А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
В Домском соборе /Доминиканской церкви/ похоронен мореплаватель Крузенштерн. А еще там есть "Плита счастья". Если стоя на ней загадать желание оно обязательно сбудется. И находится она недалеко от входа. Может это и есть «надгробие» неисправимого таллинского Дон Жуана!?
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
У многих народов Европы есть легенда о том, как Бог одаривал народы. В южных странах есть все. Чем ближе к северу, тем беднее дары Всевышнего. Когда очередь дошла до Эстонии, то у него в корзине с дарами, кроме воды и камня, ничего не осталось. Бог выбросил и то, и другое и сказал эстонцу: «Живи, Юхан!» Вот и живет тысячи лет эстонский крестьянин среди усыпанных камнями полей. Каждую весну собирает их, мостит ими дороги, складывает из них ограды, амбары и кузницы, а на следующий год они вновь вылезают из земли. Тысячи лет назад оставил свои следы ледник. В земле лежат не только мелкие камни, но и большие гранитные валуны. Они разбросаны по всей Северной Эстонии.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Метроном
  • Blog stats
    • 1196 posts
    • 4 comments
    • 19 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 232 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Память о странном, нелепом и трагическом происшествии более чем трехвековой давности до сих пор хранит брусчатка в северо-восточной части Ратушной площади.

Две вмурованные в мостовую бывшего Большого рынка каменные перекладины, да вопрос об их происхождении, неизменно задаваемый экзаменующимся на удостоверение гида: вот и всё, что осталось от Кристиана Элиаса Панике.

Ррвельская ратуша и позорный столб (справа): у его подножия 320 лет назад палач отсек голову Кристиану Элиасу Панике.

Ррвельская ратуша и позорный столб (справа): у его подножия 320 лет назад палач отсек голову Кристиану Элиасу Панике.

Для человека, прожившего в Ревеле чуть более двух лет, да и оказавшегося в городе, судя по всему, вообще по случайному стечению обстоятельств, — на самом деле, не так уж и мало.
Трехсотдвадцатая годовщина вынесения смертного приговора, навеки увековеченного в городском пространстве Таллинна, — повод, пожалуй, подходящий и вполне уместный.

Родом из Любека

Судебные документы конца XVII столетия позволяют если и не отследить биографию пастора Панике в подробностях, то по крайней мере реконструировать его жизненный путь в общих чертах.

Родился он в 1657 году Любеке, в «семье уважаемых родителей». Смело можно добавить — и наверняка состоятельных: высшее образование Кристиан Элиас получал в университетах не ближайших Ростока или Грайфсвальда, а Страсбурга.
Будучи студентом-теологом, посещал он, по всей видимости, не только богословские лекции и диспуты: значительно позже, на допросе у ревельского фогта, Панике ненароком обмолвится о собственных познаниях в анатомии.
Окончив университетский курс, новоиспеченный бакалавр теологии отправился в четырехлетнее «странствие по чужедальним землям», сопровождая некого барона фон Ванге — куда именно и зачем, к сожалению, неизвестно.
Вернувшись в 1686 году из зарубежной поездки, Панике получил место помощника настоятеля в крохотной эльзаской деревеньке Ханген-Битхайм, где вскоре женился на дочери местного священника.
На этом, собственно, в его биографии можно было бы и поставить точку, если бы в жизнь Панике не вторглась большая политика: французский король двинул войска на германские земли.
Конфликт, получивший впоследствии название «Война за Пфальцское наследство», велся по всем «правилам» того времени: с максимально возможным разорением территории противника.
Из верховьев Рейна и Мозеля на север нынешней Германии хлынула волна беженцев. Среди них была и супружеская чета Панике. Путь их лежал на родину главы семейства — в Любек.

