А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Удивительно, но в планах барона фон Глена, Нымме, замышлялся не просто курортным предместьем, а полноценным конкурентом Таллинну. Мало того, что фон Глен основал здесь несколько предприятий – он планировал превратить Нымме в... морской порт. По вырубке, созданной по трассе канала, который должен был приводить корабли из Коплиской бухты к подножию Мустамяги, была полвека спустя проложена улица Эхитаяте теэ.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Однажды в Таллинн прибыл один матрос. Он слышал, что в жилах похороненного тут карла-Евгения де Круа текла королевская кровь и вообразил, что в гробу могут быть ценные вещи. Поздним вечером матрос вошел в усыпальницу церкви Нигулисте. Свеча осветила гроб на постаменте. Матрос приподнял гробовую крышку, откинул покрывало и увидел усатое лицо де Круа с застывшей иронической улыбкой. Весть о том, что де Круа не сгнил, разлетелась сначала по Таллинну, а вскоре и по Эстонии. Всем хотелось посмотреть на это чудо. Предприимчивый церковный сторож поставил возле мумии де Круа копилку для пожертвований. И оказалось, что де Круа после смерти "зарабатывал" значительно больше, чем при жизни. Тщетно...
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1103 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 230 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Девелоперы и жители старейшего таллиннского предместья сумели договориться: свободный доступ к морскому побережью после реконструкции района Рыбной гавани сохранится для всех горожан.

Документы Ревельского магистрата дают основание предполагать: рыбаки в нынешнем Каламая жили, как минимум, с 1372 года.

Рыбная гавань в Таллинне. Рисунок Натальи Мей, 1926 год.

Рыбная гавань в Таллинне. Рисунок Натальи Мей, 1926 год.

С какого времени начали они торговлю пойманной рыбой непосредственно с лодок, сказать сложно. Но известно, что в середине XV века практику эту отцы города пресекли — из соображений надзора за качеством товара.

Рыбный торг на исконном месте возродился не позднее второй трети позапрошлого столетия. А после Крымской войны и демилитаризации Ревеля развернулся пуще прежнего: торговать рыбой стали здесь и в розницу, и оптом.

Морское побережье (Фишграбен по-немецки, Каласадам по-эстонски, по-русски — Рыбный ряд) было для рыбаков не только местом торговли. Но и, в буквальном смысле, «вторым домом», по крайней мере — сезонным.

Старожилы вспоминали: когда в путину на заработок в Ревель конца XIX века приходили иногородние, то, экономя на жилье, они спали в Рыбном ряду — под перевернутыми лодками.

Название плавсредства служило сезонным работникам… адресом: и стражи порядка, и почтальоны знали, под каким именно баркасом в Рыбном ряду искать нужного им человека.

Конец идиллии

Летом 1893 года Ревельская городская дума получила письмо: жители Каламая просили воспрепятствовать планам протянуть через Рыбный ряд железнодорожную ветку или хотя бы изменить ее маршрут.

Рельсы и шпалы, по мнению рыбаков, намеревались уложить слишком уж близко от побережья: напуганная шумом составов килька, а особенно осторожная камбала могли бы откочевать далеко за остров Найссаар.

Отцы города остались к доводам авторов прошения равнодушны: нужды индустриализации казались важнее приоритетов рыболовства. Вскоре там, где лежали просмоленные лодки, загремели вагоны и запыхтели паровозы.

Еще через двадцать лет на берег Каламая пришли планировщики и землемеры: летом 1913 года городские власти решили приступить к масштабной реконструкции и модернизации бывшей вотчины рыбаков и рыботорговцев.

Рыбный ряд планировалось превратить в гавань для судов каботажного
плавания. Прежде всего — углубить акваторию и заменить допотопные деревянные мостки современными бетонными причалами и молом-волноломом.

Сомневаться в скорейшей реализации проекта оснований не было: предреволюционный Ревель находился на пике своего развития. Средств городской казне хватало, но грянула Первая мировая война.

Второй Хельсинки

В том, что охвативший всю Европу вооруженный конфликт будет для держав Антанты победоносным, таллиннцы, похоже, не сомневались и охотно задумывались о том, чем надлежит заняться городу в мирное время.

Побережье ближайших окрестностей Ревеля одевалось в бетон укреплений Морской крепости имени Петра Великого, а некий горожанин публиковал на страницах газеты «Päevaleht» мысли о послевоенном обустройстве Рыбного ряда.

Ссылаясь на то, что здешняя акватория мелководна, он предлагал вовсе засыпать ее на отрезке от Батарейной казармы до купален Крауспа — причалов теперешнего Горхолла. А приращенную таким образом территорию — продать под застройку.

Участок, согласно его расчетам, должен был получиться внушительным: сорок-пятьдесят тысяч квадратных сажен. На нем вполне можно было бы построить каменные доходные дома «современного стиля» и обустроить широкую улицу.

