А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
В одном из преданий говорится, будто датчане решили неожиданно напасть на город, перебить его жителей и овладеть имуществом эстов. Заговорщики хранили свои намерения в строжайшей тайне, но некоего Тоомаса, знаменосца датчан, стала мучить совесть. Он выдал магистрату план нападения. В городе выставили усиленный дозор. Было решено впустить злоумышленников в город, а потом на какой-нибудь узкой улочке напасть на них и уничтожить всех до единого. События развернулись именно таким образом, и смута была пресечена. Знаменосцу оказали особую честь - шпиль Ратуши украсили фигуркой воина со знаменем. Новый флюгер назвали именем Тоомаса.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Башня Кик-ин-де-Кек ("Загляни в кухню") называется так, потому что высота ее 45,5 метров, и раньше из ее бойниц можно было подсмотреть, что у кого на обед.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1131 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 230 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Мемуары журналиста и редактора пресс-службы Таллиннской мэрии Лейви Шера — рассказ не только о себе и своих родных-близких-знакомых, но и о недавнем прошлом, уже успевшем стать достоянием истории.

«Не знаю, это свойство возраста или индивидуальная особенность, но по ночам моя память начинает просыпаться. И, как в песне, вспоминается всё, что было «не со мной».

Первомайские демонстрации — неотъемлемая часть воспоминаний всякого таллиннца, чье детство пришлось на советские времена.

Первомайские демонстрации — неотъемлемая часть воспоминаний всякого таллиннца, чье детство пришлось на советские времена.

Перед глазами проносится калейдоскоп людей и событий, причем в странной, хаотической, на первый взгляд, последовательности, но связанной какой-то неуловимой логикой».

Пять строк, предваряющих свыше четырехсот страниц добротной мемуарной прозы Лейви Шера, служат к ней лучшим предисловием. И одновременно — ключом к восприятию книги, написанной журналистом не по профессии, а по призванию.

Точно и емко

«Профессиональные байки»: такое определение, пожалуй, будет для книги Лейви Шера наиболее точным и, одновременно, — самым емким.

От самого жанра этого тщетно ждать документальной точности: педант без труда отыщет ошибку, допустим, в дате сражения под Цесисом, превращенной «агитпропом» довоенной ЭР в День победы, или же в названии журнала, дерзнувшего опубликовать «Один день Ивана Денисовича».

Но книга Шера — не энциклопедический справочник по событиям недавнего прошлого. Она — живой слепок с эпохи, в которой довелось жить автору: одновременно непростой и противоречивой, но позволяющей лучше понимать процессы дня сегодняшнего, декларативно провозглашающей разрыв с ней.

При этом (что, надо отметить, немаловажно) книга не скатывается в голую публицистику или сборник исторических анекдотов. Это — именно мемуаристика: события, очевидцем или участникам которых выпало быть автору, показанные сквозь призму личных воспоминаний.

Интересны они будут самому широкому кругу: как тем, кто был знаком с автором лично, учился в одних с ним учебных заведениях, работал вместе в различных учреждениях, так и стороннему человеку, желающему лучше понять, какой была вторая половина
XX века на территории «одной шестой части суши».

Постовой на площади Выйду (ныне — Вабадузе) в начале пятидесятых годов. Возможно, сменивший на посту ставшего оперным певцом Александра Пюви.

Постовой на площади Выйду (ныне — Вабадузе) в начале пятидесятых годов. Возможно, сменивший на посту ставшего оперным певцом Александра Пюви.

Призма многогранности

Новейшая история Эстонии и ее столицы знакома мемуаристу не понаслышке: вместе с матерью и бабушкой он вернулся в Таллинн 16 октября 1944 года — менее чем через месяц после вступления в город советских войск.

Детально прописанный таллиннский быт послевоенных лет и яркие зарисовки повседневности делают книгу Шера занимательным чтивом как для краеведов, так и для всех интересующихся первыми шагами в становлении того Таллинна, в котором живут современные горожане.

«Тартуские страницы» книги (а с этим городом автора связывают как родственные узы, так и годы студенческой молодости — вначале на математическом, затем на филологическом факультете) позволяют увидеть прославленных светил науки и культуры в житейском, будничном, человеческом измерении.