Несостоявшийся завтрак

Бывшая столица Ганзейского союза к концу XVII века свою былую славу во многом растеряла, но дефицита в священнослужителях, по всей видимости, не испытывала: закрепиться в родном городе Панике не удалось.
Семья двинулась на север — в Ригу. В «Риге» она и нашла приют — правда, не в столице нынешней Латвии, а в одноименной корчме, стоявшей неподалеку от Скотных ворот города Ревеля — приблизительно на месте нынешнего торгового центра «Солярис».
Магистратские документы впервые упоминают Кристиана Элиаса в 1693 году: консистория позволила ему вести сбор пожертвований в пользу собратьев по несчастью — германских пасторов-беженцев—во всех ревельских церквях без исключения.
Статус Панике в Ревеле был, судя по всему, невысок: за два проведенных в городе года его семейство так и не сумело позволить себе лучшей жилплощади, чем комната в придорожной корчме — правда, на «немецкой», или «господской», ее половине.
С другой стороны, компании пастора явно не чуралась городская элита: в роковой день 28 декабря 1694 года он был зван на завтрак к ольдерману Готфриду Шульцу — старейшине ремесленной гильдии Святого Канута.
«Но рука моя так болела, что я не испытывал никакого аппетита, — рассказывал в суде пастор неделей позже. — Потому я решил остаться дома и попросил принести мне закуски и пива на один глоток.
Ощутив, что пиво оказалось для моего желудка слишком холодным, я подумал: неплохо было бы отведать омлета, и повелел своей хозяйке дать мне на одно эре яиц и на одно эре масла…»

Слово за слово

В краеведческой литературе в последние лет пятьдесят принято повторять: пастор Панике погиб не за понюшку табака — за яичницу, которая показалась ему «жесткой, как подошва».
Но судебная хроника отмечает: яйца для яичницы так никогда и не были разбиты и даже были доставлены в магистрат свидетелем обвинения — корчмарем Хансом Белицем — в качестве вещественного доказательства.
События, по словам самого Панике, развивались следующим образом: служанка «из ненемцев», то есть эстонцев, некая Софи принялась разводить в очаге огонь, склонившись над вязанкой хвороста и дуя на угли.
«Я сказал ей, — разумеется, не на немецком языке, чтобы она не сделала яичницу слишком жесткой, — повествовал пастор. — Она же в ответ ткнула мне в руку, которая находилась на лечении. Но я не обозлился, и лишь сказал ей «ты, торопыга!»
Немецкое словосочетание «Hastig Kopf» эстонской прислуге, вероятно, было незнакомо. И дружеское похлопывание пастора по плечу, пожалуй, было истолковано не совсем так, как предполагал голодный постоялец.
Слово за слово — перепалка, надо понимать, продолжалась на смеси эстонского с немецким и переросла в откровенный скандал. Наконец, Софи напрягла все свои языковые познания, и выпалила в лицо пастору: «жулик!»
«И когда я, Панике, услышал это слово, я взбудоражился, потому как никогда не слыхал ничего подобного в отношении себя на протяжении дней жизни и не намерен был услышать до дня смерти», — рассказывал священник.
По его словам, он прокричал — «да как ты, дикарка, смеешь звать меня жуликом?!» и намеревался влепить служанке затрещину по уху. Но вместо этого — не иначе как наваждение Сатаны — схватил топор.
Удар был нанесен по затылку. Знакомый со строением человеческого тела Панике понял: с такой раной человек — не жилец. Поняв, что он лишил Софи жизни, пастор решил сдаться на милость правосудия.

Почетная казнь

Языковые проблемы продолжали преследовать пастора: никто из солдат стражи в караулке у Скотных ворот изъясниться с ним по-немецки не сумел.
Капрал же на просьбу немедленно арестовать Панике и, приставив для стражи двух мушкетеров, препроводить его в ратушу, ответил: мол, в таком случае вход в город окажется без охраны.

