А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Депеши в Магистрат!

Следует знать…
Однажды Таллинн, который называли девой, ибо еще никто не сумел овладеть им, целое лето осаждало неприятельское войско. И хотя крепостные стены и башни надежно защищали таллиннцев, голод становился день ото дня все более лютым, и сердцами горожан овладели отчаяние и малодушие. Спасителем города в этот трудный час оказался барон Пален, хозяин поместья Палмсе. Он сделал вид, будто хочет послать голодным горожанам провизию. Когда повозки со съестным и пивными бочками приблизились к лагерю неприятеля на Ласнамяги, они были тотчас захвачены врагами. Голод измучил осаждавших солдат не меньше, чем таллиннцев, поэтому они набросились как волки на провизию, забыв про осаду. Хозяин Палмсе воспользовался этой короткой передышкой, чтобы спасти город. Он велел доставить морем к стенам города откормленного быка, а также немного солода, и передал их горожанам. Горожане сварили свежего пива и отнесли его на передние земляные валы. На днища перевернутых бочек они налили пива - так, чтобы пена потекла через края. Затем выпустили на валы быка, который выбежал, взрывая рогами землю. Когда враги увидели бочки с пенящимся пивом и откормленного быка, у них душа ушла в пятки. "Пропади все пропадом", - сказали солдаты, - "того не возьмешь измором, кто может еще столько пива наварить и прогуливает жирных быков на валах. Скорее сами умрем от голода". На следующее утро горожане увидели, что неприятель уходит восвояси. Таллинн был опять спасен.
Хроники Таллина
Говорят так:
Рождение озера Юлемисте: В народе существует предание о рождении озера на Ласнамяги. Однажды батраки поместья Мыйгу распахивали поле. Работали они до позднего вечера, но не приметили в природе никаких странных или необычных предзнаменований. Батраки оставили плуги на ночь в поле, собираясь чуть свет вновь начать трудиться. Глубокой ночью людей разбудил громкий крик, который раздался в поле: "Озеро идет! Озеро идет!". За криком последовал необычайный гул. Затем из глубокой расщелины, которая-де и сейчас темнеет на дне в самой середине озера, потоком хлынула вода вместе с разнообразными рыбами. К утру на месте поля простиралась озерная гладь. Среди местных жителей бытовало поверье, что из озера Харку в Ыйсмяэ глубоко под землей течет в озеро Юлемисте быстрая речка. Оттого и водятся в Юлемисте те же виды рыб, что и в озере Харку. Считается, что рыба переплывает из одного озера в другое по подземной реке. Еще рассказывают, будто со дна Юлемисте подняли недавно несколько плугов. Полагают, что это те самые плуги, которые батраки оставили на барском поле, когда за ночь там появилось новое озеро...
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Ливонский Орден в Эстонии

Метроном
  • Blog stats
    • 1299 posts
    • 0 comments
    • 37 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.8 posts per month
    • 236 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 trackbacks per post

Заказать гида по Таллину, и другим регионам Эстонии. Лучшие гиды!
Подробнее...

Героическая гибель линкора «Слава» при обороне Моонзундского архипелага ровно сто лет назад — легендарная страница в истории Балтийского флота.

… Есть в экспозиции Эстонского Морского музея не совсем обычный экспонат — массивный металлический двуглавый орел.

Опытный глаз безошибочно определит в нем украшение боевого корабля, а знаток военной истории подскажет; некогда оно венчало корму легендарного линкора «Слава».

Как и почему оказался элемент корабельного декора в таллиннском музейном собрании? Чем заслужил корабль, некогда украшенный им, особое место в истории российского флота?

Столетие Моонзундского сражения — самое верное время узнать ответы на эти вопросы. И еще раз вспомнить линкор «Слава» — корабль, прославленный действиями своего экипажа неоднократно.

Оправдав имя

Линкор "Слава" в Гельсингфорсе в годы Первой Мировой войны.

Линкор «Слава» в Гельсингфорсе в годы Первой Мировой войны.

«Слава» родилась под счастливой звездой: остальные корабли, построенные по одному с ней проекту — «Бородино», «Орел», «Император-Александр III», «Князь Суворов», — погибли в Цусимском сражении.

К моменту своего спуска на воду, осенью 1905 года, «Слава» считалась изначально устаревшей. И потому — была приписана к Гардемаринскому отряду, оказавшись в статусе судна для подготовки будущих моряков.

Казалось бы, сама судьба готовила броненосцу рутинную службу в составе учебной эскадры, безусловно важную, но не слишком приметную и героическую. Но недаром говорится, что место подвигу в жизни всегда может отыскаться.

