А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Едва занимался рассвет, как по самым оживленным ныне улицам Таллинна, - Суур-Карья и Вяйке-Карья - устремлялся на пастбища скот. Названия улиц (Большая стадная и Малая стадная) живут по сей день, хотя скот горожане уже давно не держат.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Рождение озера Юлемисте: На берегу озера Юлемисте стоит и в наши дни господский дом поместья Мыйгу. Рассказывают, будто в стародавние времена на месте Юлемисте было помещичье поле, и что мол под водой до сих пор отчетливо видны каменные ограды, межевые камни. Дно озера хорошо просматривается, так как глубина его невелика.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1103 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 230 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

За полтора века своей истории нынешняя площадь Свободы успела побыть и Сенной, и Петровской, и Харьюской, и даже — площадью Победы: «елочная» тематика в ее названии не фигурировала ни разу. Хотя оснований — предостаточно.

Горожан, помнящих на нынешней главной площади столицы самый главный ее елочный базар, не сыскать в наши дни, пожалуй, даже среди самых почтенных таллиннских старожилов.
Но праздничные новогодние воспоминания, связанные с теперешней Вабадузе вяльяк, наверняка найдутся у всякого, кто чуть старше тридцати лет.

Иллюминированная елка на площади Победы: начало семидесятых.

Иллюминированная елка на площади Победы: начало семидесятых.

Сенной пролог

История — точнее, предыстория нынешней площади Свободы началась полтораста лет тому назад: после упразднения для Ревеля статуса города-крепости и создания на плацу перед Харьюскими воротами рынка.
«Елочная глава» в ее биографии, вернее, пожалуй, следует говорить, — о прологе к ней, начала писаться несколько позже: не ранее восьмидесятых годов позапрошлого столетия, когда обычай ставить на Рождество елку стал в городе массовым.
Существовал он, конечно, и до того: даже если забыть о практиковавшейся в средневековых братствах традиции «выноса рождественского дерева», датировать появление первых зеленых красавиц в домах горожан второй половиной XVIII века можно с уверенностью.
Пока обычай этот практиковался исключительно бюргерами-остзейцами, особых проблем не возникало: за несколько дней до праздника в ближайший принадлежавший городу еловый перелесок всегда можно было послать слугу.
Вчерашние хуторяне, начавшие приходить в город для работы на открывающихся фабриках и заводах, обычаи горожан перенимали охотно. Только вот собственной прислуги у них не было — равно как и времени на походы в лес.
На помощь им пришли рыночные торговцы, быстро смекнувшие, что спрос на сезонный товар легко обратить в звонкую монету. По крайней мере с конца семидесятых годов подводы с елками потянулись в Ревель.
Трудно сказать, почему торговать ими магистрат позволил именно на Сенном рынке. Может, из соображений пожарной безопасности. А может быть, и потому что сено — тоже атрибут традиционного Рождества.
Во всяком случае, газетные заметки девяностых годов XIX века свидетельствуют: наряду с елками горожане-эстонцы покупали тут и солому — напоминание о месте рождения Иисуса — яслях в хлеву.

Политический барометр

Цены на главном елочном базаре былого Ревеля стабильностью не отличались: год на год не приходился. Если зима запаздывала, а дороги оставались размытыми, на Сенном рынке едва можно было насчитать полдюжины торговцев елками.
Морозы и метели предпраздничному промыслу тоже не способствовали. Но в случае устойчивого санного пути елочные ряды вытягивались вплоть до здания Русского общественного собрания — нынешней Городской библиотеки на бульваре Эстония.
Случалось, что влияние на цены оказывала не погода, а… политика: в декабре 1904 года, после того как выборы в Городскую думу впервые в истории выиграл эстонско-русский блок, горожане остзейцы погрузились в глубокое уныние.
«Разослали нам давеча письмо — пишут, что не нужны мы в городе, — жаловался торговец с Сенного рынка корреспонденту газеты «Уус аэг». — У городских господ, дескать, почти что траур, и елки они на это Рождество зажигать не будут…»
Оправдались ли тогдашние опасения — об этом история умалчивает. Но спустя ровно десятилетие, в декабре 1914 года, ревельских торговцев праздничным товаром вновь охватило нешуточное уныние.
По городу бродили слухи: в связи с военными действиями против Германии установка рождественских елок наверняка будет запрещена властями, как обычай, безусловно, немецкий, а потому — однозначно «вражеский».
«Ревельские известия» были даже вынуждены опубликовать разъяснения полицмейстера: ставить елки и зажигать свечи на них можно. Только — подальше от окон: режим затемнения никто не отменял.

