А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Первые уличные фонари появились в Таллинне в 1710 году - они висели посреди улиц на веревках. И зажигались только в приезд важных вельмож или в большие праздники.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Раньше на улицах Ревеля не было освещения; в любой момент на голову прохожего из окна могли выплеснуть помои. Мостовые были без тротуаров, пешеходы, заслышав цокот копыт и грохот колес, жались к стенам. На ночь улицы перегораживались цепями, чтобы злоумышленники не могли ускользнуть от дозора. На башнях перекликалась стража. О благоустройстве родного города жители начали задумываться довольно рано: по крайней мере с 1360 года владелец дома должен был подметать перед своим жилищем. За чистотой улиц и рынков следили уличные подметальщики.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1138 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 231 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Будущий автор музыки к балету «Ромео и Джульетта» и «саундтрека» к «Александру Невскому» ровно восемьдесят лет назад выступал на сцене таллиннского концертного зала «Эстония».

…И не просто выступал, воистину — блистал. Едва ли кто-нибудь из посетивших Таллинн в 1934 году зарубежных гостей снискал столько откликов в прессе, как пианист и композитор Сергей Прокофьев.

Сергей Прокофьев за фортепьяно.

Сергей Прокофьев за фортепьяно.

Необычная звезда

Гастролями российских исполнителей жители столицы довоенной Эстонской Республики были, скажем прямо, не избалованы.

За исключением Федора Шаляпина, предпринявшего в 1921 году первую «вылазку за советскую границу», вспомнить кого-либо еще, по большому счету, с первого раза затруднительно.

Были, конечно, и другие гастролеры — быть может, не столь талантливые и знаменитые, но вполне популярные у своих современников-соплеменников. Едва ли не для большинства из них Таллинн начала двадцатых годов стал «первой вехой» будущей эмигрантской стези.

Культурные связи между СССР и ЭР, конечно, никогда не прерывались полностью, но представить себе выступление гостя «с другого берега Наровы», являющегося при этом советским гражданином, было для местной публики делом практически немыслимым.

Визит Прокофьева стал исключением из правил: и в Эстонию он прибыл не с Востока, а с Запада, да и свой «серпасто-молоткастый» паспорт получал не на Родине, а в зарубежном постпредстве Советского Союза.

Композитор, с 1918-го по 1932 год большую часть времени проводивший в Западной Европе и Северной Америке, воспринимался тамошней публикой как однозначно «свой», а не «большевистский». На рубеже двадцатых-тридцатых годов Прокофьев был мировой музыкальной звездой первой величины: «заполучить» его на гастроли считалось для европейских столиц делом престижа.

Десятидневный срок

Впервые о возможном приезде Прокофьева в Таллинн на страницах местной печати заговорили в 1928 году, но разговоры на тот раз так и остались только разговорами.

Шесть лет спустя, 1 октября 1934 года, руководство музыкально-драматического общества «Эстония» обратилось в Полицейское управление с просьбой выдать въездную визу «гражданину Советской России Сергею Прокофьеву».

Специальностью приглашаемого указывалось — «композитор и исполнитель-виртуоз». А раз так — ходатайствующие просили выдать гостю и разрешение на гастрольную деятельность: публичные выступления планировалось провести в Таллинне и Тарту.

Препятствий государственные власти чинить не стали: уже через четыре дня Полицейское управление дало распоряжение эстонскому консульству в Париже выдать композитору визу на десятидневный срок.

В последний день октября рижский вечерний поезд доставил Сергея Прокофьева к перрону таллиннского Балтийского вокзала.

Реклама выступления Сергея Прокофьева в Таллине

Реклама выступления Сергея Прокофьева в Таллине

Индивидуально и национально

«Один из величайших пианистов наших дней впервые включил Балтийские государства в гастрольный тур, — писала газета «Päevaleht». — До сих пор его знали здесь только как композитора, чьи вещи включают в свою программу все виртуозы современности».

Усиленная реклама предстоящему выступлению явно была не лишней: гастроли замышлялись «Эстонией», не в последнюю очередь, как коммерческое мероприятие, и цена на билеты была потому назначена соответствующая — до четырех крон.

Хватало, впрочем, и «балконных» мест, распределявшихся по вполне демократической стоимости — пятьдесят сентов, что выходило лишь немногим дороже визита в самый фешенебельный столичный кинотеатр — «Глория-Палаc» на площади Вабадузе.

«Само собой разумеется, что концерт Прокофьева заинтересовал таллиннскую музыкальную публику, — писала газета «Вести дня». — Имя композитора известно и в Старом, и в Новом свете. Зал «Эстонии» был переполнен.

«Сергей Прокофьев выступил с интересным и содержательным концертом, — отмечал на страницах журнала «Muusikaleht» музыковед Эдуард Виснапуу. — Программа его состояла исключительно из его собственных произведений.

Мы имели дело с настоящим искусством, в котором свежесть новаторства остается в четких рамках, не теряя основ внутреннего содержания. Творчество Прокофьева индивидуально, национально, целеустремленно. ..»

