А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Богатство и процветание города всецело зависели от торговли, главным образом транзитной, между Западной Европой и Новгородом, а через него и другими русскими городами. 22 февраля 1346 года Таллинн получил от Ганзейского союза право складочного пункта в Новгородской торговле. Из Франции и Португалии привозили много соли. «Таллинн построен на соли» - гласит средневековая поговорка. И, действительно, только в течение одного дня, 15 июля 1442 года, в Таллинн пришло 57 кораблей с солью. Количество соли, привозимой в Таллинн, в некоторые годы превышало 1,200 млн. кг. На соль обменивалось в те времена зерно, занимавшее главное место среди товаров, которые вывозили из города. Соль по здешнему обычаю никто не имел право взвешивать на своих весах. Для этого на ратушной площади имелось специальное здание – «важня», известное с XIV века. В 1554 году в северной части площади была построена Новая важня. Это было двухэтажное здание с высокой крышей, украшенное барельефными медальонами с изображением граждан города. Здание важни погибло в 1944 году, а барельефы хранятся в музее. Место, на котором стояла важня, отмечено вымосткой – линией в два камня поперек основной вымостки площади.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
В старые времена для привлечения в Таллинн больше купцов, отцы города решили построить самую высокую в мире церковь. Но где найти мастера, который взялся бы за столь непростое дело? И тут неизвестно откуда появился незнакомец высокого роста, который пообещал построить такую церковь. Все бы ничего, но запросил он за свою работу столько золота, сколько во всем Таллинне не сыскать... Тогда таинственный мастер предложил следующее: он согласился построить церковь бесплатно, но только при одном условии - если горожане угадают его имя. Незнакомец строил быстро и ни с кем не разговаривал. Когда же строительство стало подходить к концу, отцы города не на шутку всполошились и решили послать шпиона, чтобы тот выведал имя незнакомца. Шпион быстро нашел дом строителя, дождался вечера и, подкравшись к окну, услышал, как мать напевала, баюкая ребенка: «Спи, мой малыш, засыпай. Скоро Олев вернется домой, с полной золота сумой». Так таллиннцы узнали имя загадочного незнакомца. И когда строитель стоял на самой верхушке церковного шпиля и устанавливал крест, кто-то из горожан окликнул его: «Олев, слышишь, Олев, а крест-то у тебя покосился!» Услышав свое имя, Олев от неожиданности потерял равновесие, рухнул с высоты наземь и разбился насмерть. И тут горожане увидели, как у него изо рта выпрыгнула лягушка, а вслед за ней выползла змея... Выходит, не обошлось здесь без помощи темных сил. Но церковь все же назвали в честь ее таинственного строителя.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1138 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 231 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Книга, выпущенная Эстонским музеем архитектуры совместно с Таллиннским департаментом культурных ценностей, возвращает столице неотъемлемую часть градостроительного облика: памятники деревянного зодчества.

Почти четыре сотни страниц. Без малого два десятка авторов. Практически восемь лет работы над текстом. И никак, пожалуй, не менее полутысячи памятников архитектуры, описанных самым доскональным образом.

Мотив исторической застройки таллиннских предместий — на обложке книги.

Мотив исторической застройки таллиннских предместий — на обложке книги.

Так, пожалуй, можно охарактеризовать коллективный труд «Tallinna puitarhitektuur» («Деревянная архитектура Таллинна»), если подходить к нему с позиции чисто количественных показателей.
В данном случае уместнее говорить не о количестве, а о качестве: столь подробного и добротного исследования градостроительного облика столицы держать в руках не доводилось давно.
А уж посвященного деревянному зодчеству — и подавно: до самого последнего времени оно находилось в тени прославленных архитектурных достопримечательностей Старого города.

Древние и незнаменитые

Спорить, казалось бы, бессмысленно: с 1433 года Таллинн — город, по преимуществу, каменный.
Запрет, введенный магистратом после очередного опустошительного пожара, соблюдался на протяжении последующих столетий, вероятно, строго — но исключительно в черте городских стен.
Первый сюрприз, который преподносит любителям таллиннской старины посвященная деревянному зодчеству книга, — документированные доказательства того, что деревянные жилые дома возводились на территории нынешнего Старого города достаточно часто.
Речь, конечно же, не идет о представителях патрициата — фасады их увенчанных характерным треугольным фронтоном подворий возводились исключительно в камне века с пятнадцатого.
А о горожанах попроще, чьи жилища росли подальше от основных улиц, на окраинах.
Может показаться невероятным, но до печально знаменитой мартовской ночи 1944 года деревянный дом конца XVII — начала XVIII столетия, похожий на те, что и поныне можно встретить в исторической части Пярну, Курессааре или Хаапсалу, стоял на улице Олевимяги.

