А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Когда и где начали чеканить в Таллинне монеты? Первое упоминание об этом относится к 1265 году. Древнейший монетный двор находился на Ратаскаэву, на месте современного дома № 6 (напротив ресторана “Ду-Норд”). Там чеканили те самые маленькие и тоненькие “сковородки”. Второй монетный двор возник в последней четверти ХIV века между улицами Дункри и Нигулисте. Чеканили серебряные артинги, впоследствии их стали называть шиллингами. Шиллинги наряду с пфеннигами были основными монетами, выпускавшимися в ХV - ХVIII веках на территории Эстонии. Был в Таллинне и третий монетный двор - на улице Вене. Он работал с 1422 по 1692 год. Многие монеты получили названия от изображения на лицевой стороне - аверсе - герба государства или короны сюзерена (государь). Происхождение кроны от основного значения слова - корона. И сегодня на аверсе эстонской кроны герб с тремя леопардами.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Когда в 1661 году таллиннский цех сапожников отказался принять нового мастера. Тот подал жалобу в магистрат. Городская управа сочла такое решение необоснованным, но олдерман гильдии святого Олая, в которую входил цех сапожников, поддержал решение цеха. Магистрат за своеволие заключил главу гильдии в Юнкерскую камеру. Там он стал свидетелем явлений зловещих духов, а также возникавшего время от времени необыкновенного свечения. Узнав об этом, члены Олайской гильдии собрались возле ратуши. Возбужденная толпа требовала немедленно освободить олдермана, и магистрату пришлось уступить...
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1291 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Главный рынок столицы переехал на свое нынешнее место между Тартуским шоссе и улицей Юхкентали ровно семь десятилетий назад — накануне самой короткой ночи 1947 года.

Никогда прежде — да, пожалуй, и впоследствии — открытие ни одного прочего учреждения торговли не отмечалось в Таллинне с подобным, воистину праздничным, размахом.

Одних только рядовых горожан и гостей города приняло в нем участие порядка шестидесяти тысяч — и это без учета первых лиц как муниципального, так и республиканского уровня.

Масштаб праздника определялся даже не столько непосредственно самим событием: ко всякой коммерции, а уж к коммерции рыночной — в особенности, советская власть всегда относилась без особых симпатий.

Но перенос главного таллиннского рынка из центра города на тогдашнюю окраину имел и символическое значение: по сути, им официально завершалась многолетняя кампания по ликвидации в городе разрушений военной поры.

Центробежная сила

Проект торгового павильона Таллиннского центрального рынка. Иллюстрация из газеты «Советская Эстония», май 1947 года.

Проект торгового павильона Таллиннского центрального рынка. Иллюстрация из газеты «Советская Эстония», май 1947 года.

На протяжении большой части своей истории рыночная торговля в Ревеле была сосредоточена в черте городских укреплений.

Торжище под стенами ратуши шумело с незапамятных времен. Не позднее последней трети XVIII столетия собственным рынком обзавелся и Верхний город — на территории былого замкового форума, нынешней площади Лосси (Замковой).

Немногим позже — лет приблизительно двести назад — горожане обзавелись и первой базарной площадью вне кольца средневековых крепостных стен: Русский рынок волей магистрата был основан у истока Нарвского шоссе.

В самом конце XIX века у него появился сосед: двумя-тремя сотнями метров западнее в октябре 1896 года был открыт Новый рынок. Одновременно торговля была запрещена на всех, без исключения, площадях Старого города — там и без нее становилось тесно.

На новом месте рыночные торговцы чувствовали себя вольготно без малого полвека: разговоры о том, что базарные ряды и конные подводы центр города совсем не красят, раздавались уже в середине тридцатых, но дальше проектов дело так и не пошло.

Там, где городским властям не хватало решительности, в дело вмешались силы, им неподвластные: во время бомбардировки 1944 года выгорело «сердце» Нового рынка — здание мясных рядов. Пострадали и прочие рыночные постройки.
Подлатали их на редкость оперативно: уже в последние месяцы нацистской оккупации торжище вновь вернулось на привычное место. Оставалось оно там и в первые послевоенные годы, но дни его были сочтены.

