А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
После присоединения Эстонии к Российскому государству в начале XVIII века и образования Эстляндской губернии герб Таллина не изменился в своей основе. На нем, как и в XIII веке, были изображены три синих леопарда на золотом поле. В книге о гербах городов, губерний, областей и посадов Российской империи, составленной П.П.Винклером и вышедшей в Санкт-Петербурге в 1899 году, сказано: "Высочайше утвержден 8-го декабря 1856 года герб Эстляндской губернии. В золотом поле три лазуревые леопардовые львы. Щит увенчан императорскою короною и окружен золотыми дубовыми листьями, соединенными Андреевскою лентою". Пусть не смущает название цвета леопардов. Он не изменен и остался тем же, каким был при возникновении печати Таллина. Здесь тоже вступают в права правила геральдики. В ней существует четыре основных цвета, называемых "финифтями": червлень, то есть красный цвет; лазурь - синий; зелень; чернь. Так что, когда говорят о лазуревых леопардах, то имеются в виду синие.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Когда и где начали чеканить в Таллинне монеты? Первое упоминание об этом относится к 1265 году. Древнейший монетный двор находился на Ратаскаэву, на месте современного дома № 6 (напротив ресторана “Ду-Норд”). Там чеканили те самые маленькие и тоненькие “сковородки”. Второй монетный двор возник в последней четверти ХIV века между улицами Дункри и Нигулисте. Чеканили серебряные артинги, впоследствии их стали называть шиллингами. Шиллинги наряду с пфеннигами были основными монетами, выпускавшимися в ХV - ХVIII веках на территории Эстонии. Был в Таллинне и третий монетный двор - на улице Вене. Он работал с 1422 по 1692 год. Многие монеты получили названия от изображения на лицевой стороне - аверсе - герба государства или короны сюзерена (государь). Происхождение кроны от основного значения слова - корона. И сегодня на аверсе эстонской кроны герб с тремя леопардами.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1091 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 230 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Реставрация одной из самых колоритных индустриальных построек центра столицы удостоена награды от Департамента охраны памятников старины в номинации «Открытие года».

«Некоронованным королем промышленной архитектуры» назвали элеватор Ротерманна во время ежегодного вручения премий Департамента охраны памятников старины за лучшую реставрацию.
В 1887 году Ротерманн-младший решил выйти на рынок пищевых продуктов.
Громкий «титул» — не преувеличение: постройка, приближающаяся к своему 120-летию, примечательная как с точки зрения истории местной промышленности, так и таллиннского градостроительства.

Не перегруженное декором и не претендующее на особое изящество здание заводского зернохранилища между тем является чрезвычайно таллиннским по духу и облику: суровое, лаконичное, доломитовое, брутальное, северное.

Промышленная неизбежность

Торговый фасад былого элеватора навевает ассоциации с амбаром ганзейских времен, продольный — удивляет обилием металлических скреп-заклепок.

Торговый фасад былого элеватора навевает ассоциации с амбаром ганзейских времен, продольный — удивляет обилием металлических скреп-заклепок.

Христиан Абрахам Ротерманн, сын ювелира из Вейсенштейна — нынешнего Пайде, был человеком предприимчивым и разносторонним.

По профессии — шляпных дел мастер, он никак не мог смириться с ремеслом надежным, но особого достатка гарантировать едва ли способным. Да и родной город был ему явно тесен: в 1828 году он переселился в Ревель.

На участке за Вирускими воротами предприимчивый провинциал решил основать торговый дом по продаже строительных материалов. Особого рынка сбыта на месте поначалу не предвиделось, а потому работать Ротерманн решил на экспорт.

Дела пошли в гору: уже через двадцать лет предприятие Ротерманна стало едва ли не монополистом в своей области. На территории квартала между теперешними Нарвским шоссе и Морским бульваром (Mere puiestee) росли цеха лесопилок и мастерских по обработке досок.

Символом процветания предприятия стал двухэтажный жилой дом купца на северной стороне нынешней площади Виру: едва ли не первое каменное здание за пределами стен Старого города после «царской дачи» в Екатеринентальском парке.

В третьей четверти ХIХ столетия со статусом города-крепости Ревель распрощался. Порт, сменивший амплуа базы военно-морского флота на роль торговой гавани, начал стремительно развиваться. Дела Ротерманнов пошли в гору.