Двухэтажный деревянный дом не менее чем трехсотлетней давности лепился к крепостной стене на улице Вене: он и снесен-то, оказывается, был всего лишь лет тридцать пять назад, в рамках кампании по благоустройству города к Олимпийской регате.
Тем ценнее сохранившиеся раритеты: деревянные жилища шведского времени на улице Уус. Дом, стоящий на ней под номером 21, скрывает фактуру стен под штукатуркой, дом под номером 9 очищен от нее — и давно уже дожидается реставрации.

Резное кружево

tallinna-puit-arhitektuurИ листая для знакомства с иллюстрациями, и вдумчиво вчитываясь в текст книги, невольно задаешься вопросом: какое столетие, собственно, справедливее всего было бы назвать «золотым веком» таллиннского деревянного зодчества?
От восемнадцатого уцелело немного. Но и чертежи утраченных построек паркового ансамбля Екатериненталя, и прорисовки фасадов православных церквей (за исключением Казанской на улице Лийвалайа, ни одна до наших дней не сохранилась) наводят на мысль: плотники в остзейском Ревеле были востребованы не меньше каменщиков.
Девятнадцатый век — период зарождения собственно «эстонского Таллинна», города, в котором немцам предстояло стать меньшинством — был ознаменован бурным ростом предместий, по праву считающихся кладезем деревянной архитектуры: Кассисаба. Каламая. Кадриорг.

Начавшийся век двадцатый не просто раздвинул границы городской застройки до Пельгулинна, Тонди, Сикупилли, но и подарил два принципиально новых типа деревянного жилья: двухэтажные «лендеровские» дома и двух- и трехэтажные «таллиннские».
Последние, кстати, можно было бы именовать и «коплискими»: ставшие их «фирменным знаком» каменные лестничные клетки были применены впервые именно при застройке улиц рабочей колонии Русско-Балтийского завода на полуострове Копли.
Для более же архаичного типа жилища, получившего название по имени первого в Ревеле мэра-эстонца Вольдемара Лендера, характерен богатый резной декор: наличники дома по адресу Аллика, 8 иначе чем резным кружевом и не назовешь.

На пользу общества

Деревянное наследие столицы, как подчеркивают авторы книги, — это не только жилые дома во всех разнообразии их типов. Но и общественные здания — их с одинаковым успехом возводили и в губернском Ревеле, и в Таллинне, уже не просто ставшем столицей Эстонской Республики, но столицей, обзаведшейся
эпитетами «советская» и «социалистическая».
Самый молодой памятник данной категории является, пожалуй, и самым известным: если и не сам летний театр Краснознаменного Балтийского флота, возведенный в 1946-1948 годах на «макушке» бастиона Скооне, то уж уничтоживший его грандиозный пожар летом 1997-го большинство современных таллиннцев наверняка помнят.
Меньше тех, кто помнит окончательно утраченный полвека тому назад ансамбль зданий Армейского госпиталя, построенного в предместье Юхкентали после наполеоновских войн: даже такая, казалось бы, утилитарная постройка, как банный корпус, был украшен благородным ампирным портиком — на манер хрестоматийных «дворянских гнезд».
Деревянная эстрада Певческого поля — ее облик успела сохранить юбилейная монета номиналом в одну крону, отчеканенная в 1933 году. Пляжные павильоны в Пирита и на Штромке. Величественные ворота довоенного ипподрома — всё это постройки, без которых невозможно представить Таллинн не столь уж и отдаленного прошлого.
А ведь был еще и элегантный Купальный салон в Екатеринентале — второе в городе здание, чей облик был определен конкурсом проектов: победителем вышел петербургский архитектор Людвиг Боденнггедт; и рыночные павильоны на нынешней площади Виру; и выставочные — на теперешней площади Торниде.
Всем им на страницах книги уделяется пристальное внимание. Равно как и тем постройкам, которым посчастливилось сохраниться до наших дней: в первую очередь тут стоит упомянуть детский городок в Кадриорге, после реставрации ставший домом детскому музею Миа-Милла-Манда.

