А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
После присоединения Эстонии к Российскому государству в начале XVIII века и образования Эстляндской губернии герб Таллина не изменился в своей основе. На нем, как и в XIII веке, были изображены три синих леопарда на золотом поле. В книге о гербах городов, губерний, областей и посадов Российской империи, составленной П.П.Винклером и вышедшей в Санкт-Петербурге в 1899 году, сказано: "Высочайше утвержден 8-го декабря 1856 года герб Эстляндской губернии. В золотом поле три лазуревые леопардовые львы. Щит увенчан императорскою короною и окружен золотыми дубовыми листьями, соединенными Андреевскою лентою". Пусть не смущает название цвета леопардов. Он не изменен и остался тем же, каким был при возникновении печати Таллина. Здесь тоже вступают в права правила геральдики. В ней существует четыре основных цвета, называемых "финифтями": червлень, то есть красный цвет; лазурь - синий; зелень; чернь. Так что, когда говорят о лазуревых леопардах, то имеются в виду синие.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Строго говоря, марципан не конфеты. И уж абсолютно точно не булки. Само слово немецкое. За право называть себя родиной марципана вечно спорят Любек и Таллинн. По одной из легенд, изобрели марципан в Средневековье в немецком городе Любеке во время его осады. Когда в городе кончились продукты, местные кондитеры сделали из остатков миндаля и сахара первые марципаны.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1288 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

За те два десятилетия, на протяжении которых городские власти выбирают лучшие объекты архитектурной реставрации, не было, похоже, до сих пор случая, чтобы первое место разделили здания-погодки.
Нынешний год наметил новую тенденцию: как лучший отреставрированный объект в границах Старого города, так и расположенный на территории исторических предместий, практически ровесники — что первому, что второму исполнилось «плюс-минус век».
Хронологической точности ради стоит пояснить: здание в квартале между улицами Пикк, Пагари и Лай было сдано в эксплуатацию в 1912 году, доходный дом на перекрестке улиц Рауа и Крейцвальди — летом 1913-го.
Более того, оба они, при всей кажущейся очевидной, на первый, непрофессиональный, взгляд, несхожести, принадлежат не только одной эпохе, но и одному архитектуру стилю — модерну или, на немецкий манер, югенду.

Стильное здание

«Есть зданье стильное на улице Морской,
Обширностью своей внушает изумленье.
Внутри, направлены умелою рукой,
Работы движутся, кипят на удивленье…»

Дом Тулипа на углу Пикк и Пагари — «второй неоклассицизм» во всей возвращенной красе.

Дом Тулипа на углу Пикк и Пагари — «второй неоклассицизм» во всей возвращенной красе.

Укрывшийся за псевдонимом «Дедушка Ефим с участка» фельетонист «Известий Ревельского совета рабочих и воинских депутатов» упомянуть номер дома не удосужился. Нужды особой не было — всякий горожанин в январе 1918-го догадывался, о каком здании идет речь.
Несложно догадаться, какие чувства испытывал к нему корреспондент пролетарского издания: Строительное управление Морской крепости имени Петра Великого, расквартированное в доме на углу Пикк и Пагари, воспринималось большевиками как «оплот бывших».
Содержание в данном случае на редкость соответствовало форме: пятиэтажное строение, подавляющее окружающую застройку столичным масштабом, но одновременно — по-петербургски элегантное, смотрелось живым свидетельством недавней имперской мощи.
На смену строя и общественной формации за его стенами, казалось, даже не обратили внимания: учреждение, насколько было это вообще возможно в условиях нарастающей революционной анархии, изо всех сил стремилось работать размеренно и четко.
Этот стиль работы, похоже, на долгие десятилетия прописался в кабинетах дома на улице Пагари — пугающе независимо от того, какие структуры каких государств квартировались в нем.

Декоративная роль

«Бурамновски дом» на углу Рауа и Крейцвальди — северный модерн с налетом неоклассики.

«Бурамновски дом» на углу Рауа и Крейцвальди — северный модерн с налетом неоклассики.

«Британский подданный Вильям Матвеевич Тулип», подавая в 1911 году документы на строительство в Ревельскую городскую управу, не мог, пожалуй, даже предположить, что этот адрес — Пагари, 1 — обретет когда-нибудь пугающий привкус.
На месте двух пошедших под снос средневековых жилищ, кстати, уже считавшихся признанными памятниками старины, он планировал возвести доходный дом с квартирами, рассчитанными на самую взыскательную публику.
Проект здания был заказан у молодого зодчего Ганса Шмидта: недавно он вернулся из Петербурга с дипломом художника-архитектора и уже успел вписать современное по тем временам здание на углу теперешних улиц Харью и Вана-Пости.
Из столицы Шмидт привез приверженность модерну. Но если первая его таллиннская работа пытается остаться в рамках «чистого стиля», то фасады дома Тулипа были решены в духе следующего этапа его развития — так называемого, «второго неоклассицизма».
Прямого цитирования элементов античной архитектуры тут нет — за исключением разве что утрированного треугольного фронтона. Да медальонов с танцующими грациями, словно сошедшими с древнеримских фресковых росписей.
В целом же — это здание с современной планировкой квартир, оснащенных последними достижениями бытовой техники тех лет: паровым отоплением, ваннами, лифтами. Один из них, кстати, предназначался не для пассажиров, а для дров.
Предназначались они не столько для согрева помещения, сколько для обеспечения уюта: камины в доме Тулипа играли чисто декоративную роль.

