А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще! Обращайтесь в форме комментариев, и мы обязательно свяжемся с вами.

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Таллинн имеет свой флаг - с тремя голубыми и тремя белыми полосками, он был частично заимствован из древнего датского флага. Как гласит легенда, флаг упал с небес после битвы за крепость Таллинна. Однако, другая легенда утверждает, что упавший с неба флаг, был дарован Господом Богом датчанам, и с тех самых пор, стал государственным флагом Дании: белый опрокинутый крест на красном фоне.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Жил-был в Таллине палач. В небольшом двухэтажном домике возле крепостной стены, на нынешней улице Рюйтли. Недалеко от «места работы» – эшафот находился за городской чертой, на этом месте сегодня стоит здание Национальной библиотеки. В черте города в средние века не казнили. Единственным исключением была казнь священника на Ратушной площади. Палач тогда назначался бургомистром и жил отшельником. Он был лишен гражданских прав, его дети не могли учиться в школе. Когда он проходил по улице в красном одеянии с колокольчиками на капюшоне, люди разбегались в стороны.
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1112 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 231 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название культового заведения общественного питания.

Даром что располагалось оно за пределами административных границ города: трудно представить себе Таллинн второй половины шестидесятых — начала девяностых годов минувшего столетия без одноименного кафе-ресторана.

Обрыв над морем

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи…

Популярным местом летнего отдыха окрестности нынешней деревни Раннамыйза — тогдашней Штрандгоф — стали у ревельских обывателей лет эдак сто пятьдесят назад.

На рубеже позапрошлого-прошлого веков на дачи сюда выезжали не только отдельными семьями — целыми гимназическими классами, а порой — и учебными заведениями.

Единственный недостаток местности — отсутствие, по примеру Нымме, регулярного железнодорожного сообщения — был ликвидирован к концу двадцатых годов с развитием автобусного транспорта.

Пережив упадок в годы Второй мировой войны, местность обрела второе дыхание в послевоенную пору: здесь начали раздавать земли для обустройства садоводческих кооперативов, начали строиться дачи — ведомственные и частные.

«Каждое лето природные красоты Раннамыйза посещают тысячи туристов и отдыхающих как из наших краев, так и из братских республик, — писала в сентябре 1967 года газета «Ыхтулехт».

К их услугам предоставляется кемпинг, в котором можно остановиться на продолжительный срок, насладиться банными радостями и ощутить освежающий эффект морских купаний.

Вдобавок к ним в самый разгар нынешнего лета правление Потребительского кооператива Харьюского района открыло здесь новое заведение питания — кафе «Мерепийга».

Силами сотрудников Таллиннского строительно-ремонтного управления на обрыве Раннамыйза возникла красивая и своеобразная постройка, автор которой — архитектор Херкель».

В поисках симбиоза

...и внутри, под скатом крыши-«шалаша».

…и внутри, под скатом крыши-«шалаша».

В год, когда кафе «Мерепийга» распахнуло перед посетителями свои двери, Вольдемар Херкель был удостоен звания заслуженного архитектора Эстонской ССР.

Было за что: к тому времени на счету его был ресторан «Каунас» на берегу Эмайыги в Тарту, кафе «Кадриорг», новый корпус Художественной академии и терминал пассажирского порта в Таллинне…

Не будет, пожалуй, особым преувеличением сказать, что к середине шестидесятых годов Херкель уже вписал себя в историю эстонской архитектуры, причем в качестве горячего поклонника радикального модернизма.

Возвращение и переосмысление творческого и конструктивного наследия мастеров двадцатых-тридцатых годов было для эпохи, последовавшей за началом кампании по борьбе с архитектурными излишествами, предсказуемым и естественным.

Ранние работы Херкеля выстроены в кильватере этой кампании: четкие геометрические формы, легкость и воздушность объемов, функциональность внутренних помещений, ясно считываемая в силуэте здания, много стекла и бетона…

При желании во всём этом было не сложно углядеть «иностранное влияние» — не пресловутое западное, конечно, а, скорее уж, северное: явное ориентирование на новейшие разработки финских архитекторов.

Отношения с соседней Финляндии были у тогдашнего СССР самые дружественные. Но установку на создание архитектуры «национальной по форме, социалистической по содержанию» они отнюдь не отменяли.

«Мерепийга» как раз и стала очередной попыткой воплотить существующий в государстве заказ на симбиоз нового, прогрессивного, современного с привычным, исконным, традиционным.

Стремление связать

Вольдемар Херкель рассказывал: источником вдохновения служил ему образ отцовского хутора.

Точнее — его крытой камышом крыши: гипертрофированная, поднятая на мощные стропила высотой с трехэтажный дом — она задавала тон всей спроектированной архитектором постройки.

За современность отвечали прорезающие поверхность крыши четырехугольные мансардные окна: ничего подобного сельское зодчество Эстонии отродясь не знало, зато архитектура постмодерна — вполне.

