А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
После присоединения Эстонии к Российскому государству в начале XVIII века и образования Эстляндской губернии герб Таллина не изменился в своей основе. На нем, как и в XIII веке, были изображены три синих леопарда на золотом поле. В книге о гербах городов, губерний, областей и посадов Российской империи, составленной П.П.Винклером и вышедшей в Санкт-Петербурге в 1899 году, сказано: "Высочайше утвержден 8-го декабря 1856 года герб Эстляндской губернии. В золотом поле три лазуревые леопардовые львы. Щит увенчан императорскою короною и окружен золотыми дубовыми листьями, соединенными Андреевскою лентою". Пусть не смущает название цвета леопардов. Он не изменен и остался тем же, каким был при возникновении печати Таллина. Здесь тоже вступают в права правила геральдики. В ней существует четыре основных цвета, называемых "финифтями": червлень, то есть красный цвет; лазурь - синий; зелень; чернь. Так что, когда говорят о лазуревых леопардах, то имеются в виду синие.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Первым крупным сооружением на Сенном рынке (в последствии, Петровской площади, Площади Победы, а ныне площади Свободы) была Яановская церковь. Ее построили в 1862 – 67 годах для эстонского населения города, и на том строительная деятельность здесь заглохла на 50 с лишним лет. В центре площади находились общественный колодец и одинокий фонарный столб. Фонарь этот давал такой тусклый свет, что некоторые советовали его и вовсе убрать, чтобы в темное время на него кто-нибудь ненароком не наткнулся. На южном краю площади была стоянка извозчиков – одна из тех двух, где позволялось поить и кормить лошадей (другая находилась на Ратушной площади), в связи, с чем здесь имелось и водопойное корыто – едва ли не самая примечательная деталь рыночной площади.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1112 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 231 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Ровно сто лет назад официальным языком делопроизводства в Таллинне впервые за многовековую историю города стал эстонский.

Давно назревшие перемены стали возможны благодаря избранию нового состава городских властей. А те, в свою очередь, — революционным процессам, охватившим всю Россию.

Языковой ранжир

«Город у нас преимущественно трехэтажный, — замечал в 1912 году фельетонист «Ревельского листка». — И вывески в нем — трехэтажные: сверху русский, под ним — немецкий и эстонский».

Язык Пушкина был к моменту публикации юмористической заметки в административном центре Эстляндской губернии официально главенствующим вот уже без малого двадцать лет.

Ведущие позиции на территории Балтийских провинций он обрел в начале девяностых годов XIX столетия, в рамках политики, которую современники называли «обрусением», позднейшие историки — русификацией.

До того языковой вопрос общегосударственную власть не волновал. Актуальнее был вопрос верности престолу монарха: пока лояльность местной остзейской элиты сомнений не вызывала, она могла пользоваться своим родным языком — немецким.

Но и он был безраздельным господином в городах Эстляндии и Лифляндии не изначально. Таковым немецкий стал лишь во второй трети XVI века, после церковной Реформации: до нее вся документация составлялась на латыни.

Языки эстонцев и латышей оставались на второстепенных позициях: правил ли окрестными землями орденский комтур, польский воевода, шведский наместник или российский губернатор — роли не играло.

На эстонском и латышском служили в церквях. Преподавали в приходских школах. Издавали духовную, а позднее — и светскую литературу. Дублировали уличные таблички и вывески.

Но допустить «язык простонародья» в органы муниципального управления казалось столичным властям делом совершенно немыслимым — пока в России не грянула революция.

Большевистское большинство

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

Численность избранной в августе 1917 года Ревельской городской думы была такова, что под сводами ратуши народным избранникам стало тесно. Ее заседание 24 июня, на котором было принято решение делопроизводства на эстонский язык, состоялось в зале нынешней Реальной школы на бульваре Эстония.

«Старой городской думе жить осталось считанные дни, — писала в конце июля 1917 года газета «Ревельское слово». — Какова будет новая — станет известно в ближайшее время». Ответ на этот вопрос был получен 6 августа: по результатам первого в истории Таллинна всеобщего, прямого и тайного голосования стали наиболее радикальные революционеры — большевики.

