А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Однажды Таллинн, который называли девой, ибо еще никто не сумел овладеть им, целое лето осаждало неприятельское войско. И хотя крепостные стены и башни надежно защищали таллиннцев, голод становился день ото дня все более лютым, и сердцами горожан овладели отчаяние и малодушие. Спасителем города в этот трудный час оказался барон Пален, хозяин поместья Палмсе. Он сделал вид, будто хочет послать голодным горожанам провизию. Когда повозки со съестным и пивными бочками приблизились к лагерю неприятеля на Ласнамяги, они были тотчас захвачены врагами. Голод измучил осаждавших солдат не меньше, чем таллиннцев, поэтому они набросились как волки на провизию, забыв про осаду. Хозяин Палмсе воспользовался этой короткой передышкой, чтобы спасти город. Он велел доставить морем к стенам города откормленного быка, а также немного солода, и передал их горожанам. Горожане сварили свежего пива и отнесли его на передние земляные валы. На днища перевернутых бочек они налили пива - так, чтобы пена потекла через края. Затем выпустили на валы быка, который выбежал, взрывая рогами землю. Когда враги увидели бочки с пенящимся пивом и откормленного быка, у них душа ушла в пятки. "Пропади все пропадом", - сказали солдаты, - "того не возьмешь измором, кто может еще столько пива наварить и прогуливает жирных быков на валах. Скорее сами умрем от голода". На следующее утро горожане увидели, что неприятель уходит восвояси. Таллинн был опять спасен.
Хроники Таллина
Говорят так:
Около трехсот лет тому назад, во время Северной войны, на службу в русскую армию поступил герцог Карл-Евгений де Круа. Он очень понравился Петру I, и тот, произведя его в генерал-фельдмаршалы, назначил главнокомандующим русскими войсками под Нарвой. Битва была проиграна. Де Круа попал в плен к шведам. Ему было позволено жить в Таллинне. Высокое звание, титул и общительный характер де Круа располагали к нему людей, которые охотно давали ему деньги в долг. Де Круа жил на широкую ногу. Играл в азартные игры, любил покутить. Но однажды утром слуга увидел, что хозяин умер. Горожане обсуждали, кто заплатит долги герцога де Круа... В конце концов решили: не отдавать тела де Круа городским властям для похорон до тех пор, пока не получат все деньги назад сполна. Власти восприняли это решение спокойно. Не хоронить, так не хоронить... Хлопот - никаких! Хоронить де Круа не стали. Положили герцога в простой еловый гроб и поставили возле церкви Нигулисте в усыпальницу фон Розена... Шло время. О герцоге почти совсем забыли.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1311 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

За полтора века своей истории нынешняя площадь Свободы успела побыть и Сенной, и Петровской, и Харьюской, и даже — площадью Победы: «елочная» тематика в ее названии не фигурировала ни разу. Хотя оснований — предостаточно.

Горожан, помнящих на нынешней главной площади столицы самый главный ее елочный базар, не сыскать в наши дни, пожалуй, даже среди самых почтенных таллиннских старожилов.
Но праздничные новогодние воспоминания, связанные с теперешней Вабадузе вяльяк, наверняка найдутся у всякого, кто чуть старше тридцати лет.

Иллюминированная елка на площади Победы: начало семидесятых.

Иллюминированная елка на площади Победы: начало семидесятых.

Сенной пролог

История — точнее, предыстория нынешней площади Свободы началась полтораста лет тому назад: после упразднения для Ревеля статуса города-крепости и создания на плацу перед Харьюскими воротами рынка.
«Елочная глава» в ее биографии, вернее, пожалуй, следует говорить, — о прологе к ней, начала писаться несколько позже: не ранее восьмидесятых годов позапрошлого столетия, когда обычай ставить на Рождество елку стал в городе массовым.
Существовал он, конечно, и до того: даже если забыть о практиковавшейся в средневековых братствах традиции «выноса рождественского дерева», датировать появление первых зеленых красавиц в домах горожан второй половиной XVIII века можно с уверенностью.
Пока обычай этот практиковался исключительно бюргерами-остзейцами, особых проблем не возникало: за несколько дней до праздника в ближайший принадлежавший городу еловый перелесок всегда можно было послать слугу.
Вчерашние хуторяне, начавшие приходить в город для работы на открывающихся фабриках и заводах, обычаи горожан перенимали охотно. Только вот собственной прислуги у них не было — равно как и времени на походы в лес.
На помощь им пришли рыночные торговцы, быстро смекнувшие, что спрос на сезонный товар легко обратить в звонкую монету. По крайней мере с конца семидесятых годов подводы с елками потянулись в Ревель.
Трудно сказать, почему торговать ими магистрат позволил именно на Сенном рынке. Может, из соображений пожарной безопасности. А может быть, и потому что сено — тоже атрибут традиционного Рождества.
Во всяком случае, газетные заметки девяностых годов XIX века свидетельствуют: наряду с елками горожане-эстонцы покупали тут и солому — напоминание о месте рождения Иисуса — яслях в хлеву.

