А знаете ли?

По легендам и приданиям, родителей Калевипоэга звали Калев и Линда. Перевести на русский язык дословно, Калевипоэг, и есть, - сын Калева. Иными словами, это всего лишь отчество, Калевич. Но тогда, какое же у него было имя?

Правильный ответ.

 

Желаете разместить статью о вашем предприятии или себе на страницах сайта? Нет ничего проще!

Застывшее Время

ещё темы...

Следует знать…
Когда-то в Старом рыбном порту жила бедная вдова-рыбачка, чьей единственной радостью был сын Тоомас. Как и все мальчишки, он усердно упражнялся в стрельбе из лука. С нетерпением мальчик ждал ежегодных состязаний лучников, проходивших перед Большими Морскими воротами, в Попугаевом саду. На высоком шесте устанавливали деревянного попугая, и тому, кому удавалось сбить птицу, присуждался серебряный кубок Большой гильдии. Однажды Тоомас оказался в Попугаевом саду перед самым началом состязаний. Он слыл лучшим стрелком среди сверстников и ничтоже сумняшеся, пустил стрелу в деревянного попугая. Выстрел оказался метким, цель была сбита. Но вместо кубка и почетного звания "Короля стрелков" мальчика наградили оплеухами и заставили водрузить попугая обратно на шест, ибо уже приближалась процессия взрослых лучников. О том, что случилось перед состязаниями, узнал вскоре весь город. Мать Тоомаса боялась, что мальчика накажут. А получилось наоборот: старейшина Большой гильдии вызвал Тоомаса и предложил ему поступить учеником в городскую стражу. Это предложение обрадовало и мать, и сына - ведь гильдия одевала и кормила стражу. Тоомас с годами подрос, принял участие в боях Ливонской войны, за храбрость получил звание знаменосца. Все звали его в городе Старым Томасом. Так как он носил длинные усы и был одет так же, как фигурка воина на флюгере Ратуши, горожане прозвали флюгер его именем - Старым Тоомасом.
Хроники Таллина

ещё темы...

Говорят так:
Таллиннцы неоднократно обращались и к шведскому, и к русскому правительству с просьбой похоронить Де Круа. Ну вот, денег, собранных за просмотр тела де Круа набралось достаточно, чтобы рассчитаться с долгами, которые он наделал при жизни и решено было де Круа похоронить. На отпевание собралось всего несколько человек. Они думали, что последние, кто видит загадочную улыбку де Круа перед окончательным захоронением. Но судьба распорядилась иначе. После последней войны, когда восстанавливали разрушенную церковь Нигулисте, могила де Круа помешала реконструкции, и его перезахоронили. Теперь, когда вы войдете в "Концертный зал-музей Нигулисте", посмотрите внимательно на пол. Там, возле входа вы увидите большую надгробную плиту, под которой нашел свое очередное упокоение Карл-Евгений де Круа. Навсегда…
С нами считаются:

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru

Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования

Ресурсы Эстонии на ru.сском языке.

Метроном
  • Blog stats
    • 1135 posts
    • 4 comments
    • 18 trackbacks

  • Raw Author Contribution
    • 4.7 posts per month
    • 230 words per post

  • Conversation Rate
    • 0 comments per post
    • 0 words in comments
    • 0 trackbacks per post

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.
Подробнее...

Величие Петра I заключается не столько даже в масштабе его преобразований, сколько в умении действовать так, чтобы быть близким и понятным для людей как Запада, так и Востока.

Такова точка зрения петербургского профессора Евгения Анисимова, выступившего в Таллинне с циклом лекций в рамках Городского фестиваля русской культуры 100Ѣ FEST.

— Если не во всей российской истории, то среди правителей династии Романовых Петр был первым, удостоенным титула «великий». Чего было больше в этом почетном прозвище — верноподданичества, требований этикета или действительного признания величия петровских деяний?

Евгений Анисимов уверен: сама модель мышления Петра I опережала принятую в российском обществе его эпохи.

Евгений Анисимов уверен: сама модель мышления Петра I опережала принятую в российском обществе его эпохи.