В 1946 году приуроченная к Октябрьским праздникам колхозная ярмарка еще проводилась на Новом рынке. Но уже через месяц горисполком принял решение — немедленно подыскать торговцам новое место.

С утра до вечера

«Большое оживление царит в эти дни в районе улиц Тарту маантеэ, Леннуки, Израел и В. Кингисеппа, где строится новая рыночная площадь, — писала весной 1947 года «Советская Эстония». — С утра до вечера здесь кипит работа».

В словах этих не было преувеличения: как сообщал корреспондент, первые строители — сотрудники Министерства госконтроля ЭССР — пришли к шести утра. Им предстояло самое трудное — подготовить площадку для своих последователей.

«Разборка железобетонных балок на месте, где когда-то стояло большое здание, нелегкая задача, — констатировала газета. — Однако коллективный труд оказал свое действие. Через четыре часа это задание было полностью зазавершено.

На смену служащим Министерства госконтроля пришли работники Таллиннского продторга. К трем часам дня подтянулись рабочие хлебозавода, фанерно-мебельного комбината, управления промкооперации, Министерства пищевой промышленности.

Солнце давно скрылось за горизонтом, а со строительства долго еще доносился звон лопат, грохот вагонеток, задорные голоса. Еще совсем недавно район представлял неприглядное зрелище: руины, захламленные бугры, кучи битого камня и металлолома.

За истекшие полмесяца все два гектара площади почти полностью расчищены, начато ее выравнивание. Всю площадку пересекают узкоколейные пути, по которым беспрестанно движутся вагонетки. Вчера вечером появились первые камнедробилки».

Судя по газетным фотографиям, они были едва ли не единственными механизированными приспособлениями на стройке: расчистка развалин на месте будущего рынка, как и на прочих объектах, осуществлялась буквально вручную.

«…Рабочий день на фабриках и заводах окончен, — свидетельствует «Советская Эстония». — По улицам города, с лопатами и кирками в руках, идут и едут на машинах многочисленные группы людей. На площади их встречает духовой оркестр.

К шести часам она похожа на большой муравейник. На отдельных участках стоят щиты с надписями: «Здесь работает коллектив хлебокомбината», «Здесь — фабрика «Унион». Лучшей на стройке считается бригада рыбокомбината.

Работа кипит в каждом уголке. 14 мая здесь собралось семьсот пятьдесят рабочих, служащих, интеллигенции города. Все работы по плану предполагается завершить к 25 мая».

Толока социализма

Судя по тому что тема новой рыночной площади в конце мая со страниц таллиннской периодики 1947 года исчезает полностью, уложиться в намеченные сроки, увы, не удалось.

Это и неудивительно — объект отнюдь не был единственным: весь город в судорожном ритме стремился как можно быстрее если не ликвидировать, то, хотя бы, «загримировать» военные раны.

Руководителям и участникам работ по восстановлению и благоустройству действительно надо было успеть «всё и сразу»: летом Таллинну предстояло принять ХII Певческий праздник — впервые при советской власти.

Датами его проведения были определены 27-29 июня. Открытие нового рынка тремя днями ранее становилось, таким образом, прологом к торжеству; пользуясь музыкальной терминологией — своего рода «увертюрой» к нему.

«Толока — давний трудовой обычай эстонского народа, — обратился к собравшимся на созданной их руками площади таллиннцам руководитель республики Николай Каротамм. — А после труда полагается веселиться, петь, танцевать, промочить горло».

У таллиннского люда сегодня — праздничная, совершенно особенная, социалистическая толока. Завершено строительство нового продуктового рынка. Ее возведение, осуществленное совместными усилиями горожан, совпадает с вечером Яанова дня.
Центральный рынок оказался в три раза больше своего предшественника.