Сын основателя торгового дома Христиан Бартольд сделал для модернизации предприятия немало: снабдил лесопилку паровым приводом, протянул от конторы до порта первый телефонный провод.

Расширилась и специализация фирмы: наряду с деревообработкой стала практиковаться обработка металла В 1887 году Ротерманн-младший решил взяться за рынок пищевых продуктов.

Вначале была выстроена макаронная фабрика, затем паровая мельница. Через пятнадцать лет — собственный хлебозавод: первое в Таллинне производство современного типа.

Собственного сырья для изготовления хлебобулочных изделий на промышленном потоке в окрестностях города не было: зерно приходилось импортировать из Поволжья и даже Сибири.

Рожь и пшеницу, прежде чем пустить на переработку, необходимо было складировать. Существующие амбары с этой задачей не справлялись. Ротерманн решил строить элеватор.

Стенные «заклепки»

К числу ревельских архитекторов «первого плана» Константин Вилькен явно не относился: специализацией его было строительство небольших деревянных зданий в городских предместьях.

Впрочем, каменное зодчество тоже не было ему чуждо: несколько неоготических мыз в окрестностях Таллинна и выстроенное в том же стиле здание баптистской церкви на улице Калью — наглядное тому подтверждение.

Получение заказа на строительство элеватора было для Вилькена вызовом. Но особого пространства для маневрирования у заказчика не было: единственная аналогичная постройка,стоявшая у причала порта, была выстроена петербургским архитектором.

С поставленной перед ним задачей Вилькен справился отлично: трехэтажное здание из таллиннского доломита вместило в себя пять зернохранилищ, лестницу, предусматривающую дополнение ее, при желании, лифтом, машинное отделение.

Оформление боковых, обращенных к улице Хобуяама фасадов было минималистским: разве что карнизы, акцентирующие линию каждого из трех этажей. Зато торцовый, глядящий в сторону моря, содержал явную отсылку к архитектуре былых эпох.

Он был похож на амбар ганзейских времен: с балкой и люками для приема мешков с зерном и расположенными симметрично от центральной оси вентиляционными окнами. Лишь скат крыши указывал: постройка — не XV столетия, а начала двадцатого.

Был задействован Вилькеном и еще один прием, традиционный для местного зодчества: использование анкеров, или стенных якорей, иначе — скреп: не пресловутых «духовных», а самых что ни на есть физических, конструктивных.

Архитектору было известно, что в сыром климате зерно имеет тенденцию впитывать из воздуха влагу. И, как следствие, — разбухать, значительно увеличиваясь в объеме и буквально «разрывая» здание, в котором его складировали.

Чтобы этого не произошло, доломитовые стены были укреплены десятками металлических скреп, стягивающих каркас постройки и сохраняющих, таким образом, ее от вполне вероятного разрушения «изнутри».

«Шляпки» якорей-стяжек Вилькен, в отличие от былых строителей Старого города, не стал оформлять художественной ковкой: счел, наверное, что излишний декор «эпохи железа и пара» больше не к лицу.

Получилось если и не слишком изящно, то по крайней мере любопытно: каменная стена словно прошита насквозь болтами «шляпок-заклепок».

Даты на фасаде

Кованый декор в облике ротерманновского элеватора отыскать, впрочем, тоже можно: на торцовом фасаде, обращенном в сторону площади Виру, красуются цифры 1904 и 1930.

Первая относится к сдаче здания в эксплуатацию. Вторая — к перестройке и расширению, которые были осуществлены под руководством еще одного архитектора-остзейца — Эрнста Боудстеда.

Именно ему элеватор обязан своим морским, «амбарным» фасадом — равно как и расширением в сторону порта: пристроенная часть явственно отличается от основного массива цветом доломита — более светлым.

Советская власть «дополнила» облик здания облицованной шифером башней над крышей — элеватор до середины семидесятых годов использовался по изначальному предназначению и отношение к нему оставалось сугубо утилитарным.

Потом подкралась пора забвения: хлебозавод «Лейбур» выехал за пределы городского центра. Следом за ним потянулись и прочие окрестные предприятия — наследники и продолжатели дела отца и сына Ротерманнов.

Производственный квартал погружался в запустение: настолько «живописное», что именно его избрал в качестве натурных декораций для съемок зловещей Зоны режиссер фильма «Сталкер» Андрей Тарковский.

