» местных архитекторов в центре были не намерены.

Едва ли не сразу же после войны в Эстонию был направлен целый «десант» выпускников московских и ленинградских строительных вузов – как этнических эстонцев, так и представителей других национальностей.

Как правило, это были мастера не самого высокого уровня. Что, возможно, с точки зрения идеологии было и к лучшему. Не склонные к излишнему экспериментаторству, они добротно делали свое дело – привязывали типовые проекты к местным условиям.

Признанным образчиком «общесоюзной архитектуры» в Таллинне стал Дом офицеров флота, выстроенный в 1954 по проекту Алексея Кузнецова. Им же спроектировано здание строительного управления на углу улиц Вана-Пости и Суур-Карья.

Архитектор Георгий Шумовский активно достраивал здания, начатые еще в довоенный период, переосмысляя изначальные проекты и дополняя их фасады пышным ампирным декором.

Именно ему обязаны своим появлением массивные обрамления окон старого Дома радио и декор фасадов старого корпуса Таллиннского аэропорта.

Призыв к экономии

Жилой дом, возведенный для работников завода «Двигатель» по общесоюзному проекту ГСПИ №11 за авторством А. Власова примечателен по нескольким причинам.

Он – едва ли не самый яркий образчик послевоенной архитектуры в Таллинне: декоративная башенка, парящая над развилкой Тартуского шоссе и улицы Лийвалайа – «меньшая сестра» знаменитых московских высоток.

Триумф сталинизма в таллиннской городской среде стал и символом ее заката. Дата постройки на главном фасаде еще красуется среди лепного декора. Корпус, возведенный ближе к Центральном рынку, лишен его: заканчивали жилой массив уже при Хрущеве.

Прозвучавший 1955 году призыв строить экономно, отозвался в облике целого зданий столицы ЭССР глухим эхом. Так и не были установлены капители колонн на фасаде нынешнего центра культуры «Сальме». Здание Eesti Energia решили строить вообще без колоннад.

По упрощенному проекту была завершена нынешняя Тынисмяэская реальная школа, а проект гостиницы «Таллинн» был переработан настолько, что с существующим зданием его связывает, похоже, лишь название и расположение.

* * *

«Показуху высотных шпилей» поэт Роберт Рождественский считал «личной обидой».

Нынешние искусствоведы при оценке архитектурного наследия сталинской эпохи не столь радикальны: эстетика тоталитарных режимов признается достойной уважения.

Подтверждение тому – брошюра, выпущенная Таллиннским департаментом охраны культурных ценностей: в ней имеется описание столичных жилищ 1940-41 и 1946-55 годов постройки и руководство по сохранению их изначального облика.

«Столицей сталинского ампира» в Эстонии признан город Силламяэ – негласно, но заслужено. Однако и в Таллинне этот стиль представлен достаточно широко – ценителя ждет с ним немало встреч и открытий.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Линкор "Слава" в Гельсингфорсе в годы Первой Мировой войны.

Легендарный линкор «Слава»: трижды прославленный

Героическая гибель линкора «Слава» при обороне Моонзундского архипелага ровно сто лет назад — легендарная страница в истории Балтийского флота. ... Есть ...

Читать дальше...

Особенности национальной реституции: остзейские немцы и их имущество в Прибалтике

Существующий в современной ЭР порядок компенсации за утраченное жившими в стране до Второй мировой войны немцами недвижимое имущество – не ...

Читать дальше...

Построенное в 1937 году здание французского лицея на улице Харидузе - образец школьной архитектуры в духе функционализма.

Замок знаний на улице Харидузе: дом Французского лицея в Таллине

Здание таллиннского Французского лицея, на момент своего открытия — самая современная школа столицы, впервые распахнуло двери перед учениками ровно восемьдесят ...

Читать дальше...

Отель «Золотой лев» на улице Харью. Открытка начала XX века.

Геральдика, топонимика, фортификация: золотая палитра Таллинна

Золотая осень — самое время вспомнить о золотом цвете и его оттенках в городской палитре столицы. Таллинн — дитя и ...

Читать дальше...

Обложка брошюры, выпущенной к 225-летию Казанской церкви в 1946 году. Снесенная в семидесятые годы церковная ограда и погибший в 2004-м «петровский дуб» — еще присутствуют.

