А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Церковь Св. Олафа, построенная в XIII веке и перестроенная в XV веке. Свое название она получила по имени строившего ее архитектора, упавшего с ее башни. По легенде, когда его тело коснулось земли, из его рта выползла змея. По другой легенде, церковь Оливисте, получила название не по имени архитектора, а по мастера, согласившегося покрасить плохо доступный для маляров шпиль прихода. Олев был скромен, и не желал известности, поэтому, работал по ночам. Но однажды его увидели и узнали. С земли, закричали его имя. Мастер разволновался и слетел с высоты вниз. На само же деле, церковь названа так в честь одного из королей Швеции.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
На улице Ратаскаэву (Колесного колодца) жил некий легкомысленный домовладелец, который промотал все свое состояние. Однажды ночью, потеряв надежду поправить свои дела, он решил покончить с собой. В эту роковую минуту в дом к нему постучался неизвестный и попросил позволения устроить следующей ночью на верхнем этаже его дома свадебный пир. Незнакомец, посулил за это несчастному хозяину несметные богатства, но при одном условии - никто не должен подслушивать и подсматривать, иначе того постигнет смерть. Домовладелец принял предложение. Вечером следующего дня к подъезду дома на Ратаскаэву начали съезжаться роскошные кареты, в окнах верхнего этажа зажглись яркие огни, заскрипела лестница, будто по ней поднималось огромное число людей. Из верхней залы доносились звуки чудесной музыки, весь дом ходил ходуном - казалось, плясали тысячи гостей. Но едва колокола на городских башнях пробили час ночи, как погасли огни на верхнем этаже, и все стихло. Наваждение исчезло. Домовладелец же, еще накануне весь в долгах и думавший покинуть сей бренный мир, сказочно разбогател за ночь и стал кутить пуще прежнего. Правда, внезапно умер его слуга, который успел признаться перед смертью священнику, что был тайным свидетелем свадьбы черта в доме своего хозяина. Черт справляет так свадьбу, - поведал священнику несчастный.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1288 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Ровно восемьдесят лет назад в Таллинне не стало… собора Александра Невского — появился Александровский кафедральный собор.

Речь шла не о простом переименовании: передача церкви от русского прихода эстонскому должна была поставить точку в стремлении любой ценой «очистить силуэт столицы от наследия царского самодержавия».

Замена покрытия куполов на тогдашнем Александровском кафедральном соборе — нынешнем соборе Александра Невского. Снимок второй половины тридцатых годов.

Замена покрытия куполов на тогдашнем Александровском кафедральном соборе — нынешнем соборе Александра Невского. Снимок второй половины тридцатых годов.

Борьба эта, развернувшаяся в первые годы обретения Эстонией независимости, разгоралась накануне всякого юбилея государственности — десятилетия в 1928 году и пятнадцатилетия — в 1933-м.

Передача здания эстонскому приходу была шагом тяжелым и компромиссным.
Оба раза общественному мнению удавалось, впрочем, спасти нехарактерный для Таллинна, но оригинальный и выразительный архитектурный памятник от угрозы немедленного сноса.

Но даже самым отчаянным оптимистам, пожалуй, было очевидно: здание, возведенное как символ политики «обрусения Остзейских провинций», от возобновления нападок не защищено.

Решение было найдено лишь в середине тридцатых: передать храм под резиденцию митрополита Эстонской православной церкви, служившего до того в Преображенском соборе.

При этом русским прихожанам было предложено перебраться почему-то не в него, а в скромную, если не сказать больше, деревянную церковку Симеона и Анны — в районе порта.

Изыдем с достоинством

«В канун Николина дня и в самый праздник русский приход Александро-Невского собора прощался со своим храмом, — писали 7 декабря 1936 года «Вести дня». — У многих — слезы на глазах.

Скорбь их понятна: ведь под этими величавыми сводами осенялись благословением важнейшие этапы жизни — крещение, вступление в брак. Здесь же было пролито много слез при отпевании родных и близких».

В словах корреспондента о том, что дом молитвы стал в тот день тесен, не было преувеличения: помимо прихожан, иные из которых жертвовали в свое время на строительство церкви, в собор пришли и любители духовной музыки.