В середине октября 1908 года «Слава» вместе с «Цесаревичем», «Адмиралом Макаровым» и «Богатырем» вышла в море: гардемарины, только завершившие теоретический курс, отправлялись в первое практическое заграничное плавание. Маршрут учебной эскадры был долгим и насыщенным: гавани Англии, Испании, Туниса. Наконец, «Слава» бросила якорь в Италии — в городке Августа на восточном берегу Сицилии: в тамошней бухте планировалось провести боевые стрельбы.

Ранним утром 28 декабря вахтенный «Славы» был разбужен странным гулом. Вслед за ним по воде пошла крупная рябь и корабельный корпус начал сотрясаться. Сомнений быть не могло — где-то поблизости расположен очаг сильного землетрясения.

Так оно и оказалось: участники похода оказались застигнутыми разгулом стихии, стершей с лица земли город Мессину. Командующий учебной эскадры, не дожидаясь распоряжений морского министерства, принял решение идти на помощь.

День и ночь, не щадя себя, а главное — не имея специальной подготовки, российские гардемарины помогали разбирать завалы зданий и извлекать из-под них раненых. Для лечения пострадавших было решено доставлять на материк — в Неаполь.

«Первое судно, прибывшее в Неаполь, — наша «Слава», — впоследствии писал очевидец событий Максим Горький. — Воистину команда этого судна оправдала его имя, как о том единодушно и горячо свидетельствует пресса всей Италии. На «Славе» прибыли женщины и дети. Матросы сходили на берег, неся на руках ребят и женщин. О подвигах матросов уже знали в Неаполе, и Неаполь встретил русских восторженными рукоплесканиями.

«Да здравствуют русские моряки! Да здравствует Россия!», — гремел город. Кто-то из русских сказал по-итальянски: «Все люди должны помогать друг другу! Все люди — братья!»».

Военная хитрость

Мечтам о всеобщем братстве, увы, суждено было так и остаться мечтами: не прошло и четырех лет, как над всем европейским континентом грянула гроза Первой мировой войны.

На начальном ее этапе командование Балтийского флота было сосредоточено на укреплении Нарген-Порккалаудцской минно-артиллерийской позиции и подходов к Ревелю — ключу к Петрограду.

Однако уже к весне 1915 года прежние планы потребовали корректировки: германские войска заняли часть Курляндии и подошли к Усть-Двинску. Стало ясно: судьба правого фланга российской армии зависит от поддержки с моря. Становилось очевидно: противник готовит наступление сухопутных сил на Ригу и одновременно — прорыв флота в Рижский залив. Для защиты его акватории российское командование решило направить тяжелый корабль. «Слава» вышла из Ревеля.

18 июля линкор, преодолевая сложности, прошел через Ирбенский пролив и заступил на боевую службу. Как оказалось, очень вовремя: всего через восемь дней немцы, под прикрытием линейных кораблей, приступили к тралению русской минной позиции.

Первыми в бой вступили канонерские лодки и эсминцы Балтфлота. Огонь по ним открыли два германских линкора прикрытия. «Слава» устремилась на помощь легким кораблям и попала под обстрел неприятеля. Прорвать минное заграждение не смогли.

Командующий операцией вице-адмирал Шмидт объявил за «Славой» настоящую охоту. Для уничтожения линкора он, едва ли не первый раз в военной истории, распорядился задействовать одновременно как подлодки, так и гидросамолеты.

8 августа немецкое траление в Ирбенском проливе возобновилось. Командование «Славы», зная, что дальнобойность устаревших пушек линкора не позволяет вести огонь по противнику с достаточного расстояния, пошла на военную хитрость.

Часть трюмных отсеков была преднамеренно заполнена водой. Линкор дал крен на один борт — и это позволило корабельной артиллерии довести дальность стрельбы главного калибра до порядка шестнадцати с половиной тысяч метров.

Повысив дальнобойность, линкор, одновременно, потерял маневренность. На второй день траления «Слава» получила три прямых попадания. Один из снарядов попал в погреб боеприпасов — во избежание взрыва пришлось затопить и его.

Тем не менее корабль не покинул боевой позиции вплоть до приказа об отступлении. Более того — задержав наступление немцев на море, линкор стал вести поддержку пехоты, начав бомбардировку немецких позиций на суше. Лишь после того как Рижский залив сковало льдом, «Слава» ушла на зимовку в гавань на острове Муху.

Верный расчет

Весь 1916 год немецкое командование не оставляло надежды прорваться в Рижский залив и овладеть крепостью Усть-Двинск.

Поврежденная атаками гидросамолетов «Слава» была наконец отведена в Гельсингфорс, где прошла ремонт и модернизацию. На службу линкор вернулся к концу лета 1917-го.

