А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Рождение озера Юлемисте: На берегу озера Юлемисте стоит и в наши дни господский дом поместья Мыйгу. Рассказывают, будто в стародавние времена на месте Юлемисте было помещичье поле, и что мол под водой до сих пор отчетливо видны каменные ограды, межевые камни. Дно озера хорошо просматривается, так как глубина его невелика.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Как известно, война была излюбленным занятием в эпоху средневековья. Однако не все башни занимались истреблением людей. Некоторые из крепостных строений несли на своих могучих плечах тяжкое бремя функций воспитания, по мере сил стараясь сеять в народе разумное, доброе, вечное. В этой связи нельзя не упомянуть Девичью башню. Это в других местах вам расскажут романтичные истории о принцессе, заточенной непреклонным отцом в высокую башню-темницу, откуда нельзя сбежать, и ее последнем прыжке навстречу свободе. В Таллинне все было намного прозаичнее: в этой башне находилась тюрьма для девиц легкого поведения и падших женщин.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1138 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 231 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Годовщина восстания Юрьевой ночи — повод вспомнить о почитании жителями былого Ревеля Юри-Юргена-Георгия. И попробовать отыскать «следы» почитаемого в Средние века святого.

За Юрьевым днем закрепился имидж даты народной, если не сказать — простонародной, крестьянской: дата первого выгона скота на пастбища и начала сельскохозяйственного года.

Резная плита с Георгием, сидящим на коне в рыцарских доспехах. Утрачена.

Резная плита с Георгием, сидящим на коне в рыцарских доспехах. Утрачена.

Хотя быт горожан средневековой Европы во многом сохранял рудименты сельского быта, свидетельств о каком-либо отмечании Юрьева дня жителями ганзейского Ревеля до нас не дошло.

Может быть — просто не сохранились. А может — слишком уж свежи, а главное — болезненны, были в коллективной памяти бюргеров события вспыхнувшего в 1343 году восстания Юрьевой ночи.

Как бы дело в реальности ни обстояло, а святой Юри-Юрген-Георгий, отважный воин и победитель злых сил, средневековыми предшественниками современных таллиннцев, вне всякого сомнения, почитался.

Следы этого почитания, некогда искреннего, религиозного, ныне сменившегося, скорее, искусствоведческо-краеведческим почтением, в городском пространстве Таллинна можно отыскать и поныне.

Почерк мастера

Из экспонатов таллиннских музеев воспетым в художественной литературе до сих пор оказался только один: деревянная скульптура, обнаруженная после войны в часовне Роослепа на полуострове Ноароотси.

Едва ли полутораметровое изваяние предназначалось для деревушки шведских рыбаков изначально. Слишком уж верны его пропорции, слишком нетипична поза, слишком тщательна проработка: чувствуется рука городского мастера.

Имя его неизвестно, но величина таланта сомнений не вызывает: по мнению ряда искусствоведов, создателем фигуры юноши, попирающего копьем поверженного дракона, мог быть знаменитый уроженец Ревеля художник Михкель Зиттов.

Современные исследователи, впрочем, подвергают эту догадку, популярную полвека назад, большим сомнениям. Но литература иногда оказывается сильнее искусствоведческих штудий. Особенно, если автор легенды — прижизненный классик.

«Четыре монолога по поводу святого Георгия» Яана Кросся сделали для популяризации скульптуры и предполагаемых обстоятельств ее создания больше, чем авторы серьезных и обстоятельных научных монографий, посвященных Зиттову.

Фабула повести незамысловата: ученик фламандских живописцев, придворный художник западноевропейских королей вернулся в родной город, где сталкивается с собратьями по цеху, не желающими допустить конкурента к работе.

Зиттову, словно вчерашнему подмастерью, приходится вновь доказывать свое ремесло: вырезать из дерева «тестовую работу» на звание мастера. «Шедевр» в цеховом значении слова оказывается шедевром подлинным.

Таковым он остается и по сей день — объект восхищения поклонников средневекового искусства, источник вдохновения для натур творческих и догадок — для профессиональных исследователей.