Швейковской невозмутимостью и чонкинским здравомыслием веет от глав, посвященных службе автора в рядах Советской армии. Прозой «шестидесятников» — от целинной эпопеи, в которой мемуаристу довелось принимать самое непосредственное участие. А о годах журналистской работы в ЭССР Шер пишет с вполне довлатовской иронией.

Кстати, он перепроверяет и уточняет некоторые, давно ставшие достоянием местного интеллигентского фольклора, предания, вроде звонка корреспондента «Советской Эстонии» вождю болгарских коммунистов Димитрову накануне очередной годовщины установления в союзной республике советской власти. По легенде, Димитров, не расслышав, откуда звонит журналист, решил, что на проводе — сам товарищ Сталин… А как оно было на самом деле — читайте у Лейви Шера.

Цитаты из жизни

«Память просыпается во сне» читать легко. Что действительно тяжело

— так это выбирать из нее для цитирования отрывки: рано лли поздно ловишь себя на мысли, : как, сам того не замечая, начинаешь перепечатывать страницу за страницей.

Практически в каждой из сорока двух глав есть достойные сюжеты. От сетований хозяйки в далеком татарском Чистополе, где семье автора довелось жить в эвакуации, на кофейные зерна, никак не желающие развариваться в кашу, до «непристойного» эпиграфа в эстонском переводе «Малой Земли» Л.И. Брежнева.
Многие ли, например, горожане помнят, что странное хобби регулировщика, стоявшего в сороковых годах на нынешней площади Вабаду-зе, — петь во весь голос, направляя потоки дорожного движения, — оказалось решающим в его карьере: он был замечен, принят в оперную труппу «Эстонии» и стал ведущим тенором Александром Пюви?

Или еще история: поездка группы учащихся эстонских вузов на далекую целину чуть не закончилась историей в духе гайдаевской «Кавказской пленницы» — один из местных жителей-ингушей всерьез предложил Лейви Шеру, как «начальнику студентов», обменять приглянувшуюся ему девушку на… стадо баранов в сто двадцать голов?

А однажды мемуаристу невольно довелось «поставить на уши» весь ТАСС — подготовленное им сообщение о том, что в рамках развития отношений между родственными народами и «в духе атмосферы разрядки» жители ЭССР смотрят передачи финского телевидения, попало на страницы «Нью-Йорк Таймс» и «Вашингтон Пост»…

Продолжение следует

«Функция разведчика ничем не отличается по природе от функции журналиста, — заверяет автор. — И тот, и другой занимается сбором и анализом информации. Даже нельзя сказать, что журналист занимается сбором и анализом информации, полученной законными путями, в то время как разведчик — незаконными».

С информации, собранной некогда журналистом, корреспондентом и редактором Лейви Шером, гриф секретности снят давным-давно. Но актуальности с любовью собранные и мастерски обработанные им сюжеты, байки и истории отнюдь не утратили и спустя несколько десятилетий.

Повествование в книге, выпущенной таллиннским издательством «Александра» в конце минувшего года и недавно официально презентованной, прерывается началом второй половины восьмидесятых годов — зарей перестройки и началом пути Эстонии к восстановлению независимости.

О том, как протекал тот период, Лейви Шер — мемуарист и непосредственный участник событий, знающий их «изнутри» так, как, возможно, никто другой из пишущих в нашей стране на русском языке.

Будем надеяться, что пробудившиеся во сне воспоминания и впредь будут яркими, содержательными, запоминающимися.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд

Ко дню святой Вальпурги или Как в Ревеле на ведьм охотились

1 мая — день святой Вальпурги, реальной исторической личности, дочери одного из британских королей, которая, став монахиней, в 748 году ...

Читать дальше...

День Ветеранов в Пыхья-Таллине 2018

Небольшая зарисовка. Заболел, и не знаю где отмечают в моем районе Копли, этот день, но над крышами, прямо сейчас, наматывают ...

Читать дальше...

Перспектива улицы Лай с жилыми домами на нечетной стороне улицы Нунне. Конец XIX века.

Там, где стоит «Косуля» Яана Коорта: прошлое и будущее таллинского сквера на Нунне

Зеленый оазис на пути от Ратушной площади к Балтийскому вокзалу в масштабах таллиннской истории относительно молодой — но оттого отнюдь ...

Читать дальше...

... Весь в заботах молодой хозяин нового бара.

