Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Первым крупным сооружением на Сенном рынке (в последствии, Петровской площади, Площади Победы, а ныне площади Свободы) была Яановская церковь. Ее построили в 1862 – 67 годах для эстонского населения города, и на том строительная деятельность здесь заглохла на 50 с лишним лет. В центре площади находились общественный колодец и одинокий фонарный столб. Фонарь этот давал такой тусклый свет, что некоторые советовали его и вовсе убрать, чтобы в темное время на него кто-нибудь ненароком не наткнулся. На южном краю площади была стоянка извозчиков – одна из тех двух, где позволялось поить и кормить лошадей (другая находилась на Ратушной площади), в связи, с чем здесь имелось и водопойное корыто – едва ли не самая примечательная деталь рыночной площади.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Ратушная площадь, интересна, например, тем, что именно здесь была установлена праматерь всех русских новогодних елок. По свидетельству историков, Петр I, в 1710 году увидел наряженную елку и повелел отныне на Руси тоже такие ставить. Так что, событию этому, более трёхсот лет.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1356 posts
    • 0 comments
    • 39 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 238 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Международный день защиты детей — повод вспомнить о «таллиннской теме» на страницах детских книг, знакомых нескольким поколениям юных таллиннцев и их родителей.

Авторов книг, прочитанных и полюбившихся в детстве, запоминаешь, как правило, на всю жизнь.Иллюстраторам везет меньше: указана их фамилия на титульном листе или нет — читатель младшего школьного возраста пробегает ее, не глядя.
Только много лет спустя понимаешь и осознаешь: образу литературного героя во всей его многогранной полноте и рельефной жизненности художнику ты обязан ничуть не в меньшей степени, чем писателю.

Легенда в гравюре

Стилизация под Средневековье от Йохана Наха, 1944 год.

Стилизация под Средневековье от Йохана Наха, 1944 год.

Полноправным героем детской литературы Таллинн начал становиться относительно недавно: не ранее середины минувшего, двадцатого столетия.
К тому времени таллиннская тема была достаточно разработана во «взрослой» поэзии и прозе, а мотивы пейзажа столичных улиц уже начинали мелькать в иллюстрациях школьных учебников.
Заказчиком книги о похождениях сына рыбачки с Каламая, ставшего прообразом ратушного флюгера, изданной в мае 1944 года, стал Отдел народного просвещения Эстонского самоуправления — «минобраз» оккупированной нацистами ЭР.
Но одиозность заказчика, равно как и тенденциозность авторской обработки легенды о Старом Томасе, осуществленной будущим классиком эмигрантской литературы Гертом-Хельбемяэ, стушевываются талантом иллюстратора — графика Йохана Наха.
С таллиннской стариной Наха был знаком не понаслышке. В довоенные годы он собрал необъятный архив газетных вырезок, посвященных прошлому города. В годы войны — зарисовывал не только пострадавшие фасады, но и найденные в руинах артефакты.
Суровым, если не сказать — брутальным, режущим глаз на манер работ средневековых граверов, предстает Таллинн на его иллюстрациях. Таким, вероятно, он и был во времена Ливонской войны, участвовать в которой довелось и ландскнехту Томасу.
Неудивительно, что современные переиздания исторической миниатюры Хельбемяэ, изданные что слово-в-слово, что с заменой слова «venelane / русские» на политкорректное «vaenlane / враги», выглядят без иллюстраций Наха чем-то вторичным, ненастоящим.
В лучшем случае — добротной стилизацией под сказочное, «пряничное», Средневековье. В худшем — откровенным китчем: тем, что в профессиональных кругах принято именовать «средневековым Диснейлендом».

Прошлое и настоящее

«Мегаполис» во власти транспорта: Таллинн Рейна Таммика, 1987 год.

«Мегаполис» во власти транспорта: Таллинн Рейна Таммика, 1987 год.

