А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Строго говоря, марципан не конфеты. И уж абсолютно точно не булки. Само слово немецкое. За право называть себя родиной марципана вечно спорят Любек и Таллинн. По одной из легенд, изобрели марципан в Средневековье в немецком городе Любеке во время его осады. Когда в городе кончились продукты, местные кондитеры сделали из остатков миндаля и сахара первые марципаны.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Дело было в XIV веке, когда согласно установленному датским королем Эриком IV Лыжным Плющем городскому праву, таллинский палач не только казнил, но и пытал. За различные провинности мог отрубить палец руки, привязать к позорному столбу на Ратушной площади, повесить на шею позорный камень. Мог и лечить нанесенные во время пыток раны. Мусор тогда выбрасывали прямо на улицу и убирали раз в неделю. Если нерадивый домовладелец этого не делал, палач заставлял платить штраф: до внесения необходимой суммы денег мог даже поселиться у такого хозяина. Именно мусору на старинных улицах, кстати говоря, мы обязаны туфлями на платформе и на шпильках – нужно же было как-то пройти по этой грязи!
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1355 posts
    • 0 comments
    • 39 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 238 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Самое, пожалуй, блистательное, во всех смыслах этого слова, предприятие Таллинна было основано ровно восемьдесят лет назад.

Легендарный «День граненого стакана», равно как и «День ликерной стопки» вкупе с «Днем хрустального графина», в нашей стране следует отмечать 10 января — это дата пуска Стекольной фабрики Йоханнеса Лорупа.

Пропустившим знаменательную дату особого повода расстраиваться нет: в крайнем случае празднование можно перенести на десяток дней: 20 января 1934 года будущий «стекольный король Эстонии» показал свое предприятия представителям прессы.

Йоханнес Лоруп в своем рабочем кабинете

Йоханнес Лоруп в своем рабочем кабинете

Экспортный товар

Со стеклянными бусами предки эстонцев познакомились еще в дохристианскую эпоху, оконное стекло в Ревеле впервые упоминается в последний год XIV столетия, а собственным стекольным производством будущая ЭР обзавелась три века спустя.

Стекольная мануфактура, заработавшая на острове Хийумаа в 1628 году, просуществовала всего тридцать шесть лет. Аналогичному предприятию, основанному в местечке Мелески уезда Вильяндимаа, повезло больше: стекло здесь производили с 1792-го по… 1992 год.

Особого интереса к стекольному производству ревельские обыватели до поры до времени не проявляли: фактически едва ли не до самого начала XX столетия всё стекло — от оконного до бутылочного — в губернском центре Эстляндии оставалось привозным.

Даже после провозглашения независимости — в середине двадцатых годов — на долю стекольных предприятий новоиспеченной столицы приходилось не более пятнадцати процентов от всего производства стекла в Эстонии.

Стоит ли после этого удивляться, что славу «стекольной столицы» принес Таллинну не кто-нибудь, а именно уроженец окрестностей Вильянди — сын хуторянина Йоханнес Лоруп.

Продукция Стекольной фабрики Й. Лорупа на выставке-ярмарке эстонских товаров в 1937 году в зале таллиннской Большой гильдии.

Продукция Стекольной фабрики Й. Лорупа на выставке-ярмарке эстонских товаров в 1937 году в зале таллиннской Большой гильдии.

Разносторонняя личность

Личностью Лоруп был разносторонней: с гимназической скамьи ушел добровольцем в армию новорожденной ЭР, год изучал химию в Тартуском университете, затем окончил политехникум Вольного города Данцига по специальности «машиностроение».

Вернувшись на родину, он перво-наперво взял в аренду стекольную фабрику в Мелески: хозяева ее вместе с техническим персоналом сгинули где-то в годы Первой мировой войны, и некогда знаменитое предприятие перебивалось выпуском пивной тары.

Бизнес у двадцатитрехлетнего предпринимателя пошел на лад: за каких-нибудь пять лет своей деятельности он увеличил штат работников предприятия более чем вдвое, а конкурентов в соседних поселках Эйдепере и Вяндра вынудил объявить себя банкротами.