Данью привычным строительным материалам выступала и сложенная из доломитовых плит стена, плавно перетекающая в ограду сооружения: она явно перекликалась с заборами рыбацких хуторов — правда, не на материке, а на островах.

Доломит и камыш отвечали за «народность» архитектуры. Зашитый стеклом главный фасад здания — за ее современность. Кроме того, подобное решение позволяло наполнить интерьеры кафе светом и визуально сделать их более просторными.

«Особенно ценным при оформлении кафе и ресторанов следует считать стремление подчеркнуть в оформлении внутреннее значение их названия или же атмосферу мест, где они расположены, — наставлял «Архитектурный альманах» 1967 года. — Именно этим создается неповторимый локальный колорит — то, что в современном стандартизированном мире ценится особенно. Именно это наглядно демонстрирует оформление интерьеров кафе «Мерепийга».

В нем ясно ощущается стремление сближения с природой, желание как можно теснее связать постройку с ее естественным окружением».

Не пройти мимо

Осенью 1967 года администратор «Мерепийга» Нелсас Роода с гордостью сообщал корреспонденту газеты «Ыхтулехт», — на недостаток посетителей жаловаться, точно, не приходится! Популярности загородного «Мерепийга» могли позавидовать и таллиннские кафе.

Разом заведение общественного питания могло обслуживать восемьдесят посетителей — и это не считая тех, кто был готов расположиться на улице, у кованой металлической коптильни-гриля перед входом в кафе.

Жаловаться на скудность меню не приходилось тоже: среди «блюд и напитков национальной кухни» в качестве фирменного блюда фигурировали блинчики с печенкой, колобки из муки кама, сырные палочки.

Предлагались, разумеется, и фирменные коктейли — «Раннапийга», то есть — «Прибрежная дева», для представительниц прекрасного пола, более крепкий «Меревана», стало быть — «Морской старец», — для представителей пола сильного.

А вот элегантному и явно женственному названию самого кафе почему-то выпало стать названием для… консервированных овощей: признаться честно, «маринованные огурцы «Мерепийга» — звучит, мягко говоря, несколько неожиданно.

«Посетители нами довольны, — заверял журналиста администратор кафе. — Это подтверждают и многочисленные записи в нашей гостевой книге, которые скопились за первый же месяц работы нашего кафе.

Нас посещают туристы из Москвы, Ленинграда, братских республик. Так, например, в прошлый вторник преподаватели Эстонской сельхозакадемии встречались тут с коллегами из Латвии и Литвы.

Так что, если заедете как-нибудь в Раннамыйза — обязательно посетите и летнее кафе «Мерепийга».

Луч надежды

Любой мало-мальски знакомый с фольклором знает: долго жить обитателям морских глубин на суше — не судьба.

Недолгим оказался и век «Морской девы»: в октябре 1992 года, едва перешагнув свое двадцатипятилетие, популярное у таллиннцев и гостей столицы заведение сгорело при невыясненных обстоятельствах.

Говорят, тогдашние владельцы кафе-ресторана, слишком верили во всемогущество восстановленной Эстонской Республики и категорически отказались платить мзду представителям криминалитета, уповая на защиту государства. Здание знаменитого кафе пало жертвой криминальных «войн».

Упования, увы, оказались тщетными: легендарное заведение ныне можно увидеть лишь на старых фотографиях, открытках, в кадрах кинохроники, в оформлении вымпелов, значков, стаканов для безалкогольных напитков.

Память об утраченном кафе хранит название улицы в Раннамыйза. Да еще — несколько десятков дач в окрестностях Таллинна: их силуэт отдаленно напоминает треугольный «шалаш» главного фасада «Мерепийга».

Возможно, и это — немало. Но надежда на то, что открывшееся полвека тому назад и погибшее четверть столетия спустя заведение вновь будет воссоздано, не желает угасать.

Йосеф Кац

«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Памятник Антону Хансену Таамсааре в день открытия.

Глубоко демократический и гуманистический: памятник в сквере Таммсааре

Сорок лет назад Таллинн обогатился, пожалуй, самым человечным произведением монументального искусства — в центре города был открыт памятник классику эстонской ...

Читать дальше...

Необычный Таллин. Январь 2018

За несколько часов до этого момента, увезли последний разобранный домик с Рождественского рынка, который царствовал тут почти два месяца. И ...

Читать дальше...

Перед отправкой на фронт бойцов I Ревельского русского партизанского отряда приветствовал на главной площади столицы генерал Йохан Лайдонер.

Бело-сине-красный шеврон над сине-черно-белым щитком: русский вклад в Освободительную войну Эстонии

Участие русского населения Эстонской Республики в вооруженной борьбе за независимость — не столь отдаленная, но до сих пор малоизвестная страница ...

Читать дальше...

Ревельский стражник — туристам: встретим Вас в объятиях — сердечно, с теплом

Ревельский стражник, котрый несёт свою службу круглый год в сердце Старого Таллина на Ратушной площади, обратился к гостям столицы Эстонии:  — Городской стражник Ревеля ...

