А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
В Таллинне на участке бывшего так называемого Королевского сада стоят две своеобразные башни. Одну из них в разные времена называли то Маршталлтурме, то Конюшенной, то Юнкерской камерой. В XVII столетии ее ярусы использовались как тюремные камеры. Материалы и протоколы архивов Таллиннского магистрата свидетельствуют, что в 1626 году «за романтические похождения» консисторией был осужден фон Гертен, сын городского головы. Его заключили в Юнкерскую камеру. Вот там-то заключенный и натерпелся страха: привидения, обитавшие в башне, просто измывались над ним. Для облегчения положения фон Гертена его слуге разрешили ночевать в башне, но и тому было не по себе от проделок призраков, а мать, навестив сына, увидела такое, что от ужаса лишилась чувств.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
В старые времена часто шутили, что Город хромает на одну ногу. Дело в том, что в Вышгород из Нижнего города когда-то вели лишь две улицы - Пикк Ялг (Длинная Нога) и Люхике Ялг (Короткая нога). В Таллинне есть улочки настолько узкие, что две дамы в громадных кринолинах никак не могли разойтись на них. Их кавалерам приходилось драться за право своей спутницы пройти по улице первой.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1093 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 230 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Годовщина восстания Юрьевой ночи — повод вспомнить о почитании жителями былого Ревеля Юри-Юргена-Георгия. И попробовать отыскать «следы» почитаемого в Средние века святого.

За Юрьевым днем закрепился имидж даты народной, если не сказать — простонародной, крестьянской: дата первого выгона скота на пастбища и начала сельскохозяйственного года.

Резная плита с Георгием, сидящим на коне в рыцарских доспехах. Утрачена.

Резная плита с Георгием, сидящим на коне в рыцарских доспехах. Утрачена.

Хотя быт горожан средневековой Европы во многом сохранял рудименты сельского быта, свидетельств о каком-либо отмечании Юрьева дня жителями ганзейского Ревеля до нас не дошло.

Может быть — просто не сохранились. А может — слишком уж свежи, а главное — болезненны, были в коллективной памяти бюргеров события вспыхнувшего в 1343 году восстания Юрьевой ночи.

Как бы дело в реальности ни обстояло, а святой Юри-Юрген-Георгий, отважный воин и победитель злых сил, средневековыми предшественниками современных таллиннцев, вне всякого сомнения, почитался.

Следы этого почитания, некогда искреннего, религиозного, ныне сменившегося, скорее, искусствоведческо-краеведческим почтением, в городском пространстве Таллинна можно отыскать и поныне.

Почерк мастера

Из экспонатов таллиннских музеев воспетым в художественной литературе до сих пор оказался только один: деревянная скульптура, обнаруженная после войны в часовне Роослепа на полуострове Ноароотси.

Едва ли полутораметровое изваяние предназначалось для деревушки шведских рыбаков изначально. Слишком уж верны его пропорции, слишком нетипична поза, слишком тщательна проработка: чувствуется рука городского мастера.

Имя его неизвестно, но величина таланта сомнений не вызывает: по мнению ряда искусствоведов, создателем фигуры юноши, попирающего копьем поверженного дракона, мог быть знаменитый уроженец Ревеля художник Михкель Зиттов.

Современные исследователи, впрочем, подвергают эту догадку, популярную полвека назад, большим сомнениям. Но литература иногда оказывается сильнее искусствоведческих штудий. Особенно, если автор легенды — прижизненный классик.

«Четыре монолога по поводу святого Георгия» Яана Кросся сделали для популяризации скульптуры и предполагаемых обстоятельств ее создания больше, чем авторы серьезных и обстоятельных научных монографий, посвященных Зиттову.

Фабула повести незамысловата: ученик фламандских живописцев, придворный художник западноевропейских королей вернулся в родной город, где сталкивается с собратьями по цеху, не желающими допустить конкурента к работе.

Зиттову, словно вчерашнему подмастерью, приходится вновь доказывать свое ремесло: вырезать из дерева «тестовую работу» на звание мастера. «Шедевр» в цеховом значении слова оказывается шедевром подлинным.