Он понимал: унаследованные от предыдущего столетия постройки и оборудование предприятия морально устарели. Да и с точки зрения логистики, Вильяндимаа, связанный с «большим миром» ниткой узкоколейки, — медвежий угол.

Взоры Лорупа всё чаще устремлялись в сторону столицы. Благо, разразившийся в начале тридцатых годов мировой экономический кризис окончательно «добил» судостроительные фирмы, ютившиеся в помещениях судоверфей царских времен.

Выбор был сделан: в 1932 году Лоруп за бесценок взял в аренду опустевший производственный цех на полуострове Копли и оснастил его по последнему слову техники.

Первая цель

«Просторные помещения бывшего Беккерского завода создали широкую возможность расширить предприятие, — писали «Вести дня». — Предприятие технически прекрасно оборудовано и условия работы в нем очень благоприятны.

Перенесение стекольного завода из Мелески в Таллинн оказалось неизбежным, так как его деятельность в районе, отдаленном от гаваней, все больше затруднялось. С перенесением его большие суммы будут сэкономлены, и изделия можно будет продавать дешевле».

«Что верно, то верно: первые годы своего существования Стекольная фабрика Лорупа стремилась прежде всего максимально насытить местный рынок. О массовости продукции думали в этот период больше, чем об эстетических достоинствах.

Еще и в 1937 году художественный критик Расмус Кангро-Поол на страницах газеты «Пяэвалехт» упрекал продукцию Лоорупа во вторичности и отсутствии оригинальных решений.

Упрек, возможно, был обоснованным. Но первой своей цели предприниматель к тому времени достиг на стекольном рынке Эстонии он стал по сути единственным монополистом.

Фамилия-синоним

В начале марта 1940 года на самой модной площади эстонской столицы, по адресу: Вабадузе вяльяк, 7 (в здании нынешней мэрии) открылся фирменный магазин фабрики Лорупа.

Огромные витрины были заполнены первоклассной продукцией. Произведенный в Копли искусственный хрусталь, по словам современников, был неотличим от горного. На новинку сезона — наборы из черного стекла — желающие записывались в очередь.

Лоруп мог праздновать заслуженную победу: ассортимент его продукции перевалил за тысячу. Ценители стали обращаться к нему с индивидуальными заказами. О «стекольном короле» и его фабрике был снят рекламный кинофильм — правда, почему-то немой.

Слава крестьянского сына из-под Вильянди давно перешагнула границы Эстонии: его товар экспортировался не только в ближайшие Финляндию и Литву, но и в США, Турцию, Египет, Великобританию, подмандатную Палестину.

Помимо оригинальности и изящества форм продукцию Лорупа ценили за рубежом за демонстративный отказ от традиций: вместо привычных виноградных гроздей и листьев он мог выгравировать веточку смородины или эстонский национальный орнамент.

Ну и, конечно же, не было, наверное, эстонской семьи, в которой не имелось хотя бы стопки, произведенной Лорупом: его фамилия, написанная с маленькой буквы, стала в речи таллиннцев синонимом любой стеклянной посуды.

Сила традиции

Коплиские старожилы вспоминали: зарплата мастера на Стекольной фабрике вместе с премиальными могла достигать трехсот крон в месяц — то есть уровня зарплаты министра

Разумеется, и требования к работе были самые строгие: мельчайшая погрешность приводила к тому, что забракованное изделие отправлялось на чердачный склад, прозванный работниками «Лоруповым кладбищем».

Уже в послевоенные годы работники национализированного предприятия вспоминали требовательного хозяина добрым словом: качество «чердачного брака» было таково, что его использовали в качестве образцов для эксклюзивной подарочной продукции.

На предприятии существовали собственные, порой — весьма причудливые, традиции. Самой колоритной из них, пожалуй, были «похороны» амортизированных печей — перед демонтажем в них сжигалось чучело нерадивого стекольщика с бутылью в руке.