Набрав более тридцати процентов голосов, они стали самой многочисленной фракцией ревельского самоуправления. И постарались незамедлительно закрепить успех на выборах беспроигрышным политическим ходом.

Еще в марте Временное правительство приняло решение присоединить к Эстляндской губернии северные населенные эстонцами уезды губернии Лифляндской — и не чинить препятствий созданию в составе России Эстонской автономии.

Языком официального делопроизводства в ней, однако, как и в царские времена, оставался исключительно русский. И сколько ни обращался в столицу с официальными запросами губернский комиссар Яан Поска, дело с мертвой точки не сдвигалось.

Доказать, что изменить окостенелый бюрократический порядок хотя бы на территории того самоуправления, в котором они получили властное большинство, по плечу именно им, было для лидеров местной ячейки РСДРП делом принципа.

Потому первым пунктом повестки дня заседания обновленного состава Ревельской городской думы 24 августа 1917 года стал именно «языковой вопрос». Точнее — его разрешение, незамедлительное и скорое.

Возражение по существу

Прежде всего исполняющий обязанности городского головы Гавриил Белягин привел вновь избранных гласных к присяге, после чего сообщил — повестка дня дополнена новым пунктом — о языке делопроизводства.

Предлагая перейти к его рассмотрению, он предложил гласному Адо Бирку еще раз зачитать циркуляр губернского комиссара Поска относительно порядка использования в официальных учреждениях тех или иных языков.

Выбор Белягина едва ли был случайным: Бирк, один из ведущих фигур русско-эстонского избирательного блока царских еще времен, пользовался заслуженным уважением у депутатов как одной, так и другой национальности.

Именно ему, опытному политику, было поручено дело рутинное, но необходимое: фактически огласить официальную позицию центральных, общероссийских, властей относительно местного, на первый взгляд — сугубо внутригородского вопроса.

Загвоздка заключалась в том, что сформулировать ее в Петрограде не удосужились: с одной стороны, правительство позволяло автономной Эстляндии пользоваться национальным языком, с другой — подчеркивало главенство государственного.

Вынужденный лавировать меж двух огней губернский комиссар Поска был вынужден отметить в своем циркуляре: «Русский язык является общегосударственным, обязательным в армии, на флоте, а также во всех учреждениях».

Оглашенный текст циркуляра озадачил значительную часть думцев. Выходило, что, поднимая вопрос о смене языка делопроизводства, они идут против воли нового, революционного, дарующего автономию правительства?

Кто-то из присутствовавших выкрикнул, что циркуляры, подписанные тем самым Поска, который, будучи городским головой, чуть было не переименовал город в 1914 году в Колывань, вообще не имеют юридической силы.

Участники словесной дуэли переходили с русского на эстонский и наоборот. Ведущий заседание Белягин был вынужден призвать к соблюдению порядка. И предложил тем, кто хочет возразить по существу, высказываться в предусмотренной на то очередности.

Вещь недопустимая

Получив голос, один из лидеров большевистской фракции Яан Анвельт, предложил: пусть образцом для подражания станет для городской думы земской совет соседней Финляндии.

Каждый желающий в нем может выступать на том языке, который ему ближе, повторять выступления на двух языках необходимости нет, протокол же пусть ведется и на русском, и на эстонском.

Большевик Вальдемар Вёэльман, добавил, что особо важные речи можно было переводить с эстонского на русский, но исключительно в том случае, если того потребуют не менее двадцати пяти гласных.

«Я признаю, что эстонский является родным языком для трех четвертей гласных, — заметил меньшевик Калман Клячко. — Равно признаю и его предпочтение иным. Однако порядка тридцати человек из нас языка этого не понимают вовсе…»

«Нас, большевиков, то и дело обвиняют в подрыве государственного
строя, — темпераментно ответил ему член РСДРП(б) Николай Яансон. — Однако в нынешнем сумбуре именно мы пытаемся принять хоть какие-то конструктивные шаги!