Читать дальше...

Первая встреча героев Ханса Кристиана Андерсена в интерьерах таллиннских улиц состоялась благодаря книжным иллюстрациям работы Валерия Алфеевского.

Три сказочных визита: Снежная королева в Таллинне

Полвека назад для десятков миллионов человек Таллинн стал однозначным синонимом зимней сказки — на экраны вышел художественный фильм «Снежная королева». Город, ...

Читать дальше...

Бременская башня до реставрации. Фото пятидесятых годов	прошлого века.

Памятник фортификации и правосудия: байки и быль Бременской башни в Таллине

Полностью отреставрированная Бременская башня готова раскрыть перед таллиннцами и гостями города свои многочисленные секреты в самом ближайшем времени. Такого количества горожан, ...

Читать дальше...

Важня на Ратушной площади

Синий омнибус до остановки «Копли»: сегодня – юбилей таллинского муниципального автобуса

Ровно восемьдесят лет тому назад в Таллинне была пущена первая автобусная линия, принадлежащая не частному владельцу, как было принято прежде, ...

Читать дальше...

«На узком пути: кому из двух суждено сорваться в пропасть?»: противостояние капиталистов и пролетариата глазами карикатуриста таллиннского юмористического издания "Ме1е Май". 1917 год.

«Сведения о выступлении большевиков оказались вовсе не преувеличенными...»

Историческое событие, которое получило впоследствии громкое имя Великой Октябрьской социалистической революции, предки современных таллиннцев столетней давности, скорее всего, просто не ...

Читать дальше...

Линкор "Слава" в Гельсингфорсе в годы Первой Мировой войны.

Легендарный линкор «Слава»: трижды прославленный

Героическая гибель линкора «Слава» при обороне Моонзундского архипелага ровно сто лет назад — легендарная страница в истории Балтийского флота. ... Есть ...

Читать дальше...

Особенности национальной реституции: остзейские немцы и их имущество в Прибалтике

Существующий в современной ЭР порядок компенсации за утраченное жившими в стране до Второй мировой войны немцами недвижимое имущество – не ...

Читать дальше...

Построенное в 1937 году здание французского лицея на улице Харидузе - образец школьной архитектуры в духе функционализма.

Замок знаний на улице Харидузе: дом Французского лицея в Таллине

Здание таллиннского Французского лицея, на момент своего открытия — самая современная школа столицы, впервые распахнуло двери перед учениками ровно восемьдесят ...

Читать дальше...

Отель «Золотой лев» на улице Харью. Открытка начала XX века.

Геральдика, топонимика, фортификация: золотая палитра Таллинна

Золотая осень — самое время вспомнить о золотом цвете и его оттенках в городской палитре столицы. Таллинн — дитя и ...

Читать дальше...

Обложка брошюры, выпущенной к 225-летию Казанской церкви в 1946 году. Снесенная в семидесятые годы церковная ограда и погибший в 2004-м «петровский дуб» — еще присутствуют.

«В простоте своей величественная...»: Казанская церковь в Таллине, накануне трехсотлетия

Крохотная старинная церковка на обочине современной многополосной трассы — одновременно памятник архитектуры Таллинна и мемориал воинской славы Российской империи. Из сакральных ...

Читать дальше...

«Бастион северной культуры» во всей красе — дворец культуры и спорта имени В.И. Ленина в 1980 году. Так никогда и нереализованная композиционная связь с гостиницей «Виру» — налицо.

«Суровый бастион северной культуры»: прошлое и настоящее таллиннского горхолла

Художественная акция, в ходе которой были расписаны стены горхолла всеми красками граффити, вновь привлекла внимание общественности к памятнику архитектуры последней ...

Читать дальше...

Кафе-рееторан «Мерепийга» снаружи...

«Морская дева» над обрывом Раннамыйза: воспоминание о легендарном таллинском кафе

Полвека назад активный лексикон таллиннцев и гостей столицы пополнился новым эстонским существительным — «Мерепийга». В переводе — «Морская дева»: название ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

Городская стена - самое древнее сооружение Старого города, ее строили на протяжении 300 лет.

Раньше в город вели шесть ворот, почти все они были разрушены. От Вируских ворот остались только башни.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
Первым крупным сооружением на Сенном рынке (в последствии, Петровской площади, Площади Победы, а ныне площади Свободы) была Яановская церковь. Ее построили в 1862 – 67 годах для эстонского населения города, и на том строительная деятельность здесь заглохла на 50 с лишним лет. В центре площади находились общественный колодец и одинокий фонарный столб. Фонарь этот давал такой тусклый свет, что некоторые советовали его и вовсе убрать, чтобы в темное время на него кто-нибудь ненароком не наткнулся. На южном краю площади была стоянка извозчиков – одна из тех двух, где позволялось поить и кормить лошадей (другая находилась на Ратушной площади), в связи, с чем здесь имелось и водопойное корыто – едва ли не самая примечательная деталь рыночной площади.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!


Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!