— Прежде всего стоит отметить, что титул «великий» стал широко и активно применяться только в середине ХVIII века, во времена правления его дочери, Елизаветы Петровны.

Ввод его в официальное обращение был связан с желанием закрепить определенный образ прямого предка Елизаветы — не зря в елизаветинские времена, наряду с ним, Петра начинают именовать «отцом Отечества».

Что касается лично меня — то я предпочитаю, говоря о Петре, использовать, скорее, его «порядковый номер». Ведь и моя книга, о которой я рассказывал в Таллиннском Русском музее, так и называется: «Петр I: рго еt сопtга».

При этом, конечно, я признаю за Петром величие и действительно считаю его великим. Потому что он — несомненный гений. А даже работать с наследием гения, не говоря уже о том, чтобы работать и жить во времена гения, — очень трудно.

Схожую ситуацию описала одна замечательная журналистка: дескать, Николаю Васильевичу Гоголю по силам описать Павла Ивановича Чичикова, а вот Павлу Ивановичу Чичикову Николая Васильевича Гоголя — никогда.

Я часто вспоминаю этот пример, когда сталкиваюсь с необходимостью писать или говорить о Петре: настолько сложная, противоречивая фигура этого царя, однозначной оценки деятельности которой дать попросту невозможно.

Что касается лично меня — то иногда я ловлю себя на мысли о том, что Петр, кажется, не просто велик, гениален, противоречив, неоднозначен: он словно заброшен в свою эпоху, в начало ХVIII века из будущего.

Вся система его мышления существенно отличалась от той модели мышления, которая окружала его. Порой Петр словно уставал разъяснять современникам суть замыслов и просто писал: «делайте, как я сказал!»

— Чем руководствовался Петр в таких ситуациях: осознанной верой в то, что царь — помазанник Божий, который априори знает «как надо» лучше подданных, или же чисто эмоциональной вспышкой, озарением?

— Ни то, ни другое, а, вероятнее всего, третье: Петр исходил из принятых в тогдашней Западной Европе концепций рационализма с довольно сильной верой в возможность познания мира экспериментальным путем.

Само понятие опыта, восходящее к философским системам Локка, Лейбница, от картезианства Декарта, было близко Петру. Мироздание, общество, казались ему таким «механизмом», зная законы которого, его можно изменить.

Петр, образно говоря, строил или, если угодно, перестраивал российское общество, как корабль: он был уверен, что действует по неким открытым на Западе законам, где-то усложняя их, где-то, напротив, упрощая, исходя из конкретных нужд.

При этом он умудрялся оставаться своего рода «государственным романтиком», считавшим, что Россию можно изменить с помощью законов, — что, конечно, вполне соответствовало духу рационализма ХVIII столетия.

Что же касается идеи призвания, то, наверное, даже еще больше, чем царем, повелителем, Петр чувствовал себя мастером: с определенного возраста он стал себя искренне считать учителем — учителем жизни.

Учение его при этом всегда оставалось максимально прикладным, конкретным: отдавая распоряжение перевести с немецкого языка те или иные книги, Петр подчеркивал: «выкинув рассуждения».

Можно спорить, насколько правильным был подобный подход, но он отражал всю систему жизненных воззрений Петра: Россия — это ученик, царь — учитель, он должен учить — порой даже и через силу.

— Сама идея корабля, как образа государственного устройства, — не самая ожидаемая для уроженца сугубо сухопутной Москвы…

— Тут важно понимать: реформы Петра — это, если угодно, «реформы ненависти»: реформы открытой неприязни ко всему прежнему, «боярскому», «бородатому», «московскому» миру.

Жизнь Петра в Москве — это жизнь опального царевича, умышленно отдаленного от двора. Оказавшись на «вынужденной свободе», в селе Преображенском, он не получил полагавшегося наследнику престола.

Рядом, как мы помним, находилась Немецкая слобода, к которой Петр тянулся — как тянется подросток ко всему непривычному, отличному от знакомых реалий. После добавились и личные интересы — роман с Анной Моне.