Эксцентричность модернизма

Разнообразием и оригинальностью исполненных произведений гость таллиннскую публику, вне всякого сомнения, порадовал.

Были здесь и отрывки из фортепьянных произведений композитора, и сделанные самим Прокофьевым переложения его оркестровых симфоний и балетов — в частности, из «Блудного сына».

Не обошлось и без премьеры: включенная в изданный в Москве в следующем, 1935 году сборник Третья сонатина, или Пасторальная сонатина, была впервые исполнена автором для широкого круга слушателей именно в театре «Эстония».

«Прокофьев является ярким представителем современного модернизма, за которым гонятся, которому стремятся подражать многие композиторы, — подчеркивал автор опубликованной в «Вестях дня» рецензии. — Увы, часто неудачно!

В произведениях Прокофьева нет определенной линии, всё написано мазками, отрывками; всё в них является неожиданностью. Мелодии встречаются небольшими островками, вдруг появляются и вдруг исчезают, все темы, если их можно так назвать, эпизодичны.

У него много резко диссонирующих сочетаний, экстравагантности и эксцентричности во всём характере музыки. Исполнять такие произведения чрезвычайно трудно: лишь автор, обладающий всеми качествами настоящего пианиста, может их подать».

Судя по тону заметки, слушать музыку, буквально сражающую своей новизной и для большинства таллиннской публики еще слишком непривычную, тоже было достаточно сложно. Недаром автор ее отмечает: лучше всего концертный зал воспринял традиционные гавоты.

«Отчего публика ярче всего реагировала именно на них?» — задавался корреспондент риторическим вопросом. — «Потому что они близки к старому стилю музыки, хотя бы и в модных очертаниях. Мы услышали знакомый ритм, узнали в море хаоса звуков привычные черты и… обрадовались!»

Своеобразие эффекта

И манера выступления, и само творчество Прокофьева для не слишком искушенной местной публики определенно стало сюрпризом.

Не исключено даже некоторое разочарование: статьи, опубликованные накануне концерта, подчеркивали не модернизм исполнителя, а его учебу в дореволюционной Петербургской консерватории.

«Является ли творческая сила Прокофьева сама по себе настолько мощной и многогранной, чтобы приковывать внимание слушателя на протяжении целого концертного вечера, — само по себе является вопросом,» — рассуждал на полосах газеты «Päevaleht» старейший эстонский пианист-профессионал Теодор Лемба. — Любители современной музыки наверняка уходили с концерта с чувством полного удовлетворения. Всё, в конце концов, — дело привычки, вкуса и моды: потому и с оценками всегда надо быть очень осмотрительными…»

«Прокофьев — подлинный и искренний композитор-модернист, способный достичь большого и своеобразного эффекта», — признавал брат Теодора, страстный приверженец классики, композитор Артур Лемба.

Вернуться музыкой

Пробыв в Таллинне около двух суток, композитор отправился в Тарту: концерт в театре «Ванемуйне» собрал не меньше откликов в прессе, чем столичный.

Можно сказать, что отклики были даже более восторженные: то ли ценителей музыкального авангарда в «Афинах на Эмайыги» оказалось больше, то ли подготовленная таллиннской периодикой публика знала, чего именно ожидать от гостя.

Посетить Эстонию еще раз Прокофьеву так и не удалось: через два года он окончательно вернется в СССР, где вскоре лишится возможности свободно гастролировать за рубежом. А после войны — и вовсе попадет в опалу за «формализм в музыке».

Композитор вернулся в Таллинн и Тарту своим творчеством: легендарный балет «Ромео и Джульетта» был поставлен в театре «Ванемуйне» в 1946 году, а в 1951-м балет был исполнен танцовщиками труппы театра «Эстония. Последний раз таллиннцы могли насладиться музыкой Прокофьева пять лет назад: на сцене фестиваля «Биргитта», балет представила труппа Московского государственного театра балета.

Жаль только — ни гости, ни принимающая их сторона не вспомнили о том, что создатель музыки к балетному переложению шекспировской трагедии однажды выступал в Таллинне.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Дом на углу улиц Ратаскаеву и Люхике-Ялг должен бы обзавестись гигантским витражным окном и стать художественным кафе «Зиттов». Проект 1968 года.

Ратаскаеву, дом 20/22: родовое гнездо Зиттовых а Таллине

Улицы, нареченной в честь самого, вероятно, знаменитого уроженца средневекового Ревеля, в Таллинне до сих пор нет. Фамилия его полвека назад ...

Читать дальше...

«Портрет молодого человека» кисти Зиттова, в котором некоторые исследователи склонны видеть автопортрет мастера.

Долгий путь в родной город: возвращение Михкеля Зиттова в Таллин

Работы самого, пожалуй, знаменитого таллиннского живописца впервые в истории будут экспонироваться в его родном городе — на выставке в Художественном ...

Читать дальше...

Жилой и административный корпус санаторной школы в день открытия.

