А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Таллинн - всегда был и остается одним из старейших ганзейских городов, справедливо величая себя одним из «прекрасно сохранившихся средневековых европейских городов», прекрасно сочетая средневековые церкви и дома в готическом стиле с современной инфраструктурой.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Раньше на улицах Ревеля не было освещения; в любой момент на голову прохожего из окна могли выплеснуть помои. Мостовые были без тротуаров, пешеходы, заслышав цокот копыт и грохот колес, жались к стенам. На ночь улицы перегораживались цепями, чтобы злоумышленники не могли ускользнуть от дозора. На башнях перекликалась стража. О благоустройстве родного города жители начали задумываться довольно рано: по крайней мере с 1360 года владелец дома должен был подметать перед своим жилищем. За чистотой улиц и рынков следили уличные подметальщики.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1105 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 230 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Годовщина восстания Юрьевой ночи — повод вспомнить о почитании жителями былого Ревеля Юри-Юргена-Георгия. И попробовать отыскать «следы» почитаемого в Средние века святого.

За Юрьевым днем закрепился имидж даты народной, если не сказать — простонародной, крестьянской: дата первого выгона скота на пастбища и начала сельскохозяйственного года.

Резная плита с Георгием, сидящим на коне в рыцарских доспехах. Утрачена.

Резная плита с Георгием, сидящим на коне в рыцарских доспехах. Утрачена.

Хотя быт горожан средневековой Европы во многом сохранял рудименты сельского быта, свидетельств о каком-либо отмечании Юрьева дня жителями ганзейского Ревеля до нас не дошло.

Может быть — просто не сохранились. А может — слишком уж свежи, а главное — болезненны, были в коллективной памяти бюргеров события вспыхнувшего в 1343 году восстания Юрьевой ночи.

Как бы дело в реальности ни обстояло, а святой Юри-Юрген-Георгий, отважный воин и победитель злых сил, средневековыми предшественниками современных таллиннцев, вне всякого сомнения, почитался.

Следы этого почитания, некогда искреннего, религиозного, ныне сменившегося, скорее, искусствоведческо-краеведческим почтением, в городском пространстве Таллинна можно отыскать и поныне.

Почерк мастера

Из экспонатов таллиннских музеев воспетым в художественной литературе до сих пор оказался только один: деревянная скульптура, обнаруженная после войны в часовне Роослепа на полуострове Ноароотси.

Едва ли полутораметровое изваяние предназначалось для деревушки шведских рыбаков изначально. Слишком уж верны его пропорции, слишком нетипична поза, слишком тщательна проработка: чувствуется рука городского мастера.

Имя его неизвестно, но величина таланта сомнений не вызывает: по мнению ряда искусствоведов, создателем фигуры юноши, попирающего копьем поверженного дракона, мог быть знаменитый уроженец Ревеля художник Михкель Зиттов.

Современные исследователи, впрочем, подвергают эту догадку, популярную полвека назад, большим сомнениям. Но литература иногда оказывается сильнее искусствоведческих штудий. Особенно, если автор легенды — прижизненный классик.

«Четыре монолога по поводу святого Георгия» Яана Кросся сделали для популяризации скульптуры и предполагаемых обстоятельств ее создания больше, чем авторы серьезных и обстоятельных научных монографий, посвященных Зиттову.

Фабула повести незамысловата: ученик фламандских живописцев, придворный художник западноевропейских королей вернулся в родной город, где сталкивается с собратьями по цеху, не желающими допустить конкурента к работе.

Зиттову, словно вчерашнему подмастерью, приходится вновь доказывать свое ремесло: вырезать из дерева «тестовую работу» на звание мастера. «Шедевр» в цеховом значении слова оказывается шедевром подлинным.

Таковым он остается и по сей день — объект восхищения поклонников средневекового искусства, источник вдохновения для натур творческих и догадок — для профессиональных исследователей.