Говорят, что Петр был, по сути, самоучкой, что всю жизнь он занимался самообразованием. Это так. Но надо помнить, что с подлинным образованием он столкнулся именно в его протестантском, рационалистическом изводе.

Основой воспитания был труд — и достаточно рано, уже при осаде Азова, Петр понял, что быть царем — это не «царствовать лежа на боку», как герой пушкинской сказки, а трудиться. Выполнять «работу царя», исполнять «должность царя» — вот что главное.

Обуздание импульсивной, стихийной человеческой натуры виделось Петру чрезвычайно важным. Тут
невольно воспоминаешь образ бушующего моря, по которому корабль идет твердым курсом, направляемый рукой опытного шкипера.

Шкипер, при этом, точно уверен, что он ведет свой корабль к счастью — благословенной гавани. Петр тоже не сомневался, что ведет вверенную ему страну к счастью, даже если подданным это пока бывает и непонятно.

Очень, я бы сказал, похожая на недавний исторический опыт нашего государства, картина: большевики, помниться, тоже хотели «железной рукой загнать человечество в светлое будущее». Вполне петровский подход!

Начав первые опыты в судовождении и кораблестроении на реках и озерах, Петр вскоре убедился, что для корабля необходимо море — и большая часть его правления прошла в борьбе за выход к нему.

— Можно, сказать, что тут он был, конечно, не первопроходцем: за Ливонию воевали и его отец Алексей Михайлович, и Иван Грозный. Но им закрепиться в здешних краях не удалось, а Петру — напротив. Как вы считаете — почему?

— Думаю, дело в том, что, в отличие от своих предшественников, Петру удалось вести свою политику, в том числе — и в завоеванных землях на берегах Балтики так, что Европа восприняла этот шаг как должное.

«Смотрите! — мог бы сказать о Петре в Эстляндии или Лифляндии какой-нибудь дипломат петровской эпохи в Париже или Гааге. — Это же совсем не тиран Иван Грозный. Совсем напротив — он ведет себя тут мудро. Например — он оставил местному дворянству и городам жалованные грамоты, чего в самой России нет. Он не ущемил права местной лютеранской церкви. Это — не завоевание ради расхищения, а принятие под свое разумное управление».

Нельзя забывать и еще об одном факторе: Петр открыл Европе Россию. Не России — Европу: туда, вплоть до времен Екатерины II, выехать можно было только по указанию царя или на учебу. Именно в обратном направлении — пригласив иностранцев.

Иностранцы откликнулись на этот петровский призыв. И многие из них, как академик Леонард Эйлер, никогда не жалели о выборе: он писал, что если бы не Петербургская академия, он так и сгинул бы в каком-нибудь захолустном немецком университете.

И, наконец, на отвоеванной территории, в совсем недавно еще шведском устье Невы, он создает новый город, город мастеров, город умельцев, совершенно космополитический по духу Санкт-Петербург.

В нем не было никаких «немецких», равно и каких-то иных, «национальных» слобод или районов. Он был открыт всему миру. И эта открытость манила сюда иностранцев: они приезжали, дивились, оставались…

— Автор первого вышедшего на русском языке путеводителя по Ревелю писал лет двести назад, что один факт посещения Петром делает город небезынтересным. А в вашу «петровскую географию» Таллинн входит или нет?

— Таллинн, в первую очередь историческая часть его, Ревель, конечно, для меня город прежде всего североевропейский, северогерманский — порождение той цивилизации, которая была по нраву Петру.

Он и вел себя здесь, в Эстляндии, совсем по-иному, чем, зачастую, в самой России. И его наследники во многом продолжали эту политику. Может, потому именно местному своеобразию тут удалось сохраниться.

Российская власть, так уж повелось, всегда имела два лица — одно повернутое «к своим», другое — на Запад. И какое-то время у нас была иллюзия, что поворот к Западу окончательный, что мы — раз и навсегда европейцы.

События 2014 года убедили меня в том — что это всё-таки иллюзия. Мы, Россия, — всё-таки не Европа Скорее — азиатская, но демократия. И жить в ней свободнее, чем собственно в Азии — в Пакистане, допустим, или в Турции.