Внимание на комплекс бывших ротерманновских фабрик город и горожане вновь обратили лишь в начале нынешнего тысячелетия: промышленная окраина давно уже оказалась в самом центре столицы.

Чего-чего, а вот дефицита идей у девелоперов не наблюдалось: в бывшем элеваторе предлагали разместить и торговый центр, и рынок, и гостиничные номера, и даже — элитарные квартиры.

Естественным при этом в исторических стенах было бы в таком случае пробить отверстия для окон: в элеваторе они были не нужны, что для потенциальных инвесторов стало препятствием.

Охрана памятников старины была против внесения подобных изменений в облик исторического здания. Предложения «вселить» в него казино или кинотеатр тоже не нашли поддержки.

***

Специалисты архитектурного бюро КОКО приступили к разработке детального проекта реставрации и модернизации здания четыре года тому назад. Работы на объекте заняли три года.

В их результате Таллинн не просто вернул себе один из шедевров промышленной архитектуры столетней давности, но и получил площади для устройства контор и офисов с видом на Старый город.

Не нарушая облика зданий, реставраторы лишь внесли в него современные акценты: металлическую крышу, прорезанную окнами мансардных помещений, и колпак светового колодца, сменившего шиферную «башню».

Примечательно, что среди многочисленных конторских помещений, со вкусом «вписанных» в исторический интерьер, нет комнаты под «несчастливым» номером тринадцать: за двенадцатым сразу же идет четырнадцатый.

Суеверие? Может быть. Но оно, по крайней мере, вселяет уверенность: дальнейшая судьба бывшего элеватора хлебозавода Христиана Бартольда Ротермана будет исключительно счастливой.

По материалам, ежегодника Департамента охраны памятников старины.

Йосеф Кац

«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Проект торгового павильона Таллиннского центрального рынка. Иллюстрация из газеты «Советская Эстония», май 1947 года.

Огонь Яановой ночи над новой базарной площадью: семьдесят лет таллиннскому Центральному рынку

Главный рынок столицы переехал на свое нынешнее место между Тартуским шоссе и улицей Юхкентали ровно семь десятилетий назад — накануне ...

Читать дальше...

Во все времена район Ласнамяэ отличался не только многочисленностью жителей, но и разнообразной культурной жизнью.

От «Нового городка» к современной части города: прошлое, настоящее и будущее района Ласнамяэ в Таллине

Коллекция «ласнамяэских фактов» — не слишком известных, а потому — небезынтересных и интригующих. О Ласнамяэ, как, пожалуй, ни о какой иной ...

Читать дальше...

Торговый фасад былого элеватора навевает ассоциации с амбаром ганзейских времен, продольный — удивляет обилием металлических скреп-заклепок.

Зерновой элеватор в квартале Ротерманна в Таллине: возрожденный шедевр промышленной архитектуры

Реставрация одной из самых колоритных индустриальных построек центра столицы удостоена награды от Департамента охраны памятников старины в номинации «Открытие года». «Некоронованным ...

Читать дальше...

Литография второй трети позапрошлого столетия запечатлела пасторальный облик Зеленого луга — со
смётанным в стога сеном.

Все оттенки таллиннского зеленого: весенний цвет в палитре столицы

Зеленый цвет в топонимической палитре Таллинна представлен во всём разнообразии оттенков, значений и смыслов. Из столиц Балтийского побережья Таллинн одевается в ...

Читать дальше...

Утраченный комплекс домов на углу улиц Суур- и Вяйке-Клоостри: жилье учителей городской гимназии середины XVIII столетия.

Дом, пансион и целая улица: как город Таллин жилье для учителей строил

Муниципальное жилье для педагогов Таллинн строит на протяжении последних без малого трех... столетий. Термин «муниципальное жилье» в речевой обиход таллиннцев вошел ...

Читать дальше...

Подвиг экипажа подводной лодки «Щ-408». Картина художника И. Родионова.

Повторившая подвиг «Варяга»: последний поход подлодки «Щ-408»

Подводная лодка «Щ-408» повторила недалеко от берегов Эстонии подвиг легендарного крейсера «Варяг». В годы двух мировых войн на Балтике произошло два ...

Читать дальше...

Архитектор Александр Владовский построил в Копли временную православную церковь, а планировал возвести постоянную лютеранскую.