Земля под ногами

Медальон с фасада дома по улице Мюнди. Георгий — в облачении ландскнехта.

Медальон с фасада дома по улице Мюнди. Георгий — в облачении ландскнехта.

С легкой руки Яана Кросся — именно художественно-мировоззренческим концепциям ренессансного живописца и ваятеля скульптура, экспонируемая ныне в Нигулисте, обязана не совсем привычной иконографией.

«А по поводу святого Георгия мне, в самом деле, пришла мысль… каким я его для них сделаю… — размышляет главный герой повести. — Не всадником, как его часто изображали. Лошадь — это только так, для красоты, или по привычке».

Автор литературного произведения, впервые опубликованного в 1970 году, не мог, конечно же, представить, что через двадцать лет описанная им скульптура будет расположена в двух десятках метров от еще одного изображения святого Георгия.

Причем и на этот раз герой-драконоборец будет изображен без своего «транспортного средства» — летящего коня: твердо стоящим в чеканных рыцарских латах на земле. Точнее — на поверженном недруге, почти неприметном на первый взгляд.

В отличие от скульптурного, авторство старейшего изображения Георгия Победоносца в таллиннской живописи особых сомнений не вызывает: на боковой створке главного алтаря Нигулисте запечатлел его в 1481 году иконописец Хермен Роде.

Для того чтобы убедиться в популярности «Георгия пехотинца» среди обывателей средневекового Ревеля, нет, впрочем, нужды отправляться под своды музея—концертного зала, приобретая билет и сдавая вещи в гардероб.
Достаточно прогуляться по крохотной улочке Мюнди, которая соединяет Ратушную площадь с трассой улицы Пикк. И, слегка притормозив шаг, чтобы не проскочить переулок насквозь, приглядеться к дому под номером 2.

Чуть левее крайнего с северной стороны фасада окна третьего этажа можно разглядеть декоративную деталь: восьмигранник из серого доломита, на котором вырезан поединок Георгия с драконом.

Георгиевские капеллы традиционно строили в Таллинне у северной стены церкви. Воин с занесенным над головой мечом не нуждается тут не только в лошади, но и в рыцарских доспехах: одет он лишь в кирасу, на манер пеших ландскнехтов из городского ополчения.

На кирасе — равноконечный крест: с одной стороны несомненный символ христианства, с другой — одновременно мотив как малого герба Ревеля, так и сюзерена — Ливонского ордена.

Готландский гость

Георгию с улицы Мюнди определенно повезло: резная деталь, бывшая, вероятно, частью предпорожной плиты, при сносе средневекового крыльца была аккуратно сохранена и вмурована на нынешнее место.

Несравненно меньше повезло еще одному барельефу с изображением популярного воина-святого: находившийся до Второй мировой войны опять-таки в Нигулисте, он погиб при бомбардировке в марте 1944 года.

К счастью, незадолго до гибели произведение камнереза предусмотрительно было сфотографировано: судя по манере автора, утраченным оказалось старейшее обращение к образу Георгия в таллиннском искусстве.

Змееборец изображен здесь, ожидаемо, всадником в начале XV, а, возможно, даже и в самом конце XIV столетия, когда резная плита была создана, именно кавалерист-рыцарь, а не пехотинец-простолюдин являлся главной «боевой единицей».

Георгий и поныне стоит на страже, готовый защитить таллиннцев от любых напастей. Манера исполнения, откровенно архаичная, не имеет на сегодняшний день известных аналогов в Таллинне. Что позволяет заподозрить в ней работу заезжего мастера — скорее всего, с южного побережья Швеции или с острова Готланд.

Последнее выглядит наиболее правдоподобным: первые немецкие купцы и ремесленники, поселившиеся у восточного склона холма Тоомпеа и воздвигнувшие церковь Нигулисте, были родом из тех краев.