План у нас выработан давно. И если Клячко намекает, что не сможет понимать большую часть прений, пусть перед каждым русским в каждой фракции посадят по одному эстонцу, который будет переводить ему весь ход дискуссии.

Бедняге Белягину пришлось вновь прерывать заседание и напоминать: сколь благими целями не руководствовались бы представители различных партий, переход на личности — вещь недопустимая…

Не место спорить

Замять разгорающуюся перепалку попробовал социал-демократ Михкель Мартна: он напомнил, что планы относительно решения языкового вопроса имеются далеко не только у большевиков.

«Временное правительство не готово предоставить местным самоуправлениям свободы даже в выборе языка! — сокрушался он. — Но со склоками мы далеко не уйдем. А дело требует немедленного решения».

Эсер, гласный Юмарик, подчеркнул, что в решительный момент не стоит время тратить на межпартийную борьбу. «В вопросе перевода делопроизводства на эстонский мы солидарны с большевиками», — заверил он.

Даже Константин Пятс, к большевикам симпатий не питавший, на этот раз решил не вступать с ними в конфронтацию: он лишь добавил, что дискутировать стоит о порядке перевода выступлений на русский, если такая заявка поступит.

Национальное чувство при голосовании явно превосходило классовое.

«Не место спорить о деталях, — поторопил коллег-депутатов Вёэльман. — Главным языком делопроизводства должен оставаться эстонский. Предлагаю закончить с прениями и перейти к голосованию…»

Председательствующий Белягин еще раз предупредил присутствующих: то, что сейчас происходит, может быть трактовано как двойное нарушение закона — и прежнего, и ныне действующего.

Его аргументы не нашли отклика. После краткой словесной дуэли, участники которой то и дело переходили с эстонского языка на русский и наоборот, вопрос был поставлен на голосование.

* * * *

Результат его был обескураживающим: 24 августа ,1917 года язык коренного населения Эстонии впервые получил в будущей столице независимой Эстонии главенствующее положение.

Дата эта не отмечена в календаре знаменательных дат ЭР — ни по старому стилю, ни по новому. Что несколько странно — ведь на пути превращение Ревеля в Таллинн она — важная веха.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Памятник Антону Хансену Таамсааре в день открытия.

Глубоко демократический и гуманистический: памятник в сквере Таммсааре

Сорок лет назад Таллинн обогатился, пожалуй, самым человечным произведением монументального искусства — в центре города был открыт памятник классику эстонской ...

Читать дальше...

Необычный Таллин. Январь 2018

За несколько часов до этого момента, увезли последний разобранный домик с Рождественского рынка, который царствовал тут почти два месяца. И ...

Читать дальше...

Перед отправкой на фронт бойцов I Ревельского русского партизанского отряда приветствовал на главной площади столицы генерал Йохан Лайдонер.

Бело-сине-красный шеврон над сине-черно-белым щитком: русский вклад в Освободительную войну Эстонии

Участие русского населения Эстонской Республики в вооруженной борьбе за независимость — не столь отдаленная, но до сих пор малоизвестная страница ...

Читать дальше...

Ревельский стражник — туристам: встретим Вас в объятиях — сердечно, с теплом

Ревельский стражник, котрый несёт свою службу круглый год в сердце Старого Таллина на Ратушной площади, обратился к гостям столицы Эстонии:  — Городской стражник Ревеля ...

Читать дальше...

Первая встреча героев Ханса Кристиана Андерсена в интерьерах таллиннских улиц состоялась благодаря книжным иллюстрациям работы Валерия Алфеевского.

Три сказочных визита: Снежная королева в Таллинне

Полвека назад для десятков миллионов человек Таллинн стал однозначным синонимом зимней сказки — на экраны вышел художественный фильм «Снежная королева». Город, ...

Читать дальше...

Бременская башня до реставрации. Фото пятидесятых годов	прошлого века.