Соната на заводских трубах: прошлое и будущее таллинского района Копли

Выставка, посвященная формированию ансамбля одного из самых колоритных исторических предместий Таллинна, открылась на прошлой неделе в Эстонском архитектурном музее. Само по ...

Читать дальше...

Двойная датировка — по старому и новому стилям — на фотографии, запечатлевшей первомайскую манифестацию в Ревеле сто лет назад.

«С радостным сердцем, с горящим чувством, с чистою душою»: апрельский Первомай в революционном Ревеле столетней давности.

Ровно сто лет назад Международный день солидарности трудящихся был впервые отпразднован в Таллинне в официальном порядке. Правда, назывался он весной 1917 ...

Читать дальше...

Медальон с фасада дома по улице Мюнди. Георгий — в облачении ландскнехта.

Рельефы, скульптуры, алтари и капеллы: по следам ревельского почитания Георгия-Победоносца

Годовщина восстания Юрьевой ночи — повод вспомнить о почитании жителями былого Ревеля Юри-Юргена-Георгия. И попробовать отыскать «следы» почитаемого в Средние ...

Читать дальше...

Новое здание Балтийского вокзала и площадь перед ним. Иллюстрация из журнала "Pilt ja Sõna" 1946 год.

От орденского выгона до привокзальной площади: метаморфозы окрестностей главной станции Таллина

Желание городских властей благоустроить окрестности Балтийского вокзала — повод вспомнить о том, как обрели они нынешний, говоря откровенно, — не ...

Читать дальше...

В Таллине у пяти дорог

Кто едет по горам и морям и подвергает опасности жизнь и тело, и имущество, не страшится разбойников и бродяг, пожирающих ...

Читать дальше...

Встреча Александра Керенского на площади перед Балтийским вокзалом в Ревеле.

«Русская демократия на эстонской земле»: как министр Керенский в Ревель приезжал

Ровно сто лет назад столицу Эстонии посетил с официальным визитом Александр Федорович Керенский — одна из ключевых фигур февральской революции. Формально ...

Читать дальше...

Цветник на Мусумяги и вид с горки в сторону Пярнуского шоссе. Открытка начала XX века.

От бастиона до романтического сквера: как в Таллине горка у Вируских ворот Поцелуевой стала

Десять лет назад самая «весенняя» горка столицы Эстонии закрепила свое бывшее до этого народным прозвище в качестве официального названия. Скульптуры «Миг ...

Читать дальше...

Баня «Койду» в начале восьмидесятых годов прошлого столетия.

«Трехэтажные термы» Лийзы Борн: легендарная баня на улице Койду в Таллине

Самая роскошная общественная баня довоенного Таллинна была построена... бывшей торговкой рыбой. Современному таллиннцу, вне зависимости от его помывочных пристрастий, словосочетание «баня ...

Читать дальше...

Фойе кинотеатра «Гелиос» после реконструкции 1934 года в духе функционализма и льготный билет на балкон зрительного зала.

«Пассаж», «Рекорд», «Гелиос», «Октообер»: век биографии легендарного таллинского кинотеатра

Бесхозный зал в двух шагах от самого сердца исторического центра Таллинна был некогда одним из самых фешенебельных кинотеатров столицы. Ровно сто ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Есть в Таллинне городской район с названием Сибулакюла (Луковичная деревня). Однако, если покопаться в истории этого района, станет ясно, что это не случайное наименование. В 1839 году в Санкт-Петербурге был издан "Путеводитель по Ревелю и его окрестностям". В книге подробный рассказ не только об исторических и архитектурных достопримечательностях города, но и не менее полное описание всех сторон жизни Ревеля в первой половине XIX столетия. Среди прочего путеводитель сообщает о торговле овощами: "За городом огороды, которые возделывают и содержат наши Ярославские Ростовцы. Это очень выгодно для города. Прежде русские огородники приезжали в Ревель и нанимали под огороды места, отчего овощи продавались очень дешево, осенью же огородники возвращались домой, чтобы весной приехать снова. Но по времени некоторые нашли удобнее совсем переселиться в Ревель". По-видимому, одно из поселений русских огородников было в районе современных улиц Маакри, Леннуки, А.Лаутера, Каупмехе, Лембиту и Кентманна. Судя по названию, выращивали они на здешней сухой земле хороший лук.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!