Понравился бы такой поворот Петру? Вероятно — да. Потому что, заимствуя у Европы многое, он всё-таки не намеревался преобразовать Россию в Европу. Аппарат управления, например, был перестроен, но характер власти остался прежним.

Есть известная байка о Петре, который якобы говорил, что Европа нужна нам только на время, а потом мы повернемся к ней… спиной. Это, конечно же, апокриф — но апокриф очень характерный.

А Таллинн — Таллинн, это город, в котором, конечно, петровское наследие присутствует и бережно сохраняется. Так что Петру это, тоже определенно пришлось бы по вкусу.

Йосеф Кац
«Столица»











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.








Комментарии:

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы оставить комментарий.

777
Новое на Переулках Городских Легенд
Пушки, стоявшие при входе в здание «Арсенала», завершили свой боевой путь на фронтах Гражданской войны в Испании.

Обретенная история таллиннского «Арсенала»: архив предприятия станет основой выставки

Вновь обнаруженные архивные папки, переданные руководству компании Arsenal Center OÜ, позволяют пролить свет на малоизвестные доселе страницы истории одного из ...

Читать дальше...

Легендарный обитатель глубин озера Юлемисте на обложке книги Арво Валтона, изданной теперь и на русском языке.

Стародавняя история, рассказанная на новый лад: «Старец из озера Юлемисте» Арво Валтона

На книжной полке поклонников магического реализма — достойное пополнение: книга Арво Валтона «Старец из озера Юлемите» вышла в переводе на ...

Читать дальше...

«Адмирал» в бытность «Адмиралтейцем» на фоне первых международных паромов на Таллиннском рейде...

От буксира до исторического судна: Таллинский «Адмирал» выходит на кинофарватер

Премьера документальной ленты, посвященной прошлому и настоящему одного из символов Таллиннского пассажирского порта, состоится в День Таллинна на третьем этаже ...

Читать дальше...

О Петре Великом «pro et contra»: штрихи к портрету императора.

Величие Петра I заключается не столько даже в масштабе его преобразований, сколько в умении действовать так, чтобы быть близким и ...

Читать дальше...

Ко дню святой Вальпурги или Как в Ревеле на ведьм охотились

1 мая — день святой Вальпурги, реальной исторической личности, дочери одного из британских королей, которая, став монахиней, в 748 году ...

Читать дальше...

День Ветеранов в Пыхья-Таллине 2018

Небольшая зарисовка. Заболел, и не знаю где отмечают в моем районе Копли, этот день, но над крышами, прямо сейчас, наматывают ...

Читать дальше...

Перспектива улицы Лай с жилыми домами на нечетной стороне улицы Нунне. Конец XIX века.

Там, где стоит «Косуля» Яана Коорта: прошлое и будущее таллинского сквера на Нунне

Зеленый оазис на пути от Ратушной площади к Балтийскому вокзалу в масштабах таллиннской истории относительно молодой — но оттого отнюдь ...

Читать дальше...

... Весь в заботах молодой хозяин нового бара.

Бармен с золотой медалью

Трибуна Кремлевского Дворца с'ездов знала многих известных миру политических деятелей, людей труда, писателей. Официант из Таллина Дмитрий Демьянов, которому от роду ...

Читать дальше...

Ратушная площадь Пауля Бурмана

Галерея одной картины. Ревель: «Ратушная площадь» Пауля Бурмана

Какие сюрпризы ни преподнесла бы балтийская погода, тепло настоящей таллиннской весны навсегда запечатлено на полотне художника первой половины минувшего столетия ...

Читать дальше...

...,и в реальности — на фотографии сороковых-пятидесятых годов.

Оплот, приют и убежище страждущим: лютеранская церковь прихода Вефиль в Таллине

Церковь прихода Вефиль в предместье Пельгулинн, реставрацию которой столичные власти готовы поддержать, отмечает в конце нынешнего года свое восьмидесятилетие. С транслитерацией ...

Читать дальше...

Восстановительные работы на улицы Харью весной 1948 года глазами живописца Агу Пихельга.