«На богослужении хор дал всё лучшее из своего богатого репертуара: Чайковский, Архангельский, Бортнянский, Шереметьев, Фатеев, — свидетельствовало издание. — Молитва господня в исполнении П. Прохоровой прозвучала особенно стройно».

«Пусть слезы не станут слезами уныния и отчаяния, а молитвенной памяти, — обратился к прихожанам священник Г. Алексеев. — Я призываю вас побороть в себе чувства печали. Изыдем из этого величественного храма с добрыми и чистыми чувствами.

Внешнее благолепие храма — не цель, а всего лишь средство для достижения высших христианских ценностей. В малом храме, где молились души наших предков, мы найдем те же очищающие духовные ценности и благодать Божию».

«Не надо волнения, грусти, слез, — вторил ему протоиерей собора И. Богоявленский. — Перейдем в маленькую церковь Святого Симеона. Так нужно. Туда ведет нас Господь. Склонитесь перед волей Его и не скорбите».

Былая слава

Август Янсен. "Тоомпеа зимой". Масло, 1942, EKM

Август Янсен. «Тоомпеа зимой». Масло, 1942, EKM

Формально всё выглядело вполне благопристойно, логично и оправданно: приходу Александро-Невского собора содержать огромное здание действительно было не по плечу.

Он и в лучшие-то свои годы был домом молитвы, в первую очередь — для чиновников губернской администрации: старожилы-купцы сохраняли верность Никольской церкви, военные — полковым храмам.

«Из 212 7624 зарегистрированных на данный момент членов эстонской апостольской православной церкви две трети являются эстонцами и всего одна треть — русскими, — делилась статистикой газета «Maahääl». — Переход кафедрального собора эстонскому приходу обосновывается общецерковными интересами, а также национальными интересами, согласно которым богослужения на эстонском языке были бы в храме предпочтительнее.

Мозаики на фронтонах реставрировал мастер, работавший в Спасе на Крови.
Благодаря этому не только наши собственные граждане, но и многочисленные иностранные туристы, дивясь этому непривычному в Западной Европе сооружению византийского стиля, будут понимать, что находятся в эстонской церкви».

Справедливости ради следует всё же уточнить — богослужения на государственном языке велись в соборе Александра Невского к тому времени вот уже третий год кряду, но ограничивались исключительно только службой Дня независимости.

Благодаря прежнему своему, негласному «губернскому», статусу собор, судя по газетным публикациям, и во времена Эстонской Республики, магнитом притягивал к себе тех, кто открыто симпатизировал рухнувшей монархии.

Так, в 1932 году некая группа туристов из Пярну была удивлена, что в соборе служится панихида не только по расстрелянному императору Николаю II, но и читаются молитвы во здравие спасшихся членов дома Романовых…

Языковая мозаика

Алар Котли. "Вид Тоомпеа с высоты птичьего полета без русской церкви". Графика, 1942, частное собрание

Алар Котли. «Вид Тоомпеа с высоты птичьего полета без русской церкви». Графика, 1942, частное собрание

Эстонские издания подчеркивали: имя главы ЭАПЦ в точности совпадает с именем князя Александра Невского, так что переименование собора будет носить характер «почти косметический».

Само же церковное здание, насчитывающее к моменту передачи неполных двадцать восемь лет, определенно нуждалось в более обстоятельном ремонте — в первую очередь это касалось мозаик на его фасадах

Проблема, однако, заключалась в том, что мастеров-мозаичистов, способных провести реставрационные работы, в Эстонии, на первый взгляд, попросту не оказалось, — технология была в здешних краях не самой распространенной.

Лишь весной 1939 года на острове Сааремаа удалось отыскать пожилого специалиста, некоего Цезаря Калью. В свое время он работал над мозаиками, украшающими внешние стены собора Воскресения Христова на Крови в Санкт-Петербурге.

Изначально новое руководство сообора планировало не только вставить выпавшие под воздействием непогоды кусочки золоченой смальты, но и заменить древнерусскую вязь мозаичных икон на поясняющие надписи на эстонском языке.