Лечить, учить, просвещать и заботиться: школа-санаторий над рекой Пирита в Таллине

Восемьдесят лет назад в Таллинне открылось одно из самых необычных учебных заведений столицы — Санаторная школа имени президента Константина Пятса. Июнь ...

Читать дальше...

Пушки, стоявшие при входе в здание «Арсенала», завершили свой боевой путь на фронтах Гражданской войны в Испании.

Обретенная история таллиннского «Арсенала»: архив предприятия станет основой выставки

Вновь обнаруженные архивные папки, переданные руководству компании Arsenal Center OÜ, позволяют пролить свет на малоизвестные доселе страницы истории одного из ...

Читать дальше...

Легендарный обитатель глубин озера Юлемисте на обложке книги Арво Валтона, изданной теперь и на русском языке.

Стародавняя история, рассказанная на новый лад: «Старец из озера Юлемисте» Арво Валтона

На книжной полке поклонников магического реализма — достойное пополнение: книга Арво Валтона «Старец из озера Юлемите» вышла в переводе на ...

Читать дальше...

«Адмирал» в бытность «Адмиралтейцем» на фоне первых международных паромов на Таллиннском рейде...

От буксира до исторического судна: Таллинский «Адмирал» выходит на кинофарватер

Премьера документальной ленты, посвященной прошлому и настоящему одного из символов Таллиннского пассажирского порта, состоится в День Таллинна на третьем этаже ...

Читать дальше...

О Петре Великом «pro et contra»: штрихи к портрету императора.

Величие Петра I заключается не столько даже в масштабе его преобразований, сколько в умении действовать так, чтобы быть близким и ...

Читать дальше...

Ко дню святой Вальпурги или Как в Ревеле на ведьм охотились

1 мая — день святой Вальпурги, реальной исторической личности, дочери одного из британских королей, которая, став монахиней, в 748 году ...

Читать дальше...

День Ветеранов в Пыхья-Таллине 2018

Небольшая зарисовка. Заболел, и не знаю где отмечают в моем районе Копли, этот день, но над крышами, прямо сейчас, наматывают ...

Читать дальше...

Перспектива улицы Лай с жилыми домами на нечетной стороне улицы Нунне. Конец XIX века.

Там, где стоит «Косуля» Яана Коорта: прошлое и будущее таллинского сквера на Нунне

Зеленый оазис на пути от Ратушной площади к Балтийскому вокзалу в масштабах таллиннской истории относительно молодой — но оттого отнюдь ...

Читать дальше...

... Весь в заботах молодой хозяин нового бара.

Бармен с золотой медалью

Трибуна Кремлевского Дворца с'ездов знала многих известных миру политических деятелей, людей труда, писателей. Официант из Таллина Дмитрий Демьянов, которому от роду ...

Читать дальше...

Ратушная площадь Пауля Бурмана

Галерея одной картины. Ревель: «Ратушная площадь» Пауля Бурмана

Какие сюрпризы ни преподнесла бы балтийская погода, тепло настоящей таллиннской весны навсегда запечатлено на полотне художника первой половины минувшего столетия ...

Читать дальше...

...,и в реальности — на фотографии сороковых-пятидесятых годов.

Оплот, приют и убежище страждущим: лютеранская церковь прихода Вефиль в Таллине

Церковь прихода Вефиль в предместье Пельгулинн, реставрацию которой столичные власти готовы поддержать, отмечает в конце нынешнего года свое восьмидесятилетие. С транслитерацией ...

Читать дальше...

Восстановительные работы на улицы Харью весной 1948 года глазами живописца Агу Пихельга.

«Такою запомнил я улицу Харью...»: сквер на месте погибшего квартала в городе Таллине

Своим нынешним обликом одна из основных артерий таллиннского Старого города обязана градостроительному решению, принятому ровно семьдесят лет назад. Именно тогда — ...

Читать дальше...

Алексей Михайлович Щастный на борту корабля Балтфлота во время перехода из Гельсингфорса в Кронштадт. Апрель 1918 года.

Спаситель Балтийского флота: позабытый капитан Щастный

Столетие Ледового похода Балтийского флота — повод вспомнить его главного, незаслуженно забытого героя — капитана 1-го ранга Алексея Михайловича Щастного. Спасение ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Среди полусотни населенных пунктов Эстонии, обладающих городским статусом, большинство возникло естественным путем – развиваясь из поселка у гавани, речной переправы, городища на неприступном холме, а позже – у разбогатевшей мызы или промышленного предприятия. И лишь один из них, пожалуй, появился по воле одного-единственного человека – отца-основателя барона Николая фон Глена. Это Нымме. И хотя вспомнить всю более чем вековую историю единственного среди столичных района с «городским прошлым» одним махом не удастся, остановиться на нескольких наиболее примечательных фактах из биографии Нымме и его основателя барона Гленна. Что надоумило Николая фон Глена, сына владельца мызы Ялгимяэ, помещика Петера фон Глена обменять плодородные земли за озером Харку на поросший сосняком склон Мустамяги – сказать сложно. В глазах современников поступок этот выглядел почти безумием.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!
Вход |

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!