Традиции эти пережили самого Лорупа — последние свидетельства об этом датируются началом шестидесятых годов. Само предприятие в своем названии к тому времени уже лет двадцать как утратило фамилию былого основателя.

Копия и оригинал

Слава и авторитет Лорупа был таков, что в первый год советской власти «фабриканта и эксплуататора» не тронули: по просьбе самих стеклодувов он был назначен на должность главного технолога своей бывшей фабрики.

Дела ее явно шли в гору: весной 1941 года таллиннский завод «Тарбеклаас» получил заказ на изготовление (внимание!) миллиона шестисот тысяч бутылок для розлива «Советского шампанского». Его выполнению помешала война.

За неделю до того, как ее дыхание опалило Эстонию непосредственно, Йоханнес Лоруп, как и многие другие сограждане, был арестован и сослан. Смерть настигла его 6 мая 1943 года в тюремном лазарете СевУралЛага в Свердловской области.

Супруге и сыну предпринимателя удалось выехать в Австрию еще до начала военных действий, но возродить прославленный бренд в эмиграции они даже и не пытались. Не было возможности, да и, по большому счету, — зачем?

Ведь основанное Лорупом производство благополучно пережило военное лихолетье, смутные времена восстановления независимости — и продолжает свое существование и по сей день.

Правда, несколько лет тому назад оно сменило привычное многим название «Tarbeklass» на «Glasstone». Но что более символично — сменило и профиль выпускаемой продукции: специализируется оно всё больше на копиях стеклянной посуды XVII века.

Рекламный буклет предприятия уверяет, что посуда эта в точности повторяет ту, что выпускала основанная в 1628 году на острове Хийумаа первая стекольная мануфактура на территории нынешней Эстонии.

Что ж — тоже красиво. Но всё-таки очень жаль, что оригинальные дизайнерские наработки времен «стекольного короля» Йоханнеса Лорупа остались лишь достоянием прошлого.

Ведь копия — будь она даже самой достоверной — никогда не превзойдет опигинал.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.




Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Церковь Олевисте

Легенды церкви Олевисте (Святого Олафа), в Таллине

Когда-то башня церкви Олевисте была самой высокой в Европе. Градоправители Ревеля (так до 1919 года назвался Таллин) приказали построить башню-маяк, ...

Читать дальше...

Подземная Башня

Путешествие по этажам «Подземной башни»

«Подземная башня» - литературный дебют Вене Тоомаса - погружает читателя в седую старину и недалекое прошлое Таллинна, позволяя увидеть город ...

Читать дальше...

Часовня СЗА на кладбище в Копли 25 октября 1936 года.

Возвращение памяти: часовня Северо-Западной армии в таллинском районе Копли

Одна из достопримечательностей Пыхья-Таллинна и памятник русскому прошлому столицы, утраченный в послевоенные годы, начинает свое возвращение к таллиннцам. До начала нынешнего ...

Читать дальше...

Открытие часовни на братской могиле воинов СЗА в 1936 году. Современная колоризация исторического фото.

«Это — не забытые могилы»: некрополь Северо-Западной армии на кладбище в Копли

Часовня-памятник воинам северо-западникам, восстановление которой началось в Копли на позапрошлой неделе – часть утраченного мемориального ансамбля, формировавшегося на протяжение полутора ...

Читать дальше...

Брошюра, рекламирующая свечи производства Flora. 1960-е годы.

Свет живой и неизменный: свечные истории Таллинна

Название, которое носит начинающийся месяц в эстонском народном календаре, позволяет взглянуть на дальнее и недалекое прошлое Таллинна в дрожащем свете ...

Читать дальше...

В зале Таллиннской городской электростанции. 1938 год.

«Особенно дорого электричество в Таллинне, Нарве и Нымме...»

Вынесенная в заголовок фраза вовсе не позаимствована из современных СМИ: неприятные сюрпризы ежемесячный счет за свет приносил, случалось, и в ...

Читать дальше...

Общежитие на Акадеэмиа теэ, 7 – первый многоэтажный жилой дом Мустамяэ в начале шестидесятых годов.