Памятник фортификации и правосудия: байки и быль Бременской башни в Таллине

Полностью отреставрированная Бременская башня готова раскрыть перед таллиннцами и гостями города свои многочисленные секреты в самом ближайшем времени. Такого количества горожан, ...

Читать дальше...

Важня на Ратушной площади

Синий омнибус до остановки «Копли»: сегодня – юбилей таллинского муниципального автобуса

Ровно восемьдесят лет тому назад в Таллинне была пущена первая автобусная линия, принадлежащая не частному владельцу, как было принято прежде, ...

Читать дальше...

«На узком пути: кому из двух суждено сорваться в пропасть?»: противостояние капиталистов и пролетариата глазами карикатуриста таллиннского юмористического издания "Ме1е Май". 1917 год.

«Сведения о выступлении большевиков оказались вовсе не преувеличенными...»

Историческое событие, которое получило впоследствии громкое имя Великой Октябрьской социалистической революции, предки современных таллиннцев столетней давности, скорее всего, просто не ...

Читать дальше...

Линкор "Слава" в Гельсингфорсе в годы Первой Мировой войны.

Легендарный линкор «Слава»: трижды прославленный

Героическая гибель линкора «Слава» при обороне Моонзундского архипелага ровно сто лет назад — легендарная страница в истории Балтийского флота. ... Есть ...

Читать дальше...

Особенности национальной реституции: остзейские немцы и их имущество в Прибалтике

Существующий в современной ЭР порядок компенсации за утраченное жившими в стране до Второй мировой войны немцами недвижимое имущество – не ...

Читать дальше...

Построенное в 1937 году здание французского лицея на улице Харидузе - образец школьной архитектуры в духе функционализма.

Замок знаний на улице Харидузе: дом Французского лицея в Таллине

Здание таллиннского Французского лицея, на момент своего открытия — самая современная школа столицы, впервые распахнуло двери перед учениками ровно восемьдесят ...

Читать дальше...

Отель «Золотой лев» на улице Харью. Открытка начала XX века.

Геральдика, топонимика, фортификация: золотая палитра Таллинна

Золотая осень — самое время вспомнить о золотом цвете и его оттенках в городской палитре столицы. Таллинн — дитя и ...

Читать дальше...

Обложка брошюры, выпущенной к 225-летию Казанской церкви в 1946 году. Снесенная в семидесятые годы церковная ограда и погибший в 2004-м «петровский дуб» — еще присутствуют.

«В простоте своей величественная...»: Казанская церковь в Таллине, накануне трехсотлетия

Крохотная старинная церковка на обочине современной многополосной трассы — одновременно памятник архитектуры Таллинна и мемориал воинской славы Российской империи. Из сакральных ...

Читать дальше...

«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
На улице Ратаскаэву (Колесного колодца) жил некий легкомысленный домовладелец, который промотал все свое состояние. Однажды ночью, потеряв надежду поправить свои дела, он решил покончить с собой. В эту роковую минуту в дом к нему постучался неизвестный и попросил позволения устроить следующей ночью на верхнем этаже его дома свадебный пир. Незнакомец, посулил за это несчастному хозяину несметные богатства, но при одном условии - никто не должен подслушивать и подсматривать, иначе того постигнет смерть. Домовладелец принял предложение. Вечером следующего дня к подъезду дома на Ратаскаэву начали съезжаться роскошные кареты, в окнах верхнего этажа зажглись яркие огни, заскрипела лестница, будто по ней поднималось огромное число людей. Из верхней залы доносились звуки чудесной музыки, весь дом ходил ходуном - казалось, плясали тысячи гостей. Но едва колокола на городских башнях пробили час ночи, как погасли огни на верхнем этаже, и все стихло. Наваждение исчезло. Домовладелец же, еще накануне весь в долгах и думавший покинуть сей бренный мир, сказочно разбогател за ночь и стал кутить пуще прежнего. Правда, внезапно умер его слуга, который успел признаться перед смертью священнику, что был тайным свидетелем свадьбы черта в доме своего хозяина. Черт справляет так свадьбу, - поведал священнику несчастный.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!