Источником творческого вдохновения таллиннские предания оставались для авторов произведений детской литературы и в послевоенные годы: название поэмы Деборы Вааранди «Старец из Юлемисте и юный градостроитель» говорит само за себя.
Однако иллюстраторы изданной в 1952 году книги — Олев Соанс и Аста Вендер — от стилизации под легендарные времена решили отказаться. Что и неудивительно: текст ее представлял собой зарифмованный план реконструкции столицы Эстонской ССР.
К моменту выхода поэмы отдельным изданием пафос написанных семью годами ранее строк выдохся: «троллейбуса линии от Какумяэ к Виймси» не протянули, «площадь Центральную, столицы нашей сердце» в духе сталинского ампира не застроили.
Может быть, именно поэтому за изображения строительства нового, социалистического Таллинна вполне сгодились изображения восстановления довоенных еще зданий по четной стороне Нарвского шоссе.
Тем ценнее подлинные, еще неотретушированные и неприукрашенные в угоду строгим требованиям эстетики социалистического реализма панорамы подлинного города, только начинающего залечивать нанесенные ему войной раны.
Чего стоит, например, сцена с детворой, играющей у фонтана, решенного в духе сталинского ампира: фоном ему служат силуэты фронтонов домов по улице Кунинга, а высящаяся над ними башня ратуши изображена обезглавленной.
Курьезным образом в панораму порта попал и маяк Северного мола: оригинальный и стильный памятник архитектуры функционализма не пережил осады Таллинна в августе сорок первого и восстановлен никогда не был.

Секрет неизменности

«Вневременной Таллинн» Эдгара Вальтера, 1982 год.

«Вневременной Таллинн» Эдгара Вальтера, 1982 год.

Однозначным ответом на вопрос о том, кто сделал для популяризации архитектурного облика Старого Таллинна на одной шестой части суши больше всего, будет — Эдгар Вальтер.
Один из признанных мастеров эстонской книжной иллюстрации второй половины XX века, он, казалось, смог прочувствовать саму суть таллиннской городской среды, ее душу и дух. А главное — передать их в удивительной точности.
За что бы ни брался Вальтер: за иллюстрации к букварю или к учебнику по правилам дорожного движения для юных пешеходов, за рисунки к сказочным повестям или новеллам для юношества — Таллинн проступал на них явственно и узнаваемо.
Называть город по имени автору текста было необязательно: треугольным ли щипцом фронтона, кованой стенной скрепой, ленточным остеклением пятсовских времен — таллиннский мотив проступает у Вальтера с неизбежностью стойкого водяного знака.
К документальной точности иллюстратор обыкновенно не стремился. Таллинн для него стал архетипом города «вообще»: знакомого, по-домашнему уютного, на редкость соразмерного человеку вне зависимости от конкретной исторической эпохи.
Единственным исключением, пожалуй, стали иллюстрации к «Мартову хлебу»: пейзаж улиц ганзейского Ревеля Вальтер реконструировал не менее скрупулезно, чем Яан Кросс, — антураж средневекового быта и труд тогдашних аптекарей.
И хотя никаких аутентичных свидетельств тому, как выглядела Ратушная аптека и ее окрестности «ровно пятьсот тридцать три года назад», до нас не дошло, хочется верить: именно так, как запечатлел Эдгар Вальтер.

Пугающий реализм

Строчки:
«В городе житье не худо
Лишь одна беда — повсюду
От машин спасенья нет
Полон ими целый свет»

и

«Вот троллейбус подкатил
Как рогатый крокодил
Вот трамвай прогрохотал
А за ними — самосвал»

русскоязычному читателю незнакомы. Равно как и продолговатая книжка в твердом переплете со стоящим вполоборота первоклассником с ранцем за спиной на обложке: стихи Марио Кивистика «Через городскую улицу» были изданы в 1987 году, почему-то исключительно на эстонском.
Что касается литературных достоинств незамысловатого текста, сводящегося к тому, что на проезжей части надо быть осторожным, — пробел, возможно, не из разряда невосполнимых: визуальный ряд к нему куда как примечательнее и колоритнее.

Пафос восстановления отОлева Соанса и Асты Вендер, 1952 год.

Пафос восстановления отОлева Соанса и Асты Вендер, 1952 год.