Земля под ногами

Медальон с фасада дома по улице Мюнди. Георгий — в облачении ландскнехта.

Медальон с фасада дома по улице Мюнди. Георгий — в облачении ландскнехта.

С легкой руки Яана Кросся — именно художественно-мировоззренческим концепциям ренессансного живописца и ваятеля скульптура, экспонируемая ныне в Нигулисте, обязана не совсем привычной иконографией.

«А по поводу святого Георгия мне, в самом деле, пришла мысль… каким я его для них сделаю… — размышляет главный герой повести. — Не всадником, как его часто изображали. Лошадь — это только так, для красоты, или по привычке».

Автор литературного произведения, впервые опубликованного в 1970 году, не мог, конечно же, представить, что через двадцать лет описанная им скульптура будет расположена в двух десятках метров от еще одного изображения святого Георгия.

Причем и на этот раз герой-драконоборец будет изображен без своего «транспортного средства» — летящего коня: твердо стоящим в чеканных рыцарских латах на земле. Точнее — на поверженном недруге, почти неприметном на первый взгляд.

В отличие от скульптурного, авторство старейшего изображения Георгия Победоносца в таллиннской живописи особых сомнений не вызывает: на боковой створке главного алтаря Нигулисте запечатлел его в 1481 году иконописец Хермен Роде.

Для того чтобы убедиться в популярности «Георгия пехотинца» среди обывателей средневекового Ревеля, нет, впрочем, нужды отправляться под своды музея—концертного зала, приобретая билет и сдавая вещи в гардероб.
Достаточно прогуляться по крохотной улочке Мюнди, которая соединяет Ратушную площадь с трассой улицы Пикк. И, слегка притормозив шаг, чтобы не проскочить переулок насквозь, приглядеться к дому под номером 2.

Чуть левее крайнего с северной стороны фасада окна третьего этажа можно разглядеть декоративную деталь: восьмигранник из серого доломита, на котором вырезан поединок Георгия с драконом.

Георгиевские капеллы традиционно строили в Таллинне у северной стены церкви. Воин с занесенным над головой мечом не нуждается тут не только в лошади, но и в рыцарских доспехах: одет он лишь в кирасу, на манер пеших ландскнехтов из городского ополчения.

На кирасе — равноконечный крест: с одной стороны несомненный символ христианства, с другой — одновременно мотив как малого герба Ревеля, так и сюзерена — Ливонского ордена.

Готландский гость

Георгию с улицы Мюнди определенно повезло: резная деталь, бывшая, вероятно, частью предпорожной плиты, при сносе средневекового крыльца была аккуратно сохранена и вмурована на нынешнее место.

Несравненно меньше повезло еще одному барельефу с изображением популярного воина-святого: находившийся до Второй мировой войны опять-таки в Нигулисте, он погиб при бомбардировке в марте 1944 года.

К счастью, незадолго до гибели произведение камнереза предусмотрительно было сфотографировано: судя по манере автора, утраченным оказалось старейшее обращение к образу Георгия в таллиннском искусстве.

Змееборец изображен здесь, ожидаемо, всадником в начале XV, а, возможно, даже и в самом конце XIV столетия, когда резная плита была создана, именно кавалерист-рыцарь, а не пехотинец-простолюдин являлся главной «боевой единицей».

Георгий и поныне стоит на страже, готовый защитить таллиннцев от любых напастей. Манера исполнения, откровенно архаичная, не имеет на сегодняшний день известных аналогов в Таллинне. Что позволяет заподозрить в ней работу заезжего мастера — скорее всего, с южного побережья Швеции или с острова Готланд.

Последнее выглядит наиболее правдоподобным: первые немецкие купцы и ремесленники, поселившиеся у восточного склона холма Тоомпеа и воздвигнувшие церковь Нигулисте, были родом из тех краев.

Нет особых поводов сомневаться и в том, что мастера, строившие и украшавшие сакральное здание, были готландскими уроженцами. Возможно, древнейший «таллиннский Георгий» был создан одним из них.