«В простоте своей величественная...»: Казанская церковь в Таллине, накануне трехсотлетия

Крохотная старинная церковка на обочине современной многополосной трассы — одновременно памятник архитектуры Таллинна и мемориал воинской славы Российской империи. Из сакральных ...

Читать дальше...

«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

По Виру конка ходила долгие тридцать лет, а вот на другие улицы Старого города трамвай так и не допустили.

Ратушная площадь, Козе, Пельгулинн: трамвайные планы былого Таллинна

Из многочисленных и амбициозных проектов расширения трамвайной сети Таллинна строительство ветки до аэропорта оказалось едва ли не единственным, воплощенным в ...

Читать дальше...

Капитан Петр Нилович Черкасов и канонерская лодка «Сивуч». Открытка начала XX века.

От Моонзундского архипелага до города Володарска: немеркнущая слава командира легендарного «Сивуча»

Памятник участнику обороны Моонзунда, командующему корабля, прозванного «Балтийским «Варягом», появился на родине героя благодаря Таллиннскому клубу ветеранов флота и газете ...

Читать дальше...

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Дело требует самого незамедлительного решения...»: как Таллиннская мэрия на эстонский язык переходила

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский. Давно назревшие перемены стали возможны ...

Читать дальше...

Советский павильон на Таллиннской международной выставке-ярмарке. Снимок второй половины двадцатых годов.

«Я аромата смысл постиг, узнав, что есть духи «Жиркости»: как Таллинн советской экспозиции на выставке-ярмарке дивился

Девяносто лет назад жители столицы Эстонии смогли ознакомиться с достижениями народного хозяйства соседней, но малознакомой Страны большевиков, не покидая собственного ...

Читать дальше...

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

Здание Александровской гимназии на северной стороне нынешней площади Виру. Фото конца XIX века.

Три столетия и два года: вехи истории русского образования в Таллинне

История преподавания русского языка и на русском языке в столице современной Эстонии недавно перешагнула трехвековой рубеж — весомый, солидный и ...

Читать дальше...

Проект торгового павильона Таллиннского центрального рынка. Иллюстрация из газеты «Советская Эстония», май 1947 года.

Огонь Яановой ночи над новой базарной площадью: семьдесят лет таллиннскому Центральному рынку

Главный рынок столицы переехал на свое нынешнее место между Тартуским шоссе и улицей Юхкентали ровно семь десятилетий назад — накануне ...

Читать дальше...

Во все времена район Ласнамяэ отличался не только многочисленностью жителей, но и разнообразной культурной жизнью.

От «Нового городка» к современной части города: прошлое, настоящее и будущее района Ласнамяэ в Таллине

Коллекция «ласнамяэских фактов» — не слишком известных, а потому — небезынтересных и интригующих. О Ласнамяэ, как, пожалуй, ни о какой иной ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
В старые времена для привлечения в Таллинн больше купцов, отцы города решили построить самую высокую в мире церковь. Но где найти мастера, который взялся бы за столь непростое дело? И тут неизвестно откуда появился незнакомец высокого роста, который пообещал построить такую церковь. Все бы ничего, но запросил он за свою работу столько золота, сколько во всем Таллинне не сыскать... Тогда таинственный мастер предложил следующее: он согласился построить церковь бесплатно, но только при одном условии - если горожане угадают его имя. Незнакомец строил быстро и ни с кем не разговаривал. Когда же строительство стало подходить к концу, отцы города не на шутку всполошились и решили послать шпиона, чтобы тот выведал имя незнакомца. Шпион быстро нашел дом строителя, дождался вечера и, подкравшись к окну, услышал, как мать напевала, баюкая ребенка: «Спи, мой малыш, засыпай. Скоро Олев вернется домой, с полной золота сумой». Так таллиннцы узнали имя загадочного незнакомца. И когда строитель стоял на самой верхушке церковного шпиля и устанавливал крест, кто-то из горожан окликнул его: «Олев, слышишь, Олев, а крест-то у тебя покосился!» Услышав свое имя, Олев от неожиданности потерял равновесие, рухнул с высоты наземь и разбился насмерть. И тут горожане увидели, как у него изо рта выпрыгнула лягушка, а вслед за ней выползла змея... Выходит, не обошлось здесь без помощи темных сил. Но церковь все же назвали в честь ее таинственного строителя.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!