«Дом с негаснущими окнами»: самый первый в Таллинском Мустамяэ

Современная история Мустамяэ началась ровно шестьдесят лет тому назад: в январе 1962 года в первый многоэтажный дом нынешней части города ...

Читать дальше...

Узнаваемая панорама таллиннских крыш на заставке номера газеты «Waba Maa» от 24.12.1930.

Поздравления с первой полосы: праздничный наряд газетных номеров

Для того, чтобы узнать о приближении зимних праздников, жителю былого Таллинна не было нужды заглядывать в календарь: вполне хватало бросить ...

Читать дальше...

«Нам, Каурый, за ними все равно не угнаться, так хоть отставать не станем»:
прежние и современные методы уборки снега на карикатуре Э.Вальтера. 
Газета «Õhtuleht», 1951 год.

От лопат до стальных «лап»: арсенал таллиннских снегоборцев

Уборка таллиннских улиц от снега и наледи – как вручную, так и с помощью разного рода специальных приспособлений и машин ...

Читать дальше...

Таким видел застройку площади Вабадузе между Пярнуским шоссе и улицей Роозикрантси архитектор Бертель Лильеквист. Рисунок из хельсинской газеты Huvudstadtsblatter, 1912 год.

Таллинн, построенный финнами: северный акцент портрета города

Шестое декабря – День независимости Финляндии – самая подходящая дата вспомнить о вкладе северных соседей в архитектурный облик Таллинна. Не много ...

Читать дальше...

В руках деревянного воина, как и прежде, – меч и копье, под ногами – полевой цветок.
Фото: Йосеф Кац

Кривой меч и копье с вымпелом: амуниция для деревянного воина

Один из шедевров прикладной скульптуры эпохи барокко и герой сразу нескольких современных гидовских баек вновь предстал перед горожанами практически в ...

Читать дальше...

Подводная лодка «М-200» (у пирса) и однотипная с ней «М-201» после перевода на Балтику. 1945 год.

«Курск» Балтийского флота: жертвы и герои подлодки «Месть»

Шестьдесят пять лет тому назад у самых берегов Эстонии разыгралась трагедия, соизмеримая по драматизму с гибелью российской подводной лодки «Курск». Увидав ...

Читать дальше...

Паровоз-памятник во дворе Таллиннской транспортной школы, фото 2015 года.

«Кч 4» со двора на ул. Техника: прощание с паровозом-памятником

В конце минувшего месяца Таллинн лишился частицы своей транспортной истории: локомотив-памятник, стоявший перед историческим зданием железнодорожного училища на улице Техника, ...

Читать дальше...

Церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы, в районе улицы Гонсиори. На её месте ныне цветочный магазин "Каннике"

Утраченные храмы и часовни Таллина

В 1734 году в районе Каламая была построена деревянная гарнизонная церковь Феодора Стратилата на Косе. В начале XIX века богослужения в Феодоровском ...

Читать дальше...

...и столичный постовой. Рисунок из газеты «Эсмаспяэв», 1932 год.

Стражи безопасного движения в Таллине: юбилей дорожных знаков

Вот уже девять десятков лет, как дорожные знаки являются неотъемлемым элементом уличного пейзажа Таллинна - настолько привычным, что замечают их ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.

Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Среди полусотни населенных пунктов Эстонии, обладающих городским статусом, большинство возникло естественным путем – развиваясь из поселка у гавани, речной переправы, городища на неприступном холме, а позже – у разбогатевшей мызы или промышленного предприятия. И лишь один из них, пожалуй, появился по воле одного-единственного человека – отца-основателя барона Николая фон Глена. Это Нымме. И хотя вспомнить всю более чем вековую историю единственного среди столичных района с «городским прошлым» одним махом не удастся, остановиться на нескольких наиболее примечательных фактах из биографии Нымме и его основателя барона Гленна. Что надоумило Николая фон Глена, сына владельца мызы Ялгимяэ, помещика Петера фон Глена обменять плодородные земли за озером Харку на поросший сосняком склон Мустамяги – сказать сложно. В глазах современников поступок этот выглядел почти безумием.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!