«Такою запомнил я улицу Харью...»: сквер на месте погибшего квартала в городе Таллине

Своим нынешним обликом одна из основных артерий таллиннского Старого города обязана градостроительному решению, принятому ровно семьдесят лет назад. Именно тогда — ...

Читать дальше...

Алексей Михайлович Щастный на борту корабля Балтфлота во время перехода из Гельсингфорса в Кронштадт. Апрель 1918 года.

Спаситель Балтийского флота: позабытый капитан Щастный

Столетие Ледового похода Балтийского флота — повод вспомнить его главного, незаслуженно забытого героя — капитана 1-го ранга Алексея Михайловича Щастного. Спасение ...

Читать дальше...

Мужик обеспечивает пернатых кормом. Март 2018. Таллин, Ратушная площадь.

Мужик обеспечивает пернатых кормом. Март 2018. Таллин, Ратушная площадь. Чайки, любовь и голуби в Средневековом Таллине. Март 2018 года. Мужик обеспечивает ...

Читать дальше...

Аномальная зона в Таллине. Ратушную площадь располовининло снегом!

Аномальная зона в Таллине. Ратушную площадь располовининло снегом! Март 2018 года. Сторона Тепла, и Сторона Холода.    

Читать дальше...

Ратман Якоб Иоганн фон Гонзиор и его супруга Амалия Констанция. Снимок шестидесятых годов позапрошлого столетия.

Наследие ратмана Якоба Гонзиора: фонд, улица, социальное жилье в Ревеле

Начало очередного ремонта одной из основных магистралей центра столицы заставляет вновь вспомнить человека, которого величали «таллиннским Рокфеллером». Корреспондент издания "Esmaspäev", присвоивший ...

Читать дальше...

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, — две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.











Сказать кстати…

В средние века в Нижнем городе не разрешалось сажать деревья перед бюргерскими домами. На узких улицах пешеходам и повозкам было тесно и без деревьев.

Единственные деревья, растущие в Нижнем городе прямо на тротуаре, - две старые высокие липы перед домом на улице Лай, 29.

Существует предание о привилегии сажать деревья, которой царь Петр наделил хозяина дома, бургомистра Иоанна Хука. Обычно Петр заходил бургомистру, чтобы отведать пива и кофе.Однажды хозяйка дома подала кофе царю и сопровождавшему его генерал-губернатору Эстляндии Апраксину прямо на крыльце. Гости уселись на лавках. Петр заметил хозяину, что следовало бы перед домом посадить пару деревьев, чтобы они укрывали от палящих лучей солнца.





Видеохроника:

Как датский король Эрик IV Плужный Грош, нашёл и построил в Ревеле монастырь св. Михаила-Архангела и храм.

Ох, каких историй в наших краях не наслушаешься. Недавно хромой Ларс Сёренсен мне травил, якобы потомок самих основателей монастыря святого Михаила Архистратига, предводителя всего воинства небесного, и храма. А было всё вот как...

Прочитать дальше и оставить отзыв >>>

Между прочим…
На большом гербе Эстонской Республики, на золотом фоне исполненного в стиле барокко щита, изображены три льва-леопарда синего цвета с языками красного цвета и глазами серебряного цвета, которые идут, если смотреть со стороны щита, направо, устремив взоры на зрителя. С трех сторон щит окаймлен венком из двух скрещенных дубовых веток золотистого цвета. Основой герба Эстонии стал датский герб XIII столетия. Этот герб вместе с флагом передал Таллину король Вольдемар II в 1219 году. Официально герб утвердили в 1925 году. На сохранившейся наиболее ранней печати Таллина, относящейся к 1277 году, изображены три идущих коронованных леопарда с головами в анфас на треугольном гербовом щите. Леопарды были синими, располагались они на золотом поле.
Дайте ответ Магистрату!

2017 - встретите в Таллине?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
Пропишись в легендах!
Здесь пишут...
Кому что...
Наши на Лицо-Книге
Тучка тегов
Логинься!

Close
Таллинн: "Застывшее Время", в твоём ящике!"

Бесплатная подписка на обновления проекта, новые статьи и фото!