Бармен с золотой медалью

Трибуна Кремлевского Дворца с'ездов знала многих известных миру политических деятелей, людей труда, писателей. Официант из Таллина Дмитрий Демьянов, которому от роду ...

Читать дальше...

Ратушная площадь Пауля Бурмана

Галерея одной картины. Ревель: «Ратушная площадь» Пауля Бурмана

Какие сюрпризы ни преподнесла бы балтийская погода, тепло настоящей таллиннской весны навсегда запечатлено на полотне художника первой половины минувшего столетия ...

Читать дальше...

...,и в реальности — на фотографии сороковых-пятидесятых годов.

Оплот, приют и убежище страждущим: лютеранская церковь прихода Вефиль в Таллине

Церковь прихода Вефиль в предместье Пельгулинн, реставрацию которой столичные власти готовы поддержать, отмечает в конце нынешнего года свое восьмидесятилетие. С транслитерацией ...

Читать дальше...

Восстановительные работы на улицы Харью весной 1948 года глазами живописца Агу Пихельга.

«Такою запомнил я улицу Харью...»: сквер на месте погибшего квартала в городе Таллине

Своим нынешним обликом одна из основных артерий таллиннского Старого города обязана градостроительному решению, принятому ровно семьдесят лет назад. Именно тогда — ...

Читать дальше...

Алексей Михайлович Щастный на борту корабля Балтфлота во время перехода из Гельсингфорса в Кронштадт. Апрель 1918 года.

Спаситель Балтийского флота: позабытый капитан Щастный

Столетие Ледового похода Балтийского флота — повод вспомнить его главного, незаслуженно забытого героя — капитана 1-го ранга Алексея Михайловича Щастного. Спасение ...

Читать дальше...

Мужик обеспечивает пернатых кормом. Март 2018. Таллин, Ратушная площадь.

Мужик обеспечивает пернатых кормом. Март 2018. Таллин, Ратушная площадь. Чайки, любовь и голуби в Средневековом Таллине. Март 2018 года. Мужик обеспечивает ...

Читать дальше...

Аномальная зона в Таллине. Ратушную площадь располовининло снегом!

Аномальная зона в Таллине. Ратушную площадь располовининло снегом! Март 2018 года. Сторона Тепла, и Сторона Холода.    

Читать дальше...

Ратман Якоб Иоганн фон Гонзиор и его супруга Амалия Констанция. Снимок шестидесятых годов позапрошлого столетия.

Наследие ратмана Якоба Гонзиора: фонд, улица, социальное жилье в Ревеле

Начало очередного ремонта одной из основных магистралей центра столицы заставляет вновь вспомнить человека, которого величали «таллиннским Рокфеллером». Корреспондент издания "Esmaspäev", присвоивший ...

Читать дальше...

Таллин: В Старый Город пришла Весна!

В Старый Город пришла Весна! Наши таллинские красавицы вместе с Городским Стражником поднимают настроение. Автор видеоблога «Переулки.Таллин»: http://ee.dobro.ee Linda Ronstadt - You're ...

Читать дальше...

Воспоминания Старого Томаса

Таллинская фабрика «Калев» знакомит сладкоежек с историей. Например, в магазинах Эстонии можно отыскать коробку конфет «Tales of Talliin / Истории ...

Читать дальше...

Плакат кинофильма «Красная палатка» в советском прокате. 1969 год.

Полярный порт Кингсбей в Рыбной гавани: как Клаудиа Кардинале по Каламая в Таллине гуляла

Пол века тому назад в Таллинне проходили съемки советско-итальянской художественной киноленты «Красная палатка». «Таллиннцы уже привыкли к тому, что улицы и ...

Читать дальше...

Городской Стражник Ревеля, поздравляет ВСЕХ женщин с праздником 8 марта

Городской Стражник Ревеля, поздравляет ВСЕХ женщин с праздником 8 марта, и дарит настроение! Автор видеоблога «Переулки.Таллин»: http://ee.dobro.ee  

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Рождение озера Юлемисте: На берегу озера Юлемисте стоит и в наши дни господский дом поместья Мыйгу. Рассказывают, будто в стародавние времена на месте Юлемисте было помещичье поле, и что мол под водой до сих пор отчетливо видны каменные ограды, межевые камни. Дно озера хорошо просматривается, так как глубина его невелика.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!