А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Таллиннцы неоднократно обращались и к шведскому, и к русскому правительству с просьбой похоронить Де Круа. Ну вот, денег, собранных за просмотр тела де Круа набралось достаточно, чтобы рассчитаться с долгами, которые он наделал при жизни и решено было де Круа похоронить. На отпевание собралось всего несколько человек. Они думали, что последние, кто видит загадочную улыбку де Круа перед окончательным захоронением. Но судьба распорядилась иначе. После последней войны, когда восстанавливали разрушенную церковь Нигулисте, могила де Круа помешала реконструкции, и его перезахоронили. Теперь, когда вы войдете в "Концертный зал-музей Нигулисте", посмотрите внимательно на пол. Там, возле входа вы увидите большую надгробную плиту, под которой нашел свое очередное упокоение Карл-Евгений де Круа. Навсегда…
Хроники Таллина
Говорят так:
Ратушная площадь, интересна, например, тем, что именно здесь была установлена праматерь всех русских новогодних елок. По свидетельству историков, Петр I, в 1710 году увидел наряженную елку и повелел отныне на Руси тоже такие ставить. Так что, событию этому, более трёхсот лет.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1307 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Сложись история немного по-иному, и у нынешнего кафе «Майасмокк» в борьбе за звание старейшего заведения таллиннского общепита имелся бы солидный конкурент.
Далеко не каждый столичный старожил с ходу вспомнит, где некогда располагалась «Сладкая нора».
«Лисья нора» — существовавший на улице Ратаскаэву ресторан «Rebase Urg» — на слуху и поныне, спустя добрых полтора десятилетия после смены вывески. Его «сладкий» тезка забыт основательно.

Вход и вывеска в винный магазин-погреб Карла Петенберга.

Вход и вывеска в винный магазин-погреб Карла Петенберга.

Потому, возможно, что большая часть завсегдатаев «Сладкой норы» покинула Таллинн во время переселения остзейских немцев в Германию накануне Второй мировой войны. А может, потому что название это так и не стало официальным.
Официально питейное заведение, распахнувшее перед посетителями двери в апреле 1854 года непосредственно в подвалах ревельской Большой гильдии, называлась громоздко: «Ренсковый погреб и виноторговля Карла Германа Петтенберга».
Выговорить такое и на трезвую-то голову с первого раза непросто: «Сладкая нора» — проще, образнее, ярче. И в равной степени понятно — что в эстонском, переводном, варианте «Magus urg», что в немецком, изначальном «Das süsse Loch».

Жидкая валюта

Словосочетание «жидкая валюта» жителю ганзейского Ревеля было не-известно, но смысл его однозначно был понятен. Применительно к вину — особенно.
Напиток, входивший на берегах Средиземного моря в ежедневный рацион даже не самых зажиточных горожан, жителям побережья Балтики виделся предметом роскоши, подающимся на стол только по большим праздникам.
Вино играло ключевую роль в церковной литургии и средневековой медицине — завистники даже сетовали, что основной доход арендаторы ратушной аптеки получают от продажи не столько лекарств, сколько кларета — бордоского, сдобренного сахаром.
Вплоть до самого конца XVIII столетия рождественские «подарки», отсылаемые ревельским магистратом губернатору и высшим чинам губернской администрации в замок Тоомпеа, обязательно включали в себя несколько бочонков отборного вина.
Созданием собственного винного погреба отцы города озаботились, как минимум, в 1403 году, одновременно с возведением нынешнего здания ратуши: известно, что некому каменотесу Икмеле было за его обустройство щедро заплачено.
Дом Большой гильдии был возведен семью годами позже. А уже в 1437 году документы главной купеческой корпорации города упоминают винные бочки, принятые на хранение в гильдейский подвал.

Вход и вывеска в винный погреб Карла Петенберга. Интерьер гильдейского винного погреба в конце XIX века.

Вход и вывеска в винный погреб Карла Петенберга.
Интерьер гильдейского винного погреба в конце XIX века.

Незнатной фамилии

На протяжении более пяти веков вино в погребе Большой гильдии исключительно хранили — торговать им, а тем более — на вынос, никому из горожан не приходило в голову.
Многовековая традиция была прервана в 1854 году, когда арендовать подвальные помещения на самой бойкой улице города решил владелец основанной за пять лет до того виноторговой фирмы Карл Герман Петтенберг.
Судя по отрывочным данным, будущий виноторговец впервые увидел свет не позднее 1822 года в деревне Раннамыйза. Вскоре после рождения семья Петтенбергов перебралась в Ревель: отец Карла устроился слугой в дворянском Акцизном клубе.
Овладев чтением, письмом и азами арифметики, юноша поступил приказчиком в лавку купца Кристиана Августа Дельсена. Вероятно, после кончины хозяина Петтенберг взял управление магазином в свои руки.
У молодого человека явно была коммерческая жилка: в 1843 году он был принят в Братство Черноголовых, став, вероятно, первым членом этой закрытой организации, не будучи по национальности немцем.
Еще через шесть лет Карл Герман Петтенберг был признан полноправным ревельским бюргером: карьера для осиротевшего в возрасте девяти лет крестьянского сына головокружительная!
О его богатстве свидетельствовало хотя бы имя нынешней улице Коцебу: по двум принадлежавшим виноторговцу земельным участкам она звалась в конце XIX века «Петтенберговской».