Таковым он остается и по сей день — объект восхищения поклонников средневекового искусства, источник вдохновения для натур творческих и догадок — для профессиональных исследователей.

Земля под ногами

Медальон с фасада дома по улице Мюнди. Георгий — в облачении ландскнехта.

Медальон с фасада дома по улице Мюнди. Георгий — в облачении ландскнехта.

С легкой руки Яана Кросся — именно художественно-мировоззренческим концепциям ренессансного живописца и ваятеля скульптура, экспонируемая ныне в Нигулисте, обязана не совсем привычной иконографией.

«А по поводу святого Георгия мне, в самом деле, пришла мысль… каким я его для них сделаю… — размышляет главный герой повести. — Не всадником, как его часто изображали. Лошадь — это только так, для красоты, или по привычке».

Автор литературного произведения, впервые опубликованного в 1970 году, не мог, конечно же, представить, что через двадцать лет описанная им скульптура будет расположена в двух десятках метров от еще одного изображения святого Георгия.

Причем и на этот раз герой-драконоборец будет изображен без своего «транспортного средства» — летящего коня: твердо стоящим в чеканных рыцарских латах на земле. Точнее — на поверженном недруге, почти неприметном на первый взгляд.

В отличие от скульптурного, авторство старейшего изображения Георгия Победоносца в таллиннской живописи особых сомнений не вызывает: на боковой створке главного алтаря Нигулисте запечатлел его в 1481 году иконописец Хермен Роде.

Для того чтобы убедиться в популярности «Георгия пехотинца» среди обывателей средневекового Ревеля, нет, впрочем, нужды отправляться под своды музея—концертного зала, приобретая билет и сдавая вещи в гардероб.
Достаточно прогуляться по крохотной улочке Мюнди, которая соединяет Ратушную площадь с трассой улицы Пикк. И, слегка притормозив шаг, чтобы не проскочить переулок насквозь, приглядеться к дому под номером 2.

Чуть левее крайнего с северной стороны фасада окна третьего этажа можно разглядеть декоративную деталь: восьмигранник из серого доломита, на котором вырезан поединок Георгия с драконом.

Георгиевские капеллы традиционно строили в Таллинне у северной стены церкви. Воин с занесенным над головой мечом не нуждается тут не только в лошади, но и в рыцарских доспехах: одет он лишь в кирасу, на манер пеших ландскнехтов из городского ополчения.

На кирасе — равноконечный крест: с одной стороны несомненный символ христианства, с другой — одновременно мотив как малого герба Ревеля, так и сюзерена — Ливонского ордена.

Готландский гость

Георгию с улицы Мюнди определенно повезло: резная деталь, бывшая, вероятно, частью предпорожной плиты, при сносе средневекового крыльца была аккуратно сохранена и вмурована на нынешнее место.

Несравненно меньше повезло еще одному барельефу с изображением популярного воина-святого: находившийся до Второй мировой войны опять-таки в Нигулисте, он погиб при бомбардировке в марте 1944 года.

К счастью, незадолго до гибели произведение камнереза предусмотрительно было сфотографировано: судя по манере автора, утраченным оказалось старейшее обращение к образу Георгия в таллиннском искусстве.

Змееборец изображен здесь, ожидаемо, всадником в начале XV, а, возможно, даже и в самом конце XIV столетия, когда резная плита была создана, именно кавалерист-рыцарь, а не пехотинец-простолюдин являлся главной «боевой единицей».

Георгий и поныне стоит на страже, готовый защитить таллиннцев от любых напастей. Манера исполнения, откровенно архаичная, не имеет на сегодняшний день известных аналогов в Таллинне. Что позволяет заподозрить в ней работу заезжего мастера — скорее всего, с южного побережья Швеции или с острова Готланд.

Последнее выглядит наиболее правдоподобным: первые немецкие купцы и ремесленники, поселившиеся у восточного склона холма Тоомпеа и воздвигнувшие церковь Нигулисте, были родом из тех краев.

Нет особых поводов сомневаться и в том, что мастера, строившие и украшавшие сакральное здание, были готландскими уроженцами. Возможно, древнейший «таллиннский Георгий» был создан одним из них.