Обстановка в Рижском заливе была очень непростой. Немецкие войска овладели Усть-Двинском и фактически без боя вошли в Ригу. 29 сентября германское командование приступило к операции «Альбион». Цели ее были обширны: захват 1 островов Моонзундского архипелага, уничтожение в находившихся в его акватории кораблей Балтфлота и обеспечение ускоренного продвижения своих войск на Петроград.

По численности задействованных Германией сил флота это была крупнейшая на Балтике военная операция в XX столетии. Лишь сопротивление защитников острова Сааремаа задержало ход наступления кайзеровских сил.

4 октября, подавив батареи на Сырве, германский флот прорвался в Рижский залив и начал траление южной оконечности Моонзундского архипелага В это время «Слава» вместе с кораблями «Гражданин» и «Баян» находилась на рейде Куйвасту.

Лишь только завидев вдали дым эскадры неприятеля, артиллеристы «Славы» открыли огонь. Первый залп дал перелёт, второй — недолёт и лишь третий накрыл их. Под прикрытием дымовой завесы немецкие тральщики отошли на безопасное расстояние.

Однако их маневр был тактическим: легкие суда противника чувствовали за спиной поддержку со стороны линкоров «Кёниг» и «Кронпринц». Кроме того, после произведенных залпов из строя вышла носовая орудийная башня «Славы». Однако моряки Балтфлота и не думали сдаваться: сбив высланный на разведку германский гидросамолет, потопив тральщик и фактически сдерживая продвижение целой эскадры, «Слава» решила не покидать боевых позиций.

Многократные попадания неприятельских снарядов, в том числе — ниже ватерлинии, лишили корабль маневренности. Из-за увеличившейся осадки «Слава» не могла уйти мелководным фарватером.

И тогда команда решила затопить корабль, преградив путь для германского флота После того как моряки перешли на другие корабли, пороховой погреб «Славы» был подорван.

Расчет оказался верным: все последующие попытки обойти «Славу» закончились для немцев подрывом на мине и гибелью эсминца.

***

В коллекциях филокартистов попадается выпущенная немцами открытка полузатопленный линкор «Слава». По одному этому факту можно судить, какое значение придавал своей победе противник…

Корабельный остов, возвышающийся над водой пролива Суур-Вяйн, потихоньку начали растаскивать жители побережья. В двадцатые годы он был продан властями Эстонской Республики как металлолом частным предпринимателям.

В 1934 году один из них, разобрав давно потрепанный непогодой и волнами корабль практически до киля, бережно снял украшавший корму символ давно сгинувшей империи и передал реликвию в дар Морскому музею.

И это верно. Ведь линкор оборонял не только подступы к Петрограду, но и острова эстонского архипелага. Хочется верить, что славная история «Славы» будет волновать сердца жителей как России, так и Эстонии.

Семен Смеян,
капитан I ранга в отставке
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.







Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Семья лопарей-саамов с их оленями. Иллюстрация из газеты «Rigasche Rundschau», март 1931 года.

Заполярье за Коммерческой гимназией: Лапландия в Таллинне

Для того чтобы посетить «всамделишную Лапландию», столичным жителям девяностолетней давности было достаточно заглянуть на пустырь за зданием нынешнего Английского колледжа ...

Читать дальше...

Руководство Рийгикогу первого созыва в служебных помещениях замка Тоомпеа.

Бездна доверия и масса проблем: 1-я сессия 1-го Рийгикогу

Сто лет тому назад термин «Рийгикогу» вошел в активный словарь жителей Таллинна и других городов нашей страны: 4 января 1921 ...

Читать дальше...

Таллиннский Дед Мороз переходного от «новогоднего» к «рождественскому» периоду своей биографии на открытке второй половины 80-х годов.

В Кадриорге когда-то работала школа Дедов Морозов

Тридцать лет назад в Таллинне открылось учебное заведение, аналогов которому прежде в истории системы образования столицы едва ли было возможно ...

Читать дальше...

На месте Järve Selver почти сто лет высились корпуса фабрики, основанной Оскаром Амбергом.

Силикатный кирпич Оскара Амберга

Сто десять лет тому назад на окраине тогдашнего Таллинна приступило к работе предприятие, без преувеличения, изменившее облик города самым радикальным ...

Читать дальше...

Заглядывать в чужие окна – не слишком культурно. Заглянуть же в историю таллиннских окон – как минимум небезынтересно.

От трилистника до... стены: биография таллиннских окон

Сочлененное с готическим порталом средневековое окно в каменной раме можно отыскать даже на фасадах зданий, до неузнаваемости перестроенных в последующие ...

Читать дальше...

Главный акцент интерьера часовни в башне городской стены – изображение девы Марии – выполнен художником Андреем Стасевским и каллиграфом Татьяной Яковлевой.

От грозного Марса до Девы Марии: метаморфозы башни Грусбекетагуне

Первый ярус одной из башен таллиннской городской стены превратился в уникальный культовый и культурный объект. То, что расположенная поблизости башня крепостной ...