Хранитель севера

Всадника Георгия, пронзающего почти невидимым копьем тушу змия, довоенный фотограф запечатлел закрепленным кованными скрепами у основания церковной звонницы.

Туда резная плита попала, скорее всего, во время ремонтов и переделок, которые предпринимались в церковном здании в последней трети XIX века. Изначальное расположение, увы, уже не установить.

Но с большой долей вероятности можно предположить, что могла она располагаться в капелле Святого Георгия: архитектурный объем позже был «растворен» в позднейшей погребальной капелле Клодта и вестибюле входа.

Зато — в целости и сохранности — сохранилась аналогичная постройка на территории Верхнего города: Георгиевская капелла была пристроена к основному объему Домской церкви в семидесятых-восьмидесятых годах XV века.

Вплоть до начала богослужений по лютеранскому обряду она использовалась для молитвы. Потом — стояла заброшенной, пока в 1622 году не была приобретена дворянкой Маргаритой Розенкрантц и не обращена в семейную усыпальницу.

После того как род потомков Маргариты Розенкрантц угас, капелла вновь пришла в запустение, превратившись в складское помещение для списанного церковного имущества. Руки реставраторов добрались до него лишь в начале нынешнего тысячелетия.

Стоит отметить: и в случае Домской церкви, и в случае Нигулисте посвященные воину-святому часовни располагались у северной стены. А ведь именно с севера, как верили в Средние века, приходило всяческое зло.

Хочется верить, что змееборец Георгий и поныне зорко стоит на страже, готовый защитить таллиннцев от любых напастей. И в Юрьев, и во все остальные триста шестьдесят четыре дня в году.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Дом на углу улиц Ратаскаеву и Люхике-Ялг должен бы обзавестись гигантским витражным окном и стать художественным кафе «Зиттов». Проект 1968 года.

Ратаскаеву, дом 20/22: родовое гнездо Зиттовых а Таллине

Улицы, нареченной в честь самого, вероятно, знаменитого уроженца средневекового Ревеля, в Таллинне до сих пор нет. Фамилия его полвека назад ...

Читать дальше...

«Портрет молодого человека» кисти Зиттова, в котором некоторые исследователи склонны видеть автопортрет мастера.

Долгий путь в родной город: возвращение Михкеля Зиттова в Таллин

Работы самого, пожалуй, знаменитого таллиннского живописца впервые в истории будут экспонироваться в его родном городе — на выставке в Художественном ...

Читать дальше...

Жилой и административный корпус санаторной школы в день открытия.

Лечить, учить, просвещать и заботиться: школа-санаторий над рекой Пирита в Таллине

Восемьдесят лет назад в Таллинне открылось одно из самых необычных учебных заведений столицы — Санаторная школа имени президента Константина Пятса. Июнь ...

Читать дальше...

Пушки, стоявшие при входе в здание «Арсенала», завершили свой боевой путь на фронтах Гражданской войны в Испании.

Обретенная история таллиннского «Арсенала»: архив предприятия станет основой выставки

Вновь обнаруженные архивные папки, переданные руководству компании Arsenal Center OÜ, позволяют пролить свет на малоизвестные доселе страницы истории одного из ...

Читать дальше...

Легендарный обитатель глубин озера Юлемисте на обложке книги Арво Валтона, изданной теперь и на русском языке.

Стародавняя история, рассказанная на новый лад: «Старец из озера Юлемисте» Арво Валтона

На книжной полке поклонников магического реализма — достойное пополнение: книга Арво Валтона «Старец из озера Юлемите» вышла в переводе на ...

Читать дальше...

«Адмирал» в бытность «Адмиралтейцем» на фоне первых международных паромов на Таллиннском рейде...

От буксира до исторического судна: Таллинский «Адмирал» выходит на кинофарватер

Премьера документальной ленты, посвященной прошлому и настоящему одного из символов Таллиннского пассажирского порта, состоится в День Таллинна на третьем этаже ...

Читать дальше...

О Петре Великом «pro et contra»: штрихи к портрету императора.