Нет особых поводов сомневаться и в том, что мастера, строившие и украшавшие сакральное здание, были готландскими уроженцами. Возможно, древнейший «таллиннский Георгий» был создан одним из них.

Хранитель севера

Всадника Георгия, пронзающего почти невидимым копьем тушу змия, довоенный фотограф запечатлел закрепленным кованными скрепами у основания церковной звонницы.

Туда резная плита попала, скорее всего, во время ремонтов и переделок, которые предпринимались в церковном здании в последней трети XIX века. Изначальное расположение, увы, уже не установить.

Но с большой долей вероятности можно предположить, что могла она располагаться в капелле Святого Георгия: архитектурный объем позже был «растворен» в позднейшей погребальной капелле Клодта и вестибюле входа.

Зато — в целости и сохранности — сохранилась аналогичная постройка на территории Верхнего города: Георгиевская капелла была пристроена к основному объему Домской церкви в семидесятых-восьмидесятых годах XV века.

Вплоть до начала богослужений по лютеранскому обряду она использовалась для молитвы. Потом — стояла заброшенной, пока в 1622 году не была приобретена дворянкой Маргаритой Розенкрантц и не обращена в семейную усыпальницу.

После того как род потомков Маргариты Розенкрантц угас, капелла вновь пришла в запустение, превратившись в складское помещение для списанного церковного имущества. Руки реставраторов добрались до него лишь в начале нынешнего тысячелетия.

Стоит отметить: и в случае Домской церкви, и в случае Нигулисте посвященные воину-святому часовни располагались у северной стены. А ведь именно с севера, как верили в Средние века, приходило всяческое зло.

Хочется верить, что змееборец Георгий и поныне зорко стоит на страже, готовый защитить таллиннцев от любых напастей. И в Юрьев, и во все остальные триста шестьдесят четыре дня в году.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
«На узком пути: кому из двух суждено сорваться в пропасть?»: противостояние капиталистов и пролетариата глазами карикатуриста таллиннского юмористического издания "Ме1е Май". 1917 год.

«Сведения о выступлении большевиков оказались вовсе не преувеличенными...»

Историческое событие, которое получило впоследствии громкое имя Великой Октябрьской социалистической революции, предки современных таллиннцев столетней давности, скорее всего, просто не ...

Читать дальше...

Линкор "Слава" в Гельсингфорсе в годы Первой Мировой войны.

Легендарный линкор «Слава»: трижды прославленный

Героическая гибель линкора «Слава» при обороне Моонзундского архипелага ровно сто лет назад — легендарная страница в истории Балтийского флота. ... Есть ...

Читать дальше...

Особенности национальной реституции: остзейские немцы и их имущество в Прибалтике

Существующий в современной ЭР порядок компенсации за утраченное жившими в стране до Второй мировой войны немцами недвижимое имущество – не ...

Читать дальше...

Построенное в 1937 году здание французского лицея на улице Харидузе - образец школьной архитектуры в духе функционализма.

Замок знаний на улице Харидузе: дом Французского лицея в Таллине

Здание таллиннского Французского лицея, на момент своего открытия — самая современная школа столицы, впервые распахнуло двери перед учениками ровно восемьдесят ...

Читать дальше...

Отель «Золотой лев» на улице Харью. Открытка начала XX века.

Геральдика, топонимика, фортификация: золотая палитра Таллинна

Золотая осень — самое время вспомнить о золотом цвете и его оттенках в городской палитре столицы. Таллинн — дитя и ...

Читать дальше...

Обложка брошюры, выпущенной к 225-летию Казанской церкви в 1946 году. Снесенная в семидесятые годы церковная ограда и погибший в 2004-м «петровский дуб» — еще присутствуют.

«В простоте своей величественная...»: Казанская церковь в Таллине, накануне трехсотлетия

Крохотная старинная церковка на обочине современной многополосной трассы — одновременно памятник архитектуры Таллинна и мемориал воинской славы Российской империи. Из сакральных ...