Монументальный план

К году начала Первой мировой войны главный елочный базар Ревеля, впрочем, уже поменял свое традиционное месторасположение: он переместился к восточному фасаду театра «Эстония».
Оно и понятно: памятник Петру I, установленный на бывшем Сенном рынке в ознаменование двухсотлетия покорения Ревеля российским воинством, изгнал с переименованной в Петровскую площадь всех торговцев разом.
В окрестности Яановской церкви они не вернулись и после того как в мае 1922 года городские власти ставшего Таллинном Ревеля приняли решение снять изваяние иностранного монарха и «сослать» его в основанный царем парк Кадриорг.
Постамент же скульптуры добрых девять месяцев простоял на былом месте. Более того — чуть было не сыграл в «елочной истории» главной площади столицы молодой Эстонской Республики роль, у которой были все шансы стать в данном случае основополагающей.
Недели за три до Рождества члены Юношеской христианской организации обратились в городскую управу с просьбой установить на гранитной скале елку, украшенную электрическими гирляндами — «как принято это в зарубежных городах».
Столичные власти инициативу не оценили — отказ был обоснован при этом довольно странным доводом: дескать, школьники станут петь у елки рождественские хоралы, и, застудив горло, проболеют все каникулы.
Так или иначе, первая общественная елка в Таллинне была установлена лишь шесть лет спустя. И не на Вабадузе вяльяк, а на Ратушной площади — дождливым декабрем 1928 года.

При всех режимах

Назвать тогдашний «елочный дебют» успешным — язык не поворачивается. Газеты отозвались на него язвительными фельетонами: чем, мол, улицу освещать, лучше бы обитателям богаделен деньги к празднику раздали.
Таллиннской елке пришлось взять семилетнюю паузу: вновь она явилась горожанам лишь под Рождество 1935 года. На этот раз — на площади Свободы, из рыночной окраины давно уже ставшей «лицом» столицы независимого государства.
В ту пору строительный отдел городской управы как раз завершил электрификацию Вабадузе вяльяк — и сто лампочек накаливания, размещенные на еловых ветвях гирляндой, служили тому наглядным и красочным подтверждением.
На этот раз новшество горожанам явно понравилось. Возможно, взыграла и патриотическая нотка: «извечный конкурент» Таллинна, Тарту, регулярно украшал площадь, перед ратушей елкой вот уже шестое Рождество подряд.
Во всяком случае, на протяжении трех последующих лет главная елка города зажигалась на площади Свободы бесперебойно. Если позволяли погодные условия, на Карловском бульваре, на радость школьникам, заливался каток.
Исключением стал лишь декабрь 1939-го: всего через залив от Эстонии шли сражения советско-финской войны, и нарушать режим светомаскировки зажжением огней праздничной иллюминации Таллинн не рискнул.
Через двенадцать месяцев украшенная огнями елка вернулась на переименованную в честь «Победы трудового народа» площадь в новом обличии: с красной звездой на макушке — звалась она, соответственно, новогодней.
На следующий год новые власти вернули зеленой красавице рождественский статус, и, несмотря на тяготы военного времени, вновь установили ее на площади Свободы. Правда, без каких либо украшений на верхушке.
Удалось изыскать возможность зажечь главную елку города и в 1942 году. А потом наступил пятилетний перерыв — огни новогодней иллюминации вновь зажглись уже в советском Таллинне.