Такого рынка, как мы открываем сегодня, в истории Таллинна прежде никогда не было. Как такое стало возможным — да еще в столь быстрые сроки? Возможным это стало только и исключительно потому, что в Эстонии установлена советская власть.

То, что мы имеем сегодня, — плод коллективного труда. То, что мы видим здесь, — частица нового, социалистического Таллинна, который будет построен в соответствии с генеральным планом. То, что мы имеем, — и есть коммунизм в жизненных реалиях».

Вне зависимости от общественно-политического строя, объем работ действительно завораживает: одних только каменных стен было разобрано четыре с половиной тысячи кубических метров, новой земли подвезено семь с лишним тысяч кубометров.

Трудящиеся без малого сотни таллиннских предприятий и учреждений, — опять-таки в свободное от основной занятости время — отработали на объекте свыше двадцати девяти тысяч человеко-дней.

Новый рынок получился в три раза просторнее прежнего. Не хватало правда, торгового павильона. Но его обещали построить. Обещанию суждено было сбыться лет через сорок.

***

Никто из собравшихся вечером 23 июня 1947 года на новой рыночной площади об ожидании, которое окажется столь долгим, не мог и подумать. Они были горды проделанной работой. И наверняка были счастливы.

«Папа, папочка, а ты тоже ходил сюда на восстановительные работы?», — подслушал журналист газеты «Õhtuleht» вопрос юного таллиннца. И процитирювал ответ отца: «Конечно же, сынок. И ходил, и работал. И я, и многие, многие другие…»

Ровно в одиннадцать вечера свежевыстроенная базарная площадь озарилась огнем костров Яановой ночи: главный был зажжен ровно в ее центре, по краям — вспыхнули установленные на шестах просмоленные бочонки, туго набитые соломой.

Кружились, несмотря на поздний час, карусели. На растянутом в дальнем углу площади киноэкране мелькали силуэты киноактеров. Пенились в кружках пиво и квас. Теплый летний ветер далеко разносил звуки вальса.

«До глубокой ночи веселился таллиннский рабочий люд, — завершала отчет о празднике газета «Õhtuleht»». — Лишь когда начало светать, часам к трем-четырем утра, участники его начали расходиться.

Они вернулись к своим повседневным делам и заботам — с новыми силами и новым воодушевлением».

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Одна из самых знаменитых работ Кристиана Акерманна - алтарь таллиннского Домского собора в реставрационных лесах во время подготовки к нынешней выставке.

Вспоминая «ревельского Фидия»: скульптор Кристиан Акерманн

Выставка работ одного из самых ярких и талантливых таллиннских мастеров скульптуры эпохи Барокко и его современников открылась в минувшую пятницу ...

Читать дальше...

«Косуля» у подножья Тоомпеа в сквере на улице Нунне – неизменная классика с 1930 года.

«Косуля» Яана Коорта – знакомая и незнакомая косуля

Одна из самых популярных у таллиннцев и гостей города скульптура появилась в городском пространстве столицы ровно девяносто лет тому назад. В ...

Читать дальше...

Здание нынешней Таллиннской музыкальной школы за минувший век не изменилось – чего нельзя сказать о его окрестностях.

Сто двадцать лет истории: особняк музыкальной школы

Запланированная реставрация вернет одному из примечательных зданий в ансамбле застройки Нарвского шоссе былой блеск, а работающей в нем Таллиннской музыкальной ...

Читать дальше...

Барон Александр фон дер Пален и служащие Балтийской железной дороги на перроне вокзала в Ревеле. Снимок 1870-ых годов.

«Балтийская железная дорога, наше выстраданное дитя»

Первый пассажирский поезд из тогдашней столицы Российской империи в нынешнюю столицу Эстонской Республики прибыл ровно сто пятьдесят лет тому назад. Перестук ...

Читать дальше...