«Дома можно было бы расположить ярусами, в два ряда, — рассуждал укрывшийся за инициалами К.В. автор. — Первый — на обрыве, с высоты которого открывается вид на море, способный встать в один ряд с видами с побережья Кадриорга.

Здания, построенные на побережье, могли бы быть отданы приморскому ресторану с выходом к воде. Между первым и вторым рядами построек пролегал бы бульвар с променадом, подобный знаменитой хельсинкской Эспланаде».

Заметка была опубликована в самом начале января 1917 года: совсем скоро грянули такие события, что мечты о променадах и эспланадах в Рыбном ряду выглядели издевательским прожектерством.

Иные соображения

Элитного жилого района из набережной Каламая сто лет тому назад не получилось: побережье продолжало застраиваться неказистыми домишками, а акватория гавани — мелеть. Замеры начала двадцатых, показали: берег в Рыбном ряду поднялся на целых два метра. Дирекция городской электростанции поспешила объяснить это естественным движением тектонических плит. У гидрографов были иные соображения.

Не надо было быть большим специалистом, чтобы заметить: раз в месяц котлы электростанции регулярно чистили. Золу и шлак, не ломая долго голову над утилизацией, сбрасывали прямо в ближайшую бухту. Рыба из нее давно ушла.

Рыбачьи лодки — тоже: их сменили моторные суда, заходившие сюда не только «по привычке»: какая-никакая, а перерабатывающая инфраструктура на территории былого Рыбного ряда сохранялась еще с царских времен и даже успешно ширилась.

К 1925 году городские власти завершили масштабные работы по углублению акватории бухты. Еще через три года приняли к рассмотрению проект строительства на ее берегу четырехэтажного «рыбного холла» с торговыми и служебными помещениями.

Остаться на бумаге оказалось суждено и ему, равно как и планам середины тридцатых, согласно которым Каларанд должен был пополниться комплексом из аукционной конторы, склада-холодильника и четырех магазинов.

Пролетарский пляж

Газетные публикации восьмидесятилетней давности то и дело именуют берег Каламая «курортом для бедняков» — то с ирониеи, то с неподдельным сочувствием к его «завсегдатаям».

Таковых хватало: добраться до Кадриорга, а тем более — до далекого пляжа Пирита у таллиннского пролетария и в выходной-то удавалось не всегда, а уж жарким вечером рабочего дня — и подавно.

Позабыв о гигиене и соображениях безопасности (дно мелкого залива было полно обломков лодок), невзыскательные окрестные жители лезли в воду прямо между причалом для рыбачьих баркасов и прогулочных пароходиков.

В зимние месяцы Каларанд стабильно манил к себе моржей: для них вырубалась особая прорубь. То, что в двух шагах ломовые извозчики вываливали «сдобренный» конским навозом и разводами бензина снег с центральных улиц, купальщиков не отпугивало.

Более того — с наступлением весны мостки для захода в воду, раздевалки и скамейки регулярно подкрашивались и подновлялись, причем не городскими властями, а местными, каламаяскими энтузиастами морских купаний.

Высказывалась даже идея оборудовать в Рыбном ряду крытый бассейн: мысль здравая, если не принимать во внимание, что наполнять его планировалась. .. отработанной водой из котлов электростанции.

Санитарные врачи, конечно, били тревогу. Но «самый общенародный курорт» — клочок песчаного берега сорок на сорок метров — просуществовал в Каламая до Второй мировой войны.

 * * *

В послевоенные десятилетия Каларанд превратился в глухие и запущенные задворки центра города.

Только во второй половине семидесятых годов градостроители вновь обратили на Рыбную гавань внимание — после сооружения Горхолла планировалось взяться за благоустройство его окрестностей.

Увы, и этим проектам выпало разделить судьбу радужных планов последних месяцев царского режима. В первые годы после восстановления государственности ЭР ни средств, ни особого желания реконструировать район не было.

В позапрошлую пятницу, 11 марта, фирма-застройщик Рго Карital и некоммерческая организация Telliskivi Selts достигли соглашения в вопросе дальнейшего развития Рыбной гавани и решили прекратить судебную тяжбу.

Согласно документу, Рго Карital обязался обустроить зону отдыха и обеспечить для горожан выход к побережью. Каким будет он — выясниться в ходе уточнения детальной планировки.

Одно можно сказать определенно — информационный стенд, повествующий о метаморфозах в судьбе былого Рыбного ряда смотрелся бы на его месте очень уместно.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд

Особенности национальной реституции: остзейские немцы и их имущество в Прибалтике

Существующий в современной ЭР порядок компенсации за утраченное жившими в стране до Второй мировой войны немцами недвижимое имущество – не ...