Политический барометр

Цены на главном елочном базаре былого Ревеля стабильностью не отличались: год на год не приходился. Если зима запаздывала, а дороги оставались размытыми, на Сенном рынке едва можно было насчитать полдюжины торговцев елками.
Морозы и метели предпраздничному промыслу тоже не способствовали. Но в случае устойчивого санного пути елочные ряды вытягивались вплоть до здания Русского общественного собрания — нынешней Городской библиотеки на бульваре Эстония.
Случалось, что влияние на цены оказывала не погода, а… политика: в декабре 1904 года, после того как выборы в Городскую думу впервые в истории выиграл эстонско-русский блок, горожане остзейцы погрузились в глубокое уныние.
«Разослали нам давеча письмо — пишут, что не нужны мы в городе, — жаловался торговец с Сенного рынка корреспонденту газеты «Уус аэг». — У городских господ, дескать, почти что траур, и елки они на это Рождество зажигать не будут…»
Оправдались ли тогдашние опасения — об этом история умалчивает. Но спустя ровно десятилетие, в декабре 1914 года, ревельских торговцев праздничным товаром вновь охватило нешуточное уныние.
По городу бродили слухи: в связи с военными действиями против Германии установка рождественских елок наверняка будет запрещена властями, как обычай, безусловно, немецкий, а потому — однозначно «вражеский».
«Ревельские известия» были даже вынуждены опубликовать разъяснения полицмейстера: ставить елки и зажигать свечи на них можно. Только — подальше от окон: режим затемнения никто не отменял.

Монументальный план

К году начала Первой мировой войны главный елочный базар Ревеля, впрочем, уже поменял свое традиционное месторасположение: он переместился к восточному фасаду театра «Эстония».
Оно и понятно: памятник Петру I, установленный на бывшем Сенном рынке в ознаменование двухсотлетия покорения Ревеля российским воинством, изгнал с переименованной в Петровскую площадь всех торговцев разом.
В окрестности Яановской церкви они не вернулись и после того как в мае 1922 года городские власти ставшего Таллинном Ревеля приняли решение снять изваяние иностранного монарха и «сослать» его в основанный царем парк Кадриорг.
Постамент же скульптуры добрых девять месяцев простоял на былом месте. Более того — чуть было не сыграл в «елочной истории» главной площади столицы молодой Эстонской Республики роль, у которой были все шансы стать в данном случае основополагающей.
Недели за три до Рождества члены Юношеской христианской организации обратились в городскую управу с просьбой установить на гранитной скале елку, украшенную электрическими гирляндами — «как принято это в зарубежных городах».
Столичные власти инициативу не оценили — отказ был обоснован при этом довольно странным доводом: дескать, школьники станут петь у елки рождественские хоралы, и, застудив горло, проболеют все каникулы.
Так или иначе, первая общественная елка в Таллинне была установлена лишь шесть лет спустя. И не на Вабадузе вяльяк, а на Ратушной площади — дождливым декабрем 1928 года.