В галерее Русского театра Эстонии, проходит юбилейная художественная выставка «Осень №55»

Автор работ, признанный у нас и далеко за рубежом, талантливый художник, Сергей Волочаев. Картины изумляют идеями, подходом и различными техниками. Представлены ...

Читать дальше...

Дом Иосифа Копфа на углу Пикк и Хобузепеа и портрет его владельца на золотой брошке.

Ревельский ювелир Иосиф Копф: золотых дел мастер

Девяносто лет назад Таллинн прощался с Иосифом Копфом - человеком, еще при жизни сумевшим стать, выражаясь современным языком, «коммерческим брендом». Георг ...

Читать дальше...

Директор Таллиннского Городского архива в 1989-1996 гг. Ю. Кивимяэ демонстрирует грамоту XV века - одну из многих, вернувшихся в родной город. Снимок из газеты «Советская Эстония».

Исток таллиннской историографии: возвращение Городского архива

Ровно тридцать лет тому назад история столицы вновь стала длиннее почти на восемь столетий: в Таллинн вернулись фонды Городского архива. Его ...

Читать дальше...

Катастрофа с девятью погибшими на Балтийском вокзале

Самая тяжелая авария в истории эстонских железных дорог произошла 40 лет назад, в первую субботу октября. Поезда приближались друг к другу ...

Читать дальше...

Как закончилась сказка про Гэдээр

Падение Берлинской стены стало в СССР шоком для многих взрослых, а для некоторых детей - первым столкновением с ложью. "Гэдээр" ...

Читать дальше...

Сто сорок лет назад городская стена Ревеля нуждалась если не в реставрации, то в консервации - как минимум.

Семь веков на страже города Таллина: летопись крепостной стены

У одного из узнаваемых символов таллиннского Старого города - солидный юбилей: с начала строительства крепостной стены вокруг средневекового ядра нынешней ...

Читать дальше...

Здание Немецкой реальной школы непосредственно после постройки.

Школа на улице Луйзе: реквием по утраченному

Здание Немецкого реального училища, некогда признававшееся идеалом и образцом для аналогичных построек, возродившееся после войны в ином облике, безвозвратно утрачено ...

Читать дальше...

Домский, он же Длинный мост на рисунке Карла Буддеуса, середина XIX века.

Тоомпеаский, Каменный, Пиритаский: мосты над водами Таллинна

Даже без учета виадуков и путепроводов, семейство таллиннских мостов – достаточно многочисленное. А главное – способное поведать о себе немало ...

Читать дальше...

Вариант развития мемориального ансамбля на Маарьямяги по версии середины шестидесятых…

Памятник двадцатому веку: ансамбль на Маарьямяги

Мемориальный комплекс на Маарьямяги давно уже стал памятником не конкретным событиям или лицам, а всему, что произошло с Эстонией на ...

Читать дальше...

Ворота в конце улицы Трепи на довоенных открытках встречаются часто, но топоним «Ныэласильм» конкретно к ним еще не применялся.

Головы, ноги, чрево и горб: анатомия таллиннских улиц.

Географические названия, щедро рассыпанные по карте Таллинна, позволяют читать ее почти как… анатомический атлас. Уподобить город человеческому организму впервые предложили пионеры ...

Читать дальше...

Портреты павших в сражении 11 сентября 1560 года горожан и старейшее изображение Таллинна на эпитафии Братства черноголовых.

Восемь столетий Таллинна: век XVI век, пора рефлексий

Непростой во всех отношениях XVI век подарил Таллинну первые портреты города и его жителей, первый памятник, а также один из ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Камень Линды: Бедная вдова долгие месяцы оплакивала своего любимого мужа Калева, давая волю жалобам и горьким слезам. И стала она приносить на его могилу каменные глыбы, дабы воздвигнуть Калеву достойный памятник и сохранить память о нем для потомков. В Таллинне и поныне можно видеть это надгробие Калева - холм Тоомпеа. Под ним спит вечным сном король древних эстов, с одной стороны холма шумят морские волны, с другой - шелестят родные леса.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!