Но то ли, действительно, квалификации у мастера оказалось недостаточно, то ли, как гласит легенда, он не дерзнул покушаться на работу своих предшественников, но оригинальные тексты на мозаиках собора остались прежние.

Не исключено, что у заказчиков реставрации просто не хватило средств на задуманные «языковые поправки», — как замечала газета «Päevaleht», что русские тексты можно и просто убрать, ничего не выкладывая взамен.

«Если средства позволят, к осени в соборе планируется заменить существующие орнаменты на исполненные в эстонском стиле, — продолжала газета. — Но прежде необходимо исправить систему отопления».

Жизнь в цоколе

До «эстонизации интерьеров» в соборе дело не дошло — успели лишь закрасить роспись внутреннего портала едва ли не единственную в Эстонии, выполненную в технике майоликовой живописи.

Еще одним странным для культового сооружения, в котором шли ежедневные службы, новшеством была установка внутри него… маятника Фуко, наглядно демонстрирующего вращение Земли.

Внешнему облику собора повезло значительно меньше: едва ли не на следующий год после «обмена приходами», было принято решение удалить с куполов собора золотое покрытие, сменив его серой жестью — якобы более стильной.

Осенью 1939 года в цокольном этаже собора открыли Музей православной церковной утвари: митрополит Александр призывал провинциальные приходы передавать ее в собрание, чтобы древние иконы не стали добычей нечистых на руку антикваров.

Здесь же выставили и другие диковинки — например, хранящуюся в соборе еще с царских времен гигантскую богослужебную книгу в серебряном переплете и серебряные же венки, возложенные к памятнику Петру I в день открытия.

Знакомиться с музейной коллекцией довелось посетителям совсем недолго: то ли в самом конце 1941-го, то ли в самом начале 1942 года немецкие власти закрыли собор, сославшись на его «опасное техническое состояние».

Впрочем, церковная жизнь в нем всё же не прервалась полностью — в подвальном этаже все годы нацистской оккупации Таллинна действовала православная Андреевская церковь.

***

Свои двери перед верующими собор вновь распахнул только весной 1945 году: Синод ЭАПЦ почти в полном составе эмигрировал — и здание вновь перешло русскому приходу.

Но послевоенная биография храма — не менее порой драматичная включающая в себя, помимо прочего, намерение переделать его, по примеру соседей-рижан, в планетарий — отдельная история.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Барон Александр фон дер Пален и служащие Балтийской железной дороги на перроне вокзала в Ревеле. Снимок 1870-ых годов.

«Балтийская железная дорога, наше выстраданное дитя»

Первый пассажирский поезд из тогдашней столицы Российской империи в нынешнюю столицу Эстонской Республики прибыл ровно сто пятьдесят лет тому назад. Перестук ...

Читать дальше...

В галерее Русского театра Эстонии, проходит юбилейная художественная выставка «Осень №55»

Автор работ, признанный у нас и далеко за рубежом, талантливый художник, Сергей Волочаев. Картины изумляют идеями, подходом и различными техниками. Представлены ...

Читать дальше...

Дом Иосифа Копфа на углу Пикк и Хобузепеа и портрет его владельца на золотой брошке.

Ревельский ювелир Иосиф Копф: золотых дел мастер

Девяносто лет назад Таллинн прощался с Иосифом Копфом - человеком, еще при жизни сумевшим стать, выражаясь современным языком, «коммерческим брендом». Георг ...

Читать дальше...

Директор Таллиннского Городского архива в 1989-1996 гг. Ю. Кивимяэ демонстрирует грамоту XV века - одну из многих, вернувшихся в родной город. Снимок из газеты «Советская Эстония».

Исток таллиннской историографии: возвращение Городского архива

Ровно тридцать лет тому назад история столицы вновь стала длиннее почти на восемь столетий: в Таллинн вернулись фонды Городского архива. Его ...

Читать дальше...

Катастрофа с девятью погибшими на Балтийском вокзале

Самая тяжелая авария в истории эстонских железных дорог произошла 40 лет назад, в первую субботу октября. Поезда приближались друг к другу ...

Читать дальше...

Как закончилась сказка про Гэдээр

Падение Берлинской стены стало в СССР шоком для многих взрослых, а для некоторых детей - первым столкновением с ложью. "Гэдээр" ...