Хранитель севера

Всадника Георгия, пронзающего почти невидимым копьем тушу змия, довоенный фотограф запечатлел закрепленным кованными скрепами у основания церковной звонницы.

Туда резная плита попала, скорее всего, во время ремонтов и переделок, которые предпринимались в церковном здании в последней трети XIX века. Изначальное расположение, увы, уже не установить.

Но с большой долей вероятности можно предположить, что могла она располагаться в капелле Святого Георгия: архитектурный объем позже был «растворен» в позднейшей погребальной капелле Клодта и вестибюле входа.

Зато — в целости и сохранности — сохранилась аналогичная постройка на территории Верхнего города: Георгиевская капелла была пристроена к основному объему Домской церкви в семидесятых-восьмидесятых годах XV века.

Вплоть до начала богослужений по лютеранскому обряду она использовалась для молитвы. Потом — стояла заброшенной, пока в 1622 году не была приобретена дворянкой Маргаритой Розенкрантц и не обращена в семейную усыпальницу.

После того как род потомков Маргариты Розенкрантц угас, капелла вновь пришла в запустение, превратившись в складское помещение для списанного церковного имущества. Руки реставраторов добрались до него лишь в начале нынешнего тысячелетия.

Стоит отметить: и в случае Домской церкви, и в случае Нигулисте посвященные воину-святому часовни располагались у северной стены. А ведь именно с севера, как верили в Средние века, приходило всяческое зло.

Хочется верить, что змееборец Георгий и поныне зорко стоит на страже, готовый защитить таллиннцев от любых напастей. И в Юрьев, и во все остальные триста шестьдесят четыре дня в году.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

Здание Александровской гимназии на северной стороне нынешней площади Виру. Фото конца XIX века.

Три столетия и два года: вехи истории русского образования в Таллинне

История преподавания русского языка и на русском языке в столице современной Эстонии недавно перешагнула трехвековой рубеж — весомый, солидный и ...

Читать дальше...

Проект торгового павильона Таллиннского центрального рынка. Иллюстрация из газеты «Советская Эстония», май 1947 года.

Огонь Яановой ночи над новой базарной площадью: семьдесят лет таллиннскому Центральному рынку

Главный рынок столицы переехал на свое нынешнее место между Тартуским шоссе и улицей Юхкентали ровно семь десятилетий назад — накануне ...

Читать дальше...

Во все времена район Ласнамяэ отличался не только многочисленностью жителей, но и разнообразной культурной жизнью.

От «Нового городка» к современной части города: прошлое, настоящее и будущее района Ласнамяэ в Таллине

Коллекция «ласнамяэских фактов» — не слишком известных, а потому — небезынтересных и интригующих. О Ласнамяэ, как, пожалуй, ни о какой иной ...

Читать дальше...

Торговый фасад былого элеватора навевает ассоциации с амбаром ганзейских времен, продольный — удивляет обилием металлических скреп-заклепок.

Зерновой элеватор в квартале Ротерманна в Таллине: возрожденный шедевр промышленной архитектуры

Реставрация одной из самых колоритных индустриальных построек центра столицы удостоена награды от Департамента охраны памятников старины в номинации «Открытие года». «Некоронованным ...

Читать дальше...

Литография второй трети позапрошлого столетия запечатлела пасторальный облик Зеленого луга — со
смётанным в стога сеном.

Все оттенки таллиннского зеленого: весенний цвет в палитре столицы

Зеленый цвет в топонимической палитре Таллинна представлен во всём разнообразии оттенков, значений и смыслов. Из столиц Балтийского побережья Таллинн одевается в ...

Читать дальше...

Утраченный комплекс домов на углу улиц Суур- и Вяйке-Клоостри: жилье учителей городской гимназии середины XVIII столетия.

Дом, пансион и целая улица: как город Таллин жилье для учителей строил

Муниципальное жилье для педагогов Таллинн строит на протяжении последних без малого трех... столетий. Термин «муниципальное жилье» в речевой обиход таллиннцев вошел ...

Читать дальше...

Подвиг экипажа подводной лодки «Щ-408». Картина художника И. Родионова.

Повторившая подвиг «Варяга»: последний поход подлодки «Щ-408»

Подводная лодка «Щ-408» повторила недалеко от берегов Эстонии подвиг легендарного крейсера «Варяг». В годы двух мировых войн на Балтике произошло два ...