Новые перспективы

«Сотнями электролампочек засияет двадцатиметровая новогодняя елка на площади Победы, — писала 28 декабря 1947 года «Рахва Хяэль». — Под ней, в устроенном еловом «перелеске», оформляются сценки из жизни лесных обитателей».
Одиннадцать лет спустя перелесок этот, судя по статье в газете «Õhtuleht». разросся до настоящего «леса»: четыреста двухметровых елочек были расставлены по сугробам вокруг двадцатипятиметровой ели накануне последней ночи уходящего года.
«Среди них разместились декорированные торговые павильоны, в которых детвору ждут разнообразные сладости, книжки и елочные украшения, — продолжал корреспондент.
— Лесная опушка радиофицируется. Ожидается прибытие сюда и Дедов Морозов».
Сказочная атмосфера предновогодней площади стала куда как реалистичнее в следующем десятилетии: в начале шестидесятых годов, например, наряду с елкой на площади Выйду был установлен муляж космической ракеты размером с двухэтажный дом.
Порой прибегать к «технической помощи» организаторов главной елки Таллинна вынуждали не новейшие веяния моды, а переменчивая балтийская погода, и полвека тому назад готовая преподнести горожанам не самый приятный новогодний сюрприз.
«Праздники нынче выдались «черными»: к самому Новому году на городских улицах разлились осенние лужи, — сокрушалась в 1964 году газета «Õhtuleht”. — И тогда на помощь пришли Деды Морозы из Таллиннского автобусного парка.
К детворе они прибыли на двух комфортабельных автобусах — и начали катать ее от площади ВЫЙДУ до Мустамяэ и обратно. Благодаря им юные таллиннцы смогли увидеть новые районы нашего города».

***
«Елочная слава» начала покидать площадь перед тогдашним горисполкомом постепенно и почти незаметно.
Сначала — на заре восьмидесятых — елку, наряду с другими местами, после более чем полувекового перерыва вновь начали устанавливать на Ратушной площади: здесь она действительно пришлась очень кстати.
Потом, уже в первые годы после восстановления независимости, площадь, которой вернули имя Вабадузе. превратилась в автостоянку.
Елку попробовали украшать на склоне горки Харьюмяги, да что-то не прижилась традиция.
На рубеже столетий площадь Свободы превратилась в подмостки для грандиозной новогодней мистерии — встречи Миллениума. Увы, и на этом празднике, места для украшенной елки, к сожалению, не нашлось.
Найдется ли оно на реконструированной площади наших дней? Особых подвижек пока не видать. Может, просто время еще не подошло?

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.





Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд

Особенности национальной реституции: остзейские немцы и их имущество в Прибалтике

Существующий в современной ЭР порядок компенсации за утраченное жившими в стране до Второй мировой войны немцами недвижимое имущество – не ...

Читать дальше...

Построенное в 1937 году здание французского лицея на улице Харидузе - образец школьной архитектуры в духе функционализма.

Замок знаний на улице Харидузе: дом Французского лицея в Таллине

Здание таллиннского Французского лицея, на момент своего открытия — самая современная школа столицы, впервые распахнуло двери перед учениками ровно восемьдесят ...

Читать дальше...

Отель «Золотой лев» на улице Харью. Открытка начала XX века.

Геральдика, топонимика, фортификация: золотая палитра Таллинна

Золотая осень — самое время вспомнить о золотом цвете и его оттенках в городской палитре столицы. Таллинн — дитя и ...

Читать дальше...

Обложка брошюры, выпущенной к 225-летию Казанской церкви в 1946 году. Снесенная в семидесятые годы церковная ограда и погибший в 2004-м «петровский дуб» — еще присутствуют.