Читать дальше...

Сто сорок лет назад городская стена Ревеля нуждалась если не в реставрации, то в консервации - как минимум.

Семь веков на страже города Таллина: летопись крепостной стены

У одного из узнаваемых символов таллиннского Старого города - солидный юбилей: с начала строительства крепостной стены вокруг средневекового ядра нынешней ...

Читать дальше...

Здание Немецкой реальной школы непосредственно после постройки.

Школа на улице Луйзе: реквием по утраченному

Здание Немецкого реального училища, некогда признававшееся идеалом и образцом для аналогичных построек, возродившееся после войны в ином облике, безвозвратно утрачено ...

Читать дальше...

Домский, он же Длинный мост на рисунке Карла Буддеуса, середина XIX века.

Тоомпеаский, Каменный, Пиритаский: мосты над водами Таллинна

Даже без учета виадуков и путепроводов, семейство таллиннских мостов – достаточно многочисленное. А главное – способное поведать о себе немало ...

Читать дальше...

Вариант развития мемориального ансамбля на Маарьямяги по версии середины шестидесятых…

Памятник двадцатому веку: ансамбль на Маарьямяги

Мемориальный комплекс на Маарьямяги давно уже стал памятником не конкретным событиям или лицам, а всему, что произошло с Эстонией на ...

Читать дальше...

Ворота в конце улицы Трепи на довоенных открытках встречаются часто, но топоним «Ныэласильм» конкретно к ним еще не применялся.

Головы, ноги, чрево и горб: анатомия таллиннских улиц.

Географические названия, щедро рассыпанные по карте Таллинна, позволяют читать ее почти как… анатомический атлас. Уподобить город человеческому организму впервые предложили пионеры ...

Читать дальше...

Портреты павших в сражении 11 сентября 1560 года горожан и старейшее изображение Таллинна на эпитафии Братства черноголовых.

Восемь столетий Таллинна: век XVI век, пора рефлексий

Непростой во всех отношениях XVI век подарил Таллинну первые портреты города и его жителей, первый памятник, а также один из ...

Читать дальше...

То, чего не было в реальности: «Потопление финского броненосца «Вяйнемяйнен» на советском плакате.

Разрушители мифов: охота за «Вяйнемейненом»

В биографии одного из самых неуловимых военных кораблей Второй мировой войны — финского броненосца береговой обороны «Вянемейнен» — нашлось место ...

Читать дальше...

Гостиничный комплекс «Пеолео» в день своего открытия.

Иволга на обочине шоссе: мотель и кемпинг «Пеолео»

Первая ласточка – вернее, пожалуй, было бы сказать «первая иволга» – частного гостиничного бизнеса современной Эстонии «свила гнездо» тридцать лет ...

Читать дальше...

Флагман Эстонского морского пароходства «Георг Отс». Открытка восьмидесятых годов прошлого века.

Белоснежный красавец-теплоход: легендарный «Георг Отс»

Ровно сорок лет тому назад северный сосед стал ближе: в июне 1980 года на линию Таллинн-Хельсинки вышел, без преувеличения, легендарный ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Однажды Линда, вдова Калева, несла к нему на могилу большую глыбу. Она торопливо ступала по холму Ласнамяги, неся на спине в праще, сплетенной из своих волос, целую скалу. Тут вдова споткнулась, и тяжелый камень скатился с ее плеч. Не поднять было Линде эту скалу - от горя бедняжка высохла, потеряла былую силу рук. Женщина села на камень и заплакала горючими слезами, жалуясь на свою вдовью долю. Добрая фея ветров ласково гладила шелк ее волос и осушала ее слезы, но они все струились и струились из очей Линды, словно ручейки по горному склону, собираясь в озерцо. Озерцо это становилось все больше и больше, пока не превратилось в озеро. Оно и поныне находится в Таллинне на холме Ласнамяги и называется Юлемисте (Верхнее). Там можно увидеть и камень, на котором сидела плачущая Линда. И если тебе, путник, доведется идти мимо озера Юлемисте, остановись и вспомни о славном Калеве и его неутешной Линде.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!