При всех режимах

Назвать тогдашний «елочный дебют» успешным — язык не поворачивается. Газеты отозвались на него язвительными фельетонами: чем, мол, улицу освещать, лучше бы обитателям богаделен деньги к празднику раздали.
Таллиннской елке пришлось взять семилетнюю паузу: вновь она явилась горожанам лишь под Рождество 1935 года. На этот раз — на площади Свободы, из рыночной окраины давно уже ставшей «лицом» столицы независимого государства.
В ту пору строительный отдел городской управы как раз завершил электрификацию Вабадузе вяльяк — и сто лампочек накаливания, размещенные на еловых ветвях гирляндой, служили тому наглядным и красочным подтверждением.
На этот раз новшество горожанам явно понравилось. Возможно, взыграла и патриотическая нотка: «извечный конкурент» Таллинна, Тарту, регулярно украшал площадь, перед ратушей елкой вот уже шестое Рождество подряд.
Во всяком случае, на протяжении трех последующих лет главная елка города зажигалась на площади Свободы бесперебойно. Если позволяли погодные условия, на Карловском бульваре, на радость школьникам, заливался каток.
Исключением стал лишь декабрь 1939-го: всего через залив от Эстонии шли сражения советско-финской войны, и нарушать режим светомаскировки зажжением огней праздничной иллюминации Таллинн не рискнул.
Через двенадцать месяцев украшенная огнями елка вернулась на переименованную в честь «Победы трудового народа» площадь в новом обличии: с красной звездой на макушке — звалась она, соответственно, новогодней.
На следующий год новые власти вернули зеленой красавице рождественский статус, и, несмотря на тяготы военного времени, вновь установили ее на площади Свободы. Правда, без каких либо украшений на верхушке.
Удалось изыскать возможность зажечь главную елку города и в 1942 году. А потом наступил пятилетний перерыв — огни новогодней иллюминации вновь зажглись уже в советском Таллинне.

Новые перспективы

«Сотнями электролампочек засияет двадцатиметровая новогодняя елка на площади Победы, — писала 28 декабря 1947 года «Рахва Хяэль». — Под ней, в устроенном еловом «перелеске», оформляются сценки из жизни лесных обитателей».
Одиннадцать лет спустя перелесок этот, судя по статье в газете «Õhtuleht». разросся до настоящего «леса»: четыреста двухметровых елочек были расставлены по сугробам вокруг двадцатипятиметровой ели накануне последней ночи уходящего года.
«Среди них разместились декорированные торговые павильоны, в которых детвору ждут разнообразные сладости, книжки и елочные украшения, — продолжал корреспондент.
— Лесная опушка радиофицируется. Ожидается прибытие сюда и Дедов Морозов».
Сказочная атмосфера предновогодней площади стала куда как реалистичнее в следующем десятилетии: в начале шестидесятых годов, например, наряду с елкой на площади Выйду был установлен муляж космической ракеты размером с двухэтажный дом.
Порой прибегать к «технической помощи» организаторов главной елки Таллинна вынуждали не новейшие веяния моды, а переменчивая балтийская погода, и полвека тому назад готовая преподнести горожанам не самый приятный новогодний сюрприз.
«Праздники нынче выдались «черными»: к самому Новому году на городских улицах разлились осенние лужи, — сокрушалась в 1964 году газета «Õhtuleht”. — И тогда на помощь пришли Деды Морозы из Таллиннского автобусного парка.
К детворе они прибыли на двух комфортабельных автобусах — и начали катать ее от площади ВЫЙДУ до Мустамяэ и обратно. Благодаря им юные таллиннцы смогли увидеть новые районы нашего города».

***
«Елочная слава» начала покидать площадь перед тогдашним горисполкомом постепенно и почти незаметно.
Сначала — на заре восьмидесятых — елку, наряду с другими местами, после более чем полувекового перерыва вновь начали устанавливать на Ратушной площади: здесь она действительно пришлась очень кстати.
Потом, уже в первые годы после восстановления независимости, площадь, которой вернули имя Вабадузе. превратилась в автостоянку.
Елку попробовали украшать на склоне горки Харьюмяги, да что-то не прижилась традиция.
На рубеже столетий площадь Свободы превратилась в подмостки для грандиозной новогодней мистерии — встречи Миллениума. Увы, и на этом празднике, места для украшенной елки, к сожалению, не нашлось.
Найдется ли оно на реконструированной площади наших дней? Особых подвижек пока не видать. Может, просто время еще не подошло?

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.




Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд

Отправляясь в Африку или Америку, ты можешь оставаться в Европейском Союзе!

Вот несколько малоизвестных географических фактов, которые несомненно повышают значимость жителей Европейского Союза, а значит и жителей Эстонии. Территория Европейского Союза имеет ...

Читать дальше...

Увенчанный золоченой короной крендель еще лет двадцать тому назад был неотъемлемым элементом уличного пейзажа Старого Таллинна.

Башни, правители, кренделя: короны города Таллинна

Отыскать главный символ королевского статуса – корону – в городской среде столицы современной Эстонской Республики не составит для знатока большого ...

Читать дальше...

Сальме Тоомвяли в кабине паровоза.
Фото из газеты Rahva Hääl, март 1941 года.