Вопросы современности

Первые, робкие еще слова в защиту «деревянной страницы» в истории таллиннской архитектуры прозвучали в середине семидесятых годов прошлого века: тридцать предшествующих лет о ней говорили исключительно в негативном ключе.
Советская власть видела в деревянной застройке лишь «пережиток капитализма», словно стесняясь признаться себе, что первые дома, построенные ею в 1940-1941 годах для «освобожденных пролетариев», т.н. «RаКо», или «народные квартиры», тоже были деревянными.
Надо отдать авторам книги должное: верные академическому подходу, они не столько сокрушаются по поводу утраченных в сороковые- восьмидесятые годы памятников и целых массивов цельной деревянной застройки, сколько фиксируют реставрацию и реновацию сохранившихся зданий и их ансамблей.
Значит ли это, что деревянное зодчество отныне и навсегда превратилось в объект тщательного сохранения и неизбежной при этом в той или иной степени пресловутой «музеификации» — что по сути является признанием какого-либо стиля достоянием прошлого, а не настоящего?

Отнюдь нет: глава, завершающая собственно «исторический» разде посвящена деревянной архитектуре Таллинна двух последних десятилетий. Не будет преувеличение предположить: среди возведенных или облицованных деревом построек, есть настоящие уникумы.
Горожанам они, увы, известны даже еще в меньшей степени, чем признанные шедевры прошлого, вроде спасенного от, казалось бы неминуемой гибели дома Яана Поска, или же воссозданной в значительной степени «портовой» церкви Симеона и Анны на улице Ахтри.
Многие ли из нас догадываются, что два ультрасовременных посольских особняка (германское посольство на улице Тоом-Кунинга, 11 и датское по адресу: Висмари, 5) стали своего рода эталоном для нынешних эстонских архитекторов, экспериментирующих с деревом?
Или что именно облицовка натуральной древесиной обеспечивает неповторимый, но одновременно схожий, облик таких, казалось бы, разных учреждений, как библиотека в Пяэскюла и спортивный холл в Ласнамяэ?
И это — не считая частных и малоквартирных жилых домов, ничуть не скрывающих свою современность, но умело вписанных в общий облик таких районов исторической деревянной застройки, как Каламая и Нымме?

***

Объять необъятное, разумеется, нельзя — хотя составители книги «Tallinna puitarhitektuur» приблизились к этой амбициозной задаче настолько, насколько это вообще возможно.
Конечно, какие-то темы по-прежнему ждут более детального рассмотрения. Например — архитектура хуторских построек, в процессе расширения таллиннских границ оказавшихся на территории города
Или же — деревянные дачи, активно строившиеся в столичных пригородах в семидесятые-восьмидесятые годы, а ныне — ставшие объектом бесчисленных экспериментов по их перестройке в дома, приспособленные для круглогодичного проживания.
Сложно сказать, скоро ли увидит свет второе, расширенное, издание книги. Но если ему суждено увидеть свет, хотелось бы, чтобы текст, снабженный резюме на английском языке, был бы дополнен и русским вариантом.
Ведь, если верить национальному эпосу, строевой лес для городища на будущем холме Тоомпеа легендарный Калевипоэг на собственных плечах, как ни крути, носил именно из-за Чудского озера…

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Дом на углу улиц Ратаскаеву и Люхике-Ялг должен бы обзавестись гигантским витражным окном и стать художественным кафе «Зиттов». Проект 1968 года.

Ратаскаеву, дом 20/22: родовое гнездо Зиттовых а Таллине

Улицы, нареченной в честь самого, вероятно, знаменитого уроженца средневекового Ревеля, в Таллинне до сих пор нет. Фамилия его полвека назад ...

Читать дальше...

«Портрет молодого человека» кисти Зиттова, в котором некоторые исследователи склонны видеть автопортрет мастера.

Долгий путь в родной город: возвращение Михкеля Зиттова в Таллин

Работы самого, пожалуй, знаменитого таллиннского живописца впервые в истории будут экспонироваться в его родном городе — на выставке в Художественном ...

Читать дальше...

Жилой и административный корпус санаторной школы в день открытия.

Лечить, учить, просвещать и заботиться: школа-санаторий над рекой Пирита в Таллине

Восемьдесят лет назад в Таллинне открылось одно из самых необычных учебных заведений столицы — Санаторная школа имени президента Константина Пятса. Июнь ...

Читать дальше...

Пушки, стоявшие при входе в здание «Арсенала», завершили свой боевой путь на фронтах Гражданской войны в Испании.