Читать дальше...

«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

По Виру конка ходила долгие тридцать лет, а вот на другие улицы Старого города трамвай так и не допустили.

Ратушная площадь, Козе, Пельгулинн: трамвайные планы былого Таллинна

Из многочисленных и амбициозных проектов расширения трамвайной сети Таллинна строительство ветки до аэропорта оказалось едва ли не единственным, воплощенным в ...

Читать дальше...

Капитан Петр Нилович Черкасов и канонерская лодка «Сивуч». Открытка начала XX века.

От Моонзундского архипелага до города Володарска: немеркнущая слава командира легендарного «Сивуча»

Памятник участнику обороны Моонзунда, командующему корабля, прозванного «Балтийским «Варягом», появился на родине героя благодаря Таллиннскому клубу ветеранов флота и газете ...

Читать дальше...

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Дело требует самого незамедлительного решения...»: как Таллиннская мэрия на эстонский язык переходила

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский. Давно назревшие перемены стали возможны ...

Читать дальше...

Советский павильон на Таллиннской международной выставке-ярмарке. Снимок второй половины двадцатых годов.

«Я аромата смысл постиг, узнав, что есть духи «Жиркости»: как Таллинн советской экспозиции на выставке-ярмарке дивился

Девяносто лет назад жители столицы Эстонии смогли ознакомиться с достижениями народного хозяйства соседней, но малознакомой Страны большевиков, не покидая собственного ...

Читать дальше...

Песня над Старым городом Таллином: танцует и поет молодежь

Два сочлененных в один, газетных заголовка пятидесятипятилетней давности в равной степени подходят и к репортажу и о самом первом, и ...

Читать дальше...

Здание Александровской гимназии на северной стороне нынешней площади Виру. Фото конца XIX века.

Три столетия и два года: вехи истории русского образования в Таллинне

История преподавания русского языка и на русском языке в столице современной Эстонии недавно перешагнула трехвековой рубеж — весомый, солидный и ...

Читать дальше...

Проект торгового павильона Таллиннского центрального рынка. Иллюстрация из газеты «Советская Эстония», май 1947 года.

Огонь Яановой ночи над новой базарной площадью: семьдесят лет таллиннскому Центральному рынку

Главный рынок столицы переехал на свое нынешнее место между Тартуским шоссе и улицей Юхкентали ровно семь десятилетий назад — накануне ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Однажды Таллинн, который называли девой, ибо еще никто не сумел овладеть им, целое лето осаждало неприятельское войско. И хотя крепостные стены и башни надежно защищали таллиннцев, голод становился день ото дня все более лютым, и сердцами горожан овладели отчаяние и малодушие. Спасителем города в этот трудный час оказался барон Пален, хозяин поместья Палмсе. Он сделал вид, будто хочет послать голодным горожанам провизию. Когда повозки со съестным и пивными бочками приблизились к лагерю неприятеля на Ласнамяги, они были тотчас захвачены врагами. Голод измучил осаждавших солдат не меньше, чем таллиннцев, поэтому они набросились как волки на провизию, забыв про осаду. Хозяин Палмсе воспользовался этой короткой передышкой, чтобы спасти город. Он велел доставить морем к стенам города откормленного быка, а также немного солода, и передал их горожанам. Горожане сварили свежего пива и отнесли его на передние земляные валы. На днища перевернутых бочек они налили пива - так, чтобы пена потекла через края. Затем выпустили на валы быка, который выбежал, взрывая рогами землю. Когда враги увидели бочки с пенящимся пивом и откормленного быка, у них душа ушла в пятки. "Пропади все пропадом", - сказали солдаты, - "того не возьмешь измором, кто может еще столько пива наварить и прогуливает жирных быков на валах. Скорее сами умрем от голода". На следующее утро горожане увидели, что неприятель уходит восвояси. Таллинн был опять спасен.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!