Исполнивший его художник Рейн Таммик считается в эстонском искусстве одним из провозвестников поп-арта: направления, сочетающего гиперреализм и утрирование предметов и пейзажей повседневности с гротеском, коллажем, провокацией.
Таллинн Таммика — не легкие искрометные фантазии-декорации в духе Вальтера или же ретроспективные видения Наха. Это — современный город, увиденный глазами ребенка: «маленького человека» в переносном и самом прямом смысле.
Уличный пейзаж считывается с иллюстраций Таммика безошибочно — перегруженное самым разнообразным, выполненным с фотографической точностью транспортом Пярнуское шоссе или опустевший тротуар перед театром «Эстония».
Жесть автомобильных кузовов, доломит крепостных башен, пышная, еще не пожелтевшая, но уже запыленная сентябрьская листва — всё кажется вылепленным из единого, неведомого по составу материала.
Есть в этом что-то от легендарных сезанновских яблок, выписанных с той тщательностью, которая начисто отбивает аппетит: завораживающий город, гулять по которому не всякий и отважится.

***

Таллиннская тема в творчестве современных иллюстраторов детских книг — тема, которая наверняка еще дождется своего исследователя.
Об одном можно сказать: перешагнув порог XXI века, из «декораций», в которых разворачивается литературный сюжет, Таллинн, похоже, превратился в полноценного его героя.
Изданная несколько лет назад одновременно на эстонском, русском, английском, финском, немецком, французском и испанском книга «Ленни и Таллинн» — наглядное тому подтверждение.
Текст Рийны Кассер, рассказывающий об исторических и современных достопримечательностях столицы, буквально растворяется в иллюстрациях Аве Теэяэре — декоративных, изысканных, стильных.
Раз так — нет пожалуй, повода для опасений, что книги таллиннской тематики превратятся в унылый список литературы, обязательный к прочтению во время начинающихся летних каникул.
Напротив — они станут дверью в прошлое и настоящее города. А расцвечивающие их страницы иллюстрации — окнами, манящими своим магическим светом юных читателей.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.




Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Строительство станции в Ласнамяэ. 1929 год.Фото: Эстонский государственный архив

Как радиовышка в Ласнамяэ боролась с фашистской Италией

Строительство станции в Ласнамяэ. 1929 год. Как радиосигнал попадает в наши приемники? Сегодня мы все реже пользуемся FM-частотами, слушая любимую радиостанцию ...

Читать дальше...

Церковь Олевисте

Легенды церкви Олевисте (Святого Олафа), в Таллине

Когда-то башня церкви Олевисте была самой высокой в Европе. Градоправители Ревеля (так до 1919 года назвался Таллин) приказали построить башню-маяк, ...

Читать дальше...

Подземная Башня

Путешествие по этажам «Подземной башни»

«Подземная башня» - литературный дебют Вене Тоомаса - погружает читателя в седую старину и недалекое прошлое Таллинна, позволяя увидеть город ...

Читать дальше...

Часовня СЗА на кладбище в Копли 25 октября 1936 года.

Возвращение памяти: часовня Северо-Западной армии в таллинском районе Копли

Одна из достопримечательностей Пыхья-Таллинна и памятник русскому прошлому столицы, утраченный в послевоенные годы, начинает свое возвращение к таллиннцам. До начала нынешнего ...

Читать дальше...

Открытие часовни на братской могиле воинов СЗА в 1936 году. Современная колоризация исторического фото.

«Это — не забытые могилы»: некрополь Северо-Западной армии на кладбище в Копли

Часовня-памятник воинам северо-западникам, восстановление которой началось в Копли на позапрошлой неделе – часть утраченного мемориального ансамбля, формировавшегося на протяжение полутора ...

Читать дальше...

Брошюра, рекламирующая свечи производства Flora. 1960-е годы.

Свет живой и неизменный: свечные истории Таллинна

Название, которое носит начинающийся месяц в эстонском народном календаре, позволяет взглянуть на дальнее и недалекое прошлое Таллинна в дрожащем свете ...

Читать дальше...

В зале Таллиннской городской электростанции. 1938 год.

«Особенно дорого электричество в Таллинне, Нарве и Нымме...»

Вынесенная в заголовок фраза вовсе не позаимствована из современных СМИ: неприятные сюрпризы ежемесячный счет за свет приносил, случалось, и в ...

Читать дальше...

Общежитие на Акадеэмиа теэ, 7 – первый многоэтажный жилой дом Мустамяэ в начале шестидесятых годов.

«Дом с негаснущими окнами»: самый первый в Таллинском Мустамяэ

Современная история Мустамяэ началась ровно шестьдесят лет тому назад: в январе 1962 года в первый многоэтажный дом нынешней части города ...