Обретенная история таллиннского «Арсенала»: архив предприятия станет основой выставки

Вновь обнаруженные архивные папки, переданные руководству компании Arsenal Center OÜ, позволяют пролить свет на малоизвестные доселе страницы истории одного из ...

Читать дальше...

Легендарный обитатель глубин озера Юлемисте на обложке книги Арво Валтона, изданной теперь и на русском языке.

Стародавняя история, рассказанная на новый лад: «Старец из озера Юлемисте» Арво Валтона

На книжной полке поклонников магического реализма — достойное пополнение: книга Арво Валтона «Старец из озера Юлемите» вышла в переводе на ...

Читать дальше...

«Адмирал» в бытность «Адмиралтейцем» на фоне первых международных паромов на Таллиннском рейде...

От буксира до исторического судна: Таллинский «Адмирал» выходит на кинофарватер

Премьера документальной ленты, посвященной прошлому и настоящему одного из символов Таллиннского пассажирского порта, состоится в День Таллинна на третьем этаже ...

Читать дальше...

О Петре Великом «pro et contra»: штрихи к портрету императора.

Величие Петра I заключается не столько даже в масштабе его преобразований, сколько в умении действовать так, чтобы быть близким и ...

Читать дальше...

Ко дню святой Вальпурги или Как в Ревеле на ведьм охотились

1 мая — день святой Вальпурги, реальной исторической личности, дочери одного из британских королей, которая, став монахиней, в 748 году ...

Читать дальше...

День Ветеранов в Пыхья-Таллине 2018

Небольшая зарисовка. Заболел, и не знаю где отмечают в моем районе Копли, этот день, но над крышами, прямо сейчас, наматывают ...

Читать дальше...

Перспектива улицы Лай с жилыми домами на нечетной стороне улицы Нунне. Конец XIX века.

Там, где стоит «Косуля» Яана Коорта: прошлое и будущее таллинского сквера на Нунне

Зеленый оазис на пути от Ратушной площади к Балтийскому вокзалу в масштабах таллиннской истории относительно молодой — но оттого отнюдь ...

Читать дальше...

... Весь в заботах молодой хозяин нового бара.

Бармен с золотой медалью

Трибуна Кремлевского Дворца с'ездов знала многих известных миру политических деятелей, людей труда, писателей. Официант из Таллина Дмитрий Демьянов, которому от роду ...

Читать дальше...

Ратушная площадь Пауля Бурмана

Галерея одной картины. Ревель: «Ратушная площадь» Пауля Бурмана

Какие сюрпризы ни преподнесла бы балтийская погода, тепло настоящей таллиннской весны навсегда запечатлено на полотне художника первой половины минувшего столетия ...

Читать дальше...

...,и в реальности — на фотографии сороковых-пятидесятых годов.

Оплот, приют и убежище страждущим: лютеранская церковь прихода Вефиль в Таллине

Церковь прихода Вефиль в предместье Пельгулинн, реставрацию которой столичные власти готовы поддержать, отмечает в конце нынешнего года свое восьмидесятилетие. С транслитерацией ...

Читать дальше...

Восстановительные работы на улицы Харью весной 1948 года глазами живописца Агу Пихельга.

«Такою запомнил я улицу Харью...»: сквер на месте погибшего квартала в городе Таллине

Своим нынешним обликом одна из основных артерий таллиннского Старого города обязана градостроительному решению, принятому ровно семьдесят лет назад. Именно тогда — ...

Читать дальше...

Алексей Михайлович Щастный на борту корабля Балтфлота во время перехода из Гельсингфорса в Кронштадт. Апрель 1918 года.

Спаситель Балтийского флота: позабытый капитан Щастный

Столетие Ледового похода Балтийского флота — повод вспомнить его главного, незаслуженно забытого героя — капитана 1-го ранга Алексея Михайловича Щастного. Спасение ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
В настоящее время по Пикк-Ялг разрешается только пешеходиое движение, но для тех, кто в прошлые столетия имел право въезжать сюда на телегах или в экипажах, дорога не была легкой. Подниматься круто вверх трудно было лошадям, а когда они неслись вниз по улице, приходилось проявлять свое искусство кучеру. В путевых заметках английской писательницы Элизабет Ригой, находившейся в Таллине в 1838—1841 годах, говорится: «Чтобы предотвратить столкновение экипажей, кучера громкими криками извещали о своем приближении. Сторож, стоящий в воротах, тоже должен был кричать во весь голос, чтобы въезжающие на Пикк-Ялг успели вовремя посторониться».
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!
Вход |

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!