Незабываемые вечера

«На главной улице Ревеля высится гильдейский дом незапамятных времен, в котором располагается ныне городская биржа. В подвале его расположен винный погребок, уютнее которого мне посещать не доводилось.
Все помещения его оформлены с крайней простотой, но вино — просто великолепно. По стенам, тут и там, развешаны восхитительные картоны с прекрасно выполненными карандашными набросками».
Такими словами свои впечатления от визита в «Сладкую нору» описывал немецкий литератор Вилли Вестен, автор вышедшей в 1884 году в Мюнхене книги путевых заметок «Четыре месяца в России».
Что касается местных жителей, то среди них заведение Петгенберга в усиленной рекламе не нуждалось: пропустить бокальчик-другой в подвале бывшей Большой гильдии среди состоятельных горожан было вопросом поддержания имиджа.
«После выступления узкий круг гостей спустился в биржевой подвал, — вспоминал состоявшиеся осенью 1867 года гастроли пианиста Теодора Штайна художник и редактор газеты «Revalsche Zeitung» Леопольд фон Пецольд.
Всем, но прежде всего — исполнителю, хозяин заведения Карл Петтенберг предложил праздничный напиток. Разговоры, которые текли за распитием смеси бургундского и шампанского, позволяют говорить о незабываемом вечере…»

На память ревельцам

Если верить Пецольду, именно этот вечер стал поворотным пунктом в истории заведения: ренсковый погребок, которых насчитывалось в городе с полдюжины, стал превращаться в модное место времяпрепровождения.
Подтвердить или опровергнуть это заявление сложно, но с уверенностью можно сказать: сам журналист и художник стал с тех пор частым гостем кабачка Карла Петтенберга. Настолько частым, что он даже принял участие в его украшении.
«Посетителям вот уже несколько месяцев хорошо знаком фриз, который господин Пецольд расписал на память своим ревельским друзьям, — сообщала в ноябре 1871 года «Revalsche Zeitung». — Он показывает, как гнать от себя прочь все зимние невзгоды».
К сожалению, юмористическое произведение, написанное незадолго до переезда Пецольда в Ригу, современному таллиннцу практически незнакомо. А художественными достоинствами фриз наверняка обладал.
По крайней мере его популярность у современников была такова, что некий рижский книготорговец Дойбнер с успехом выставлял — и, надо понимать, продавал — в своем магазине фотографические снимки фриза.

Живой бренд

Порой даже удивляешься: каким образом такой занятый и солидный коммерсант, как Петтенберг, выкраивал время не только для персонального обслуживания почетных гостей заведения, но и на бурную общественную деятельность.
Так, он активно занимался садоводством и животноводством, проложил первую в городе частную линию телеграфа от гильдейского погреба до собственного дома, принимал участие в заседаниях культурных обществ, разрабатывал… фейерверки.
Последнее оказалось для виноторговца роковым: летом 1885 года, зажигая в своем саду огни очередной фейерверочной фигуры, Петтенберг получил тяжкие ожоги. Усилия медиков оказались тщетными: в ноябре газеты сообщили о его безвременной кончине.
Фамилия основателя винного погребка в Большой гильдии превратилась к тому времени в признанный бренд: последующими владельцами она использовалась вплоть до самой национализации летом 1940 года…
После войны былая «Сладкая нора» были передана тресту «Главвино». Летом 1952 года, в помещения Большой гильдии въехал Исторический музей ЭССР – его фонды и архивы заняли собой подвал.
Во время последней реставрации гильдейского дома его погреба были возвращены посетителям: здесь разместилась часть постоянной экспозиции. Среди прочего, упоминает она и заведение Петенберга.
Жаль только, что возродить его музейное руководство не сподобилось. Нет сомнения, что исторический винный погреб имел бы успех как у таллиннцев, так и у гостей города.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Таким представлялся вид сверху на новый корпус нынешнего Городского театра
во дворах девятого квартала архитектору Калле Рыымусу в 1987 году.

От «Интернационального клуба» до «Сцены в преисподней»

Двор здания Таллиннского городского театра стоит на пороге больших перемен, ожидание которых оказалось растянутым чуть ли не на три с ...

Читать дальше...

Первые семь КТ-4 в ожидании «воздушного путешествия»
с железнодорожной платформы на трамвайные пути. Февраль 1981 года.

Чехословацкие «аквариумы» для трамвая Таллинна

Сорок лет тому назад на таллиннские улицы впервые вышли трамваи чехословацкой сборки «КТ-4», обслуживающие жителей и гостей столицы и по ...

Читать дальше...

Что и почему нужно знать о тайном пакте Бермонта-Гольца

Сто лет назад, 21 сентября 1919 года, генерал германской армии Рюдигер фон дер Гольц и командир Западной добровольческой армии самопровозглашенный ...