Муза железных дорог: первая женщина-машинист Сальме Тоомвяли

Сальме Тоомвяли – первая в истории железных дорог Эстонии женщина-машинист – заняла свой рабочий пост в кабине паровоза ровно восемьдесят ...

Читать дальше...

Таким представлялся вид сверху на новый корпус нынешнего Городского театра
во дворах девятого квартала архитектору Калле Рыымусу в 1987 году.

От «Интернационального клуба» до «Сцены в преисподней»

Двор здания Таллиннского городского театра стоит на пороге больших перемен, ожидание которых оказалось растянутым чуть ли не на три с ...

Читать дальше...

Первые семь КТ-4 в ожидании «воздушного путешествия»
с железнодорожной платформы на трамвайные пути. Февраль 1981 года.

Чехословацкие «аквариумы» для трамвая Таллинна

Сорок лет тому назад на таллиннские улицы впервые вышли трамваи чехословацкой сборки «КТ-4», обслуживающие жителей и гостей столицы и по ...

Читать дальше...

Что и почему нужно знать о тайном пакте Бермонта-Гольца

Сто лет назад, 21 сентября 1919 года, генерал германской армии Рюдигер фон дер Гольц и командир Западной добровольческой армии самопровозглашенный ...

Читать дальше...

Часовня СЗА на кладбище в Копли 25 октября 1936 года.

Возвращение памяти: часовня СЗА в Копли

Одна из достопримечательностей Пыхья-Таллинна и памятник русскому прошлому столицы, утраченный в послевоенные годы, начинает свое возвращение к таллиннцам. До начала нынешнего ...

Читать дальше...

Таллин

О НАЗВАНИИ СТОЛИЦЫ ЭСТОНСКОЙ ССР

7 декабря 1988 г. на сессии Верховного Совета Эстонской ССР единогласно принята поправка к русскому тексту Конституции (Основного закона) Эстонской ...

Читать дальше...

Модель торгового судна XVII века, принадлежавшего членам ревельского братства Черноголовых, в коллекции Таллиннского городского музея.

Восемь столетий Таллинна: Век семнадцатый, переломный.

Семнадцатый век единственный в восьмивековой истории Таллинна целиком и полностью укладывается в рамки Шведского времени, составляя тем самым большую часть ...

Читать дальше...

Биржевой переулок.

Биржевой проход: «тропой истории» вдоль Исторического музея

После недавно завершившейся реставрации Биржевой проход – одна из самых колоритных и узнаваемых улочек Старого Таллинна – вновь открыта для ...

Читать дальше...

Фасад Дома кино – один из самых ярких образцов эклектики в архитектуре Старого Таллинна.

Дворец десятой музы: Дом кино на улице Уус

Сорок лет назад муза кино обрела в Таллинне свой собственный дом – роскошный неоренессансный особняк на улице Уус. Первый киносеанс в ...

Читать дальше...

Семья лопарей-саамов с их оленями. Иллюстрация из газеты «Rigasche Rundschau», март 1931 года.

Заполярье за Коммерческой гимназией: Лапландия в Таллинне

Для того чтобы посетить «всамделишную Лапландию», столичным жителям девяностолетней давности было достаточно заглянуть на пустырь за зданием нынешнего Английского колледжа ...

Читать дальше...

Руководство Рийгикогу первого созыва в служебных помещениях замка Тоомпеа.

Бездна доверия и масса проблем: 1-я сессия 1-го Рийгикогу

Сто лет тому назад термин «Рийгикогу» вошел в активный словарь жителей Таллинна и других городов нашей страны: 4 января 1921 ...

Читать дальше...

Таллиннский Дед Мороз переходного от «новогоднего» к «рождественскому» периоду своей биографии на открытке второй половины 80-х годов.

В Кадриорге когда-то работала школа Дедов Морозов

Тридцать лет назад в Таллинне открылось учебное заведение, аналогов которому прежде в истории системы образования столицы едва ли было возможно ...

Читать дальше...

На месте Järve Selver почти сто лет высились корпуса фабрики, основанной Оскаром Амбергом.

Силикатный кирпич Оскара Амберга

Сто десять лет тому назад на окраине тогдашнего Таллинна приступило к работе предприятие, без преувеличения, изменившее облик города самым радикальным ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.

Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Ратушная площадь, интересна, например, тем, что именно здесь была установлена праматерь всех русских новогодних елок. По свидетельству историков, Петр I, в 1710 году увидел наряженную елку и повелел отныне на Руси тоже такие ставить. Так что, событию этому, более трёхсот лет.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!