Заявив капралу, что тот — не настоящий солдат, Панике пошел в ратушу сам. Но и скучавший на гауптвахте сержант не спешил арестовывать посетителя до той поры, пока на место не явился корчмарь Белиц и не подтвердил слова своего постояльца.
Суд по делу Панике состоялся 2 (12) января уже нового, 1695 года. Обвиняемый полностью признавал свою вину, чистосердечно раскаивался в содеянном и повторял только то, что действовал он бессознательно, по сатанинскому наваждению.
«Потому прошу, во имя Всевышнего, не дать мне умереть как злостному убийце, — взывал он. — Пусть не буду я в смертный час осквернен ни случайным прикосновением руки палача, ни кого-либо из его прислуги».
Магистрат пошел навстречу подсудимому: казнить его было решено не на виселице за городской чертой, как обычного душегуба, а «почетным» образом — мечом палача перед ратушей.
Консистория лишила Панике священнического сана, и два дня спустя после первого слушания дела судебный пристав сорвал с груди обвиняемого крест, пасторский воротничок и мантию.
Приговор был приведен в исполнение в пятницу, 13 (28) января. Через пять дней в книге прихода святого Олая было отмечено: тело бывшего пастора предано земле в бывшем монастырском саду.
Супруга казненного, вероятно, не перенесла случившегося. Она скончалась на следующий день после публичной казни и была захоронена на подворье церкви Нигулисте.

***

Вопреки распространенному мнению, Панике не был последним казненным на нынешней Ратушной площади — как минимум, летом 1732 года здесь был вынесен приговор двум грабителям.
Почему именно казнь совершившего преступление в состоянии аффекта пастора было решено увековечить особым знаком, уложенным среди мощения главной площади города — сказать сложно.
Неизвестно, когда и при каких обстоятельствах исчезла «половинка» каменного креста. Быть может, знак на мостовой изначально имел форму латинской буквы «L» — первой в слове «Lex», означающем «закон», суровый, но одинаково справедливый для всех?
Вопрос этот остается пока без ответа. Кто знает, не обнаружат ли его исследователи-архивисты раньше, чем со дня рождения злополучного пастора Панике пройдет четыреста лет.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.





Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Рыболовецкое судно, названное в честь капитана Георга Каска, до сих пор бороздит моря — хотя теперь и под иным именем.

Георг Каск, капитан и траулер: две достойные даты

Со дня рождения одного из создателей рыбной промышленности Эстонии второй половины XX века — капитана Георга Каска — пройдет в ...

Читать дальше...

Церковь Святого Духа — со времен Реформации оплот эстонского языка в немецком по духу и языку правящей элиты Ревеле конца Средневековья — начала Нового времени.

«Mynno toyuetan, nink wannun»: эстонский в средневековом Ревеле

Эстонский язык звучал в Таллинне задолго до того как летом 1919 года впервые в своей истории обрел статус государственного. День родного ...

Читать дальше...

Главный фасад здания бани на улице Вана-Каламая, 9а полвека тому назад.

Баня на улице Вана-Каламая в Таллине: Мельпомена в парилке

Старейшей из действующих и одновременно — самой красивой общественной бане Таллинна исполняется девяносто лет. Фраза «сходил в театр, заодно и помылся» ...

Читать дальше...

Празднование Дня независимости Эстонии на площади Вабадузе в 1919 году.

24 февраля 1919 года: дебют Дня независимости Эстонии

День независимости Эстонской Республики был впервые отпразднован ровно сто лет назад. Список государственных праздников Эстонской Республики День независимости открывает не столько ...

Читать дальше...

Пуск механизма ратушных часов. Фото из журнала "Pilt ja Sõna", 1957 год.

«Зоркий глаз ратушного фасада»: таллинские столичные часы номер один

Часы таллиннской ратуши сообщают точное время горожанам и гостям города вот уже более полутора столетий. Сложно даже осознать, что являются они ...

Читать дальше...

Орудие береговой батареи Морской крепости императора Петра Великого на острове Нарген (Найссаар). Снимок до 1917 года.

Морская крепость Петра Великого в Ревеле: не выученный урок истории

Ровно сто один год назад неприятелю было сдано одно из самых совершенных фортификационных сооружений на побережье Балтийского моря. Что удивительно ...