Читать дальше...

Построенное в 1937 году здание французского лицея на улице Харидузе - образец школьной архитектуры в духе функционализма.

Замок знаний на улице Харидузе: дом Французского лицея в Таллине

Здание таллиннского Французского лицея, на момент своего открытия — самая современная школа столицы, впервые распахнуло двери перед учениками ровно восемьдесят ...

Читать дальше...

Отель «Золотой лев» на улице Харью. Открытка начала XX века.

Геральдика, топонимика, фортификация: золотая палитра Таллинна

Золотая осень — самое время вспомнить о золотом цвете и его оттенках в городской палитре столицы. Таллинн — дитя и ...

Читать дальше...

Обложка брошюры, выпущенной к 225-летию Казанской церкви в 1946 году. Снесенная в семидесятые годы церковная ограда и погибший в 2004-м «петровский дуб» — еще присутствуют.

«В простоте своей величественная...»: Казанская церковь в Таллине, накануне трехсотлетия

Крохотная старинная церковка на обочине современной многополосной трассы — одновременно памятник архитектуры Таллинна и мемориал воинской славы Российской империи. Из сакральных ...

Читать дальше...

«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

По Виру конка ходила долгие тридцать лет, а вот на другие улицы Старого города трамвай так и не допустили.

Ратушная площадь, Козе, Пельгулинн: трамвайные планы былого Таллинна

Из многочисленных и амбициозных проектов расширения трамвайной сети Таллинна строительство ветки до аэропорта оказалось едва ли не единственным, воплощенным в ...

Читать дальше...

Капитан Петр Нилович Черкасов и канонерская лодка «Сивуч». Открытка начала XX века.

От Моонзундского архипелага до города Володарска: немеркнущая слава командира легендарного «Сивуча»

Памятник участнику обороны Моонзунда, командующему корабля, прозванного «Балтийским «Варягом», появился на родине героя благодаря Таллиннскому клубу ветеранов флота и газете ...

Читать дальше...

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Дело требует самого незамедлительного решения...»: как Таллиннская мэрия на эстонский язык переходила

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский. Давно назревшие перемены стали возможны ...

Читать дальше...

Советский павильон на Таллиннской международной выставке-ярмарке. Снимок второй половины двадцатых годов.

«Я аромата смысл постиг, узнав, что есть духи «Жиркости»: как Таллинн советской экспозиции на выставке-ярмарке дивился

Девяносто лет назад жители столицы Эстонии смогли ознакомиться с достижениями народного хозяйства соседней, но малознакомой Страны большевиков, не покидая собственного ...

Читать дальше...

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

Здание Александровской гимназии на северной стороне нынешней площади Виру. Фото конца XIX века.

Три столетия и два года: вехи истории русского образования в Таллинне

История преподавания русского языка и на русском языке в столице современной Эстонии недавно перешагнула трехвековой рубеж — весомый, солидный и ...

Читать дальше...

Проект торгового павильона Таллиннского центрального рынка. Иллюстрация из газеты «Советская Эстония», май 1947 года.

Огонь Яановой ночи над новой базарной площадью: семьдесят лет таллиннскому Центральному рынку

Главный рынок столицы переехал на свое нынешнее место между Тартуским шоссе и улицей Юхкентали ровно семь десятилетий назад — накануне ...

Читать дальше...

Во все времена район Ласнамяэ отличался не только многочисленностью жителей, но и разнообразной культурной жизнью.

От «Нового городка» к современной части города: прошлое, настоящее и будущее района Ласнамяэ в Таллине

Коллекция «ласнамяэских фактов» — не слишком известных, а потому — небезынтересных и интригующих. О Ласнамяэ, как, пожалуй, ни о какой иной ...

Читать дальше...

Торговый фасад былого элеватора навевает ассоциации с амбаром ганзейских времен, продольный — удивляет обилием металлических скреп-заклепок.

Зерновой элеватор в квартале Ротерманна в Таллине: возрожденный шедевр промышленной архитектуры

Реставрация одной из самых колоритных индустриальных построек центра столицы удостоена награды от Департамента охраны памятников старины в номинации «Открытие года». «Некоронованным ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
История возникновения марципана обросла множеством легенд, одна из версий изложена в рассказе Яана Кросса «Мартов хлеб». Там рассказывается история о том, что однажды заболел бургомистр. Но поскольку тогдашние микстуры делались из лягушачьих лапок и прочих неаппетитных вещей, глава города категорически отказался лечиться и положился на Божью волю. И обеспокоенная здоровьем мужа супруга бургомистра попросила таллиннского аптекаря «замаскировать» лекарство, спрятав его либо в пищу, либо в сладости. Так и поступил помощник аптекаря, исцеливший вкусной смесью бургомистра. Так глава города первым отведал эстонского марципана.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!