Военная биография

Наслаждаться комфортом жильцам самого фешенебельного на момент постройки в городе многоквартирного дома долго не пришлось: слишком уж высокую арендную плату назначил хозяин.
Открытый вопрос — решил ли Тулип продать свое детище государству еще непосредственно в процессе строительства или же сразу после его завершения. Во всяком случае к январю 1917 года жилых квартир в нем уже точно не было.
Военные положили на здание глаз «всерьез и надолго»: после того как Таллин был оккупирован кайзеровской Германией, на Пагари, 1 разместился отдел снабжения и продовольствия Восьмой армии.
Попытку «захватить здание» гражданские власти предприняли всего один раз: в ноябре 1918 года в нем ненадолго обосновалась уездная управа Харьюмаа, уже в конце месяца потесненная вновь созданным Военным министерством Эстонской Республики.
Помимо генерального штаба в доме на углу Пагари и Пикк располагался также Комитет истории Освободительной войны с архивом и библиотекой. Правда, под музей помещений не нашлось — его пришлось открывать на улице Вене.
Примечательно, что, несмотря на серьезность разместившихся в здании учреждений, его воспринимали как одну из городских достопримечательностей: путеводитель 1921 года
опубликовал его фотоснимок, что в советское время было бы маловероятным.
Оно и понятно: органы госбезопасности СССР, располагавшиеся в здании с 1940-го по 1941-й и с 1944-го по 1991 год, в отличие от министерств ЭР, к саморекламе склонны отнюдь не были.

Мастер и заказчик

На повышенную секретность дом на перекрестке улиц Рауа и Крейцвальди пожаловаться, вне зависимости от режима, не мог. Повода не было: на протяжении всей своей истории он был и остается жилым.
Уважением пользовался и зодчий, построивший дом: Карл Бурман-старший, начавший свой творческий путь в Эстляндской губернии и завершивший — в Эстонской ССР, считался одним из признанных «патриархов».
О заказчике «бурмановского дома» в ту пору предпочитали не упоминать: домовладельцы вообще были не в чести. Да и биография его была слишком уж яркой иллюстрацией к капиталистической концепции о человеке, «сделавшем самого себя».
Сын приходского учителя Вольдемар Клемент, выпускник торгово-экономического факультета Рижского политехникума, смог пройти непростой отборочный конкурс и занять должность управляющего одним из коммерческих банков Санкт-Петербурга.
В неполные тридцать он переехал в Ревель, где занял должность главного бухгалтера городской газовой и водопроводной сети. Скопив за пять лет внушительный капитал, Клемент решил вложить его в строительство доходного дома.
Вряд ли с Бурманом он познакомился еще в столице, где тот учился в Академии художеств. Скорее, встретились они-уже в Ревеле — и явно нашли друг друга.

Подлодка на мансарде

Где бы ни произошла встреча, печать петербургской школы явственно лежит на фасадах дома по адресу: Рауа, 39.
Но это — уже не имперский Петербург, классицистическая «Северная Пальмира». А город, готовый сменить свое имя на Петроград: столица северного модерна, ведущего род не от средиземноморской античности, а от легендарного мира скандинавского фольклора.
От северного модерна в облике «бурмановского дома» немало. Прежде всего — сам грузный, придавленный мансардой силуэт. А также использование в облицовке фасадов «дикого» природного камня и оконные проемы причудливой пяти-шестиугольной формы. Что делает «бурмановский дом» отличным от аналогов, встречающихся во многих городах Северной Европы, — это скругленное решение угла здания, усиленное декоративными полуколоннами, заставляющими вспомнить Казанский собор.
Еще больший сюрприз ожидает тех, кто проникнет во внутренний двор здания: устремленные в небо башни лестничных клеток венчают жестяные колпаки с окнами-иллюминаторами, заставляющими вспомнить о рубках
первых подлодок.

***

Времена, когда к модерну даже профессиональные искусствоведы относились с пренебрежением, к счастью, сами успели стать достоянием истории. Дом Тулипа и «бурмановский дом» вновь сумели стать тем, чем были на момент своего рождения, — достойным украшением города и комфортным жилищем для своих обитателей.
А значит награды, врученные на минувшей неделе Таллиннским департаментом культурных ценностей их владельцам, — безусловно заслуженные.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.




Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Барон Александр фон дер Пален и служащие Балтийской железной дороги на перроне вокзала в Ревеле. Снимок 1870-ых годов.

«Балтийская железная дорога, наше выстраданное дитя»

Первый пассажирский поезд из тогдашней столицы Российской империи в нынешнюю столицу Эстонской Республики прибыл ровно сто пятьдесят лет тому назад. Перестук ...