Читать дальше...

Обложка альбома «Георг Отс – 100», выпущенного в нынешний юбилейный год.

Еще раз о Георге Отсе: портрет в жанре альбома

Альбом «Георг Отс – 100», выпущенный таллиннским издательством «Александра», – достойный аккорд юбилейного года, посвященного столетию со дня рождения легендарного ...

Читать дальше...

Сцена из второго акта современной постановки «Верной Аргении». 2011 год.

«Верная Аргения» в зале Большой гильдии

Триста сорок лет тому назад – в ноябре 1680 года – таллиннцы впервые познакомились с оперным искусством. Событие, вне сомнения, примечательное, ...

Читать дальше...

Одна из самых знаменитых работ Кристиана Акерманна - алтарь таллиннского Домского собора в реставрационных лесах во время подготовки к нынешней выставке.

Вспоминая «ревельского Фидия»: скульптор Кристиан Акерманн

Выставка работ одного из самых ярких и талантливых таллиннских мастеров скульптуры эпохи Барокко и его современников открылась в минувшую пятницу ...

Читать дальше...

«Косуля» у подножья Тоомпеа в сквере на улице Нунне – неизменная классика с 1930 года.

«Косуля» Яана Коорта – знакомая и незнакомая косуля

Одна из самых популярных у таллиннцев и гостей города скульптура появилась в городском пространстве столицы ровно девяносто лет тому назад. В ...

Читать дальше...

Здание нынешней Таллиннской музыкальной школы за минувший век не изменилось – чего нельзя сказать о его окрестностях.

Сто двадцать лет истории: особняк музыкальной школы

Запланированная реставрация вернет одному из примечательных зданий в ансамбле застройки Нарвского шоссе былой блеск, а работающей в нем Таллиннской музыкальной ...

Читать дальше...

Барон Александр фон дер Пален и служащие Балтийской железной дороги на перроне вокзала в Ревеле. Снимок 1870-ых годов.

«Балтийская железная дорога, наше выстраданное дитя»

Первый пассажирский поезд из тогдашней столицы Российской империи в нынешнюю столицу Эстонской Республики прибыл ровно сто пятьдесят лет тому назад. Перестук ...

Читать дальше...

В галерее Русского театра Эстонии, проходит юбилейная художественная выставка «Осень №55»

Автор работ, признанный у нас и далеко за рубежом, талантливый художник, Сергей Волочаев. Картины изумляют идеями, подходом и различными техниками. Представлены ...

Читать дальше...

Дом Иосифа Копфа на углу Пикк и Хобузепеа и портрет его владельца на золотой брошке.

Ревельский ювелир Иосиф Копф: золотых дел мастер

Девяносто лет назад Таллинн прощался с Иосифом Копфом - человеком, еще при жизни сумевшим стать, выражаясь современным языком, «коммерческим брендом». Георг ...

Читать дальше...

Директор Таллиннского Городского архива в 1989-1996 гг. Ю. Кивимяэ демонстрирует грамоту XV века - одну из многих, вернувшихся в родной город. Снимок из газеты «Советская Эстония».

Исток таллиннской историографии: возвращение Городского архива

Ровно тридцать лет тому назад история столицы вновь стала длиннее почти на восемь столетий: в Таллинн вернулись фонды Городского архива. Его ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.




Видеохроника:

Легенды древнего города Таллина. Ревеля. Дьявол справляет свадьбу. Дом с тёмным окном.

Каждую неделю, новая легенда, от проекта «Ливонский Орден. XXI век».

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
На большом гербе Эстонской Республики, на золотом фоне исполненного в стиле барокко щита, изображены три льва-леопарда синего цвета с языками красного цвета и глазами серебряного цвета, которые идут, если смотреть со стороны щита, направо, устремив взоры на зрителя. С трех сторон щит окаймлен венком из двух скрещенных дубовых веток золотистого цвета. Основой герба Эстонии стал датский герб XIII столетия. Этот герб вместе с флагом передал Таллину король Вольдемар II в 1219 году. Официально герб утвердили в 1925 году. На сохранившейся наиболее ранней печати Таллина, относящейся к 1277 году, изображены три идущих коронованных леопарда с головами в анфас на треугольном гербовом щите. Леопарды были синими, располагались они на золотом поле.
Это интересно:
  • BEHANDELN, LERNEN, LERNEN
  • FÜR DEN HEILIGEN VALPURGI-TAG ODER WIE IN DER REVEL AUF DEN FAKTOR GEJAGT
  • Dort steht die "KOSULA" von JAAN KOORT: DIE VERGANGENHEIT UND DIE ZUKUNFT DES TALLINSK-QUADRATES AUF NUNNA
Дайте ответ Магистрату!

2019 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!