Читать дальше...

Узнаваемая панорама таллиннских крыш на заставке номера газеты «Waba Maa» от 24.12.1930.

Поздравления с первой полосы: праздничный наряд газетных номеров

Для того, чтобы узнать о приближении зимних праздников, жителю былого Таллинна не было нужды заглядывать в календарь: вполне хватало бросить ...

Читать дальше...

«Нам, Каурый, за ними все равно не угнаться, так хоть отставать не станем»:
прежние и современные методы уборки снега на карикатуре Э.Вальтера. 
Газета «Õhtuleht», 1951 год.

От лопат до стальных «лап»: арсенал таллиннских снегоборцев

Уборка таллиннских улиц от снега и наледи – как вручную, так и с помощью разного рода специальных приспособлений и машин ...

Читать дальше...

Таким видел застройку площади Вабадузе между Пярнуским шоссе и улицей Роозикрантси архитектор Бертель Лильеквист. Рисунок из хельсинской газеты Huvudstadtsblatter, 1912 год.

Таллинн, построенный финнами: северный акцент портрета города

Шестое декабря – День независимости Финляндии – самая подходящая дата вспомнить о вкладе северных соседей в архитектурный облик Таллинна. Не много ...

Читать дальше...

В руках деревянного воина, как и прежде, – меч и копье, под ногами – полевой цветок.
Фото: Йосеф Кац

Кривой меч и копье с вымпелом: амуниция для деревянного воина

Один из шедевров прикладной скульптуры эпохи барокко и герой сразу нескольких современных гидовских баек вновь предстал перед горожанами практически в ...

Читать дальше...

Подводная лодка «М-200» (у пирса) и однотипная с ней «М-201» после перевода на Балтику. 1945 год.

«Курск» Балтийского флота: жертвы и герои подлодки «Месть»

Шестьдесят пять лет тому назад у самых берегов Эстонии разыгралась трагедия, соизмеримая по драматизму с гибелью российской подводной лодки «Курск». Увидав ...

Читать дальше...

Паровоз-памятник во дворе Таллиннской транспортной школы, фото 2015 года.

«Кч 4» со двора на ул. Техника: прощание с паровозом-памятником

В конце минувшего месяца Таллинн лишился частицы своей транспортной истории: локомотив-памятник, стоявший перед историческим зданием железнодорожного училища на улице Техника, ...

Читать дальше...

Церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы, в районе улицы Гонсиори. На её месте ныне цветочный магазин "Каннике"

Утраченные храмы и часовни Таллина

В 1734 году в районе Каламая была построена деревянная гарнизонная церковь Феодора Стратилата на Косе. В начале XIX века богослужения в Феодоровском ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.

Между прочим…
Когда-то в Старом рыбном порту жила бедная вдова-рыбачка, чьей единственной радостью был сын Тоомас. Как и все мальчишки, он усердно упражнялся в стрельбе из лука. С нетерпением мальчик ждал ежегодных состязаний лучников, проходивших перед Большими Морскими воротами, в Попугаевом саду. На высоком шесте устанавливали деревянного попугая, и тому, кому удавалось сбить птицу, присуждался серебряный кубок Большой гильдии. Однажды Тоомас оказался в Попугаевом саду перед самым началом состязаний. Он слыл лучшим стрелком среди сверстников и ничтоже сумняшеся, пустил стрелу в деревянного попугая. Выстрел оказался метким, цель была сбита. Но вместо кубка и почетного звания "Короля стрелков" мальчика наградили оплеухами и заставили водрузить попугая обратно на шест, ибо уже приближалась процессия взрослых лучников. О том, что случилось перед состязаниями, узнал вскоре весь город. Мать Тоомаса боялась, что мальчика накажут. А получилось наоборот: старейшина Большой гильдии вызвал Тоомаса и предложил ему поступить учеником в городскую стражу. Это предложение обрадовало и мать, и сына - ведь гильдия одевала и кормила стражу. Тоомас с годами подрос, принял участие в боях Ливонской войны, за храбрость получил звание знаменосца. Все звали его в городе Старым Томасом. Так как он носил длинные усы и был одет так же, как фигурка воина на флюгере Ратуши, горожане прозвали флюгер его именем - Старым Тоомасом.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!