Читать дальше...

Архитектор Александр Владовский построил в Копли временную православную церковь, а планировал возвести постоянную лютеранскую.

Соната на заводских трубах: прошлое и будущее таллинского района Копли

Выставка, посвященная формированию ансамбля одного из самых колоритных исторических предместий Таллинна, открылась на прошлой неделе в Эстонском архитектурном музее. Само по ...

Читать дальше...

Двойная датировка — по старому и новому стилям — на фотографии, запечатлевшей первомайскую манифестацию в Ревеле сто лет назад.

«С радостным сердцем, с горящим чувством, с чистою душою»: апрельский Первомай в революционном Ревеле столетней давности.

Ровно сто лет назад Международный день солидарности трудящихся был впервые отпразднован в Таллинне в официальном порядке. Правда, назывался он весной 1917 ...

Читать дальше...

Медальон с фасада дома по улице Мюнди. Георгий — в облачении ландскнехта.

Рельефы, скульптуры, алтари и капеллы: по следам ревельского почитания Георгия-Победоносца

Годовщина восстания Юрьевой ночи — повод вспомнить о почитании жителями былого Ревеля Юри-Юргена-Георгия. И попробовать отыскать «следы» почитаемого в Средние ...

Читать дальше...

Новое здание Балтийского вокзала и площадь перед ним. Иллюстрация из журнала "Pilt ja Sõna" 1946 год.

От орденского выгона до привокзальной площади: метаморфозы окрестностей главной станции Таллина

Желание городских властей благоустроить окрестности Балтийского вокзала — повод вспомнить о том, как обрели они нынешний, говоря откровенно, — не ...

Читать дальше...

В Таллине у пяти дорог

Кто едет по горам и морям и подвергает опасности жизнь и тело, и имущество, не страшится разбойников и бродяг, пожирающих ...

Читать дальше...

Встреча Александра Керенского на площади перед Балтийским вокзалом в Ревеле.

«Русская демократия на эстонской земле»: как министр Керенский в Ревель приезжал

Ровно сто лет назад столицу Эстонии посетил с официальным визитом Александр Федорович Керенский — одна из ключевых фигур февральской революции. Формально ...

Читать дальше...

Цветник на Мусумяги и вид с горки в сторону Пярнуского шоссе. Открытка начала XX века.

От бастиона до романтического сквера: как в Таллине горка у Вируских ворот Поцелуевой стала

Десять лет назад самая «весенняя» горка столицы Эстонии закрепила свое бывшее до этого народным прозвище в качестве официального названия. Скульптуры «Миг ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
В старые времена для привлечения в Таллинн больше купцов, отцы города решили построить самую высокую в мире церковь. Но где найти мастера, который взялся бы за столь непростое дело? И тут неизвестно откуда появился незнакомец высокого роста, который пообещал построить такую церковь. Все бы ничего, но запросил он за свою работу столько золота, сколько во всем Таллинне не сыскать... Тогда таинственный мастер предложил следующее: он согласился построить церковь бесплатно, но только при одном условии - если горожане угадают его имя. Незнакомец строил быстро и ни с кем не разговаривал. Когда же строительство стало подходить к концу, отцы города не на шутку всполошились и решили послать шпиона, чтобы тот выведал имя незнакомца. Шпион быстро нашел дом строителя, дождался вечера и, подкравшись к окну, услышал, как мать напевала, баюкая ребенка: «Спи, мой малыш, засыпай. Скоро Олев вернется домой, с полной золота сумой». Так таллиннцы узнали имя загадочного незнакомца. И когда строитель стоял на самой верхушке церковного шпиля и устанавливал крест, кто-то из горожан окликнул его: «Олев, слышишь, Олев, а крест-то у тебя покосился!» Услышав свое имя, Олев от неожиданности потерял равновесие, рухнул с высоты наземь и разбился насмерть. И тут горожане увидели, как у него изо рта выпрыгнула лягушка, а вслед за ней выползла змея... Выходит, не обошлось здесь без помощи темных сил. Но церковь все же назвали в честь ее таинственного строителя.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!