«В простоте своей величественная...»: Казанская церковь в Таллине, накануне трехсотлетия

Крохотная старинная церковка на обочине современной многополосной трассы — одновременно памятник архитектуры Таллинна и мемориал воинской славы Российской империи. Из сакральных ...

Читать дальше...

«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

По Виру конка ходила долгие тридцать лет, а вот на другие улицы Старого города трамвай так и не допустили.

Ратушная площадь, Козе, Пельгулинн: трамвайные планы былого Таллинна

Из многочисленных и амбициозных проектов расширения трамвайной сети Таллинна строительство ветки до аэропорта оказалось едва ли не единственным, воплощенным в ...

Читать дальше...

Капитан Петр Нилович Черкасов и канонерская лодка «Сивуч». Открытка начала XX века.

От Моонзундского архипелага до города Володарска: немеркнущая слава командира легендарного «Сивуча»

Памятник участнику обороны Моонзунда, командующему корабля, прозванного «Балтийским «Варягом», появился на родине героя благодаря Таллиннскому клубу ветеранов флота и газете ...

Читать дальше...

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Дело требует самого незамедлительного решения...»: как Таллиннская мэрия на эстонский язык переходила

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский. Давно назревшие перемены стали возможны ...

Читать дальше...

Советский павильон на Таллиннской международной выставке-ярмарке. Снимок второй половины двадцатых годов.

«Я аромата смысл постиг, узнав, что есть духи «Жиркости»: как Таллинн советской экспозиции на выставке-ярмарке дивился

Девяносто лет назад жители столицы Эстонии смогли ознакомиться с достижениями народного хозяйства соседней, но малознакомой Страны большевиков, не покидая собственного ...

Читать дальше...

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

Здание Александровской гимназии на северной стороне нынешней площади Виру. Фото конца XIX века.

Три столетия и два года: вехи истории русского образования в Таллинне

История преподавания русского языка и на русском языке в столице современной Эстонии недавно перешагнула трехвековой рубеж — весомый, солидный и ...

Читать дальше...

Проект торгового павильона Таллиннского центрального рынка. Иллюстрация из газеты «Советская Эстония», май 1947 года.

Огонь Яановой ночи над новой базарной площадью: семьдесят лет таллиннскому Центральному рынку

Главный рынок столицы переехал на свое нынешнее место между Тартуским шоссе и улицей Юхкентали ровно семь десятилетий назад — накануне ...

Читать дальше...

Во все времена район Ласнамяэ отличался не только многочисленностью жителей, но и разнообразной культурной жизнью.

От «Нового городка» к современной части города: прошлое, настоящее и будущее района Ласнамяэ в Таллине

Коллекция «ласнамяэских фактов» — не слишком известных, а потому — небезынтересных и интригующих. О Ласнамяэ, как, пожалуй, ни о какой иной ...

Читать дальше...

Торговый фасад былого элеватора навевает ассоциации с амбаром ганзейских времен, продольный — удивляет обилием металлических скреп-заклепок.

Зерновой элеватор в квартале Ротерманна в Таллине: возрожденный шедевр промышленной архитектуры

Реставрация одной из самых колоритных индустриальных построек центра столицы удостоена награды от Департамента охраны памятников старины в номинации «Открытие года». «Некоронованным ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.


Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
На большом гербе Эстонской Республики, на золотом фоне исполненного в стиле барокко щита, изображены три льва-леопарда синего цвета с языками красного цвета и глазами серебряного цвета, которые идут, если смотреть со стороны щита, направо, устремив взоры на зрителя. С трех сторон щит окаймлен венком из двух скрещенных дубовых веток золотистого цвета. Основой герба Эстонии стал датский герб XIII столетия. Этот герб вместе с флагом передал Таллину король Вольдемар II в 1219 году. Официально герб утвердили в 1925 году. На сохранившейся наиболее ранней печати Таллина, относящейся к 1277 году, изображены три идущих коронованных леопарда с головами в анфас на треугольном гербовом щите. Леопарды были синими, располагались они на золотом поле.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!