Читать дальше...

В галерее Русского театра Эстонии, проходит юбилейная художественная выставка «Осень №55»

Автор работ, признанный у нас и далеко за рубежом, талантливый художник, Сергей Волочаев. Картины изумляют идеями, подходом и различными техниками. Представлены ...

Читать дальше...

Дом Иосифа Копфа на углу Пикк и Хобузепеа и портрет его владельца на золотой брошке.

Ревельский ювелир Иосиф Копф: золотых дел мастер

Девяносто лет назад Таллинн прощался с Иосифом Копфом - человеком, еще при жизни сумевшим стать, выражаясь современным языком, «коммерческим брендом». Георг ...

Читать дальше...

Директор Таллиннского Городского архива в 1989-1996 гг. Ю. Кивимяэ демонстрирует грамоту XV века - одну из многих, вернувшихся в родной город. Снимок из газеты «Советская Эстония».

Исток таллиннской историографии: возвращение Городского архива

Ровно тридцать лет тому назад история столицы вновь стала длиннее почти на восемь столетий: в Таллинн вернулись фонды Городского архива. Его ...

Читать дальше...

Катастрофа с девятью погибшими на Балтийском вокзале

Самая тяжелая авария в истории эстонских железных дорог произошла 40 лет назад, в первую субботу октября. Поезда приближались друг к другу ...

Читать дальше...

Как закончилась сказка про Гэдээр

Падение Берлинской стены стало в СССР шоком для многих взрослых, а для некоторых детей - первым столкновением с ложью. "Гэдээр" ...

Читать дальше...

Сто сорок лет назад городская стена Ревеля нуждалась если не в реставрации, то в консервации - как минимум.

Семь веков на страже города Таллина: летопись крепостной стены

У одного из узнаваемых символов таллиннского Старого города - солидный юбилей: с начала строительства крепостной стены вокруг средневекового ядра нынешней ...

Читать дальше...

Здание Немецкой реальной школы непосредственно после постройки.

Школа на улице Луйзе: реквием по утраченному

Здание Немецкого реального училища, некогда признававшееся идеалом и образцом для аналогичных построек, возродившееся после войны в ином облике, безвозвратно утрачено ...

Читать дальше...

Домский, он же Длинный мост на рисунке Карла Буддеуса, середина XIX века.

Тоомпеаский, Каменный, Пиритаский: мосты над водами Таллинна

Даже без учета виадуков и путепроводов, семейство таллиннских мостов – достаточно многочисленное. А главное – способное поведать о себе немало ...

Читать дальше...

Вариант развития мемориального ансамбля на Маарьямяги по версии середины шестидесятых…

Памятник двадцатому веку: ансамбль на Маарьямяги

Мемориальный комплекс на Маарьямяги давно уже стал памятником не конкретным событиям или лицам, а всему, что произошло с Эстонией на ...

Читать дальше...

Ворота в конце улицы Трепи на довоенных открытках встречаются часто, но топоним «Ныэласильм» конкретно к ним еще не применялся.

Головы, ноги, чрево и горб: анатомия таллиннских улиц.

Географические названия, щедро рассыпанные по карте Таллинна, позволяют читать ее почти как… анатомический атлас. Уподобить город человеческому организму впервые предложили пионеры ...

Читать дальше...

Портреты павших в сражении 11 сентября 1560 года горожан и старейшее изображение Таллинна на эпитафии Братства черноголовых.

Восемь столетий Таллинна: век XVI век, пора рефлексий

Непростой во всех отношениях XVI век подарил Таллинну первые портреты города и его жителей, первый памятник, а также один из ...

Читать дальше...

То, чего не было в реальности: «Потопление финского броненосца «Вяйнемяйнен» на советском плакате.

Разрушители мифов: охота за «Вяйнемейненом»

В биографии одного из самых неуловимых военных кораблей Второй мировой войны — финского броненосца береговой обороны «Вянемейнен» — нашлось место ...

Читать дальше...

Гостиничный комплекс «Пеолео» в день своего открытия.

Иволга на обочине шоссе: мотель и кемпинг «Пеолео»

Первая ласточка – вернее, пожалуй, было бы сказать «первая иволга» – частного гостиничного бизнеса современной Эстонии «свила гнездо» тридцать лет ...

Читать дальше...

Флагман Эстонского морского пароходства «Георг Отс». Открытка восьмидесятых годов прошлого века.

Белоснежный красавец-теплоход: легендарный «Георг Отс»

Ровно сорок лет тому назад северный сосед стал ближе: в июне 1980 года на линию Таллинн-Хельсинки вышел, без преувеличения, легендарный ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.

Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев. Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29. Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе. Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии, Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца. Хук напомнил царю о запрете на посадку деревьев. Вот тогда-то Петр и наделил Хука и его наследников привилегией растить перед своим домом два дерева, чтобы они давали тень в теплые летние дни . Так и растут эти единственные на улицах Нижнего города деревья. Нынешние липы были посажены в прошлом столетии, видимо, на смену первым, высаженным при царе Петре.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!