Читать дальше...

Часовня СЗА на кладбище в Копли 25 октября 1936 года.

Возвращение памяти: часовня СЗА в Копли

Одна из достопримечательностей Пыхья-Таллинна и памятник русскому прошлому столицы, утраченный в послевоенные годы, начинает свое возвращение к таллиннцам. До начала нынешнего ...

Читать дальше...

Таллин

О НАЗВАНИИ СТОЛИЦЫ ЭСТОНСКОЙ ССР

7 декабря 1988 г. на сессии Верховного Совета Эстонской ССР единогласно принята поправка к русскому тексту Конституции (Основного закона) Эстонской ...

Читать дальше...

Модель торгового судна XVII века, принадлежавшего членам ревельского братства Черноголовых, в коллекции Таллиннского городского музея.

Восемь столетий Таллинна: Век семнадцатый, переломный.

Семнадцатый век единственный в восьмивековой истории Таллинна целиком и полностью укладывается в рамки Шведского времени, составляя тем самым большую часть ...

Читать дальше...

Биржевой переулок.

Биржевой проход: «тропой истории» вдоль Исторического музея

После недавно завершившейся реставрации Биржевой проход – одна из самых колоритных и узнаваемых улочек Старого Таллинна – вновь открыта для ...

Читать дальше...

Фасад Дома кино – один из самых ярких образцов эклектики в архитектуре Старого Таллинна.

Дворец десятой музы: Дом кино на улице Уус

Сорок лет назад муза кино обрела в Таллинне свой собственный дом – роскошный неоренессансный особняк на улице Уус. Первый киносеанс в ...

Читать дальше...

Семья лопарей-саамов с их оленями. Иллюстрация из газеты «Rigasche Rundschau», март 1931 года.

Заполярье за Коммерческой гимназией: Лапландия в Таллинне

Для того чтобы посетить «всамделишную Лапландию», столичным жителям девяностолетней давности было достаточно заглянуть на пустырь за зданием нынешнего Английского колледжа ...

Читать дальше...

Руководство Рийгикогу первого созыва в служебных помещениях замка Тоомпеа.

Бездна доверия и масса проблем: 1-я сессия 1-го Рийгикогу

Сто лет тому назад термин «Рийгикогу» вошел в активный словарь жителей Таллинна и других городов нашей страны: 4 января 1921 ...

Читать дальше...

Таллиннский Дед Мороз переходного от «новогоднего» к «рождественскому» периоду своей биографии на открытке второй половины 80-х годов.

В Кадриорге когда-то работала школа Дедов Морозов

Тридцать лет назад в Таллинне открылось учебное заведение, аналогов которому прежде в истории системы образования столицы едва ли было возможно ...

Читать дальше...

На месте Järve Selver почти сто лет высились корпуса фабрики, основанной Оскаром Амбергом.

Силикатный кирпич Оскара Амберга

Сто десять лет тому назад на окраине тогдашнего Таллинна приступило к работе предприятие, без преувеличения, изменившее облик города самым радикальным ...

Читать дальше...

Заглядывать в чужие окна – не слишком культурно. Заглянуть же в историю таллиннских окон – как минимум небезынтересно.

От трилистника до... стены: биография таллиннских окон

Сочлененное с готическим порталом средневековое окно в каменной раме можно отыскать даже на фасадах зданий, до неузнаваемости перестроенных в последующие ...

Читать дальше...

Главный акцент интерьера часовни в башне городской стены – изображение девы Марии – выполнен художником Андреем Стасевским и каллиграфом Татьяной Яковлевой.

От грозного Марса до Девы Марии: метаморфозы башни Грусбекетагуне

Первый ярус одной из башен таллиннской городской стены превратился в уникальный культовый и культурный объект. То, что расположенная поблизости башня крепостной ...

Читать дальше...

Обложка альбома «Георг Отс – 100», выпущенного в нынешний юбилейный год.

Еще раз о Георге Отсе: портрет в жанре альбома

Альбом «Георг Отс – 100», выпущенный таллиннским издательством «Александра», – достойный аккорд юбилейного года, посвященного столетию со дня рождения легендарного ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Большинство горожан были выходцами из деревни. Свободных крестьян тогда почти не было. Значит, город укрывал беглых крепостных. Год и один день должен был провести в городе каждый из них, чтобы получить свободу. Но, и став горожанином, бывший крепостной должен был добывать себе средства к существованию тяжелым трудом, за который платили гроши. Каждый горожанин был членом объединения (гильдии или цеха). Гильдий в городе было три, а цехов - гораздо больше, может быть, столько же, сколько и профессий. Город сохранил память о некоторых из них, так как люди одной профессии сделались слободами. Вот улица Кинга - здесь жили сапожники. На Монетной (Мюнди) - осели монетчики, на Куллассепа (золотых дел мастеров) колдовали ювелиры. Булочники, кузнецы, рыбаки - каждый жил на своей родной улице Сайа-Кяйк, Сепа, Каламая.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!