Величие Петра I заключается не столько даже в масштабе его преобразований, сколько в умении действовать так, чтобы быть близким и ...

Читать дальше...

Ко дню святой Вальпурги или Как в Ревеле на ведьм охотились

1 мая — день святой Вальпурги, реальной исторической личности, дочери одного из британских королей, которая, став монахиней, в 748 году ...

Читать дальше...

День Ветеранов в Пыхья-Таллине 2018

Небольшая зарисовка. Заболел, и не знаю где отмечают в моем районе Копли, этот день, но над крышами, прямо сейчас, наматывают ...

Читать дальше...

Перспектива улицы Лай с жилыми домами на нечетной стороне улицы Нунне. Конец XIX века.

Там, где стоит «Косуля» Яана Коорта: прошлое и будущее таллинского сквера на Нунне

Зеленый оазис на пути от Ратушной площади к Балтийскому вокзалу в масштабах таллиннской истории относительно молодой — но оттого отнюдь ...

Читать дальше...

... Весь в заботах молодой хозяин нового бара.

Бармен с золотой медалью

Трибуна Кремлевского Дворца с'ездов знала многих известных миру политических деятелей, людей труда, писателей. Официант из Таллина Дмитрий Демьянов, которому от роду ...

Читать дальше...

Ратушная площадь Пауля Бурмана

Галерея одной картины. Ревель: «Ратушная площадь» Пауля Бурмана

Какие сюрпризы ни преподнесла бы балтийская погода, тепло настоящей таллиннской весны навсегда запечатлено на полотне художника первой половины минувшего столетия ...

Читать дальше...

...,и в реальности — на фотографии сороковых-пятидесятых годов.

Оплот, приют и убежище страждущим: лютеранская церковь прихода Вефиль в Таллине

Церковь прихода Вефиль в предместье Пельгулинн, реставрацию которой столичные власти готовы поддержать, отмечает в конце нынешнего года свое восьмидесятилетие. С транслитерацией ...

Читать дальше...

Восстановительные работы на улицы Харью весной 1948 года глазами живописца Агу Пихельга.

«Такою запомнил я улицу Харью...»: сквер на месте погибшего квартала в городе Таллине

Своим нынешним обликом одна из основных артерий таллиннского Старого города обязана градостроительному решению, принятому ровно семьдесят лет назад. Именно тогда — ...

Читать дальше...

Алексей Михайлович Щастный на борту корабля Балтфлота во время перехода из Гельсингфорса в Кронштадт. Апрель 1918 года.

Спаситель Балтийского флота: позабытый капитан Щастный

Столетие Ледового похода Балтийского флота — повод вспомнить его главного, незаслуженно забытого героя — капитана 1-го ранга Алексея Михайловича Щастного. Спасение ...

Читать дальше...

Городская стена — самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Раньше Ратушная площадь служила не только местом торговли, но и местом объявления указов, турнирной площадкой, местом наказания. Почти в центре площади стоял на каменном постаменте позорный столб, к которому ставили воров, казнокрадов, приговоренных к смертной казни, у позорного столба секли розгами, но казнили там фактически только одного человека. Произошла эта поучительная история в конце XVII века. Некий пастор Панике, пребывая в дурном настроении по причине воскресного похмелья, решил позавтракать в местном трактире. Вполне, надо заметить, понятное желание. Хлебнув пивка, он заказал себе яичницу. Через какое-то время служанка принесла нечто подгоревшее и пересоленное. Пастор резонно заметил, что есть эту дрянь он не будет, так что пусть готовят новую порцию и принесут еще пива. Со второй яичницей произошла точно такая же история. Залив горе и подступающее раздражение новой порцией пива, пастор стал ждать третью по счету яичницу. Когда он увидел новый «шедевр кулинарии», то его просто переклинило и, впав, как говорят ныне, «в состояние аффекта», хмельной пастор просто задушил нерадивую кухарку. Очухавшись, сам явился с повинной в Ратушу и слезно попросил его казнить. Магистрат пошел навстречу этой просьбе и отрубил ему голову прямо на площади.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!