Читать дальше...

Нечетная сторона застройки бульвара Эстония накануне Второй мировой войны. Дом Рубинштейна — по центру.

Дом Рубинштейна на бульваре Эстония: утраченный акцент таллиннского «сити»

За невыразительным, если не сказать—безликим, послевоенным фасадом на нечетной стороне бульвара Эстония скрывается один из самых представительных жилых домов столицы ...

Читать дальше...

Хозяйственная постройка на мызе Харку
© SPUTNIK / ВЛАДИМИР БАРСЕГЯН

Мир эстонских мыз — скромное обаяние семейных усадеб

На автобусе вместе с группой любознательных туристов и гидом Дмитрием Унтом корреспондент Sputnik Эстония отправилась в увлекательное путешествие, чтобы заглянуть ...

Читать дальше...

© SPUTNIK / ВАДИМ АНЦУПОВ
Это руины бывших зданий в нижней части Копли, которые станут частью новых домов

Гадкий утенок Копли: вчера, сегодня, завтра самого необычного района Таллинна

Sputnik Эстония совершил путешествие в прошлое, настоящее и будущее самого колоритного и отчужденного района Таллинна, который в скором времени превратится ...

Читать дальше...

Ходы, фундаменты, пороховой погреб бастион Сконе в Таллине, раскрывает секреты.

Что скрывает внутри себя самый большой из пояса былых таллиннских бастионов и какой была его биография на протяжении последних трех ...

Читать дальше...

Барон Николай фон Глен сам спроектировал замок и принимал активное участие в его строительстве. Фото: Вадим Анцупов

Таллиннский район Нымме — город, который построил Глен

Один из самых зелёных районов Таллинна — Нымме — когда-то был самостоятельным городом и престижным местом отдыха. Город Нымме был ...

Читать дальше...

Как Петр I в Ревеле мызы покупал

В начале 18 века, после первого посещения Ревеля, Петр I полюбил этот город и вместе с супругой и светлейшим князем ...

Читать дальше...

В конце года в Кадриоргском дворце состоялась презентация весьма объемного труда Игоря Коробова «Эстляндское имматрикулированное дворянство».

Разоблачение Михельсона, в новой книге Эстляндское имматрикулированное дворянство

В конце декабря в Таллинне состоялось событие, которого многие – по вполне понятным причинам – не заметили. Предпраздничная пора – ...

Читать дальше...

Автор Игорь Коробов и редактор Артур Модебадзе во время презентации книги ««Эстляндское имматрикулированное рыцарство» на ярмарке интеллектуальной литературы non/fiction в Москве в декабре минувшего года.

Уникальное, без преувеличения, издание на русском языке посвященное истории Эстляндского рыцарства, увидело свет в Таллинне.

От самого слова «гербовник» веет почтенностью, седой стариной и сладковатым запахом пыли. Ему бы стоять в архивном зале Национальной библиотеки, рядом ...

Читать дальше...

«Вилсанди», «Стенсо» и «Ханси»: эстонские суда на Дороге Жизни

Три четверти века назад — 19 ноября 1944 года — завершился один из самых трагических эпизодов Второй мировой войны: была ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.


Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
На большом гербе Эстонской Республики, на золотом фоне исполненного в стиле барокко щита, изображены три льва-леопарда синего цвета с языками красного цвета и глазами серебряного цвета, которые идут, если смотреть со стороны щита, направо, устремив взоры на зрителя. С трех сторон щит окаймлен венком из двух скрещенных дубовых веток золотистого цвета. Основой герба Эстонии стал датский герб XIII столетия. Этот герб вместе с флагом передал Таллину король Вольдемар II в 1219 году. Официально герб утвердили в 1925 году. На сохранившейся наиболее ранней печати Таллина, относящейся к 1277 году, изображены три идущих коронованных леопарда с головами в анфас на треугольном гербовом щите. Леопарды были синими, располагались они на золотом поле.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!
Вход |

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!